Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Батршиной Ф.Р.,

судей Фокиной Т.О., Пашкиной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Востриковой Е.А., секретарем судебного заседания Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело по исковому заявлению Б.А. ы к А.Г., А.И. об устранении препятствий в пользовании земельным участком по апелляционной жалобе А.Г., А.И. на решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 20 июля 2022 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Батршиной Ф.Р., выслушав объяснения истца Б.А., ее представителя - адвоката Обожженовой С.Б., ответчиков - А.Г., А.И., их представителя П., изучив материалы дела, судебная коллегия

Б.А. а (далее по тексту - истец, Б.А.) обратилась в суд с исковыми требованиями к А.Г., А.И. (далее по тексту - ответчики, А.Г., А.И.) об устранении препятствий в пользовании земельным участком.

Исковые требования мотивированы тем, что истцу на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером N, площадью 1534 кв. м, расположенный по адресу: <адрес>. Собственниками смежного земельного участка с кадастровым номером N, площадью 1899 кв. м, расположенного по адресу: <адрес> являются ответчики. Апелляционным определением Верховного суда Удмуртской Республики от 25.11.2019 года смежная граница земельных участков истца и ответчиков установлена в рамках гражданского дела N 2-542/2019. Определением Можгинского районного суда Удмуртской Республики 17.02.2020 года по гражданскому делу N 2-31/2020 утверждено мировое соглашение об устранении препятствий в пользовании земельным участком, стороны договорились об установлении ограждения (ограды) от точки 7 до точки 24, от точки 8 до точки 10 устанавливается забор. В соответствии с пунктом 5 соглашения стороны договорились, что система водослива и снегозадержания в целях недопущения попадания сточных вод и снега на смежные участки землепользования стороны регулируют и приводят в соответствие самостоятельно.

Во исполнение мирового соглашения, 23.06.2020 года актом о сдаче межевых знаков на наблюдение за сохранностью истец в присутствии ответчиков приняла от кадастрового инженера и установила металлические столбы в точках межевых знаков N 8 и N 9. Мировое соглашение ответчиками в части отведения сточных вод не исполняется. Снег с крыш сходит на земельный участок истца. Контроль за системой водослива и снегозадержания в процессе эксплуатации ответчиками невозможен, т.к. после строительства забора доступ ответчикам для обслуживания собственных строений с использованием земельного участка истца прекращен. Строения ответчиков расположены вдоль забора на расстоянии 23 см, что не позволяет ответчикам обслуживать свои постройки, систему водослива, убирать снег.

Дом истца с пристроем и постройками построен из дерева в 1992 году, с даты постройки не перестраивался.

На земельном участке ответчиков расположены: кирпичный двухэтажный дом с пристроем некапитального типа, имеющим одну общую стену с домом, навесы, хозяйственные постройки, которые находятся на расстоянии 0,26 м от смежной границы.

Некапитальный пристрой к дому ответчиками построен в августе 2019 года из сварной металлической конструкции с обшивкой из профнастила. Высота стены пристроя составляет 4,20 м, длина стены около 7 м. При боковом ветре с дождем все дождевые потоки со стены не успевают войти в почву и текут на земельный участок истца, т.к. он находится ниже, чем участок ответчиков. Длина выступающей части свеса крыши пристроя составляет 86 см, нависает над строением истца, тем самым выходит за пределы границ на 60 см. При строительстве пристоя ответчики использовали крышу пристроя истца. Для обслуживания пристроя из-за отсутствия прохода ответчики вынуждены использовать имущество и земельный участок истца, что нарушает его права.

Кроме того, продолжением стены пристроя ответчиков является деревянная дощаная стена хозяйственной постройки, вероятно навес. Данное строение расположено вдоль забора, возведенного в соответствии с мировым соглашением, и от заборного ограждения на расстоянии от 16 до 48 см в последующем стена навеса в деревянном исполнении от точки N 8 до точки N 9 от металлического забора находится на расстоянии 23 см. Уклон крыши хозяйственных построек направлен в сторону земельного участка истца, водосток с крыши сделан в виде двух желобов с наклоном по центру, вследствие стоки с крыши льются в огород истца, размывая его, а также фундамент и отмостку, попадает в комнату жилого дома, также происходит попадание снега, в месте схода которого расположены проходы в баню и в пристрой к дому истца.

