Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Якимовой О.Н.,

судей Ромасловской И.М., Фокеевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Г.А., К.Ф.Ф. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 13 ноября 2025 г. по гражданскому делу N 2-1222/2024 по иску Г.А.Ф, К.Ф.Ф. к Г.И., о возмещении вреда, причиненного пожаром.

Заслушав доклад судьи Якимовой О.Н., пояснения представителя Г.А., К.Ф.Ф., Ш., пояснения Г.И., проверив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия

Г.А., К.Ф.Ф. обратились в суд с иском к Г.И. о возмещении вреда, причиненного пожаром, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование иска указав, что истцам на праве собственности принадлежит садовый участок, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый номер N, по 1/2 доли каждому.

20 января 2024 г. на соседнем садовом участке N произошел пожар, в результате которого поврежден жилой дом, находящийся на земельном участке, принадлежащем истцам.

Истцы просят взыскать с надлежащего ответчика в пользу каждого из истцов стоимость восстановительного ремонта в размере 924 044,79 руб., расходы на составление технического заключения в размере 25 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 720 руб., расходы на представителя в размере 12 650 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Решением Демского районного суда г. Уфы от 25 декабря 2024 г. исковые требования удовлетворены частично.

Взысканы с Г.И. в пользуГлезер А.Ф. в счет возмещения ущерба сумма в размере 601 764,50 руб., расходы на составление технического заключения в размере 25 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 720 руб., расходы на представителя в размере 12 650 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб.

Взысканы с Г.И. в пользу К.Ф.Ф. в счет возмещения ущерба сумма в размере 601 764,50 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 720 руб., расходы на представителя в размере 12 650 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб.

В остальной части исковых требований Г.А., К.Ф.Ф. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 5 июня 2025 г. осуществлен переход к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 13 ноября 2025 г. решение суда отменено, принято по делу новое решение, которым постановлено исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Г.И. в пользуГлезер А.Ф. в счет возмещения ущерба сумму в размере 379 957 руб., расходы на составление технического заключения в сумме 10 250 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3575,60 руб., расходы на услуги представителя в сумме 5186,50 руб.

Взыскать с Г.И. в пользу К.Ф.Ф. в счет возмещения ущерба сумму в размере 379 957 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 57560 руб., расходы на услуги представителя в сумме 5186,50 руб.

В удовлетворении исковых требований Г.А., К.Ф.Ф. к Г.И. о взыскании компенсации морального вреда отказать.

В кассационной жалобе заявители просят отменить судебный акт апелляционной инстанции, как незаконный и необоснованный, вынесенный с нарушением норм права.

Информация о рассмотрении кассационной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 г. N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" размещена на официальном сайте Шестого кассационного суда общей юрисдикции в сети Интернет (https://6kas.sudrf.ru/).

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 статьи 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 37 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" предусмотрено, что граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 названного Федерального закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Таким образом, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

Судом установлено, что Г.А., К.Ф.Ф. являются собственниками земельного участка по адресу: <адрес> кадастровый номер N, по 1/2 доли каждому, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Из материалов дела следует, что 20 января 2024 г. на участке N по адресу <адрес> произошел пожар, в результате которого повреждено строение жилого дома на участке истцов.

Г.И. является собственником земельного участка <адрес> кадастровый номер N, что подтверждается выпиской из ЕГРН, договором купли-продажи, свидетельством о регистрации права.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 29 января 2024 г., наиболее вероятной технической причиной возникновения пожара в доме, расположенном на участке N по адресу <адрес> послужило возгорание горючих материалов в результате аварийного режима работы электросети или электроприборов.

Согласно объяснению Г.И., 19 января 2024 г. около 20:00 час. Г.И. вместе с другом ФИО9, который является собственником садового участка N <адрес> приехали в СНТ. Г.И. включил дома N обогревателей, в 23:00 час., зашел к соседу.

В 00:16 час. 20 января 2024 г. вышел на улицу, услышал треск, увидел, что его дом горит. Пожар был сильный, при попытке войти в дом, получил ожоги. Огонь перекинулся на соседний участок N СНТ Монтажник. Вместе с соседями стали тушить дом на земельном участке N снегом, вызвали пожарных. В результате пожара дом Г.И. сгорел полностью, пострадал дом соседей на участке N. Материальный ущерб оценивает в 800 000 руб.

