Мотивированное определение изготовлено 11 июня 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Давыдовой Т.И.,

судей Карповой О.Н., Терешиной Е.В.,

с участием прокурора Тепловой М.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-5866/2024 по иску К. к обществу с ограниченной ответственностью "Газпром трансгаз Сургут" об оспаривании приказа о сокращении должности, изменений условий соглашения об оплате труда, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, премий, компенсации за задержку выплат, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе К. на решение Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 6 ноября 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 25 февраля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Карповой О.Н., объяснения представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью "Газпром трансгаз Сургут" П., полагавшей кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Тепловой М.Н., полагавшей кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

К. обратился в суд с исками к обществу с ограниченной ответственностью "Газпром трансгаз Сургут" (далее - ООО "Газпром трансгаз Сургут") о признании недействительным условия трудового договора, возложении обязанности по отмене изменения к соглашению, взыскании премий, процентов за задержку выплат премии и иных выплат, компенсации за дни неиспользованного отпуска.

Определением Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 6 ноября 2024 г. гражданские дела N 2-5866/2024 по иску К. к ООО "Газпром трансгаз Сургут" о признании недействительным условия трудового договора, возложении обязанности по отмене изменения к соглашению и N 2-9191/2024 по иску К. к ООО "Газпром трансгаз Сургут" о взыскании премий, процентов за задержку выплат премии и иных выплат, компенсации за дни неиспользованного отпуска объединены в одно производство (том 14 л.д. 35).

Уточнив в ходе судебного разбирательства заявленные требования, истец просил:

признать незаконным приказ-постановление N 01591/29 от 19 декабря 2023 г.,

восстановить его в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности ООО "Газпром трансгаз Сургут",

взыскать с ответчика заработок за время вынужденного прогула за период с 12 марта 2024 г. по 8 апреля 2024 г. в размере 941 090,20 руб., а также по день вынесения решения суда о восстановлении на работе, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.,

признать условие по оплате труда по повременно-индивидуальной системе оплаты труда (далее - ПИСОТ) действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, признать незаконным изменение N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях рег. N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г.,

возложить на ответчика обязанность осуществить выплату премии ко Дню нефтяной и газовой промышленности за 2023 г. в размере 486 728 руб.,

взыскать с ответчика проценты (денежную компенсацию) в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации за несвоевременную выплату указанной премии в размере 95 333,45 руб. за период с 25 августа 2023 г. по 8 апреля 2024 г. и по день вынесения решения судом, компенсацию морального вреда, причиненного невыплатой премии, в размере 100 000 руб., проценты за несвоевременные выплаты в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации по решению суда по делу N 2-5669/2023 в размере 771 592,61 руб., премию по итогу работы за 2023 г. в полном размере в сумме 658 412,47 руб., ранее выплаченную по приказу N 72-Л/С от 20 апреля 2023 г. и незаконно удержанную по приказу N 46-Л/С от 11 марта 2024 г. компенсацию за дни неиспользованного отпуска в количестве 68 дней за период с 25 января 2022 г. по 20 апреля 2023 г. в размере 463 762,64 руб. (том 17 л.д. 225-226).