Несоблюдение норм действующего законодательства носит критический характер, указанные обстоятельства создают угрозу жизни и здоровью истца и членам семьи. На стене строения истца образовалась гниль, плесень в результате отсутствия солнечного света и сушки между постройками. Попадание воды вызывает эрозию и размывание почвы земельного участка истца. Близкое нахождение построек ответчиков от построек истца создает угрозу возгорания.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истцом в соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) исковые требования были уточнены. С учетом уточнений в окончательном варианте истец Б.А. просила суд обязать собственников строений, расположенных по адресу: <адрес>, А.Г. и А.И. прекратить нарушение права пользования Б.А. земельным участком с кадастровым номером N, расположенным по адресу: <адрес>, путем перемещения стены пристроя к жилому дому на расстояние 3 метра и стены постройки лит. Г3, расположенной в продолжении стены пристроя на расстояние 1 метр от границы земельного участка, между характерными точками границы от точки 7 с координатами X-342818.40, Y-2167159.54 до точки 8 с координатами X-342806.03, Y-2167162.51 и от точки 8 до точки 9 с координатами X-342798.91, Y-2167164,93.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчики А.Г., А.И. исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать. Указали, что согласно письменному акту обследования принадлежащего им жилого дома, осуществленного специалистом ООО "НПК "Основа Плюс" Ч. пристрой является некапитальным строением - легковозводимой конструкцией, легким сборно-разборным сооружением, не имеет прочной связи с землей, имеет возможность демонтажа (сноса) с разборкой на составляющие сборно-разборные перемещаемые конструктивные элементы. Требования СП 55.13330.2016 "Свод правил. Дома жилые одноквартирные" ответчиками соблюдены, выполнено устройство навеса, защищающего жильцов от падения снега с крыши, возведено защитное ограждение из профлиста, обустроена крытая парковка для автомобиля с автоматическими воротами. Законодательство РФ не устанавливает расположение уклонов кровель - они могут быть направлены в любую сторону, нарушений в данной части нет.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца Б.А. - Б.О., действующая на основании доверенности, исковые требования с учетом их уточнения поддержала, просила их удовлетворить по доводам аналогичным, изложенным в иске. Кроме того, указала, что основанием подачи иска является отсутствие договоренности с ответчиками о переносе стен строений, расположенных вдоль смежной границы земельных участков истца и ответчиков от точки N 7 до точки N 9. Ответчики при покупке дома знали, что дом расположен на особенном рельефе местности - это крутая гора, наличие множества неровностей, крутых спусков. Во время строительства нового жилого района между <адрес> и военным городком были проведены земляные работы по срезанию высоты проезжей дороги. К жилым домам N и N проезд был обустроен для совместного пользования с ограничениями заезда по ширине проезжей части, т.к. шире делать технически невозможно ввиду резкого наклона (спуска) земельного участка. По фасаду домов от границы домов N, N до границы домов N, N подъем составляет 2,48 м. В случае возникновения пожара, расстояние между строениями домов N и N отсутствует, т.к. новое строение ответчиками построено без отступов от смежной границы. Расстояние между жилыми строениями, в том числе находящимися на участке соседа, должно быть от 6 до 15 м в зависимости от материала (камень, бетон, дерево). Предложенный экспертами противопожарный разрыв полагала возможным сократить с 10 м до 3 м ввиду достаточности прохода для пожарных служб.

Истец Б.А., ответчики - А.Г., А.И. в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, истец представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, в связи с чем, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц. Ответчиком А.И. представлен больничный ООО "Доктор Плюс Семейный" от 19.07.2022 года сроком по 10.08.2022 года.

Суд рассмотрел дело и вынес решение, которым постановил: "исковые требования Б.А. ы к А.Г., А.И. об устранении препятствий в пользовании земельным участком удовлетворить.

Обязать собственников строений, расположенных по адресу: <адрес>, А.И. и А.Г. прекратить нарушение права пользования Б.А. ы земельным участком с кадастровым номером N, расположенным по адресу: <адрес>, путем перемещения стены пристроя к жилому дому на расстояние 3 метра и стены постройки лит. Г3, расположенной в продолжении стены пристроя на расстояние 1 метр от границы земельного участка, между характерными точками границы от точки 7 до точки 9 плана 19 заключения эксперта по делу N 33-3309/2019.

Взыскать с А.И. и А.Г. в пользу Б.А. ы государственную пошлину в размере 300 рублей, по 150 рублей с каждого".

В апелляционной жалобе с учетом дополнений ответчики - А.Г., А.И. не согласны с решением суда первой инстанции, просят его отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает следующие доводы:

Не согласны с тем, что суд признал допустимым доказательством заключение комиссии экспертов ООО "Независимая экспертиза" N 774-21 от 22.10.2021 года, поскольку данное заключение нельзя признать объективным и убедительным, выводы экспертов не мотивированы, абстрактны, не конкретизированы, носят предположительный характер как в части того, каким образом нарушено право истца, так и в части того, каким образом создается угроза жизни и здоровью (кому?) строениями ответчиков.

Суд не дал оценки выводам эксперта о возможной деформации конструкций спорных построек.

По вопросу об угрозе жизни и здоровью экспертом даны лишь предположения о возможности деформации конструкций спорных построек в связи с нарушением строительных требований, и, только при наличии деформации возникновение угрозы жизни и здоровью человека, а отчего возникнет угроза без возможной деформации, произойдет ли обрушение конструкций или не произойдет, в какую сторону, с какой скоростью, в чем и для кого возникнет угроза жизни и здоровью непонятно.

