Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Благаря В.А.,

судей Сердюковой С.С., Силаевой А.В.,

с участием прокурора Зырянова Е.А.

при секретаре Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам Ш., С.Е., С.К., С.В., апелляционному представлению прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска на решение Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 27 марта 2024 года по иску Ш. к С.Е., С.К., С.В. о возмещении вреда.

Заслушав доклад судьи Сердюковой С.С. об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражений на апелляционную жалобу, объяснения истца Ш., поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, представителя ответчиков: С.Е., С.В., С.К.: ФИО23 поддержавшей доводы апелляционной жалобы своих доверителей, прокурора Зырянова Е.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, судебная коллегия

Ш. обратился в суд с иском к С.Е., С.К., С.В. о возмещении вреда.

В обоснование исковых требований указал, что он является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. В соответствии с постановлениями о признании его потерпевшим от 25 августа 2020 года, 2 мая 2020 года в результате действий неустановленных лиц, в квартире по адресу: <адрес> произошел пожар, указанная квартира находится в долевой собственности С.Е., С.К., С.В. В результате пожара в его квартире возникли разрушения краски в виде трещин и сколов, произошло падение штукатурки и шпаклевки, отслоение штукатурного слоя. Согласно заключению эксперта N, составленному обществом с ограниченной ответственностью "ЮжУралЭксперт", общий размер причиненного ущерба, включая рыночную стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, составил 202 784 рубля. Кроме того, в результате пожара причинен вред его здоровью. Согласно заключению эксперта N от 24 июля 2020 года ему причинены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>. После уточнения исковых требований просит суд взыскать солидарно с С.Е., С.К., С.В. в его пользу материальный ущерб в размере 202 784 рубля, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец Ш., его представитель ФИО24. в судебном заседании исковые требования поддержали.

Ответчики С.Е., С.К., С.В. в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом.

Представитель ответчиков С.Е., С.К., С.В.: ФИО25 в судебном заседании исковые требования не признала.

Помощник прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска - ФИО26 в своем заключении указал на обоснованность исковых требований.

Суд постановил решение, которым исковые требования Ш., удовлетворил частично, взыскал с С.Е., С.К., С.В. в возмещение имущественного вреда 50 696 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей с каждого, всего взыскал с каждого 60 696 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований Ш. суд отказал.

В апелляционной жалобе Ш. просит решение изменить, взыскать солидарно с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, помимо взысканных сумм взыскать солидарно с С.Е., С.К. 50 696 рублей, как ? часть размера причиненного имущественного вреда, в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества ФИО27 В обоснование доводов жалобы указывает, что определенная судом сумма компенсации морального вреда является заниженной, полагает, что она несоразмерна тем нравственным и физическим страданиям, которые он испытал, в связи с причинением вреда здоровью.

В апелляционной жалобе С.Е., С.К., С.В. просят решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование доводов жалобы указывают, что суд не принял во внимание, что по факту пожара было возбуждено уголовное дело, в рамках которого собственники квартиры, в которой произошел пожар, проходили ни как обвиняемые, а как потерпевшие, так как в момент пожара в квартире находились виновники пожара - третьи лица: ФИО31 в привлечении которых к участию в деле было отказано. Судом также искажены выводы заключения эксперта. Не принято и не рассмотрено их заявление о пропуске срока исковой давности, началом течения которого является момент, когда произошел пожар, то есть 2 мая 2020 года. Также не установлены обстоятельства, подтверждающие, что именно они являются причинителями вреда, виновными в возникновении пожара, поскольку обнаруженные в квартире электроприборы находились вне состояния аварийного режима.

В апелляционном представлении прокурор Тракторозаводского района г. Челябинска просит решение изменить в части увеличения размера компенсации морального вреда. Полагает, что судом не в полной мере учтен характер причиненных физических и нравственных страданий истцу.

В возражениях на апелляционную жалобу Ш. просит решение суда в части взыскания материального ущерба оставить без изменения, апелляционную жалобу С.Е., С.К., С.В. - без удовлетворения.

