Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Хлыстак Е.В.,

судей Дудусова Д.А., Тришканевой И.С.,

при секретаре-помощнике судьи Топоевой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 29 июля 2025 года гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика индивидуального предпринимателя К.Н. на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 28 марта 2025 года по делу по иску Т.С.А. к индивидуальному предпринимателю К.Н. о взыскании денежных средств.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика К.О., истца Т.С.А., его представителя Н.,

Т.С.А. обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю (далее - ИП) К.Н. о взыскании денежных средств. Требования мотивировал тем, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ N он приобрел у ответчика каркасную баню стоимостью 563 500 руб., в которой ответчик за дополнительную плату 10 000 руб. установил печь. После оплаты указанных сумм ответчик произвел установку каркасной бани и печи на земельном участке истца по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ произошел пожар, в результате которого каркасная баня сгорела. Согласно рапорту дознавателя ОНД и ПР по г. Минусинску и Минусинскому району от ДД.ММ.ГГГГ, очаг пожара располагался внутри бани с северо-восточной стороны, в месте, где была установлена печь. Из технического заключения федерального государственного бюджетного учреждения судебно-экспертного учреждения Федеральная противопожарная служба испытательной пожарной лаборатории по Республике Хакасия (далее - ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Хакасия) от ДД.ММ.ГГГГ N следует, что непосредственной причиной пожара послужило загорание горючих конструкций или материалов от высокого нагревания поверхности топки печи, установка печи не соответствует требованиям пожарной безопасности. Ссылаясь на то, что пожар произошел по причине неправильной установки ответчиком печи, направленная в ее адрес претензия оставлена без удовлетворения, с учетом уточнения исковых требований просил взыскать с ИП К.Н. в счет возмещения имущественного вреда 728 873 руб. 96 коп., судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 10 620 руб.

В судебном заседании истец Т.С.А., его представитель Н. настаивали на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика К.О. исковые требования не признал. Указал, что договор предусматривал обязанность продавца по передаче истцу и установке на его участке каркасной бани. Печь истец заказал самостоятельно, без учета характеристик помещения, в котором она была установлена. Услуги по установке печи ответчик не оказывала. Истец самостоятельно договорился со специалистами, которые выполнили данную работу. Так как мощность печи не соответствовала характеристикам бани, произошел пожар. Вина ответчика в произошедшем пожаре отсутствует.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчика ИП К.Н.

Суд постановил решение, которым взыскал с К.Н. в пользу Т.С.А. в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, 692 430 руб. 26 коп., в счет возмещения судебных расходов на оплату государственной пошлины 10 124 руб. 30 коп. В остальной части иска отказал.

С решением суда не согласна ответчик ИП К.Н.

В апелляционной жалобе она просит его отменить. Выражает несогласие с выводом суда о заключении сторонами договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, указывая, что он противоречит как заключению почерковедческой экспертизы, согласно которому подпись в договоре выполнена не К.Н., так и показаниям свидетелей. Между тем, судом в основу принятого решения положены условия названного договора. Также апеллятор выражает несогласие с определенной судом степенью вины истца, полагая, что она должна составлять не менее 90%. Отмечает, что истец является сотрудником противопожарной службы и должен знать требования в области противопожарной деятельности. Однако, видя признаки перегрева печи, он продолжил топку; в момент растопки оставил печь без присмотра. Настаивает на том, что печь в бане устанавливали третьи лица, не имеющие отношения к ответчику. Именно действиями третьих лиц, а не ответчика, истцу причинен вред. Судом первой инстанции немотивированно отвергнуто заключение оценщика ФИО5, согласно которому стоимость бывших в употреблении каркасной бани, банной печи, душевой кабины и циркуляционных насосов значительно ниже, установленной судом. При этом судом сделан ошибочный вывод о небольшом периоде эксплуатации имущества истца и возможности определения стоимости данного имущества на момент приобретения, исходя из представленных истцом доказательств. Учитывая период и интенсивность эксплуатации бани, ее износ составляет не менее 70%. Обращает внимание, что истцом не представлено доказательств оплаты ответчику услуг по установке печи в размере 10 000 руб., и доказательств, свидетельствующих о том, что именно работники ответчика произвели ее установку. Ходатайства об истребовании сведений из УФНС России по Республики Хакасия, из Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республики Хакасия оставлены судом без удовлетворения. Считает, что заключение судебной экспертизы не могло быть принято в качестве допустимого доказательства без вызова и допроса экспертов, ее проводивших, однако судом первой инстанции в ходатайстве о вызове и допросе экспертов было отказано. Полагает, судом первой инстанции необоснованно к требованиям истца не применен годичный срок исковой давности. Указывает на злоупотребление истцом правом. Обращает внимание, что судом не установлены причины возникновения недостатков и лицо, ответственное за причиненные убытки.