Также непонятно - какие строительные нормы нарушены, которые могли бы привести к возможной деформации конструкций спорных построек. Нет сравнительного анализа. Единственное "понятное нарушение" - это длина кровли пристроя, выходящая за пределы стенового ограждения на 0,6 м. Однако если предположить, что указанный размер действительно имеет место быть, то он не критичный, во всяком случае, это не указано в экспертизе, и для исправления (уменьшения его длины) не обязательно переносить постройку, а возможно, что менее затратно, - уменьшить длину кровли, выступающую за пределы постройки. А поскольку уклон кровли расположен в сторону улицы, а не территории истца под небольшим углом, то, во-первых, нет угрозы лавинообразного схода снега с крыши, значит, это не представляет угрозу жизни и здоровья истца.

Также эксперт безосновательно предполагает и делает вывод за ответчиков, что им будет необходимо обслуживать постройки в целях чего попасть на участок истца, а отсутствие такой предполагаемой возможности и есть нарушение прав и интересов истца.

В части нарушения ответчиками Правил противопожарного режима и расстояния эксперт ссылается на нормы ППР от 16.09.2020 года, хотя данный нормативный акт издан позднее, чем возведены спорные постройки. Поскольку данные Правила ни на момент начала, ни на момент окончания строительства спорных построек не действовали, поэтому ссылаться на них эксперту недопустимо.

Также эксперт указывает, что минимальное противопожарное расстояние (разрыв) между постройками ответчика и строением истца должны быть 15 м, что фактически невозможно, по причине давно сложившейся застройки. В перечисленных экспертом способах обеспечения пожарной безопасности объекта исследования нет такого способа как перенос строений для восстановления нормированного противопожарного расстояния.

Также не указано фактическое расстояние, является ли нарушение (расстояние) значительным для применения такой меры как перенос спорных построек.

Экспертом не рассмотрена техническая возможность перемещения построек ответчиков от смежной границы.

Таким образом, заключение судебной экспертизы не соответствует фактическим обстоятельствам дела, положениям статей 59, 60 ГПК РФ.

Согласно мировому соглашению от 17.02.2020 года установка водослива и снегозадержания в целях недопущения попадания сточных вод и снега на смежные участки, стороны регулируют и приводят в соответствие самостоятельно. Заявлений о нарушении либо неисполнении условий мирового соглашения в суд истцом не подавалось.

Ответчиками кроме письменного отзыва на судебную экспертизу было заявлено ходатайство о вызове в суд экспертов, проводивших вышеуказанную экспертизу, для дачи пояснений, которое было удовлетворено в судебном заседании 29.12.2021 года, однако в дальнейшем в отсутствие ответчиков в судебном заседании 20.07.2022 года суд преждевременно и необоснованно сделал вывод об утрате ответчиками интереса о допросе экспертов и отказал в ходатайстве ответчиков, удовлетворенном ранее, поэтому вопросы и неясности по экспертизе остались без ответа.

Суд ошибочно вместо допроса экспертов принял и дал оценку как доказательству рецензии N 002-22, выполненной экспертами АНО "Экспертное Бюро "Флагман", по заказу истца. В данной рецензии проводится оценка не заключения судебной экспертизы, а - по существу - отзыва ответчиков на заключение экспертизы, и делается вывод, который может сделать только суд в решении - о возможности использования рецензии в процессе доказывания.

Кроме того, суд безосновательно рассмотрел дело в отсутствие ответчиков, которые не явились в судебное заседание по уважительной причине, направили на адрес электронной почты суда ходатайство на судебное заседание 20.07.2022 года об отложении рассмотрения дела ввиду того, что ответчик А.И. по состоянию здоровья не мог участвовать в судебном заседании, находился на больничном, а второй ответчик осуществляла уход и сопровождала супруга к врачу.

Таким образом, суд незаконно лишил ответчиков права на участие в рассмотрении дела и тем самым лишил права представлять доказательства, позволившие суду, не обладающему специальными познаниями, усомниться в объективности судебной экспертизы и заявить ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.

Суд не дал надлежащей оценки доказательствам в соответствии с требованиями процессуальных норм и сделал ошибочный вывод о нарушении ответчиками прав истца лишь с учетом доводов истца, которые продублированы экспертами в заключении.

Суд не указал в чем конкретно выражено противоправное препятствие в осуществлении правомочий пользования и владения истцом имуществом, а лишь ограничился выводами судебной экспертизы, хотя ни одно из доказательств, в том числе экспертиза, не должны иметь для суда заранее установленной силы, а должны оцениваться в совокупности с иными доказательствами.

