Полный текст определения изготовлен 15 июля 2026 года.

Резолютивная часть определения объявлена 15 июля 2026 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

Председательствующего: Жогина О.В.,

Судей: Подцепиловой М.Ю., Черкасовой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Г. ФИО12 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 февраля 2026 года,

в рамках гражданского дела по исковому заявлению прокурора г. Сочи к Г. ФИО13 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок, снятии участка с государственного кадастрового учета.

Заслушав доклад судьи Подцепиловой М.Ю., пояснения представителя ответчика М., действующего на основании ордера N от 15 июля 2026 года, заключение прокурора отдела управления Главного Управления Генеральной Прокуратуры Российской Федерации ФИО3, полагавшего принятый судебные акты оставить без изменениясудебная коллегия

прокурор г. Сочи обратился в суд общей юрисдикции с иском к Г. ФИО14 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок, снятии участка с государственного кадастрового учета.

Иск обоснован ссылками на статьи 6, 7, 19, 23, 56, 111, 116 Лесного кодекса Российской Федерации, статьи 9, 17 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 209, 214, Гражданского кодекса Российской Федерации, положения Федерального закона от 14.03.1995 N 33-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях", Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества".

Истец просил суд признать отсутствующим право собственности Г.Г.МА. на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.

Снять с государственного кадастрового учета земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, ФГБУ Сочинский национальный парк, Администрация муниципального образования городской округ город-курорт Сочи Краснодарского края, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю и Министерство природных ресурсов и экологии РФ в Краснодарском крае.

Решением Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 19 декабря 2023 года исковые требования удовлетворены.

Суд признал отсутствующим право собственности Г.Г.МА., зарегистрированное 08 мая 2020 года в Едином государственном реестре недвижимости на земельный участок с кадастровым N, площадью 601 кв. м, категория земель "земли населенных пунктов" вид разрешенного использования "для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес>.

Снят с государственного кадастрового учета земельный участок с кадастровым N, площадью 601 кв. м, категории "земли населенных пунктов", вид разрешенного использования "для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес>.

Указано, что решение является основанием для внесения в Единый государственный Реестр недвижимости сведений об аннулировании записи о праве собственности Г. ФИО15 на земельный участок с кадастровым N, площадью 601 кв. м, категории "земли населенных пунктов", разрешенного использования "для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес>.

Указано, что решение является основанием для снятия с государственного кадастрового учета земельного участка с кадастровым N, площадью 601 кв. м, категории "земли населенных пунктов", вид разрешенного использования "для ведения личного подсобного хозяйства", расположенного по адресу: <адрес>.

Определением от 14 мая 2025 года судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей главы 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 февраля 2026 года судебный акт отменен. Принято по делу новое решение, которым исковое заявление заместителя прокурора Краснодарского края - прокурора города Сочи к Г. ФИО16 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок, снятии участка с государственного кадастрового учета удовлетворено.

Признано отсутствующим право собственности Г. ФИО17, зарегистрированное 08 мая 2020 года на земельный участок с кадастровым N площадью 601 кв. м, категории земель "земли населенных пунктов" с видом разрешенного использования" для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес>.

Снят с государственного кадастрового учета земельный участок с кадастровым N площадью 601 кв. м, категории земель "земли населенных пунктов" с видом разрешенного использования" для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес>.

Указано, что апелляционное определение является основанием для аннулирования записи о праве собственности Г. ФИО18, зарегистрированного 08 мая 2020 года на земельный участок с кадастровым N площадью 601 кв. м, категории земель "земли населенных пунктов" с видом разрешенного использования" для ведения личного подсобного хозяйства", расположенный по адресу: <адрес> и снятия его с государственного кадастрового учета.

С Г. ФИО19 взысканы расходы на проведение судебной экспертизы по делу.

Не согласившись с принятым апелляционной инстанцией судебным актом, ответчик обратился с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, вынести новое решение, отказав в удовлетворении исковых требований, либо направить дело на новое апелляционное рассмотрение, ссылаясь на неправильное применение судом второй инстанции норм процессуального и материального права.

Указывает, что суд апелляционной инстанции не привлек к участию в деле У. - первого владельца спорного земельного участка, а также А., у которого Г.Г.МА. приобретал данный земельный участок.