Письменных возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.

Выслушав объяснения представителя ответчика К.О., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, истца Т.С.А. и его представителя Н., выразивших согласие с решением суда, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ИП К.Н. (продавец) и Т.С.А. (покупатель) был заключен договор купли-продажи некапитального строительного объекта N, по условиям которого ИП К.Н. приняла на себя обязательство передать в собственность Т.С.А. некапитальный строительный объект - каркасную баню, модель N 4, площадью 19,5 кв. м, состоящую из: 1 комнаты, парного отделения, веранды, а Т.С.А. - принять и уплатить за него цену, предусмотренную договором (т. 1 л.д. 12 - 14).

Цена товара составляет 563 500 руб., в которую включена его доставка и установка (п. 3.1 договора).

Стоимость дополнительных услуг: установка блоков (15 шт.) - 4 500 руб., работы по установке на местности - 10 000 руб., установка печи - 10 000 руб. (п. 3.1.2 договора).

В этот же день истец оплатил товар в размере 563 500 руб., что подтверждается товарными чеками от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 43).

В ДД.ММ.ГГГГ баня была доставлена продавцом и установлена на принадлежащем истцу земельном участке, о чем представлен акт приема-передачи (т. 1 л.д. 18).

ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, произошел пожар, в результате которого сгорела хозяйственная постройка (баня) на общей площади 18 кв. м, о чем свидетельствует справка начальника ОНД и ПР по г. Минусинску и Минусинскому району от ДД.ММ.ГГГГ N (т. 1 л.д. 20).

Из рапорта дознавателя ОНД и ПР по г. Минусинску и Минусинскому району об окончании проверочных действий от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что очаг пожара располагался внутри бани с северо-восточной стороны в месте, где установлена печь, причиной пожара явилось возгорание деревянных конструкций пола в результате теплового воздействия нагретой поверхности печи в месте выхода (т. 1 л.д. 21-23).

Согласно техническому заключению ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ N, очаг пожара располагался в нижней части северо-восточной стены в месте нахождения печи парного помещения бани, непосредственной причиной пожара послужило загорание горючих конструкций или материалов от высоко нагретой поверхности топки (топливника) печи, отопительная печь и ее установка не соответствовала требованиям пожарной безопасности (т. 1 л.д. 30-45).

Обращаясь с иском в суд, Т.С.А. указывал, что в результате неправильной установки ответчиком печи произошел пожар, вследствие которого повреждено его имущество.

Для установления причины пожара и размера причиненного истцу имущественного вреда определением суда от 04.10.2023 по ходатайству ответчика назначена комплексная судебная пожарно-техническая оценочная экспертиза, производство которой поручено экспертам Сибирского межрегионального центра "Судебных экспертиз".