Суд не принял во внимание отсутствие технической возможности переноса стены, что приводит к необходимости демонтажа всего пристроя.

Экспертиза относительно картографических границ и координат поворотных точек в рамках дела не проводилась.

Строения ответчиков не располагаются на земельном участке истца и не создают истцу препятствий в пользовании земельным участком, они не являются самовольной постройкой и не подпадают под действие ст. 222 ГК РФ, при х возведении не допущено нарушений строительных норм и правил, постройки возведены в соответствии с требованиями действующего законодательства, действовавшего на момент их возведения.

Таким образом, считают, что факт нарушения прав ответчиком истцом не доказан, в том числе сведениями техпаспорта домовладения сторон до 1999 года и в настоящее время.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец Б.А. с доводами апелляционной жалобы не согласна, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно п. 2 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Частью 5 ст. 330 ГПК РФ предусмотрено, что при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения.

Определением от 29.05.2024 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, проведена подготовка дела к судебному разбирательству, распределено бремя доказывания юридически значимых обстоятельств, поскольку гражданское дело было рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие неявившегося по уважительной причине ответчика А.И. (в связи с нахождением на листке нетрудоспособности).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец Б.А., ее представитель - адвокат Обожженова С.Б., действующая на основании ордера, исковые требования с учетом их уточнения поддержала, просила их удовлетворить, ответчики - А.Г., А.И., их представитель П., действующий на основании устного ходатайства, исковые требования с учетом их уточнения не признали, просили в их удовлетворении отказать.

Выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, изучив и проанализировав материалы гражданского дела, оценив и проанализировав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 28.05.2018 года (л.д. 10-11, 12-13 т. 1) Б.А. на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером N, площадью 1455 +/- 13.40 кв. м, категория земель: земли населенных пунктов и жилой дом с постройками: веранда, пристройка, гараж, навес, постройка, постройка, сооружение с кадастровым номером N, площадью 116,2 кв. м, расположенные по адресу: <адрес>.

Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 22.02.2019 года (л.д. 14, 15 т. 1) А.Г., А.И. на праве общей совместной собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером N и здание с кадастровым номером N, расположенные по адресу: <адрес>.

Земельные участки, принадлежащие истцу Б.А. и ответчикам А.Г., А.И., являются смежными и имеют общую границу.

Решением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 18.04.2019 года по гражданскому делу N 2-542/2019 (л.д. 16-24 т. 1) исковые требования Б.А. к А.Г., А.И. об установлении границ земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1455 кв. м, с кадастровым номером N о признании отсутствующим права собственности у ответчиков на земельный участок с кадастровым номером N, общей площадью 1899 кв. м, расположенный по адресу: <адрес>; исключении регистрационной записи из Единого государственного реестра недвижимости о государственной регистрации права собственности оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики от 25.11.2019 года (л.д. 25-29 т. 1) решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 18.04.2019 года отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований Б.А. к А.И. и А.Г. об определении границ земельного участка по адресу: <адрес>; данные исковые требования Б.А. к А.И. и А.Н. удовлетворены частично. Установлена граница земельного участка истца Б.А. по адресу: <адрес>, с кадастровым номером: N являющаяся одновременно границей земельного участка ответчиков А.И. и А.Г. по адресу: <адрес>, с кадастровым номером: N, по следующим координатам: от точки 7 (X - 342818.40, Y - 2167159.54) 12, 72 м до точки 8 (X - 342806.03, Y - 2167162.51), далее 7,52 м до точки 9 (X - 342798.91, Y - 2167164.93), далее 19,26 м до точки 10 (X - 342780.47, Y - 2167170.50), далее 13,47 м до точки 11 (X - 342767.32, Y - 2167173.43), далее 15,07 м до точки 12 (X - 342752.54, Y - 2167176.36), далее 9,12 м до точки 13 (X - 342743.64, Y - 2167178.37); из Единого государственного реестра недвижимости исключены сведения о данной границе со следующим описанием: от точки 6 (X - 342743.68, Y - 2167178.48) 37,08 м до точки 7 (X - 342779.95, Y - 2167170.79), далее 26,81 м до точки 8 (X - 342805.46, Y - 2167162.53), далее 13,55 м до точки 9 (X - 342818.53, Y - 2167158.97); в пользу Б.А. взысканы судебные расходы: с А.И. - на оплату государственной пошлины - 150 рублей, на оплату судебной экспертизы - 15400 рублей, с А.Г. - на оплату государственной пошлины - 150 рублей, на оплату судебной экспертизы - 15400 рублей; в остальной части то же решение суда оставлено без изменения.