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции ответчики: С.Е., С.К., С.В. не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили.

В связи с изложенным, судебная коллегия, на основании статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражений на апелляционную жалобу, судебная коллегия полагает решение суда подлежащем изменению.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 от 5 июня 2002 года "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" под пожарной безопасностью понимается состояние защищенности личности, имущества, общества и государства от пожаров.

В соответствии со статьей 34 указанного Федерального закона граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством. Кроме того, данной нормой на граждан возложена обязанность соблюдать требования пожарной безопасности.

Статьей 38 данного Федерального закона предусмотрена, в том числе ответственность собственников имущества за нарушение требований пожарной безопасности.

Согласно статье 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных норм и разъяснений следует, что на собственнике, а в случае общей собственности - на сособственниках, владеющих и пользующихся имуществом, лежит обязанность надлежащего содержания этого имущества, включая обеспечение его пожарной безопасности.

Из материалов дела следует, что 2 мая 2020 года в квартире по адресу: <адрес>, произошел пожар, в результате которого повреждена принадлежащая истцу квартира N.

Квартира по адресу: <адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности С.Е., С.К., С.В., ФИО28, по 1/4 доле каждому (т. 1, л.д. 216-221).

1 июня 2020 года по факту пожара в N по адресу: <адрес>" возбуждено уголовное дело N по статье N Уголовного кодекса Российской Федерации (т. 2, л.д. 2).

Постановлением от 16 мая 2021 года производство по уголовному делу приостановлено, в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (т. 2, л.д. 43).

Постановлением от 31 мая 2022 года уголовное дело прекращено, в связи с истечением срока давности уголовного преследования (т. 2, л.д. 44).

Согласно заключению специалиста общества с ограниченной ответственностью "ЮжУралЭксперт" ФИО33 от 28 мая 2020 года N рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного отделке квартиры, расположенной по адресу: <адрес> на дату оценки без учета износа составляет 219 136 рублей, с учетом износа и округления - 202 784 рубля (т. 1, л.д. 86-153).

Заключением эксперта Федерального государственного бюджетного учреждения "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Челябинской области" ФИО32 от 27 мая 2020 года N установлено, что очаг пожара произошедшего 2 мая 2020 года в двухкомнатной квартире <адрес> находится у восточной стены кухни квартиры, в месте расположения углового дивана и электрической розетки на стене. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара является загорание горючих материалов при контакте с источником зажигания малой мощности (тлеющим) (т. 1, л.д. 38-47).

Согласно заключению эксперта Федерального государственного бюджетного учреждения "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Челябинской области" ФИО34 от 4 августа 2020 года N очаг пожара, произошедшего 2 мая 2020 года в двухкомнатной квартире <адрес>, находится у восточной стены кухни квартиры, на поверхности углового дивана. Причиной пожара в рассматриваемом случае является загорание горючих материалов при контакте с источником зажигания малой мощности (тлеющим) (т. 2, л.д. 141-144).

Из исследовательской части заключения дополнительной пожарно-технической экспертизы следует, что в заключении эксперта N было установлено, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара является загорание горючих материалов при контакте с источником зажигания малой мощности (тлеющим). Вероятностный вывод о причине возникновения пожара был сформулирован, исходя из того, что повреждения вилки удлинителя и розетки, находящихся в очаговой зоне, в протоколе ОМП от 2 мая 2020 года не были отражены. Следовательно, сделать какие-либо выводы по формированию или отсутствию на них признаков, характерных для протекания аварийных пожароопасных режимов работы, не представилось возможным. В рамках настоящего исследования были сделаны выводы об отсутствии на электрическом проводе, включенном в розетку, следов разрыва, что позволило исключить возможность образования короткого замыкания, как одного из источников зажигания для возникновения пожара. Это, в свою очередь, дало основания уточнить выводы по расположению очага пожара, а именно, что он находится на поверхности дивана.

При определении причин пожара и очага возгорания судебная коллегия принимает заключение дополнительной пожарно-технической экспертизы, поскольку выводы эксперта были уточнены с учетом дополнительно представленных материалов.