Согласно заключению судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ N, технической причиной пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в хозяйственной постройке - бане, расположенной по адресу: <адрес>, является самовозгорание горючих материалов в зоне очага пожара от источника зажигания, связанного с эксплуатацией печи, расположенной в бане. Техническая причина указанного пожара состоит в прямой причинно-следственной связи с нарушениями противопожарных норм, допущенными ответчиком при выполнении работ по монтажу банной печи в парной хозяйственной постройке - бани при ее строительстве (п. 5.14, п. 5.17, п. 5.21. п. 5.23 и Приложения Б СП 7.13130.2013 "Отопление, вентиляция и кондиционирование. Требования пожарной безопасности") и не соблюдением истцом при эксплуатации указанной бани и установленной в ней банной твердотопливной печи Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. постановлением Правительства Российской Федерации (пунктов 77, 80). Очаг пожара располагался в помещении парной бани на северо-восточной стене за банной металлической печью на уровне пола.

Из исследовательской части экспертного заключения следует, что монтаж банной печи был выполнен с нарушением противопожарных требований, а именно:

- в нарушение п. 5.23 СП 7.13130.2013 печь была установлена на листовую панель по асбестовому картону, уложенному на деревянный пол, при этом расстояние от низа печи до деревянного пола составляло менее 100 мм;

- в нарушение п. 5.14 и Приложения Б СП 7.13130.2013 разделка дымохода была выполнена до конструкций из горючих материалов (деревянного перекрытия) менее 500 мм;

- в нарушение п. 5.17 и Приложения Б СП 7.13130.2013 отступка исследуемой печи была выполнена открытой с северо-восточной стороны с расстоянием от наружной поверхности печи до незащищенной стены (деревянной стены) менее 320 мм, закрытой с северо-западной стороны с расстоянием от наружной поверхности печи до незащищенного полога (деревянного полога) менее 500 м, открытой с юго-восточной стороны с расстоянием от наружной поверхности дымохода до незащищенной перегородки (деревянной перегородки) менее 320 мм;

- в нарушение п. 5.21 СП 7.13130.2013 деревянный пол под топочной дверкой бани облицован металлическим листом с размерами менее нормативных (менее 700 х 500 мм), без укладки асбестового картона (т. 2 л.д. 161-162).

Нарушение противопожарных требований при установке печи привело к самовозгоранию северо-восточной деревянной стены и деревянного пола и развитию пожара (т. 2 л.д. 171).

Металлическая банная печь, установленная в парной хозяйственной постройки - бани по своим техническим параметрам (в том числе по параметру обогрев) соответствует для установки в указанную баню.

Размер ущерба, причиненного хозяйственной постройке - бане и находящемуся в ней имуществу в результате пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, на дату пожара составляет 630 193 руб. 96 коп.

Производство восстановительного ремонта хозяйственной постройки - бани в целях устранения последствий пожара является целесообразным, так как такой ремонт технически возможен и экономически целесообразен, стоимость восстановительного ремонта на дату пожара составляет 630 193 руб. 96 коп.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, приняв в качестве допустимого, достоверного доказательства заключение судебной экспертизы и установив, что между сторонами был заключен договор купли-продажи каркасной бани, содержащий элементы договора подряда о выполнении работ по установке печи, которые ответчиком выполнены с нарушением противопожарных требований, что привело к самовозгоранию деревянной стены и пола и развитию пожара, вследствие которого повреждено имущество истца, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований Т.С.А.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По договору розничной купли-продажи продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, обязуется передать покупателю товар, предназначенный для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью. К отношениям по договору розничной купли-продажи с участием покупателя-гражданина, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (пункты 1, 3 ст. 492 ГК РФ).

В силу ст. 493 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, электронного или иного документа, подтверждающего оплату товара. Отсутствие у покупателя указанных документов не лишает его возможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение заключения договора и его условий.

Пунктом 1 ст. 702 ГК РФ предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Если из закона или договора подряда не вытекает обязанность подрядчика выполнить предусмотренную в договоре работу лично, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков). В этом случае подрядчик выступает в роли генерального подрядчика (п. 1 ст. 706 ГК РФ).