Определением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 17.02.2020 года по гражданскому делу N 2-31/2020 (л.д. 43-46 т. 1) утверждено мировое соглашение по исковому заявлению А.Г., А.И. к Б.А. об устранении препятствий в пользовании земельным участком, по которому:

1. Точная граница земельного участка, на котором расположены домовладения по адресу: <адрес>, должна проходить в соответствии с апелляционным определением Верховного Суда Удмуртской Республики от 25.11.2019 года по делу N 33-3309/2019 (дело N 2-542/2019 Можгинского районного суда УР) и вариантом N 2 заключения эксперта от 21.10.2019 года судебной экспертизы проведенной экспертом Г.

1.1. Границей, по которой стороны могут установить ограждение, является линия, проведенная от центра столба, установленного в точке 7, указанной в заключении эксперта, стр. 73 по варианту N 2, до центра столба, установленного в точке 24. Однако, при любых условиях, линия ограждения (ограды) должна проходить по точной границе, обозначенной в пункте 1.

1.2. Стороны для выноса точек границы в натуре по общей границе, после согласования даты совместной встречи, но не позднее 15.05.2020 года, договорились о том, что Б.А. приглашает кадастрового инженера Т., А.И. и А.Г. приглашают кадастрового инженера Е. Каждая из сторон оплату услуг кадастровых инженеров осуществляют самостоятельно и не предъявляют друг другу претензий по оплате.

2. Стороны по границе в срок до 01.07.2020 года устанавливают забор от точки 8 до точки 10, протяженностью 26 метров 78 см из металлического профильного листа не крашенного, высотой не более 170 см. Затраты на стоимость материалов на установку забора стороны несут совместно в равных долях, то есть Б.А. 50%, А.И. в размере 25%, А.Г. 25% от стоимости материалов.

3. Для исполнения Правил землепользования и застройки муниципального образования "Город Можга" (в ред. распоряжений Правительства УР от 23.11.2015 года N 1167-р, от 07.11.2016 года N 1460-р стороны обоюдно решили: А.И. и А.Г., а также Б.А. вдоль общей границы пересаживают (убирают) деревья, кустарники или срезают ветки, имеющихся насаждений, свисающие на территорию смежного землепользования и в последующем следят за тем, чтобы ветки деревьев и кустарников не нависали на территорию смежного землепользования.

4. В случае содержания домашней птицы и скота стороны договорились о строительстве и размещении объектов для их содержания на расстоянии не менее 4 метров от границы смежного землепользования.

5. Стороны договорились, что системы водослива и снегозадержания в целях недопущения попадания сточных вод и снега на смежные участки землепользования регулируют и приводят в соответствие самостоятельно.

Производство по делу по исковому заявлению А.Г. и А.И. к Б.А. об устранении препятствий в пользовании земельным участком прекращено.

Актом от 23.06.2020 года (л.д. 47 т. 1) кадастровый инженер Т. (ООО "Лидер") сдал на наблюдение за сохранностью межевые знаки, установленные при отводе границ земельного участка с кадастровым номером N расположенного по адресу: <адрес>, для закрепления в натуре поворотных точек границы, а собственник земельного участка Б.А. приняла в наблюдение за сохранностью межевые знаки: межевой знак 8 - X 342806.03, Y - 2167162.51 горизонтальное проложение - 7.52 м, закрепление межевых знаков - металлический столб, межевой знак 9 - X 342798.91, Y-2167164.93, горизонтальное проложение -, закрепление межевых знаков - металлический столб.

Согласно экспертному заключению судебной комплексной строительно-технической и землеустроительной экспертизы ООО "Независимая экспертиза" N 774-21 от 23.06.2021 года (л.д. 20-71 т. 3) в результате проведенных исследований эксперты пришли к следующим выводам:

1. На основе экспертного осмотра, изучения материалов дела и нормативных документов, регламентирующих минимальные отступы, установленные в целях определения мест допустимого размещения зданий, строений, сооружений, установлено, что пристрой по адресу: <адрес>, навес лит.Г3 не соответствуют требованиям градостроительных норм и правил. Гараж лит.Г2, хозяйственная постройка Г4, навес лит.Г3 не соответствуют требованиям строительных норм. В соответствии с Федеральным законом от 22.07.2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (ст. 6, 30, 31, 32, 87), СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" (п. 4.13), Правилами противопожарного режима в Российской Федерации (п. 65), хозяйственные постройки и пристрой к жилому дому по адресу: <адрес> не соответствуют требованиям пожарной безопасности.

2. В соответствии с Федеральным законом от 22.07.2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (ст. 6, 30, 31, 32, 87), СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" (п. 4.13), Правилами противопожарного режима в Российской Федерации (п. 65), пристрой к дому N по <адрес> и постройки за ним должны находится на минимальном противопожарном расстоянии (разрыве) от строений по адресу: <адрес> равном 15 м.

3. В результате осмотра и проведенных измерений установлено, что состояние конструкций стен гаража лит.Г2, хозяйственной постройки лит.Г4, навеса лит.Г3 является существенным нарушением строительных требований, что в свою очередь создает возможность деформации таких конструкций и возникновении угрозы жизни и здоровью человека.