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что состоял в трудовых отношениях с ООО "Газпром трансгаз Сургут", последняя занимаемая должность - начальник службы промышленной и пожарной безопасности. Приказом N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. "О сокращении и вводе штатных должностей" штатная должность начальника службы с 1 марта 2024 г. исключена из состава службы промышленной и пожарной безопасности. Приказом N 46-Л/С от 11 марта 2024 г. трудовой договор с ним прекращен по инициативе работодателя в связи с сокращением штата работников организации. Полагал, что приказ-постановление N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. является незаконным, сокращение мнимым, поскольку работодатель избавился от него, как от "ненужного" работника, что свидетельствует о злоупотреблении ответчиком правом. Объективные причины для сокращения штата отсутствовали, проведение мероприятий по усилению профилактической работы по обеспечению пожарной безопасности свидетельствует об увеличении штата; служба промышленной безопасности, руководителем которой он был, не упразднена, все сотрудники остались на своих рабочих местах с прежним функционалом. Кроме того, полномочия на принятие решения о сокращении штата или численности работников ООО "Газпром трансгаз Сургут" у генерального директора общества отсутствуют. Согласно Положению об оплате по ПИСОТ, утвержденному ПАО "Газпром", к оплате по ПИСОТ относится конкретный перечень руководящих должностей, имеющихся в обществе. Должность, которую он занимал, подлежит оплате по ПИСОТ на весь период действия трудового договора в это должности. Ограничения по сроку действия положения по ПИСОТ в период 3 года ни чем не установлены. Письменное предварительное согласие единственного участника (учредителя) ПАО "Газпром" в соответствии с подпунктом 2 пункта 10.7. Устава общества в отношении срока действия оплаты по ПИСОТ только в течение трех лет отсутствует. Однако ответчик, в нарушение локальных нормативных актов ПАО "Газпром", требований трудового законодательства, порядка предусмотренного статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации, решил изменить условие оплаты по ПИСОТ, ограничив его сроком и возможностью без уведомления работника снижать ему оклад без установленных законом причин через три года. Считает, что условие по оплате труда может носить срочный характер только при условии того, что с работником заключен срочный трудовой договор. В случае, если срочный трудовой договор с одним и тем же работником по тем же трудовым функциям перезаключается неоднократно, то по требованию работника такой договор может быть признан судом бессрочным. В рамках настоящего спора имеет преюдициальное значение решение Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры по гражданскому делу N 2-6100/2023, соответственно он освобождается от доказывания установленного судом факта того, что оплата по системе ППСОТ значительно ухудшает его положение в сравнении с условиями по оплате по системе ПИСОТ. Учитывая положения статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации, условия локальных нормативных актов, ограничивающие права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, применению не подлежат. 24 августа 2023 г. работникам ООО "Газпром трансгаз Сургут" выплачена премия ко Дню нефтяной и газовой промышленности. Согласно соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г. - вриложение к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г., пункта 5.1 раздела 5 "Единовременное премирование" Положения об оплате труда работников ООО "Газпром трансгаз Сургут" от 10 ноября 2015 г., премия сотруднику со стажем свыше 15 лет выплачивается в размере 100% от должностного оклада. Ему выплата премии не произведена, на письменное обращение о выплате премии ответа не последовало по настоящее время Бездействие ответчика, связанное с невыплатой премии считает незаконным, ущемляющим его права. Моральный вред, причиненный невыплатой указанной премии, оценивает в 100 000 руб. 20 апреля 2023 г. он бы ответчиком незаконно уволен и восстановлен по решению суда в рамках гражданского дела N 2-5669/2023, также в его пользу были взысканы заработанная плата за время вынужденного прогула за период с 21 апреля 2023 г. по 3 октября 2023 г. в размере 3 724 945 руб. (с НДФЛ) и премия по итогам работы за 2022 г. в размере 833 530, 85 руб. (с НДФЛ). Фактически ответчик исполнил обязательства по оплате присужденных судом сумм только 29 февраля 2024 г., а выплату премии ко Дню нефтяной и газовой промышленности в размере 486 728 руб. не произвел до настоящего времени, в связи с чем, с ответчика подлежат взысканию проценты (денежная компенсация) в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Решением Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 6 ноября 2024 г. исковые требования К. удовлетворены частично. К. восстановлен в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности ООО "Газпром трансгаз Сургут" с 12 марта 2024 г. С ООО "Газпром трансгаз Сургут" в пользу К. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула за период с 12 марта 2024 г. по 6 ноября 2024 г. в размере 2 152 146,14 руб., премия ко Дню нефтяной и газовой промышленности за 2023 г. в размере 365 046 руб. (с учетом НДФЛ), проценты за нарушение сроков выплаты премии ко Дню нефтяной и газовой промышленности за период с 25 августа 2023 г. по 6 ноября 2024 г. в размере 171 401,27 руб. (с учетом НДФЛ), проценты за нарушение срока выплаты заработка за время вынужденного прогула по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 7 февраля 2024 г. по 29 февраля 2024 г. в размере 91 385,32 руб. (с учетом НДФЛ), проценты за нарушение срока выплаты премии в размере 833 530,85 руб. по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 1 июня 2023 г. по 29 февраля 2024 г. в размере 192 128,86 руб., премия по итогам работы за 2023 г. в размере 221 688,06 руб. (с учетом НДФЛ), удержанная компенсация за дни неиспользованного отпуска в размере 453 195,92 руб. (с учетом НДФЛ), компенсация морального вреда 100 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано. Решение в части восстановления на работе обращено к немедленному исполнению. С ООО "Газпром трансгаз Сургут" взыскана государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования города Сургут в размере 27 035 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 25 февраля 2025 г. указанное решение отменено в части, в которой К. отказано в удовлетворении его требований к ООО "Газпром трансгаз Сургут" о признании условия по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, признании незаконным изменения N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях рег. N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г., принято в указанной части новое решение об удовлетворении требований.