Обращает внимание, что в резолютивной части апелляционного определения право ответчика на обращение с регрессивными требованиями не указано.

Считает, что судом апелляционной инстанции дело рассмотрено формально, в отсутствие сторон гражданского судопроизводства, что является нарушением норм процессуального права.

Также кассатор утверждает, что суд апелляционной инстанции проигнорировал доводы суда кассационной инстанции, изложенные в кассационном определении от 11 марта 2025 года, в части того, что первичное право на спорный земельный участок возникло у собственника У., при этом отмечая, что в выписке от 08.10.2007 отсутствуют сведения о том, что выделенный У. земельный участок на момент постановки на кадастровый учет входил в состав особо охраняемых земель Сочинского национального парка.

По мнению кассатора, суд апелляционной инстанции необоснованно сослался на тот факт, что У. при постановке на кадастровый учет земельного участка использовала якобы недействительное свидетельство о праве на землю в бессрочное (постоянное) пользование.

Также выражает несогласие с проведенной судебной землеустроительной экспертизой, полагая, что она не соответствует требованиям ст. ст. 4 - 5, 8, 10 и 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ.

Кроме того, отмечает, что суд апелляционной инстанции проигнорировал вывод эксперта о том, что спорный земельный участок ухожен собственником и используется им по прямому назначению.

При этом, указывает, что суд проигнорировал ходатайство ответчика о вызове и допросе в судебном заседании судебного эксперта.

Считает, что суд апелляционной инстанции не создал условия для справедливого и всестороннего полного судебного разбирательства.

Также кассатор указывает на игнорирование судом апелляционной инстанции требований Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2025 года.

Ссылаясь на представленное в ходе судебного разбирательства землеустроительное дело, полагает, что суду необходимо было выяснить законность, обоснованность и механизм образования спорного земельного участка.

Считает несостоятельным вывод суда апелляционной инстанции о том, что спорный земельный участок сформирован за счет земель Адлерского лесничества Сочинского национального парка.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

В суде кассационной инстанции представитель ответчика доводы жалобы поддержал.

Лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (4kas.sudrf.ru), в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений по делу не установлено.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам прокурорской проверки установлено незаконное оформление в собственность ответчика земельного участка с кадастровым N поскольку данный земельный участок в отсутствие волеизъявления собственника федеральных земель образован в границах ранее учтенных земель федеральной собственности.

Так, на основании постановления Совета Министров РСФСР от 05 мая 1983 г. N 214 "О создании Сочинского национального парка" создан Сочинский национальный парк Министерства лесного хозяйства РСФСР.

Этим же постановлением в пользование Сочинского национального парка предоставлены земли государственного лесного фонда.

В силу действующих норм законодательства земельные участки, входящие и входившие в Сочинский национальный парк, находятся в федеральной собственности.

Постановлением Совета Министров Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 5 мая 1983 года N 214 "О создании Сочинского национального парка" создан Сочинский национальный парк Министерства лесного хозяйства РСФСР. Этим же постановлением в пользование Сочинского национального парка предоставлены земли государственного лесного фонда.

В 1997-1998 годах лесоустроительным предприятием "Воронежлеспроект", подведомственным Федеральному агентству лесного хозяйства, проведено лесоустройство Сочинского национального парка. В результате в отношении 15 участковых лесничеств составлены картографические планы лесоустройства, определявшие границы Сочинского национального парка, которые впоследствии поставлены на государственный кадастровый учет.

В частности, на основании плана лесоустройства Адлерского участкового лесничества Сочинского национального парка 14 октября 2005 года на государственный кадастровый учет со статусом "ранее учтенный" поставлен земельный участок с кадастровым номером <...> категории "земли особо охраняемых территорий и объектов".

Из материалов дела следует, что Г.Г.МА. является собственником земельного участка из категории земель "земли населенных пунктов" с видом разрешенного использования "для ведения личного подсобного хозяйства" с кадастровым номером N, площадью 601 кв. м, расположенного по адресу: <адрес> что подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН).