Несоблюдение градостроительных норм пристроя и навеса лит.Г3 нарушают права смежного землепользователя (<адрес>) Б.А., поскольку у ответчиков отсутствует возможность полноценного обслуживания указанных построек без использования земельного участка и построек истца.

В части нарушений норм пожарной безопасности ответ содержится в первом вопросе. В случае возникновения пожара имеется возможность воздействия на людей и имущество опасных факторов пожара, пожарная безопасность считается необеспеченной.

Таким образом, хозяйственные постройки и пристрой к дому (N) создают угрозу жизни и здоровью, нарушают права смежного землепользователя Б.А.

4. Для устранения нарушения градостроительных норм требуется перенос исследуемого пристроя (на расстояние 3 м) и навеса лит.Г3 (на расстояние 1 м) от смежной границы участков N,N Данный перенос возможен без несоразмерных затрат, учитывая конструктивную податливость и изменяемость металлического каркаса, дощатых конструкций и кровли из профнастила. Компенсация нарушения строительных норм гаражом лит.Г2, хозяйственной постройки лит.Г4 возможна либо путем переборки части конструкций стен, либо установкой усиления. В отношении навеса лит.Г3 необходимые работы по устранению строительных недостатков дублируются работами, указанными для градостроительных норм.

В соответствии с Федеральным законом от 22.07.2008 года N 123-03 "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (ст. 6, 37, 58), СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям (с Изменением N 1)" (п. 4.11, 4.13, Таблица 1), пожарную безопасность объекта исследования можно обеспечить устройством одного из типа противопожарной преграды: противопожарная стена 1-го типа; противопожарный разрыв 15 м; при приведении объектов исследования в соответствии с критериями по степени огнестойкости III, классе конструктивной пожарной опасности СО - противопожарный разрыв 10 м. При устройстве противопожарной стены должны быть соблюдены строительные, градостроительные и противопожарные нормы.

Данные обстоятельства установлены на основании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2).

В силу п. п. 2, 3 ст. 261 ГК РФ если иное не установлено законом, право собственности на земельный участок распространяется на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и водные объекты, находящиеся на нем растения (п. 2). Собственник земельного участка вправе использовать по своему усмотрению все, что находится над и под поверхностью этого участка, если иное не предусмотрено законами о недрах, об использовании воздушного пространства, иными законами и не нарушает прав других лиц (п. 3).

Пунктом 1 ст. 263 ГК РФ предусмотрено, что собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

В соответствии с пп. 2 п. 1 ст. 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно п. 1 ст. 60 ЗК РФ нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: 1) признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; 2) самовольного занятия земельного участка; 3) в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (пп. 4 п. 2 ст. 60 ЗК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Статьей 304 ГК РФ определено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснений, приведенных в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее (абз. 1).

В силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение (абз. 2).

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика (абз. 3).

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца (абз. 4).

В обоснование требования о переносе стены пристроя и навеса (лит. Г3) истец указывает, что при возведении данных построек нарушены градостроительные и строительные нормы и правила.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы N 774-21 ООО "Независимая экспертиза" расстояние от пристроя (по главному фасаду) до забора между земельными участками N,N по <адрес> составляет от 0,1 м; расстояние от стенового ограждения навеса лит Г3 до забора между земельными участками N, N составило до 0,48 м.

В п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Существенность нарушений градостроительных и строительных норм и правил устанавливается судами на основании совокупности доказательств применительно к особенностям конкретного дела. К существенным нарушениям строительных норм и правил суды относят, такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц. Сами по себе отдельные нарушения, которые могут быть допущены при возведении постройки, в том числе градостроительных, строительных, иных норм и правил, не являются безусловным основанием для сноса строения, поскольку постройка может быть снесена лишь при наличии со стороны лица осуществившего ее, тех нарушений, которые указаны в статье 222 ГК РФ. При оценке значительности допущенных нарушений при возведении самовольных построек принимаются во внимание и положения статьи 10 ГК РФ о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.

Из заключения судебной экспертизы N 774-21 следует, что установлено наличие нарушения в отношении вертикали стеновых конструкций навеса лит. Г 3, что является существенным нарушением требований строительных требований, поскольку создает возможность деформации таких конструкций и возникновения угрозы жизни и здоровью человека.

При этом в экспертном заключении не приведены расчеты, в соответствии с которым возможно обрушение данного навеса.

В объяснениях эксперта К., допрошенного в судебном заседании апелляционной инстанции указано, что расчеты для определения обрушения навеса, в том числе на земельный участок истца не проводились, он не может сказать произойдет ли обрушение данного навеса и будет ли данное обрушение на земельном участке ответчика или истца, данный вывод является его предположением.