Признано условие по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, незаконным изменения N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях рег. N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г.

Изменено решение суда в части размера подлежащих взысканию процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы и иных выплат, взысканы с ООО "Газпром трансгаз Сургут" в пользу К. проценты за нарушение сроков выплаты премии ко Дню нефтяной и газовой промышленности за период с 25 августа 2023 г. по 6 ноября 2024 г. в размере 148 771,28 руб., за нарушение срока выплаты заработка за время вынужденного прогула по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 3 октября 2023 г. по 29 февраля 2024 г. в размере 487 617,63 руб., проценты за нарушение срока выплаты премии в размере 833 530,85 руб. по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 1 июня 2023 г. по 29 февраля 2024 г. в размере 166 618,62 руб.

Изменено решение суда в части размера государственной пошлины, взыскана с ООО "Газпром трансгаз Сургут" в доход бюджета муниципального образования г. Сургут государственная пошлина в размере 26 809,44 руб.

В остальной части решение суда оставлено без изменения, апелляционные жалобы сторон - без удовлетворения.

В кассационной жалобе истец К. просит отменить судебные постановления в части отказа в признании незаконным приказа - постановления N 01591/29 от 19 декабря 2023 г., ссылаясь на их необоснованность и незаконность, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в указанной части.

От ООО "Газпром трансгаз Сургут" поступили возражения на кассационную жалобу, в которых представитель ответчика просит жалобу оставить без удовлетворения, как необоснованную.

Определением судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 7 мая 2025 г. ходатайство ООО "Газпром трансгаз Сургут" об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи оставлено без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о времени и месте судебного разбирательства по настоящему делу заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В соответствии со статьями 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанции, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Обсудив доводы кассационной жалобы, возражений на жалобу, изучив материалы дела, выслушав объяснения относительно кассационной жалобы, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы.

Как установлено судами, 15 июля 2003 г. между К. и ООО "Сургутгазпром" (ООО "Газпром трансгаз Сургут") заключен трудовой договор N 281 от 15 июля 2003 г., по условиям которого К. принят на работу на должность ведущего инженера отдела охраны труда и промышленной безопасности, с 1 января 2013 г. занимал должность начальника службы промышленной и пожарной безопасности.

Приказом врио генерального директора ООО "Газпром трансгаз Сургут" от 20 апреля 2023 г. N 42-л/с К. уволен 20 апреля 2023 г. по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей.

Вступившим в силу решением Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 октября 2023 г. К. восстановлен на работе в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности ООО "Газпром трансгаз Сургут" с 21 апреля 2023 г. Решение суда обращено к немедленному исполнению.

6 октября 2023 г. К. обратился к генеральному директору ООО "Газпром трансгаз Сургут" с заявлением о выплате премии ко Дню нефтяника в размере 486 728 руб.

В удовлетворении заявления ответчиком было отказано.