Согласно протоколу N об административном правонарушении государственного инспектора Уфимского района по пожарному надзору УНД и ПР ГУ МЧС России по Республики Башкортостан от 29 января 2024 г. установлено, что Г.И. оставил включенным в электросеть электрический прибор (обогреватель) без присмотра, чем нарушил п. И п. 35 Постановления Правительства РФ N 1479 от 16 сентября 2020 г. "Об утверждении правил противопожарного режима в Российской Федерации".

Постановлением от 16 апреля 2024 г. постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 29 января 2024 г. отменено. Постановлением от 4 июня 2024 г. отказано в возбуждении уголовного по факту пожара, произошедшего 20 января 2024 г. по адресу: <адрес>

Как следует из заключения эксперта N от 24 мая 2024 г. по факту пожара по адресу: <адрес> выполненного в рамках проводимой проверки специалистами ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по <адрес>, очаговая зона пожара, произошедшего 20 января 2024 г. по адресу: <адрес>, располагалась в жилой комнате дома N Более локально определить на каком уровне возникло первоначальное горение, не представляется возможным, ввиду полного уничтожения дома. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара, произошедшего 20 января 2024 г. по адресу: <адрес>, послужило возгорание горючих материалов вследствие протекания аварийных токовых процессов в электросети дома или в электроприборах. Версия возгорания горючих материалов вследствие их контакта с нагретыми поверхностями обогревателя является мене вероятной на представленных фрагментах электропроводов следов протекания аварийных токовых процессов не обнаружено.

Согласно ответу ГУ МЧС от 19 июня 2024 г. N расстояния между зданиями и сооружениями, в зависимости от их степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности, расположенными на разных земельных участках, должны составлять от 6 до 15 метров. Сотрудником отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Уфимскому району управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления осуществлен выезд по адресу СНТ "Монтажник", уч. 109-110, в ходе которого установлено, что минимальное противопожарное расстояние от бревенчатого садового дома на участке N до бревенчатого садового дома с пристроенной дощатой верандой - кухней на участке N, расположенных в СНТ "Монтажник" составляет 2,45 метра, чем нарушены требования п. 4.3 и 4.13 таблица 1 свода правил.

Согласно ответу ГУ МЧС от 2 июля 2024 г. N в рамках выездного обследования выполнены замеры расстояний от дома, расположенного на участке N до фундамента дома, уничтоженного при пожаре, на участке N, фактическое расстояние между измеряемыми элементами составило 4.15 метров. Указанные в письме от 19 июня 2024 г. N расстояния были произведены от дома на участке N до веранды дома на участке N.

Согласно заключению специалиста N от 08 февраля 2024 г., представленного в материалы дела истцами, стоимость восстановительно-ремонтных работ в жилом доме, расположенном на земельном участке по адресу: <адрес> образовавшихся вследствие пожара, произошедшего 20 января 2024 г., составляет 1 848 089,59 руб.

При рассмотрении дела, судом первой инстанции по ходатайству ответчика была назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению экспертов ООО Консалтинговая компания "Платинум" N стоимость причиненного ущерба и восстановительного ремонта (с учетом износа и без учета износа) жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, Юматовский с/с, СНТ "Монтажник", участок N, кадастровый N составляет 1 203 529 руб., рыночная стоимость жилого дома по состоянию на 20 января 2024 г. составляет 501 253 руб., стоимость годных остатков жилого дома по состоянию на 20 января 2024 г. составляет 263 231 руб.

На указанное заключение экспертов ООО Консалтинговая компания "Платинум", ответчиком представлено аналитическое исследование N, выпаленное АНО "Федеральный центр экспертных исследований", согласно которому заключение ООО Консалтинговая компания "Платинум" не соответствует требованиям, установленным для судебной экспертной деятельности. В выводах экспертов имеются множественные ошибки процессуального, методологического характера. Выводы эксперта не являются достоверными и обоснованными. Также в данном исследовании указано, что объекты, расположенные на территории СНТ "Монтажник", по адресу: <адрес>, не в полной мере соответствуют требованиям строительных и противопожарных норм.

В заключении экспертов ООО Консалтинговая компания "Платинум" N содержится ведомость объемов работ N, в которой перечислены наименование работ, объем работ, но отсутствуют сведения на оснований каких исследований эксперты пришли к выводу о необходимости проведения указанных работ, об определении объема подлежащих выполнению работ.

Также экспертами для определения стоимости работ по устранению выявленных повреждений применен метод базисно-индексного расчета, однако в заключении не указано по какой причине выбран именно указанный метод, не применены иные методы расчета стоимости работ по устранению выявленных повреждений. При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции возникли сомнения в обоснованности заключения, указанное заключение не может быть положено в основу судебного акта.