Генеральный подрядчик несет перед заказчиком ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком в соответствии с правилами пункта 1 статьи 313 и статьи 403 настоящего Кодекса (п. 3 ст. 706 ГК РФ).

Продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется (пункты 1, 2 статьи 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей)).

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей под недостатком товара (работы, услуги) понимается несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

В силу п. 1 ст. 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме (п. 1 ст. 14 Закона о защите прав потребителей, п. 1 ст. 1096 ГК РФ).

Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (п. 2 ст. 14 Закона о защите прав потребителей).

Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (п. 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Имеющиеся в деле доказательства (техническое заключение, заключение судебной экспертизы) свидетельствуют о том, что при монтаже печи в приобретенной истцом каркасной бане допущены нарушения противопожарных требований, что привело к самовозгоранию деревянной стены и деревянного пола и развитию пожара. Поскольку по условиям договора работы по установке печи выполнены силами продавца, при отсутствии со стороны ответчика доказательств наличия обстоятельств, освобождающих продавца (исполнителя) от ответственности за причинение вреда имуществу истца, с учетом вышеприведенных норм права, суд пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для возмещения ответчиком причиненного истцу имущественного вреда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции установлены причина пожара, недостатки выполненной ответчиком работы, лицо, ответственное за причинение вреда.

Выводы суда основаны на совокупности представленных в материалы дела доказательств, которым судом в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ дана надлежащая оценка.

Оценивая заключение судебной экспертизы, принимая его в качестве допустимого и достоверного доказательства, суд обоснованно исходил из того, что заключение содержит подробное описание произведенных исследований, выводы экспертов мотивированы, даны ответы на поставленные судом вопросы, квалификация экспертов, ее проводивших, не вызывает сомнений, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований не согласиться с такой оценкой суда судебная коллегия не находит.

Утверждения апеллятора о невыполнении ею работ по установке печи и неподписании договора купли-продажи были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно им отклонены.

Факт заключения сторонами договора купли-продажи каркасной бани подтверждается, помимо представленного истцом письменного договора, товарными чеками, показаниями допрошенного судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО6 (сына ответчика), который пояснил, что по просьбе К.Н. он показывал Т.С.В. баню, которую последний приобрел.

По условиям заключенного сторонами договора купли-продажи продавец принял на себя обязательство установить печь в приобретенной покупателем каркасной бане, определив стоимость данной услуги 10 000 руб.

Из положений ст. 431 ГК РФ следует, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Исходя из системного толкования условий пунктов 3.1.1 и 3.1.2 договора, пояснений истца, стоимость услуги по установке печи включена в цену товара и оплачена им ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем доводы апеллятора о недоказанности истцом оплаты работ по установке печи подлежат отклонению.

Также судебная коллегия отмечает, что истец, как в своих объяснениях, данных ДД.ММ.ГГГГ дознавателю ОНД и ПР по г. Минусинску и Минусинскому району, так и в пояснениях суду, последовательно указывал, что в процессе изготовления бани им была заказана печь в другом магазине и доставлена к месту сборки бани, то есть ИП К.Н., где ее сотрудники в бане установили данную печь. В конце ДД.ММ.ГГГГ баню доставили в сборе на его участок и при помощи крана установили на сваи. Баня была готова "под ключ" (т. 1 л.д. 76, 77). Когда подбирал печь, ее характеристики согласовывал с сотрудниками ответчика. Силами ответчика были устранены неисправности печи после первого ее использования.

Поскольку по условиям договора продавец принял на себя обязательство по установке печи, ссылка в жалобе на выполнение данных работ третьими лица не может быть принята во внимание, так как в силу п. 3 ст. 706 ГК РФ данное обстоятельство не освобождает ответчика от ответственности за последствия ненадлежащего исполнения обязательств третьими лицами.

Ссылка ответчика на то, что подпись в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ N выполнена не К.Н., а другим лицом, в подтверждение чего ею представлено заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ N (т. 1 л.д. 185-190), обоснованно не принята судом во внимание, поскольку покупатель Т.С.А., приобретая каркасную баню у ответчика, исходя из обстановки, мог полагать, что лицо, подписывающее договор, наделено полномочиями действовать от имени продавца.