Указанный земельный участок поставлен на кадастровый учет 19 марта 2013 года и образован из земельного участка, площадью 2136 кв. м, с кадастровым N который принадлежал У. и был поставлен на кадастровый учет 25 июня 1997 года на основании постановления главы администрации Кудепстинского сельского Совета Адлерского района г. Сочи N 99 от 23 февраля 1994 года "Об отмене ранее принятых постановлений и выделении земельных участков под личные подсобные хозяйства" (далее также - постановление N 99); на основании указанного постановления N 99 У. выдано свидетельство о праве постоянного (бессрочного) пользования N от 25 июня 1997 года на земельный участок в размере 0,20 га.

9 апреля 2013 года собственником принято решение о разделе земельного участка, в том числе, образован спорный земельный участок N, площадью 601 кв. м, в отношении данного участка в дальнейшем совершен ряд сделок. 27 марта 2020 года Г.Г.МБ. приобрел участок в собственность у А. на основании договора купли-продажи.

Согласно заключению специалиста ФГБУ "Сочинский национальный парк" Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 20.09.2021 следует, что земельный участок с кадастровые N частично расположен в границах земель Верхне-Сочинского участкового лесничества, территория которого определена планом лесоустройства 1997 года.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 17.06.2025 года по делу назначена судебная землеустроительная экспертиза, производство которой поручено ГБУ КК "Крайтехинвентаризация - Краевое БТИ".

В соответствии с заключением эксперта ГБУ КК "Крайтехинвентаризация - краевое БТИ", эксперт ФИО7 пришла к выводу, что в результате проведенного сравнительного анализа сведений, полученных в результате экспертного осмотра, сведений содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости и сведений, содержащихся в правоустанавливающих документах на земельный участок с кадастровым N установлено:

- фактическое местоположение границ, площадь и конфигурация земельного участка с кадастровым N соответствует сведениям о местоположении границ, площади и конфигурации, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости в пределах допустимой погрешности;

- сделать вывод о соответствии или несоответствии фактических границ земельного участка с кадастровым N правоустанавливающим документам не представляется возможным в связи с отсутствием в Решении собственника о разделе земельного участка от 09 апреля 2013 года графической части (схемы, чертежа), а также сведений о длинах линий сторон и конфигурации исследуемого земельного участка.

Экспертом установлено, что при совмещении границ земельного участка N с границами Адлерского лесничества Сочинского Национального парка, закрепленными в Планах лесонасаждений 1997 года установлено, что часть исследуемого участка расположена в границах лесничества выдел 23 и 29 квартала 45. Площадь наложения (пересечения) составляет 512 кв. м, что составляет 85, 19%.

В процессе исследования экспертом для ответа на второй вопрос установлено, что при совмещении границ земельного N с границами Адлерского лесничества Сочинского Национального парка, закрепленными в Планах лесонасаждений 2008 и 2016 гг., исследуемый участок всей своей площадью расположен за границами лесничества.

В связи с тем, что по материалам лесоустройства за 2008 и 2016 г. Адлерского участкового лесничества Сочинского национального парка пересечение отсутствует, варианты исправления наложений (пересечений) экспертом не рассматривались.

В процессе экспертного осмотра и обработки полученных результатов выявлены признаки фактического освоения земельного участка с кадастровым N, площадью 601+/-9 кв. м, категории земель - "земли населенных пунктов", с видом разрешенного использования - "для ведения личного подсобного хозяйства", расположенного по адресу: <адрес>

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования прокурора, судебная коллегия суда апелляционной инстанции со ссылкой на статью 9 Конституции Российской Федерации, статьи 3, 195, 196, 56, 67, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 129, 209, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 130, 131, 141.2, 8.1, 95 Земельного кодекса Российской Федерации, положения Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", также разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", пришла к выводу об удовлетворении исковых требований прокурора.

Не согласиться с выводами, изложенными в апелляционном определении, у судебной коллегии суда кассационной инстанции оснований не имеется, поскольку они основаны на правильном применении и толковании норм материального и процессуального права.

В силу статей 3, 4, 29 Лесного Кодекса РСФСР (Закон РСФСР от 08.08.1978, далее - ЛК РСФСР 1978 года, утратил силу 06.03.1993) все леса, включая леса национальных парков, образуют единый государственный лесной фонд и состоят в исключительной собственности государства.

Аналогичные положения установлены статьями 2, 14 Основ лесного законодательства РФ, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации от 06.03.1993 г. N 4613-1 (далее - Основы лесного законодательства РФ от 06.03.1993 г.), которыми ЛК РСФСР 1978 года признан утратившим силу.

