Резолютивная часть определения объявлена 05 июня 2025 года.

Полный текст определения изготовлен 16 июля 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Макаровой Е.В.,

судей Бетрозовой Н.В., Парасотченко М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ш.Е.А. к З. о сносе самовольной постройки, по встречному иску З. к Ш.Е.А., У. о сносе самовольной постройки,

по кассационной жалобе Ш.Е.А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 4 февраля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Макаровой Е.В., судебная коллегия

Ш.Е.А. обратился в суд с иском к З. об устранении препятствий в пользовании его имуществом путем сноса самовольной постройки (жилого дома), находящегося на земельном участке N 67, расположенном по адресу: <адрес>

З., в свою очередь, обратилась в суд со встречным иском, в котором просила обязать Ш.Е.А. устранить ей препятствия в пользовании ее имуществом путем сноса самовольной постройки - здания, расположенного на соседнем земельном участке N 69.

Решением Железнодорожного районного суда города Симферополя Республики Крым от 10 марта 2022 года в удовлетворении исковых требований Ш.Е.А. и встречных исковых требований З. - отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Крым от 7 июня 2024 года решение Железнодорожного районного суда города Симферополя Республики Крым от 10 марта 2022 года отменено в части отказа в удовлетворении первоначальных требований, по делу в данной части принято новое решение, которым иск Ш.Е.А. удовлетворен. На З. возложена обязанность снести объект недвижимости - жилой дом площадью 361,40 кв. м с кадастровым номером N по адресу: <адрес> расположенный на земельном участке с кадастровым номером N в течение трех месяцев с момента вступления апелляционного определения в законную силу. В иной части решение Железнодорожного районного суда города Симферополя Республики Крым от 10 марта 2022 года оставлено без изменения.

С З. в пользу судебного эксперта ИП ФИО1 взысканы судебные расходы за проведение повторной судебной строительно-технической экспертизы в размере 88 730 рублей.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 1 октября 2024 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 7 июня 2024 года отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 4 февраля 2025 года решение Железнодорожного районного суда города Симферополя Республики Крым от 10 марта 2022 года оставлено без изменения.

Апелляционная жалоба Ш.Ю. (не привлеченной к участию в деле), оставлена без рассмотрения по существу.

С Ш.Е.А. в пользу судебного эксперта ИП ФИО1 взысканы судебные расходы за проведение повторной судебной строительно-технической экспертизы в размере 88 730 рублей.

В кассационной жалобе Ш.Е.А. просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 4 февраля 2025 года.

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. По мнению заявителя, судом апелляционной инстанции указания кассационного суда в части исследования доказательств исполнены не были, а также ответчиком не устранены допущенные нарушения при строительстве, что может негативно отразиться на техническом состоянии принадлежащего Ш.Е.А. здания, суд проигнорировал заключение повторной экспертизы, свои выводы основывал только на первичной экспертизе, необоснованно отказано в назначении дополнительной экспертизы. Податель жалобы не согласен с выводом суда о том, что эксперт усматривает возможность наступления негативных последствий только с нарушением противопожарных расстояний, приводит свой анализ экспертного заключения и полагает, что угроза от здания исходит также и от снижения механической прочности, на что суд не обратил внимания.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы.

В силу части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) неявка в судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции лица, подавшего кассационные жалобу, представление, и других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

В судебное заседание явилась С., представляющая на основании доверенности от 4 мая 2022 года интересы Ш.Е.А., доводы жалобы поддержала; также в судебное заседание явился Л., действующий в интересах З. на основании доверенности от 30 сентября 2024 года, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Руководствуясь положениями части 5 статьи 379.5 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения при рассмотрении данного дела судом апелляционной инстанции не допущены.

Из материалов дела следует, что Ш.Е.А. и У. (не заявляющая требований к З. о сносе), являются собственниками поэтажных помещений в пределах одного трехэтажного объекта недвижимости, площадью 787 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером N (далее также - здание КН N).

Так, согласно сведениям публичного реестра прав на недвижимое имущество, Ш.Е.А. является собственником помещений, состоящих из 1-ого и 2-ого этажей (кадастровый номер N).

У. является собственником помещений, состоящих из мансардного этажа (кадастровый номер N).