В заключении судебной строительно-технической экспертизы N 774-21 указано, что компенсация нарушения строительных норм гаражом лит. Г2, хозяйственной постройкой лит. Г4 возможна либо путем переборки части конструкции стен, либо установкой усиления. В отношении навеса лит. Г3 необходимые работы по устранению строительных недостатков дублируются работами, указанными для устранения градостроительных норм.

Из объяснений эксперта К., допрошенного в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что при нарушении строительных норм в отношении вертикали стеновых конструкций нет необходимости сносить строение, нарушение указанных строительных норм компенсируется работами путем переборки части конструкций стен либо установкой усиления. Поскольку навес лит. Г3 не соответствует градостроительным нормам, то и было указано о переносе строения.

Исходя из изложенного, для устранения нарушения строительных норм при строительстве навеса лит. Г3 необходимо провести работы по переборке части конструкций стен либо по установке усиления, а для устранения градостроительных норм необходимо перенести навес лит. Г3.

В заключении экспертизы N 774-21 указано, что несоблюдение градостроительных норм при строительстве пристроя к дому и навеса лит.Г3 нарушают права смежного землепользователя Б.А., поскольку у ответчиков отсутствует возможность полноценного обслуживания указанных построек без использования земельного участка и построек истца.

Однако отсутствие возможности у ответчиков полноценного обслуживания указанных построек не может свидетельствовать о нарушении прав истца.

Таким образом, само по себе нарушение градостроительных норм и правил при строительстве пристроя к дому, расположенному по адресу: <адрес> не может указывать на необходимость переноса стены пристроя на расстояние 3 метра, поскольку не установлено наличия угрозы жизни и здоровью истца при нарушении градостроительных норм.

В отношении навеса лит. Г3 судебная коллегия полагает, что в судебном заседании не установлено, что при нарушении строительных норм имеется угроза жизни и здоровью истца, поскольку выводы эксперта являются предположительными, не мотивированы, не приведены расчеты.

При этом экспертом установлено, что для устранения нарушения строительных норм, допущенных при строительстве навеса лит. Г3 необходимо провести определенные работы, без переноса (сноса) строения.

С учетом изложенного, нарушение градостроительных норм при строительстве навеса лит. Г3 также не может свидетельствовать о необходимости переноса стены постройки навеса лит. Г3 на 1 метр.

Исследуя доводы истца о необходимости переноса стены пристроя к дому и стены навеса лит. Г3 ввиду их несоответствия требованиям пожарной безопасности, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы N 774-21 в соответствии с Федеральным законом от 22 июня 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (ст. 6, 30, 31, 32, 87), СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" (п. 4.13), Правилами противопожарного режима в Российской Федерации (п. 65), пристрой к дому N по <адрес> и постройки за ним должны находиться на минимальном противопожарном расстоянии (разрыве) от строений по адресу: <адрес> равном 15 м.

От объектов исследования ближайшим на соседнем участке земельном участке строением, является с западной стороны на расстоянии 0,5 метров - бревенчатый одноэтажный жилой дом с дощатым пристроем по адресу: <адрес>.

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 22 июня 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" настоящий Федеральный закон принимается в целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан и юридических лиц, государственного и муниципального имущества от пожаров, определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает минимально необходимые требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям и сооружениям, производственным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения.

Несоблюдение противопожарного расстояния между спорными постройками и строением истца (п. 4.13 СП 4.13130.2013, которым руководствовался эксперт при производстве экспертизы от 23 июня 2021 года) не является основанием для переноса построек, поскольку указанный Свод правил включен в перечень документов в области стандартизации, в результате применения которых на добровольной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона от 22 июля 2008 г. N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности". Нарушение рекомендуемых к добровольному применению требований Свода правил о противопожарном расстоянии не может являться безусловным основанием для переноса (сноса) построек.

На основании ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 22.07.2008 N 123-ФЗ противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения. Допускается уменьшать указанные в таблицах 12, 15, 17, 18, 19 и 20 приложения к настоящему Федеральному закону противопожарные расстояния от зданий, сооружений и технологических установок до граничащих с ними объектов защиты при применении противопожарных преград, предусмотренных статьей 37 настоящего Федерального закона. При этом расчетное значение пожарного риска не должно превышать допустимое значение пожарного риска, установленное статьей 93 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 80 Федерального закона N 123-ФЗ конструктивные, объемно-планировочные и инженерно-технические решения зданий и сооружений должны обеспечивать в случае пожара нераспространение пожара на соседние здания и сооружения.

Определением судебной коллегии от 12 августа 2024 года было предложено истцу представить доказательства, подтверждающие, что нарушение противопожарных норм и правил при возведении построек повлекли нарушение прав истца, что конструктивные, объемно-планировочные и инженерно-технические решения возведенных ответчиками построек не обеспечивают в случае пожара его нераспространение на постройки, принадлежащие истцу.