Статьями 7, 19, 56 Лесного кодекса Российской Федерации (Федеральный закон от 29.01.1997 г. N 22-ФЗ, далее - ЛК РФ 1997 года), с принятием которого утратили силу Основы лесного законодательства РФ от 06.03.1993 г., предусмотрено, что леса национальных парков находятся в собственности Российской Федерации.

В силу пункта 5 статьи 12 Федерального закона от 14.03.1995 г. N ЗЗ-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях" (в первоначальной редакции) национальные парки относятся исключительно к объектам федеральной собственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 12 данного Федерального закона (в редакции от 28.12.2013) г. земельные участки и природные ресурсы, расположенные в границах национальных парков, находятся в федеральной собственности. Земельные участки не подлежат отчуждению из федеральной собственности.

В соответствии с абзацем 6 пункта 1 статьи 3.1 Федерального закона от 25.10.2001 г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" (в редакции от 17.04.2006 г.) в целях разграничения государственной собственности на землю к федеральной собственности относятся предусмотренные федеральными законами земельные участки и предусмотренные федеральными законами земли.

Положениями абзаца 3 пункта 1 статьи 17 Земельного кодекса РФ закреплено, что земельные участки, право собственности Российской Федерации на которые возникло при разграничении государственной собственности на землю, находятся в федеральной собственности.

На основании статьи 69 Федерального закона от 13.07.2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" эти земли считаются ранее учтенными объектами недвижимости, права Российской Федерации на которые признаются юридически действительными вне зависимости от государственной регистрации.

Границы лесничеств (основных территориальных единиц управления в области использования, охраны, защиты, воспроизводства лесов), входящих в Сочинский национальный парк, в соответствии с пунктом 2 статьи 23, статей 67, 68 Лесного кодекса РФ (Федеральный закон от 04.12.2006 г. N 200-ФЗ, далее ЛК РФ), пунктом 145 Лесоустроительной инструкции, утвержденной приказом Минприроды России от 29.03.2018 г. N 122, определяются лесоустройством, по итогам которого составляется лесоустроительная документация, включающая карты-схемы границ лесничеств.

Аналогичные положения были предусмотрены статьей 72 ЛК РФ 1997 года, пунктом 3.8.2 Инструкции по проведению лесоустройства в лесном фонде России, утвержденной приказом Рослесхоза от 15.12.1994 г. N 265.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение земель федеральной собственности возможно только при наличии волеизъявления Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 214 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований, являются государственной собственностью.

В соответствии с вышеназванной нормой Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 11.02.2021 г. N 186-0 установлено, что в условиях действующей презумпции государственной собственности на землю участникам гражданских правоотношений должно быть очевидным, что земли, на которых земельные участки не сформированы и не поставлены на кадастровый учет, относятся к государственной собственности и что само по себе отсутствие такого учета не свидетельствует о том, что они являются бесхозяйными.

Сама по себе несформированность земельного участка и отсутствие государственной регистрации права собственности публичного образования на него не означает, что соответствующее публичное образование фактически отказалось от своего права собственности или проявляет безразличие к правовой судьбе этого земельного участка.

Исходя из пункта 5 части 2, частей 6, 7 статьи 111, пункта 3 части 2 статьи 23, части 1, пункта 5 части 2, части 3 статьи 116 ЛК РФ, в случае перевода и включения лесных участков в границы населенного пункта леса, находящиеся на таких землях, приобретают статус городских лесов, в которых запрещено осуществление деятельности несовместимой с их целевым назначением и полезными функциями. Изменение границ земель городских лесов, которое может привести к уменьшению их площади, не допускается.

Таким образом, защитные леса, составлявшие территорию Сочинского национального парка, после их включения в границы населенных пунктов города-курорта Сочи приобрели статус городских лесов, изменение целевого назначения и уменьшение площади которых не допускается. Данный вывод подтвержден Верховным Судом Российской Федерации в определении от 20.05.2015 г. N 49-АПГ15-5.