Согласно п. 1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Подпись в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ N скреплена печатью ИП К.Н., договор содержит идентификационные данные ответчика.

Несогласие апеллятора с определенной судом первой инстанции степенью ее вины в причиненном истцу имущественном вреде не влечет отмену обжалуемого решения.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Из заключения судебной экспертизы следует, что в действиях истца при эксплуатации бани и установленной в ней печи имели место нарушения Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.09.2020 N 1479 (пунктов 77, 80), что выразилось в эксплуатации бани и твердотопливной печи в ней при наличии нормативного запрета на эксплуатацию печи при нарушении устройства противопожарных разделок (отступок), ненадлежащего предтопочного листа и при обнаружении на примыкающих строительных конструкциях, выполненных из древесины, признаков термического повреждения (признаки пиролиза древесины), после растопки печи оставление ее без присмотра.

Установив, что со стороны истца допущены нарушения требований, предъявляемых при обеспечении пожарной безопасности, которые не носили умышленного характера, приняв во внимание, что истец, являясь потребителем, не обладая специальными познаниями, не мог предполагать, что печь была установлена с нарушением противопожарных требований, также приняв во внимание, что ДД.ММ.ГГГГ имело место возгорание, о котором истец сообщил сотрудникам ответчика, после чего силами ответчика был заменен защитный экран печи над топочной дверцей на кирпичный, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях истца грубой неосторожности, снизив размер ущерба на 5%.

Данный вывод суда истцом не оспаривается.

Судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы ответчика не усматривает оснований для изменения степени вины ответчика.

Не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения доводы жалобы о злоупотреблении истцом правом, так как таких обстоятельств судом не установлено, доказательств, подтверждающих недобросовестное поведение истца, материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы о неприменении судом первой инстанции к требованиям истца годичного срока исковой давности являются несостоятельными, поскольку из материалов дела не следует, что стороной ответчика заявлялось такое ходатайство в суде первой инстанции. Кроме того, согласно п. 3 ст. 14 Закона о защите прав потребителей вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя, подлежит возмещению, если вред причинен в течение установленного срока службы или срока годности товара (работы). Если на товар (результат работы) должен быть установлен в соответствии с пунктами 2, 4 статьи 5 настоящего Закона срок службы или срок годности, но он не установлен, либо потребителю не была предоставлена полная и достоверная информация о сроке службы или сроке годности, либо потребитель не был проинформирован о необходимых действиях по истечении срока службы или срока годности и возможных последствиях при невыполнении указанных действий, либо товар (результат работы) по истечении этих сроков представляет опасность для жизни и здоровья, вред подлежит возмещению независимо от времени его причинения. Если в соответствии с пунктом 1 статьи 5 настоящего Закона изготовитель (исполнитель) не установил на товар (работу) срок службы, вред подлежит возмещению в случае его причинения в течение десяти лет со дня передачи товара (работы) потребителю, а если день передачи установить невозможно, с даты изготовления товара (окончания выполнения работы).

Учитывая, что договором срок службы товара (работы) не установлен, в соответствии с приведенными нормативными положениями на продавце (исполнителе) лежит обязанность возместить вред, причиненный имуществу истца, так как такой вред причинен в пределах десятилетнего срока со дня окончания выполнения работ.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с выводом суда об определении размера подлежащего возмещению ущерба, находя заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы в этой части.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Как усматривается из материалов дела (т. 3 л.д. 23), истец с учетом результатов судебной экспертизы исковые требования уточнил, просил взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения ущерба 728 873 руб. 96 коп., включив в него стоимость бани 630 193 руб. 96 руб., стоимость установленной в ней душевой кабины, поврежденной пожаром, в размере 32 000 руб., стоимость циркуляционных насосов в размере 10 000 руб., дополнительного оборудования к печи в размере 56 680 руб.