Данные доказательства стороной истца не представлены.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ранее пристрой к дому являлся деревянным, в настоящее время несущий каркас пристроя выполнен из металлического профиля, стеновое ограждение пристроя выполнено из профилированного металлического листа.

Также необходимо отметить, что постройки истца, примыкающие к жилому дому, также расположены на небольшом расстоянии от смежной границы между земельными участками истца и ответчиков.

Кроме того, выявленное проведенным в рамках строительно-технической экспертизы исследованием уменьшение нормативных противопожарных расстояний будет компенсировано в полной мере дополнительными мероприятиями путем устройства противопожарной стены 1- го типа.

Исходя из конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, избранный истцом способ защиты должен соответствовать характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов, либо публичных интересов. Само по себе отступление от нормативных противопожарных расстояний не является безусловным основанием для удовлетворения требования о переносе (сносе) самовольной постройки.

При этом в заключении судебной экспертизы не содержится сведений, позволяющих определить, что при данной плотности застройки, ширины фасада земельных участков, перенос строений на 3 метра и на 1 метр обеспечит противопожарный разрыв в 15 метров.

В данном случае, отступление от нормативного противопожарного расстояния пристроя к дому, навеса лит. Г3 не признается достаточным основанием для переноса (сноса) указанных строений.

Исследуя доводы истца о попадании дождевых осадков на земельный участок истца с крыши пристроя к дому и навеса, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В обоснование своих выводов истцом представлено экспертное заключение N 482-21АНО Бюро независимой экспертизы и оценки "Профэксперт" от 23.04.2021 года, проведенной по заявлению Б.А., согласно которому в результате представленной информации (в т.ч фотоматериала) установлено, что фактическое расположение рассматриваемых построек приводит к попаданию снежных масс, дождевых осадков и талых вод на земельный участок N. Учитывая максимальную высоту пристроя 4,2 м, направление уклона кровли в сторону участка N и ее значительную площадь, отсутствие снегозадерживающих устройств, направление водоотводящих желобов кровли в сторону участка N, установлено, что хозяйственные постройки и пристрой к жилому дому по адресу: <адрес> создают угрозу жизни и здоровью, нарушают права смежного собственника Б.А. с возможностью лавинообразного схода снега, переувлажнением и подтоплением земельного участка N 22.

В заключении судебной строительно-технической экспертизы ООО "Независимая экспертиза" от 23.06.2021 года указано, что кровельное покрытие пристроя к дому, расположенному по адресу: <адрес> выполнено из профнастила по сплошной деревянной обрешетке, обрешетка выполнена по балкам из доски, направление уклона кровли пристроя - от участка по адресу: <адрес> в сторону <адрес>; кровля навеса лит. Г3 из профнастила, оборудована снегозадерживающими и водосливными системами, уклон кровли в сторону участка Б.А.

Таким образом, судебной строительно-технической экспертизой, проведенной через два месяца после исследования экспертами АНО Бюро независимой экспертизы и оценки "Профэксперт" установлено, что уклон крыши пристроя к дому направлен в сторону <адрес>, а не в сторону участка истца, а крыша навеса лит. Г3 оборудована снегозадерживающими и водосливными системами, что указывает на отсутствие нарушения прав истца.

От проведения дополнительного исследования сторона истца отказалась.

С учетом изложенного, истцом не представлено доказательств, что принадлежащие ответчику спорные строения привели к ограничениям или невозможности полноценного использования по целевому назначению принадлежащего истцу земельного участка.

При таких обстоятельствах исковые требования истца Б.А. удовлетворению не подлежат.

Согласно ч. 2 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Поскольку решение суда первой инстанции не соответствует принципу законности и обоснованности судебного постановления, т.к. гражданское дело было рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие неявившегося по уважительной причине ответчика А.И. (в связи с нахождением на листке нетрудоспособности), что в силу п. 2 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае, то решение суда первой инстанции подлежит отмене с вынесением нового решения об оставлении без удовлетворения исковых требований Б.А. к А.Г., А.И. об устранении препятствий в пользовании земельным участком.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 20 июля 2022 года - отменить.

Вынести новое решение, которым исковые требования исковые требования Б.А. ы (СНИЛС N) к А.Г. (паспорт N), А.И. (СНИЛС N) о возложении обязанности на ответчиков прекратить нарушение права пользования Б.А. ой земельным участком с кадастровым номером N расположенным по адресу: <адрес> путем перемещения стены пристроя к жилому дому на расстояние 3 метра и стены постройки лит. Г3, расположенной в продолжении стены пристроя на расстоянии 1 метра от границы земельного участка, между характерными точками границы от точки 7 с координатами X-342818.40, Y-2167159.54 до точки 8 с координатами X-342806.03, Y-2167162.51 и от точки 8 до точки 9 с координатами X-342798.91, Y-2167164,93 - оставить без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 сентября 2024 года.