В силу пункта 2 статьи 3, пункта 2 статьи 6, пунктов 1, 6 статьи 11 ЛК РФ, пункта 3 статьи 3, пункта 8 статьи 27, пункта 12 статьи 85 ЗК РФ, абзаца 4 пункта 8 статьи 28 Федерального закона от 21.12.2001 г. N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества" лесные участки в составе земель населенных пунктов имеют режим земельных участков общего пользования и не подлежат приватизации. Аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда РФ от 02.03.2015 г. N 304-КГ14-9070.

При оценке заключения эксперта ГБУ КК "Крайтехинвентаризация - Краевое БТИ", суд апелляционной инстанции правомерно указал, что заключение эксперта, полученное в рамках уголовного дела, является допустимым доказательством по делу, поскольку оно относится к существу рассматриваемого между сторонами спора, научно обоснованно и сомнений не вызывает. Экспертиза проведена надлежащим лицом с соблюдением требований закона. Эксперт перед проведением экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы эксперта лаконичны, последовательны, конкретны. Ответы даны в рамках поставленных вопросов. В этой связи ставить под сомнение выводы, содержащиеся в заключении экспертизы, оснований не имеется.

Таким образом, фактически спорный участок, частично расположен в границах ранее учтенных федеральных земель, из владения Российской Федерации не выбывал. Отсутствие государственной регистрации права собственности публичного образования на него не означает, что соответствующее публичное образование фактически отказалось от своего права собственности или проявляет безразличие к правовой судьбе земельного участка.

Пунктами 1.1, 2, 5 Инструкции по межеванию земель, утвержденной Роскомземом 08.04.1996 г. (далее - Инструкция по межеванию), предусмотрено, что межевание земель включает подготовительные работы по сбору и изучению правоустанавливающих, геодезических, картографических и других исходных документов; уведомление собственников, владельцев и пользователей размежевываемых земельных участков о производстве межевых работ; согласование и закрепление на местности межевыми знаками границ земельного участка с собственниками, владельцами и пользователями размежевываемых земельных участков.

Из пунктов 9.1, 9.2 Инструкции по межеванию следует, что установление границ земельного участка производят на местности в присутствии представителя районной, городской (поселковой) или сельской администрации, собственников, владельцев или пользователей размежевываемого и смежных с ним земельных участков или их представителей, полномочия которых удостоверяются доверенностями, выданными в установленном порядке.

После завершения процедуры установления и согласования границ земельного участка на местности производится закрепление его границ межевыми знаками установленного образца.

Результаты установления и согласования границ оформляются актом, который подписывается собственниками, владельцами, пользователями размежевываемого и смежных с ним земельных участков (или их представителями), городской (поселковой) или сельской администрацией и инженером-землеустроителем - производителем работ. Акт утверждается комитетом по земельным ресурсам и землеустройству района (города).

Указанные требования Инструкции по межеванию действуют в настоящее время.

Аналогичные положения предусмотрены действующими нормами пункта 3 статьи 6 ЗК РФ, частей 2, 4 статьи 8, части 8 статьи 22 Федерального закона N 218-ФЗ, частей 3, 11 статьи 39 Федерального закона от 24.07.2007 г. N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", пункта 24 Порядка ведения государственного недвижимости, утвержденного приказом Росреестра от 01.06.2021 г. N П/0241.

Данными положениями законодательства также предусмотрено, что согласование местоположения границ земельных участков проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности.

При проведении согласования местоположения границ кадастровый инженер обязан проверить полномочия заинтересованных лиц или их представителей; обеспечить возможность ознакомления заинтересованных лиц или их представителей с соответствующим проектом межевого плана и дать необходимые разъяснения относительно его содержания; указать заинтересованным лицам или их представителям подлежащее согласованию местоположение границ земельных участков на местности.

Пунктом 2 статьи 9 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что управление и распоряжение земельными участками, находящимися в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), осуществляет Российская Федерация.

В силу пунктов 4, 5.8 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 05 июня 2008 г. N 432, Росимущество через свои территориальные органы осуществляет контроль за управлением и распоряжением объектами федеральной собственности, их использованием по назначению и сохранностью.

Аналогичные положения предусматривались пунктами 4, 4.1.1, 4.1.2, 4.1.17 Типового положения о территориальном органе (межрегиональном территориальном органе) Федерального агентства по управлению государственным имуществом, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 01 ноября 2008 г. N 374.