В связи с возникшими сомнениями в обоснованности заключения судебной экспертизы ООО Консалтинговая компания "Платинум", определением судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 31 июля 2025 г. по данному делу была назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО "Оценка.Бизнес.Развитие".

Согласно заключению эксперта ООО "Оценка.Бизнес.Развитие" ФИО10 N от 9 октября 2025 г. стоимость восстановительного ремонта жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> без учета износа составляет 1 993 698 руб., с учетом износа - 1 096 534 руб. Рыночная стоимость жилого дома по состоянию на 20 января 2024 г. до получения повреждений составляет 740 000 руб. Стоимость годных остатков жилого дома по состоянию на 20 января 2024 г. составляет 214 452 руб., стоимость годных остатков жилого дома по состоянию на дату проведения экспертизы составляет 310 086 руб. Стоимость аналогичного жилого дома на дату проведения экспертизы составляет 1 070 000 руб.

Экспертом установлено, что единственными годными остатками, является фундамент сгоревшего дома, проведение ремонта дома экономически нецелесообразно.

Суд апелляционной инстанции признал экспертное заключение эксперта ООО "Оценка.Бизнес.Развитие" допустимым и достоверным доказательством по делу, так как экспертиза проведена на основании определения суда апелляционной инстанции, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, каких-либо нарушений в ходе проведения экспертизы не установлено, выводы эксперта основаны на подробном описании проведенного им исследования. Заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной по делу судебной экспертизы, либо ставящих под сомнения ее выводы, сторонами не представлено. Экспертиза проведена экспертом, имеющим специальные познания в области строительства, оценки стоимости имущества, что подтверждается приложенными к заключению копиями документов.

Допрошенный в суде апелляционной инстанции эксперт ФИО10 поддержал выводы своего заключения, пояснил, что дом может быть восстановлен, но это экономически нецелесообразно, так как стоимость аналогичного дома составляет меньше, чем стоимость восстановления сгоревшего дома.

Оспаривая заключение эксперта ФИО10, истцы не представили суду апелляционной инстанции доказательства, опровергающие выводы заключения судебной экспертизы ООО "Оценка.Бизнес.Развитие".

Допрошенный в суде апелляционной инстанции свидетель ФИО31 пояснил, что принимал участие в тушении пожара, возникновение самого пожара по адресу: <адрес> не видел.

Свидетель ФИО11 пояснила в судебном заседании 24 июля 2025 г., что 19 января 2024 г. она пришла с работы около 19 часов, обратила внимание, что происходят скачки напряжения в электросети, а вечером ей сторож сообщил, что пожар начался, она увидела, что через две улицы от ее дома горит два дома.

Свидетель ФИО12 пояснила в судебном заседании 24 июля 2025 г., что она в период с 1982 г. по 1995 г. пользовалась земельным участком и домом в СНТ "Монтажник", принадлежащим истцам. Сообщила, что земельный участок был выделен в 1979 г., уже в 1980 г. начали строить дом, к 1982 г. дом был полностью построен. Соседи на участке напротив дом начали строить позже, до этого времени приезжали возделывали земельный участок. Также пояснила, что пользовалась домом и земельным участком в течение 13 лет, пока ее родственники проживали в другом городе. После 1995 г. не приезжала в указанное СНТ, ответчика по делу не знает, ранее на его участке проживали другие люди.

Учитывая изложенное, руководствуясь положениями статей 8, 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности", выслушав показания эксперта ФИО10, свидетелей: ФИО13, ФИО12, ФИО11, оценив материалы дела, заключение эксперта, пояснения эксперта, свидетелей по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции установив, что в результате пожара, произошедшего в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, принадлежащем на праве собственности ответчику, в связи с неумышленными действиями ответчика Г.И., надлежащим образом не соблюдавшего правила противопожарной безопасности, причинен ущерб имуществу истцов, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения заявленных исковых требований о возмещении ущерба.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что наступила полная гибель дома истцов, оснований для определения суммы ущерба, исходя из стоимости восстановительного ремонта дома, не имеется, поскольку эксперт указал, что восстановление жилого дома экономически нецелесообразно, так как стоимость аналогичного жилого дома на дату проведения исследования меньше стоимости восстановительного ремонта дома.