Указанный единый трехэтажный объект недвижимости расположен на земельном участке, площадью 337 кв. м, с кадастровым номером N, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного строительства - индивидуальное жилищное строительство, магазины (далее также - участок КН:N).

Названный земельный участок принадлежит на праве собственности Ш.Е.В.

З. является собственником объектов недвижимого имущества: жилого дома (лит. "А"), площадью 361,40 кв. м, с кадастровым номером N, количество этажей - 3, год завершения строительства - 2019 (далее также - дом КН N), и земельного участка, площадью 581+/-8 кв. м, с кадастровым номером N, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного строительства - для индивидуального жилищного строительства (далее также - участок КН N), расположенных по адресу: <адрес>.

По мнению Ш.Е.А., строительство указанного дома осуществлено с нарушением требований противопожарной безопасности, строительных норм и правил, что создает угрозу принадлежащему истцу зданию, а, кроме того, привело к нарушению требований к инсоляции помещений истца, что послужило основанием для подачи иска.

Не согласившись с предъявленными исковыми требованиями, З., обратилась в суд со встречным иском к Ш.Е.А. об устранении препятствий в пользовании ее имуществом путем сноса самовольной постройки - жилого дома КН:N, расположенного по адресу: <адрес>.

В процессе производства по делу в качестве соответчика по встречному иску привлечена У.; в качестве третьих лиц - администрация города Симферополя Республики Крым, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Служба государственного строительного надзора, правопреемником которой является Министерство жилищной политики и государственного строительного надзора Республики.

В целях установления юридически значимых обстоятельств судом первой инстанции назначена судебная экспертиза.

В материалы дела представлено экспертное исследование N СЭ-9 от 18 февраля 2022 года, согласно выводам которого осмотром не были выявлены дефекты, трещины, разрушения, прогибы, деформации грунтового основания и другие признаки повреждений конструктивных элементов строения дома <адрес>, исходя из рекомендаций по оценке надежности строительных конструкций по внешним признакам, влияющих на несущую способность и устойчивость. Техническое состояние жилого дома литер "А" определено экспертом как удовлетворительное (работоспособное).

При сопоставлении результатов натурного осмотра объекта исследования - реконструированного в 2019 году жилого дома (литер "А") NN, а также его объемно - планировочных и конструктивных решений с приведенными нормативными требованиями СП 55.13330.2016 "Дома жилые одноквартирные" отклонений не установлено.

Учитывая фактическое использование помещений дома по адресу: <адрес>, экспертами не установлено, что возведенные второй и третий этажи жилого дома (литер "А") <адрес> оказывают негативное влияние на существующие здания, сооружения.

В связи с тем, что реконструированный в 2019 году жилой дом (литер "А") <адрес> находится в стадии строительства (не выполнены отделочные работы, не выполнена разводка инженерных коммуникаций внутри помещений) определить соответствие (несоответствие) рассматриваемого объекта санитарным требованиям не представляется возможным.

В ходе проведенного исследования экспертом установлено, что расстояние между реконструированным жилым домом литер "А" (<адрес>) и строением, принадлежащим истцу, составляет менее 6 м, что не соответствует требованиям Таблицы 1 СП 4.13130.2013 "Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" (утв. Приказом МЧС России от 24 апреля 2013 года N 288).

Однако в заключении отмечается то обстоятельство, что реконструкция жилого дома литер "А" в 2019 году осуществлена вдоль существующего строения и противопожарные расстояния между строениями сторон в результате проведенной реконструкции не изменились.

Несущие и ограждающие конструкции реконструированного жилого дома литер "А" выполнены из огнестойких элементов (негорючих и слабогорючих по группам Е1 и Е2), предел которых, а также степень огнестойкости соответствуют вышеприведенным нормативным требованиям.

По объемно-планировочным решениям несоответствий реконструированного жилого дома литер "А" вышеприведенным нормативным требованиям также не установлено.

Исходя из требований СанПиН 1.2.3685-21 "Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания", следует, что инсоляция рассчитывается для зданий в целом и не рассчитывается для отдельно взятых помещений.

Экспертами расчет продолжительности инсоляции не производился, так как не был обеспечен доступ во все помещения здания стороны истца (в помещения мансардного этажа доступ не предоставлен в целом). Также экспертами отмечено, что фактическое использование принадлежащего первоначальному истцу объекта характеризует этот объект как нежилое строение.