В настоящее время указанные полномочия, предусмотренные пунктами 4, 4.1.1, 4.1.2, 4.1.17 Положения о межрегиональном территориальном управлении федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, утвержденного приказом Росимущества от 19 декабря 2016 г. N 459, осуществляет Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом Российской Федерации в Краснодарском крае и Республике Адыгея (далее - МТУ Росимущества).

Следовательно, полномочия собственника в части согласования местоположения границ земельных участков, отнесенных к собственности Российской Федерации, относится к компетенции федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на управление федеральным имуществом.

При этом в кадастровом деле по межеванию земельного участка с кадастровым номером N согласование границ участка с территориальным органом Росимущества - отсутствует.

При этом ранее действовали положения пункта 2 статьи 17 Федерального закона от 02.01.2000 г. N 28-ФЗ "О государственном земельном кадастре" (в ред. от 04.12.2006), устанавливающие, что сведения о площади, местоположении земельных участков, об их количественных, качественных, экономических и иных характеристиках вносятся в документы государственного земельного кадастра на основании материалов лесоустройства.

Аналогичные нормы содержались в пункте 4 Требований к оформлению документов о межевании, представляемых для постановки земельных участков на государственный кадастровый учет, утвержденных приказом Росземкадастра от 02.10.2002 г. N П/327, подпункте 6 пункта 22, пункте 68 Требований к подготовке межевого плана, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 24.11.2008 г. N 412, действовавших с 02.10.2002 г. по 31.12.2008 г. и с 01.01.2009 г. по 01.01.2017 г. соответственно.

В настоящее время в подпункте 6 пункта 22, пункте 71 Требований к подготовке межевого плана, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 08.12.2015 г. N 921, установлено, что при составлении межевого плана для осуществления государственного кадастрового учета земельного участка используется лесоустроительная документация.

Таким образом, при межевании земель сбор и изучение картографических данных (в том числе, карт-планов лесничеств, лесоустроительных планшетов, планов лесонасаждений) в целях установления площади, местоположения, количественных, качественных и иных характеристик земельных участков, за счет которых осуществляется формирование обособленного земельного участка, является обязательным мероприятием.

В связи с чем, при межевании спорного участка надлежало учитывать карту-план Верхне-Сочинского лесничества Сочинского национального парка по материалам лесоустройства 1997-1998 г., определяющую границы федеральных земель (городских лесов) и их принадлежность к собственности Российской Федерации.

Соответственно, вопреки названным требованиям и в отсутствие волеизъявления собственника федеральных земель в лице органа, уполномоченного на распоряжение федеральным имуществом Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом Российской Федерации в Краснодарском крае и Республике Адыгея, в их границах сформирован земельный участок с кадастровым N.

Из акта натурального обследования и фототаблицы земельного участка с кадастровым N следует, что он свободен от строений, не огорожен, фактически не осваивается.

Также согласно заключению эксперта ГБУ КК "Крайтехинвентаризация - Краевое БТИ" от 2 декабря 2025 года при ответе на вопрос N 4 признаков освоения участка выявлено не было.

Таким образом, фактически спорный участок, расположенный в границах федеральных земель, из владения Российской Федерации не выбыл.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 г. N 218-ФЗ (ред. от 25.11.2017 г.) "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Пунктом 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В случаях, если запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из системного толкования приведенных положений законодательства следует, что в случае отсутствия оснований для регистрации права собственности на объекты недвижимости, запись о праве собственности на это имущество не может быть сохранена в реестре по причине ее недостоверности.

Противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащимися в реестре, могут быть устранены как самим правообладателем, так и судом по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав.

Статьей 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право прокурора обратиться в суд в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим по смыслу пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Учитывая изложенное, восстановление нарушенных прав Российской Федерации по настоящему спору возможно путем предъявления иска признании права отсутствующим.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Прокурором представлены надлежащие доказательства, подтверждающие, что фактически спорный земельный участок расположен в границах федеральных земель, в отсутствие волеизъявления собственника право на спорный участок было зарегистрировано за ответчиком.

При этом ответчиком в нарушение статей 56, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено допустимых доказательств, опровергающих доводы и требования истца.