Таким образом, с Г.И. в пользу истцов Г.А., К.Ф.Ф. подлежат взысканию денежные средств в счет возмещения ущерба, причиненного в результате пожара, в размере 759 914 руб. (1 070 000 руб. (стоимость аналогичного жилого дома на дату исследования) - 310 086 руб. (стоимость годных остатков дома на дату исследования), то есть, по 379 957 руб. в пользу каждого (759914 руб.: 2).

Доводы ответчика Г.И. об отсутствии его вины в возникновении пожара, суд апелляционной инстанции отклонил.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Учитывая положения вышеприведенных правовых норм, согласно действующему законодательству возмещение вреда является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем, лицо, требующее возмещения вреда, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: факт причинения вреда, его размер, установление вины лица, наличие причинной связи между указанными действиями (бездействием) и возмещением вреда. При этом ответственность ответчика наступает при доказанности всех перечисленных обстоятельств в их совокупности.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истцами представлены доказательства, подтверждающие указанные выше доказательства, что возгорание их дома произошло от горящего дома ответчика, который в нарушение требований пожарной безопасности оставил в доме без присмотра электронагревательные приборы, подключенные к электрической сети.

Суду апелляционной инстанции сторона ответчика в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представила никаких доказательств иной причины возникновения пожара либо отсутствия своей вины в возникновении пожара.

Исходя из пункта 2 статьи 15, пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчик Г.И. является лицом, на которого возложена ответственность за причиненный имуществу истцов вред.

Доказательств тому, что пожар возник вследствие действий третьих лиц, по делу не представлено.

Показания свидетеля ФИО11 о том, что вечером 19 января 2024 г. она наблюдала скачки в напряжении электрической сети, сами по себе не подтверждают доводов ответчика о том, что возгорание его дома произошло по вине третьих лиц.

Также ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих, что произошел поджог его дома. Довод ответчика о поверхностном проведении проверки дознавателем по материалу о возгорании его дома не является предметом рассмотрения по указанному спору.

Суд апелляционной инстанции указал, что являются необоснованными доводы ответчика о том, что конкретная причина пожара не установлена, так как в заключении эксперта N от 24 мая 2024 г. указана наиболее вероятная причина возникновения пожара, произошедшего 20 января 2024 г. - это возгорание горючих материалов вследствие протекания аварийных токовых процессов в электросети дома или в электроприборах. Версия возгорания горючих материалов вследствие их контакта с нагретыми поверхностями обогревателя является мене вероятной на представленных фрагментах электропроводов следов протекания аварийных токовых процессов не обнаружено.

Доводы Г.И. о том, что неосторожность истцов способствовала увеличению вреда, так как при размещении их дома не были соблюдены противопожарные расстояния между постройками истцов и ответчика, что привело к возгоранию дома истцов, суд апелляционной инстанции отклонил, поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих, что принадлежащий ему жилой дом был возведен до постройки дома истцов.

Из членской книжки N Сада "Монтажник" следует, что ФИО16 14 мая 1979 г. предоставлен земельный участок площадью 300 кв. м, состав семьи садовода: ФИО14, К.Ф.Ф., ФИО32

Свидетель ФИО33 подтвердила, что в 1980 году ее родственник К.Ф.В. начал строительство дома на указанном выше земельном участке, к 1982 г. дом был возведен. При этом соседи к этому времени еще дом не возвели.

Ответчиком не представлено доказательств, что дом на его земельном участке был возведен раньше, чем дом на земельном участке N. Кроме того, из договора купли продажи земельного участка от 17 мая 2014 г., заключенного между ответчиком и ФИО17 следует, что на продаваемом земельном участке строений не имелось.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истцами не могли быть допущены нарушения противопожарных расстояний между постройками при строительстве дома, так как на момент постройки дома на участке N, построек на участке N не имелось.

Также суд апелляционной инстанции отклонил довод ответчика о том, что дом истцов является самовольной постройкой, поскольку дом истцов был возведен в 1982 году на земельном участке, выделенном для ведения садоводства, земельный участок находится в собственности истцов, факт отсутствия регистрации права собственности на дом, в данном случае не свидетельствует о том, что он является самовольной постройкой.

Довод ответчика о том, что имеются основания для уменьшения размера взыскиваемого ущерба в связи с его имущественным положением, суд апелляционной инстанции отклонил.

Согласно ч. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих его тяжелое имущественное положение, позволяющее уменьшить размер возмещения ущерба.

Из представленных ответчиком документов в материалы дела следует, что он трудоустроен, работает в ЭКЦ МВД по РБ. Довод об установлении отцу ответчика инвалидности первой группы не подтверждает тяжелое имущественное положение ответчика, так как им не представлены доказательства несения расходов на оказание помощи отцу, препятствующих возмещению ущерба истцам.