Приказом-постановлением от 19 декабря 2023 г. N 01591/29 "О сокращении и вводе штатных должностей", подписанным генеральным директором ООО "Газпром трансгаз Сургут", штатная должность начальника службы исключена с 1 марта 2024 г. из состава службы промышленной и пожарной безопасности. Принятию решения предшествовали мероприятия по усилению профилактической работы по обеспечению пожарной безопасности в ООО "Газпром трансгаз Сургут" в рамках исполнения Федерального закона от 16 апреля 2022 г. N 110-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О пожарной безопасности", статьи 3 Федерального закона "О службе в федеральной противопожарной службе в Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в целях исключения дублирования функций заместителя главного инженера по охране труда, промышленной безопасности и начальника службы промышленной и пожарной безопасности ООО "Газпром трансгаз Сургут", оптимизации использования трудовых ресурсов, затрат на заработную плату.

Решение об исключении штатной должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности ответчиком обосновано служебной запиской главного инженера <данные изъяты> <данные изъяты> и заместителя генерального директора по управлению персоналом Т. генеральному директору ООО "Газпром трансгаз Сургут" от 15 декабря 2023 г. N 23-11590-02, из которой следует, что в результате проведенного анализа должностных инструкций заместителя главного инженера по охране труда, промышленной и пожарной безопасности и начальника Службы промышленной и пожарной безопасности выявлено дублирование функций в части организации работы по обеспечению промышленной и пожарной безопасности общества.

К указанной служебной записке представлен экономический расчет целесообразности сокращения штатной должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности и ввода штатной должности инженера пожарной охраны 1 категории в аппарат при руководстве Ортьягунского ЛПУМГ.

19 декабря 2023 г. К. был уведомлен о предстоящем сокращении.

11 марта 2024 г. трудовой договор с К. расторгнут, истец уволен на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работодателя в связи с сокращением штата работников организации (приказ N 46-Л/С от 11 марта 2024 г.).

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований о признании незаконным приказа-постановления N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. "О сокращении и вводе штатных должностей", суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 81, 180 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", проанализировав положения должностных инструкций начальника службы промышленной и пожарной безопасности при администрации ООО "Газпром трансгаз Сургут", утвержденной 11 апреля 2023 г., а также заместителя главного инженера по охране труда, промышленной и пожарной безопасности администрации ООО "Газпром трансгаз Сургут", утвержденной 28 февраля 2022 г., установив дублирование их обязанностей, а также приняв во внимание что работодатель, реализуя свои полномочия в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом имеет право принимать необходимые кадровые решения, в том числе об изменении численного состава работников организации, Устав ООО "Газпром трансгаз Сургут" не запрещает генеральному директору общества самостоятельно, без согласования с единственным участником общества, принимать решения о сокращении штатной численности работников Службы промышленной и пожарной безопасности, пришел к выводу о законности принятого работодателем приказа-постановления N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. "О сокращении и вводе штатных должностей".

Установив, что в период сокращения истца у ответчика имелись вакантные должности, которые истцу не предлагались, суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении работодателем процедуры сокращения К., в связи с чем признал незаконным увольнение истца по сокращению штата, восстановил его в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности ООО "Газпром трансгаз Сургут" с 12 марта 2024 г.

Руководствуясь статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации, установив, что среднедневной заработок, определенный по правилам, предусмотренным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", у К. составляет 27 726,45 руб., период вынужденного прогула с 12 марта 2024 г. по 6 ноября 2024 г., суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с учетом выплаченных пособий при сокращении в размере 2 152 146,14 руб.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания с ответчика в пользу истца премии ко Дню работников нефтяной и газовой промышленности в размере 365 046 руб. (с учетом НДФЛ), суд первой инстанции исходил из того, что восстановление работника на работе влечет за собой восстановление его трудовых прав в полном объеме, условием выплаты премии ко Дню работников нефтяной и газовой промышленности в размере 100% являлся факт работы в организациях системы ПАО "Газпром" более 15 лет, то есть выплата этой премии не зависела от оценки работы работника на день принятия решения о выплате, а поскольку К. указанная премия не была выплачена только по причине его увольнения, которое судом признано незаконным, то отказ в выплате премии не основан на нормах закона.

Установив несвоевременность выплаты истцу премии, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика в пользу истца проценты за нарушение сроков выплаты премии ко Дню нефтяной и газовой промышленности за период с 25 августа 2023 г. по 6 ноября 2024 г. в размере 171 401,27 руб.