Таким образом, по результатам анализа совокупности имеющихся доказательств и установленных по делу обстоятельств суд апелляционной инстанций пришел к правомерному выводу, что часть земельного участка с кадастровым N незаконно оформлена в собственность ответчика, поскольку образована в границах ранее учтенных земель федеральной собственности, право на спорный участок было зарегистрировано за ответчиком в отсутствие волеизъявления собственника земель в лице органа, уполномоченного на распоряжение федеральным имуществом, МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом РФ в Краснодарском крае и Республике Адыгея.

Ввиду отсутствия правовых оснований для возникновения у Г.Г.МА. права собственности на часть спорного земельного участка, суд апелляционной инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами права, правомерно признал зарегистрированное право ответчика на часть земельного участка отсутствующим.

При этом, вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что приобретение в частную собственность земельного участка в составе земель особо охраняемых природных территорий нарушает установленный запрет. Запись о праве на такой участок нарушает права Российской Федерации.

С учетом вышеизложенного довод ответчика о том, что прокурором избран ненадлежащий способ защиты права, ошибочен и не соответствует установленным по делу обстоятельствам.

В данном случае право собственности на спорный земельный участок зарегистрировано за ответчиком в ЕГРН 08 мая 2020 года. Основанием для регистрации первичного права собственности на спорный земельный участок с кадастровым номером N послужило постановление главы администрации Кудепстинского сельского Совета Адлерского района г. Сочи N 99 от 23 февраля 1994 года "Об отмене ранее принятых постановлений и выделении земельных участков под личные подсобные хозяйства" и выданное на его основании свидетельство о праве на землю в бессрочное (постоянное) N от 25 июня 1997 года, выданное на имя У.

Право собственности Российской Федерации на земли федеральной собственности возникло в силу закона на основании постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 г. N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации", постановления Совета Министров РСФСР "О создании Сочинского государственного природного национального парка" от 05 мая 1983 г. N 214 и определяется датой принятия указанных нормативно-правовых документов.

Как указано выше, на основании статьи 69 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" земли федеральной собственности считаются ранее учтенными объектами недвижимости, права Российской Федерации на которые признаются юридически действительными вне зависимости от государственной регистрации. При этом сведения о границах земель федеральной собственности внесены в государственный кадастр недвижимости, сведения из которого в дальнейшем перенесены Единый государственный реестр прав и в последующем в Единый государственный реестр недвижимости.

Оснований полагать ответчика добросовестным приобретателем спорного земельного участка также не усматривается, поскольку государственная собственность возникла в силу закона, а невозможность предоставления земельного участка в частную собственность объясняется тем, что земли Сочинского национального парка отнесены к землям особо охраняемых природных территорий, в связи с чем ограничены в обороте.

Пунктом 3 статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах. Таким образом, если земельный участок в силу закона может находиться лишь в публичной собственности, возникновение права частной собственности на этот участок невозможно независимо от способа приобретения (путем предоставления органом публичной власти, по сделке, в силу приобретательной давности и т.п.).

Соответственно, по общему правилу, не имеет правовых, в том числе конституционных, оснований государственная регистрация за гражданином или отражение в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права собственности или иного вещного права на земельный участок, который находится в границах особо охраняемой природной территории федерального значения и в силу этого может находиться только в федеральной государственной собственности. Из этого следует, что для удовлетворения, заявленного в защиту интересов Российской Федерации, требования о признании зарегистрированного за гражданином или учтенного в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права на участок отсутствующим достаточно установления нахождения участка в границах такой территории.

Нахождение земельного участка, право на который зарегистрировано за гражданином или отражено в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина, в границах особо охраняемой природной территории федерального значения, по общему правилу, недопустимо, что предполагает необходимость удовлетворения заявленного в защиту интересов Российской Федерации требования о признании права на такой земельный участок отсутствующим.

Однако, если при определении последствий удовлетворения этого требования не учитываются поведение ответчика по поводу права на земельный участок, длительность бездействия уполномоченных в сфере защиты федеральной собственности органов и должностных лиц, иные обстоятельства, связанные с предоставлением и реализацией соответствующего права, это не отвечает принципу справедливости.

Государственная регистрация права (а тем более отражение в ЕГРН сведений о соответствующем праве как ранее возникшем) не исключает того, что правовые основания для внесения соответствующих сведений о праве будут впоследствии признаны судом ненадлежащими, а право отсутствующим.

Как следует из позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.11.2016 N 23-П, государственная регистрация прав на недвижимость является одним из элементов юридического состава, влекущего возникновение этих прав.