Кроме того, истцы просили взыскать компенсацию морального вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В ходе рассмотрения дела установлено, что по вине ответчика нарушены имущественные права истцов, в связи с чем в рассматриваемом случае взыскание компенсации морального вреда законом не предусмотрено.

Доказательств, с достоверностью свидетельствующих о нарушении личных неимущественных прав истцов в результате пожара, истцами в материалы дела не предоставлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции указал, что требование истцов о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

Согласно части 1 статье 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Суд апелляционной инстанции указал, что поскольку исковые требования истцов были удовлетворены частично, в пользу каждого из на сумму 379957 руб., что составляет 41% от заявленных исковых требований в размере 924044,79 руб., то с ответчика в пользу истца Г.А. подлежат взысканию расходы на составление технического заключения в размере 10250 руб. (12500 руб. х 41%), расходы по оплате государственной пошлины в размере 3575 руб. 60 коп. (8720:100 х 41)

С ответчика в пользу истца К.Ф.Ф. также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 3575,60 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12 - 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Данная позиция также нашла свое отражение в Определении Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007 г. N 382-О-О, в котором разъяснено, что часть первая статьи 100 ГПК Российской Федерации предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Поскольку реализация названного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, данная норма не может рассматриваться как нарушающая конституционные права и свободы заявителей.

Таким образом, при определении подлежащей взысканию суммы судебных издержек, суд обязан, с учетом имеющихся доказательств, установить баланс интересов сторон, взыскав такую сумму с проигравшей стороны, которая соответствовала бы принципам разумности и справедливости.

Как следует из материалов дела, истцами заявлены расходы на оплату услуг адвоката ФИО34 по соглашению от 9 февраля 2024 г. по 12 650 руб. в пользу каждого истцов.

В решении Совета Адвокатской палаты Республики Башкортостан от 26 июня 2023 г. указаны рекомендуемые минимальные ставки вознаграждения за оказываемую юридическую помощь адвокатами: составление искового заявления, возражения на исковое заявление, апелляционной, кассационной, надзорной жалобы, жалобы по административным делам, отзыва на жалобу, претензии, ходатайства - от 10 000 руб. за 1 документ, участие адвоката в суде первой инстанции - от 15 000 руб. за один день занятости, но не менее 60 000 руб. за участие адвоката в суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что указанные расценки подтверждают стоимость расходов по оплате услуг адвоката обычно взымаемые в Республике Башкортостан, поэтому признает расходы на услуги представителя в указанной выше сумме с учетом проделанной работы адвоката разумными.

В связи с чем, с ответчика взыскал расходы на оплату услуг представителя в пользу истца Г.А. в размере 5 186,50 руб. (12 650 руб. х 41%), в пользу К.Ф.Ф. - 5 186,50 руб. (12 650 руб. х 41%).

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции не усматривает оснований для признания доводов жалобы заслуживающими внимания.

Обоснование принятого судом апелляционной инстанции постановления подробно изложено в мотивировочной части оспариваемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Таким образом, оценка представленных доказательств входит в пределы рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции.

Оценка представленных сторонами доказательств произведена этим судом в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя о несогласии с указанными выводами сводятся к переоценке доказательств по делу и установлению иных обстоятельств, чем те, которые были установлены судом, рассмотревшим данное дело в апелляционном порядке, однако решение вопроса исследования и оценки доказательств, а также обстоятельств дела отнесено к компетенции судов первой и апелляционной инстанций (статьи 196, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому связанные с этим доводы заявителя не могут рассматриваться в качестве повода к отмене апелляционного определения.

Оснований для вывода о нарушении предусмотренных статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правил оценки доказательств содержание оспариваемого судебного акта и доводы кассационной жалобы не дают.

Из приведенных положений процессуального закона в их взаимосвязи следует, что производство в кассационном суде общей юрисдикции предназначено для исправления нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и (или) апелляционной инстанций в ходе предшествующего разбирательства дела, которые привели к неправильному разрешению дела и принятию неправильных судебных постановлений.

Нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе, перечисленных в части 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повлекших вынесение апелляционной инстанцией неправильного судебного постановления, по доводам жалобы не установлено.

Доводы кассационной жалобы сводятся к изложению обстоятельств дела, не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, фактически являются позицией автора жалобы.

С учетом изложенного кассационная жалоба подлежит отклонению.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 13 ноября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Г.А., К.Ф.Ф., - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 31 марта 2026 г.