Установив, что вступившее в законную силу решение Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 октября 2023 г. в пользу К. в части выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 3 724 945 руб. (с учетом НДФЛ), а также премии по итогам работы за год в размере 833 530,85 руб. исполнено ответчиком только 29 февраля 2024 г., суд первой инстанции в соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации определил к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию за нарушение сроков выплаты за период с 7 февраля 2024 г. по 29 февраля 2024 г. в размере 91 385,32 руб.

С учетом положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 11 апреля 2023 г. N 16-П, суд, установив, что выплата премии по итогам работы за 2023 г. выплачена работникам общества 31 мая 2023 г., а К. был незаконно лишен указанной премии, суд первой инстанции пришел к выводу, что взыскание компенсации за несвоевременную выплату премии в размере 833 530,85 руб. следует произвести с 1 июня 2023 г. (день, следующий за днем выплаты премии) по 29 февраля 2024 г. (день фактической выплаты), что составило 192 128,86 руб.

Разрешая требование о взыскании с ответчика в пользу истца премии по итогам работы за 2024 г. в размере 658 412,47 руб., суд первой инстанции, руководствуясь статьями 21, 22, 135 Трудового кодекса Российской Федерации, оценив производственные задания, отчеты по ним и служебные записки <данные изъяты> установив недоказанность нарушений истца, за которые последний мог быть депремирован, признав представленный ответчиком расчет соответствующим условиям Положения об оплате труда общества, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца премии в размере 221 688,06 руб. (с учетом НДФЛ), пропорционально отработанного времени, а также выплаченной премии в сумме 73 896,02 руб. (с учетом НДФЛ).

Положив в основу решения представленный ответчиком расчет, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 137 Трудового кодекса Российской Федерации, определил к взысканию с ответчика в пользу истца необоснованно удержанную компенсацию за дни неиспользованного отпуска в размере 453 195,92 руб. (с учетом НДФЛ).

Полагая нарушенными трудовые права истца, в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая характер спорных правоотношений, длительность нарушения прав истца, степень вины ответчика, характер нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Кроме того, суд посчитал, что К. пропущен без уважительных причин срок для обращения в суд, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании условия по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности и признании незаконным изменения N 11 к Соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г.

Проверяя законность и обоснованность решения, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда и их правовым обоснованием, за исключением выводов об отказе удовлетворении исковых требований о признании условия по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, признании незаконным изменения N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях рег. N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г., а также в части размера подлежащих взысканию процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы и иных выплат, государственной пошлины, признав их основанными на неправильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, не соответствующими установленным обстоятельствам по делу.

Отменяя решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании условия по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, признании незаконным изменения N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях рег. N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г. и принимая в указанной части новое решение об удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции исходил из того, что с момента заключения соглашения об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г., оплата труда истцу осуществлялась в соответствии с его условиями, то есть по ПИСОТ, в связи с чем пришел к выводу, что отношения, вытекающие из этого соглашения, являются длящимися и на момент обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями не прекратились, продолжали действовать, в связи с чем предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок истцом не пропущен.

Положением об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях работников ООО "Газпром трансгаз Сургут" предусмотрено, что в обществе применяются повременно-премиальная система оплаты труда (ППСОТ), предусматривающая организацию оплаты труда работников на основе должностных окладов (тарифных ставок), устанавливаемых в соответствии с ЕТС и учетом сложности выполняемой работы, квалификации и деловых качеств работников, и повременно-индивидуальная система оплаты труда (ПИСОТ), предусматривающая организацию оплаты труда работников на основе должностных окладов, устанавливаемых в соответствии с согласованными ПАО "Газпром" схемами должностных окладов с учетом сложности выполняемой работы, квалификации и деловых качеств работников.

В соответствии с разделом 3 вышеуказанного Положения об оплате труда, руководитель общества может принимать решение о переводе работника на повременно-индивидуальную систему оплаты труда при условии его согласия. В случае принятия решения о переводе работника на ПИСОТ, с работником заключается соглашение об оплате труда, которое является приложением к трудовому договору.