Добросовестность участников гражданских правоотношений оценивается судом с учетом обстоятельств конкретного дела.

Особенности конкретного объекта гражданских прав также могут налагать дополнительные требования к разумности и осмотрительности поведения лица.

Так, при нахождении земельного участка в местности, о расположении на которой особо охраняемой природной территории федерального значения было известно или должно было быть известно гражданину или которая имеет явные признаки наличия на ней леса, содержание требований разумности и осмотрительности (добросовестности) предполагает, что гражданин должен уделить повышенное внимание подтверждению законности предоставления и использования соответствующего участка.

Следовательно, одно лишь то обстоятельство, что гражданин, например, полагался на сведения ЕГРН, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами при наличии таких особенностей участка может и не свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности.

Однако, то обстоятельство, что ответчик по иску о признании зарегистрированного права на земельный участок отсутствующим не приступил к фактическому использованию участка, хотя и может служить одним из критериев для оценки разумности и осмотрительности его поведения, не является единственным признаком их отсутствия.

Ссылки ответчика о том, что документы-основания предоставления спорного земельного участка не оспорены, имеют юридическую силу - не состоятельны, так как в конкретном случае не требуется признание недействительными правовых актов органов местного самоуправления, на основании которых, в том числе, предоставлен земельный участок первоначальному собственнику, так как последнему выделялся земельный участок не за счет земель Сочинского национального парка, однако фактически формирование участка произведено за счет федеральных земель.

Кроме того, не требуется признание недействительными правовых актов органов местного самоуправления, так как акты, имеющие иные нарушения порядка принятия и введения в действие, свидетельствующие об отсутствии у них юридической силы, не влекут правовых последствий и не могут регулировать соответствующие правоотношения независимо от выявления указанных нарушений в судебном порядке (п. 40 постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 года N 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами").

Вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции, основываясь на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся доказательств, оценил относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств.

Также, суд апелляционной инстанции правомерно отклонил доводы ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем спорного земельного участка.

Государственная собственность возникла в силу закона, а невозможность предоставления земельного участка в частную собственность объясняется тем, что земли Сочинского национального парка отнесены к землям особо охраняемых природных территорий, в связи с чем ограничены в обороте.

Факт отсутствия волеизъявления собственника федеральных земель в лице органа, уполномоченного на распоряжение федеральным имуществом, на формирование и предоставление участка в собственность физическому лицу подтвержден материалами дела.

Приобретатель может быть признан добросовестным при условии, что сделка, по которой он приобрел спорное имущество, отвечает признакам действительности во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем (пункт 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

В рассматриваемом случае ответчика нельзя признать добросовестным приобретателем, так как сделка, по которой приобретено право собственности не отвечает признакам действительности сделки из-за незаконности возникновения права на данный участок у первоначального собственника, что установлено судом первой инстанции.

При этом, согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка является ничтожной в силу закона независимо от признания ее таковой судом.

Вопреки доводам кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции, действующими в пределах, предоставленных ему законом полномочий, исследованы фактические обстоятельства дела, оценка доказательствам дана в соответствии с требованиями процессуального закона, юридически значимые обстоятельства дела определены и установлены верно, с учетом заявленных исковых требований и спорных правоотношений.

Приведенные в кассационной жалобе доводы выводов суда не опровергают, по своей сути, сводятся к несогласию заявителя с оценкой представленных доказательств и с постановленным судебным актом.

Указанные доводы кассационной жалобы основанием к отмене судебного постановления не являются, поскольку применительно к положениям статей 379.6, 379.7, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не производится переоценка имеющихся в деле доказательств и установление обстоятельств, которые не были установлены судом апелляционной инстанции или были им опровергнуты.

Таким образом, суд второй инстанции верно определил предмет доказывания и закон, подлежащий применению при разрешении настоящего дела, нормы материального и процессуального права применены правильно, а выводы основаны на доказательствах, исследованных в процессе судебного разбирательства, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принятый судебный акт полностью соответствует правовому подходу, изложенному в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2025 N 18-КГ25-354-К4.

С учетом изложенного, кассационная инстанция не находит оснований для отмены определения суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 12 февраля 2026 года оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу и может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в течение трех месяцев.