Суд удовлетворил исковые требования, исходя из заявленного истцом размера ущерба, снизив его на 5%.

Между тем, судом не учтено, что согласно заключению судебной экспертизы, 630 193 руб. 96 коп. - это не стоимость бани, а размер ущерба, причиненного бане и находящемуся в ней имуществу, в виде стоимости восстановительного ремонта, который, по мнению экспертов, является технически возможным и экономически целесообразным.

Из исследовательской части экспертного заключения следует, что стоимость каркасной бани на момент пожара ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 060 000 руб., стоимость восстановительного ремонта на дату пожара - 630 193 руб. 96 коп., восстановительный ремонт экономически целесообразен. Следовательно, ущерб, причиненный исследуемой бане в результате пожара, будет равен стоимости восстановительного ремонта в целях устранения последствий пожара и его тушения, то есть 630 193 руб. 96 коп. (т. 2 л.д. 188).

При этом судом оставлен без внимания локальный сметный расчет, согласно которому эксперты при определении стоимости восстановительного ремонт учли стоимость циркуляционных насосов, душевой кабины, оборудования к печи.

Определяя размер ущерба, суд повторно включил в него стоимость душевой кабины, циркуляционных насосов, дополнительного оборудования печи, что привело к необоснованному увеличению размера ущерба, причиненного истцу.

При указанных обстоятельствах решение суда в части размера ущерба подлежит изменению, с ИП К.Н. в пользу Т.С.А. подлежит взысканию в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, <данные изъяты>., исходя из расчета: <данные изъяты>. - 5% = <данные изъяты>.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В соответствии с пунктом 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" указано, что по смыслу статьи 327 ГПК РФ повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции. Новые материально-правовые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, в соответствии с частью 4 статьи 327.1 ГПК РФ не принимаются и не рассматриваются судом апелляционной инстанции, за исключением требований, которые суд первой инстанции в силу закона должен был разрешить вне зависимости от того, были они заявлены или нет, например, о взыскании штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

Разъяснения, изложенные в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", судом первой инстанции не учтены.

Поскольку в правоотношениях, возникших между Т.С.А. и ИП К.Н., истец выступает в качестве потребителя, и судом установлен факт нарушения ответчиком его прав, требования потребителя в добровольном порядке не удовлетворены, судебная коллегия, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 37 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца штраф в размере <данные изъяты>. (50% от суммы <данные изъяты>.).

Также судом не учтено, что пунктом 3 ст. 17 Закона о защите прав потребителей потребители, иные истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождены от уплаты государственной пошлины в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи освобождаются истцы - по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

Так как истец Т.С.А. в силу вышеприведенных норм права освобожден от уплаты государственной пошлины, уплаченная им при подаче иска на основании чека-ордера от ДД.ММ.ГГГГ государственная пошлина в размере 10 620 руб. подлежит возврату как излишне уплаченная (п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 103 ГПК РФ установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере <данные изъяты> руб. (исходя из размера удовлетворенных исковых требований истца <данные изъяты>.).

Руководствуясь ст. ст. 328 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

Решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 28 марта 2025 года по настоящему делу в части взысканного с индивидуального предпринимателя К.Н. в пользу Т.С.А. размера ущерба, причиненного пожаром, изменить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя К.Н. (ИНН N) в пользу Т.С.А. (паспорт N) в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, <данные изъяты>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя К.Н. (ИНН N) в пользу Т.С.А. (паспорт N) штраф в размере <данные изъяты>.

Это же решение отменить в части распределения судебных расходов на оплату государственной пошлины, принять новое.

Взыскать с индивидуального предпринимателя К.Н. (ИНН N) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере <данные изъяты> руб.

Возвратить Т.С.А. (паспорт N) уплаченную при подаче иска государственную пошлину в размере 10 620 руб.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04.08.2025