Соглашением об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г. К. по решению генерального директора ООО "Газпром трансгаз Сургут" переведен на повременно-индивидуальную систему оплаты труда на срок с 1 августа 2012 г. по 31 июля 2015 г. (пункт 1 соглашения).

Согласно пункту 3 соглашения после окончания срока, указанного в пункте 1 настоящего Соглашения, Работник автоматически переводится на повременно-премиальную систему оплаты труда (ППСОТ), без дополнительного уведомления о таком переводе. В случае продления срока перевода на повременно-индивидуальную систему оплаты труда (ПИСОТ) работник получает письменное уведомление.

Изменением N 11 к соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г., подписанным единолично генеральным директором В., срок действия перевода на повременно-индивидуальную систему оплаты труда К. - начальника службы промышленной и пожарной безопасности администрации ООО "Газпром трансгаз Сургут" продляется с 1 августа 2021 г. по 31 июля 2024 г.

Руководствуясь положениями статей 57, 72 Трудового кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции, установив, что соглашение об изменение условий оплаты труда между сторонами по данному делу достигнуто не было, обстоятельств, предусмотренных частью 1 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации и допускающих их изменение по инициативе работодателя, не наступило, само по себе установление условия, позволяющего работодателю в одностороннем порядке изменять условия оплаты труда работника, ухудшает условие труда этого работника и соответственно применению не подлежит, пришел к выводу о признании условия по оплате труда по ПИСОТ действующим на весь период действия трудового договора N 281 от 15 июля 2023 г. в должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности, незаконным изменения N 11 к Соглашению об оплате труда, премировании, социальных гарантиях и компенсациях N 146 от 1 января 2013 г. к трудовому договору N 281 от 15 июля 2003 г.

Изменяя решение суда в части размера подлежащих взысканию процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы и иных выплат, суд апелляционной инстанции исходил из того, что сумма задолженности, с которой подлежит расчету компенсация, определяется без учета налога на доходы физических лиц, в связи с чем снизил подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца денежную компетенцию за нарушение сроков выплаты премии ко Дню работников нефтяной и газовой промышленности за 2023 г. за период с 25 августа 2023 г. по 6 ноября 2024 г. со 171 401,27 руб. до 148 771,28 руб., проценты за нарушение срока выплаты премии в размере 833 530,85 руб. по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 1 июня 2023 г. по 29 февраля 2024 г. со 192 128,86 до 166 618,62 руб.

Установив, что судом первой инстанции не учтено, что работодатель при восстановлении на работе незаконно уволенного работника обязан заполнить на него табель учета рабочего времени, на основании которого произвести оплату вынужденного прогула в размере, установленном статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, независимо от наличия по этому вопросу решения суда, разрешение в судебном порядке спора между работником и работодателем о размере среднего заработка за время вынужденного прогула не освобождает работодателя от обязанности выплатить компенсацию в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации на всю фактически задержанную сумму за период, в течение которого работник не получил причитающуюся ему выплату, суд апелляционной инстанции увеличил размер процентов за нарушение срока выплаты заработка за время вынужденного прогула по решению суда от 2 октября 2023 г. за период с 3 октября 2023 г. по 29 февраля 2024 г. до 487 617,63 руб.

В связи с изменением решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции снизил размер подлежащей взысканию с ответчика в доход местного бюджета государственной пошлины с 27 035 руб. до 26 809,44 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, рассмотрев дело в обжалуемой части и в пределах доводов кассационной жалобы, соглашается с выводами судов об отказе в удовлетворении требования о признании незаконным приказа о сокращении занимаемой истцом должности, поскольку они подробно мотивированы, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым суды дали надлежащую правовую оценку, при разрешении спора судами правильно истолкованы и применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения.

В кассационной жалобе заявитель приводит доводы о мнимом сокращении должности истца, как "неугодного" сотрудника по личным мотивам работодателя, в связи с неприязненным отношением работодателя к истцу. По мнению заявителя, судами не дана оценка вступившим в законную силу решениям между К. и ответчиком по гражданским делам N N 2-5669/2023, 2-6100/2023, а также выписке из акта служебной комиссии от 9 февраля 2023 г.