Судом первой инстанции заключение дополнительной пожарно-технической экспертизы учтено не было, в то же время указанное к неправильному разрешению спора не привело.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что пожар, в результате которого истцу причинен имущественный вред, произошел по вине ответчиков, которые не приняли надлежащих мер по обеспечению соблюдения правил пожарной безопасности при эксплуатации принадлежащего им имущества, доказательств отсутствия вины ответчиками не представлено.

Доводы апелляционной жалобы ответчиков о том, что они не являются лицами, ответственными за причинение истцу ущерба, поскольку в момент пожара в принадлежащей им квартире находились третьи лица, отклоняются судебной коллегией.

Предоставление жилого помещения в пользование третьих лиц не освобождает сособственников от ответственности за возмещение вреда, причиненного в результате возгорания, произошедшего в принадлежащей им квартире. Распоряжаясь квартирой, допуская нахождение в ней третьих лиц, ответчики, как сособственники имущества, несут ответственность за соблюдение требований пожарной безопасности.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно возложил ответственность за причинение ущерба в результате пожара на ответчиков, как на сособственников квартиры по адресу: <адрес>.

Как следует из материалов дела сособственник ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, ФИО35 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Исковые требования о возмещении вреда к наследникам (наследственному имуществу) ФИО29 Ш. не заявлялись. В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в пределах заявленных исковых требований. Оснований для отмены решения суда в указанной части по доводам апелляционной жалобы Ш. судебная коллегия не усматривает.

Как верно указал суд первой инстанции, Ш. не лишен права обратиться с новым иском к наследникам (наследственному имуществу) ФИО30

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает начало течения срока исковой давности с моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, а также о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

С учетом конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента вынесения постановления от 31 мая 2022 года о прекращении уголовного дела N, возбужденного 1 июня 2020 года, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Ссылка стороны ответчика на то, что срок исковой давности следует исчислять с 2 мая 2020 года ошибочна.

С исковым заявлением Ш. обратился 25 августа 2023 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26 января 2010 года N 1 разъяснено, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно заключению эксперта Чебаркульского межрайонного отделения Государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" ФИО36 от 24 июля 2020 года N Ш. причинены следующие телесные повреждения: <данные изъяты> (т. 1, л.д. 77-79).

Как следует из выписного эпикриза Муниципального автономного учреждения здравоохранения "Городская клиническая больница N г. Челябинск" от 18 мая 2020 года N Ш. находился на стационарном лечении в ожоговом отделении с 3 мая 2020 года по 18 мая 2020 года, 13 мая 2020 года проведена хирургическая операция - <данные изъяты> (т. 1, л.д. 80-81).

Разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу истца, суд признал установленным факт причинения нравственных и физических страданий Ш., в то же время снизил размер денежной компенсации морального вреда до 10 000 рублей с каждого ответчика.

Проверяя доводы апелляционной жалобы истца, апелляционного представления прокурора в указанной части, суд апелляционной инстанции находит их заслуживающими внимания, поскольку при определении размера компенсации морального вреда судом была недостаточно учтена степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, вызванных причинением вреда здоровью средней тяжести, длительность лечения.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда подлежит увеличению до 100 000 рублей с каждого ответчика, что будет соответствовать требованиям разумности и справедливости, предусмотренным статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах решение суда в указанной части подлежит изменению.

В остальной части решение суда является законным и обоснованным, отвечающим нормам материального права, постановленным при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства, каких-либо оснований для его отмены судебной коллегией не выявлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Решение Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 27 марта 2024 года в части взыскания с С.Е., С.К., С.В. компенсации морального вреда изменить.

Взыскать в пользу Ш. (паспорт N) компенсацию морального вреда с С.Е. (паспорт N) в размере 100 000 рублей, с С.К. (паспорт N) в размере 100 000 рублей, с С.В. (паспорт N) в размере 100 000 рублей.

Исключить из резолютивной части решения указания на общие суммы взыскания с С.Е., С.К., С.В. - 60 696 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы Ш., С.Е., С.К., С.В., представление прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 июля 2024 года.