Считает, что реализация работодателем своего права на проведение сокращения численности или штата работников с целью избавления от "ненужного" работника с позиции статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является злоупотреблением правом. Доказательствами мнимого сокращения являются отсутствие объективных причин организационного, технологического и экономического характера для сокращения штата ООО "Газпром трансгаз Сургут", тот факт, что служба промышленной и пожарной безопасности, которой руководил К., не была упразднена ответчиком, все сотрудники службы остались на своих рабочих местах с прежним функционалом, функцию начальника службы выполняет другой сотрудник, который якобы работает в другом отделе, но фактически выполняет функции истца - руководит службой промышленной и пожарной безопасности.

Выражает несогласие с выводом суда апелляционной инстанции о том, что работодатель не обязан обосновывать исключение из штатного расписания какой-либо должности, а обязан лишь соблюсти установленный законом порядок увольнения работника.

Настаивает на том, что суд обязан обращать внимание на экономическую обоснованность сокращения, исследовать обстоятельства, предшествующие сокращению, дать оценку изменению организационно-штатной структуры, повышения эффективности деятельности структурных подразделений, финансовым показателям. Свобода работодателя в принятии организационно-кадровых решений не должна приводить к нарушению прав работника.

Указывает, что стаж работы истца на предприятии более 25 лет, имеются награды за добросовестный труд. В должности начальника службы промышленной и пожарной безопасности истец добросовестно работал с 1 января 2013 г., а некоторое "дублирование" его функций, как руководителя его непосредственным руководителем - заместителем главного инженера, является обоснованной и необходимой, в связи с тем, что само предприятие имеет 4 ступенчатую функцию контроля. В должностных инструкциях руководителей и специалистов на всех уровнях управления прописываются "шаблонные" одинаковые функции в области охраны труда, промышленной и пожарной безопасности в соответствии со стандартами ПАО "Газпром" - Единая система управления производственной безопасностью. Такое "дублирование" функций относится к руководителям всех отделов ответчика, в частности "отдела охраны труда", но почему-то не проанализировано судом. Заместитель главного инженера является функциональным руководителем и отдела охраны труда, у которого тоже есть начальник с аналогичным размером оплаты труда.

Считает, что с точки зрения логики экономической целесообразности необходимо сокращать должность заместителя главного инженера, так как она полностью поглощается функционалами двух начальников отделов (отдела охраны труда и службы промышленной и пожарной безопасности), а размер оплаты по этой должности значительно превышает размеры оплаты должностей начальников отделов.

По мнению суда, поводом для реального сокращения штата являются не объективные обстоятельства извне, не реальные финансовые проблемы предприятия, которые могут привести к сокращению, не изменение технологического процесса и т.п., а служебные записки должностных лиц, которые ранее проходили свидетелями "плохой" работы истца в рамках гражданского процесса о незаконном увольнении истца.

Считает, что суд неправомерно освободил ответчика от обязанности доказывать экономическую, организационную или технологическую целесообразность этого сокращения.

Судебная коллегия полагает, что доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

Согласно части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части 1 названной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации установлены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора, в том числе в связи с сокращением численности или штата работников организации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, Конституция Российской Федерации гарантирует свободу экономической деятельности, поддержку конкуренции, признание и защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности в качестве основ конституционного строя Российской Федерации (статья 8), а также закрепляет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1) и право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2). Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации, в том числе о сокращении вакантных должностей, относится к исключительной компетенции работодателя.

Данные конституционные положения предполагают наделение работодателя (физического или юридического лица) правомочиями, позволяющими ему в целях осуществления экономической деятельности и управления имуществом самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые решения, в том числе и кадровые (подбор, расстановка, увольнение персонала). При этом, предусматривая гарантии защиты трудовых прав работников, законодатель не вправе устанавливать такие ограничения правомочий работодателя, которые ведут к непреодолимому искажению самого существа свободы экономической (предпринимательской) деятельности, - иное противоречило бы положениям статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, предписывающим, что осуществление признаваемых и гарантируемых в Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, а возможные ограничения прав и свобод посредством федерального закона должны преследовать конституционно значимые цели и быть соразмерны им. Расторжение трудового договора с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт второй части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) допускается лишь при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части третьей статьи 81, части первой статьи 179, частях первой и второй статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2018 г. N 930-О, от 28 марта 2017 г. N 477-О, от 29 сентября 2016 г. N 1841-О, от 19 июля 2016 г. N 1437-О, от 24 сентября 2012 г. N 1690-О и др.).

Определение того, имело ли место реальное сокращение численности или штата работников организации, откуда был уволен работник, относится к компетенции судов общей юрисдикции, оценивающих правомерность действий работодателя в ходе разрешения конкретного трудового спора (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2011 г. N 236-О-О).

Прекращение трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. С одной стороны, работодатель не может быть ограничен в праве впоследствии восстановить упраздненную должность в штатном расписании в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом; с другой стороны, в таких случаях нельзя исключать возможность злоупотребления правом со стороны работодателя, использующего сокращение штата работников для увольнения конкретного лица (пункт 2.3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2008 г. N 1087-О-О.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 23, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (пункт 23).

При реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны самих работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника (пункт 27).

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по применению названных норм трудового законодательства следует, что работодатель, реализуя в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом право принимать необходимые кадровые решения, в том числе об изменении численного состава работников организации, обязан обеспечить в случае принятия таких решений закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Злоупотребление правом как со стороны работодателя, так и со стороны работника недопустимы. При рассмотрении спора о законности увольнения по сокращению штата суд проверяет, имело ли место реальное сокращение численности или штата работников организации, откуда был уволен работник, а также оценивает правомерность действий работодателя при принятии такого решения на предмет их добросовестности.

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований К. о признании незаконным приказа-постановления N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. "О сокращении и вводе штатных должностей", суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, на основании представленных в материалы дела доказательств дал оценку доводам истца о мнимости сокращения его должности, злоупотреблении правом со стороны работодателя при вынесении оспариваемого приказа, признав их необоснованными.

Суд первой инстанции пришел к выводам о том, что на основании приказа-постановления N 01591/29 от 19 декабря 2023 г. занимаемая истцом должность реально сокращена (внесены изменения в организационную структуру и штатное расписание), а также о наличии у работодателя основания для сокращения должности истца в связи с дублированием его должностных обязанностей с должностными обязанностями заместителя главного инженера по охране труда, промышленной и пожарной безопасности администрации ООО "Газпром трансгаз Сургут", об отсутствии злоупотребления правом при принятии соответствующего решения.

Ошибочный вывод суда апелляционной инстанции о том, что работодатель не обязан обосновывать исключение из штатного расписания какой-либо должности, а обязан лишь соблюсти установленный законом порядок увольнения работника, к принятию незаконного судебного постановления не привел, учитывая, что суд первой инстанции доводы истца проверил и дал им надлежащую правовую оценку, при этом нарушений правил оценки доказательств не допустил.

Доводы кассационной жалобы по существу повторяют правовую позицию заявителя, ранее изложенную в ходе рассмотрения дела судами первой и апелляционной инстанций, были предметом проверки и оценки судов первой и апелляционной инстанций, которыми правомерно отвергнуты, как несостоятельные.

Доводы сводятся к несогласию с выводами судов в части оценки установленных обстоятельств дела, оценки доказательств, что в соответствии со статьей 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может являться основанием для пересмотра в кассационном порядке вступивших в законную силу судебных постановлений.

Согласно положениям статей 379.6, 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции наделен ограниченными полномочиями по проверке судебных актов нижестоящих инстанций - имеет право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, однако не полномочен при этом непосредственно переходить к исследованию доказательств и переоценке установленных на их основании фактических обстоятельств.

Принятые по делу решение суда первой инстанции и определение апелляционной инстанции в обжалуемой части вынесены на основании правильно определенных юридически значимых обстоятельств, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, вследствие чего основания для их отмены по доводам жалобы истца отсутствуют.

Руководствуясь статьями 379.5, 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 6 ноября 2024 г. в неизмененной, неотмененной части и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 25 февраля 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу К. - без удовлетворения.