Как уже было отмечено, градостроительный разрыв между реконструированным жилым домом литер "А" (<адрес>) и строением Ш.Е.А. составляет менее 6 м (1,45 м), что не соответствует требованиям СП 42.13330.2016 Свод правил градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений (обусловлено сложившейся застройкой местности).

В результате реконструкции жилого дома литер "А" в 2019 году, выполнена надстройка второго и третьего этажей над существующим строением дома таким образом, что существующие расстояния между строениями не изменились.

По выводу эксперта, нарушений градостроительных норм и правил не установлено.

Конструктивно стена реконструированного жилого дома литер "А", ориентированная в сторону строения истца по первоначальному иску выполнена из огнестойких материалов, не имеет проемов, соответствует нормативному классу конструктивной пожарной опасности (для сравнения предел огнестойкости газобетонных блоков составляет REI180), что соответствует критериям, предъявляемым к противопожарным преградам.

При выполнении экспертизы состояние фундамента строения ответчика определялось по состоянию конструктивно связанных с ним элементов - цоколя и стен, которые воспринимают и отражают изменения фундамента.

По результатам проведенного визуально-инструментального исследования, учитывая вышеприведенные критерии оценки технического состояния зданий по внешним признакам и положения СП 13-102-2003 Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений, установлено, что фундаменты и стены жилого дома литер "А" (до реконструкции) повреждений, деформаций, признаков потери устойчивости, отклонений от геометрических параметров не имеют.

Также не установлено признаков, свидетельствующих о просадке грунтового основания под домом (кренов, выгибов, трещин, перекосов).

В ходе визуально-инструментального осмотра установлено, что высота реконструируемого строения, шаг стропильных конструкций кровли, расстояние между колоннами, размеры антисейсмического пояса соответствуют нормативным антисейсмическим требованиям.

При этом признаков прогрессирующего обрушения, деформаций объекта исследования в целом на дату экспертного осмотра, а также визуальных признаков деградации свойств материалов, сдвигов в соединениях, трещин, прогибов, перемещений, осадок оснований и фундаментов не установлено.

По визуальным признакам не определено расхождений между техническими характеристиками исследуемых строений и общими принципами обеспечения надежности строительных конструкций и оснований по назначению нагрузок, воздействий и их сочетаний, учитываемых при расчетах зданий и сооружений по предельным состояниям первой и второй групп.

В ходе проведения экспертизы и выполнения обследования в соответствии с СП 13-102-2003 "Правила обследования несущих строительных конструкций зданий и сооружений" визуальных реологических свойств материалов первоначального жилого дома (литер "А") <адрес>, на основе которого возведены второй и третий этажи, и усталостных явлений в материалах первоначального жилого дома не установлено.

В ходе проведения экспертизы (в соответствии с вышеприведенным исследованием) визуальных признаков недопустимой величины строительных конструкций и основания жилого дома (литер "А") <адрес> и геологических массивов прилегающей к нему территории не установлено.

Проведенным исследованием также было установлено, что площадь застройки жилого <адрес> составляет 321 кв. м, общая площадь - 787 кв. м, строительный объем - 3130 куб. м. Количество этажей - 3 (два этажа + мансарда).

Проведенной геодезической съемкой установлено, что трехэтажное строение по адресу: <адрес>, частично расположено за пределами границ земельного участка КН:N. Площадь заступа за границы участка на земли муниципальной собственности составляет 28,7 кв. м.

Исследуемое строение (<адрес>) является объектом капитального строительства.

В ходе визуального осмотра установлено, что названный объект, с учетом его фактического использования, подходит под коммерческое использование и по объемно - планировочным характеристикам соответствует требованиям СП 118.13330.2012 Общественные здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 31-06-2009.

При этом помещений, используемых как жилые комнаты, кухни, в ходе визуального осмотра не выявлено.

В ходе проведения исследования выполнена геодезическая съемка, исходя из которой установлено, что рассматриваемый объект не соответствует градостроительным и противопожарным требованиям ДБН 360-92 Градостроительство, планировка и застройка городских и сельских поселений (нормы, действующие на момент возведения строительства объекта исследования).

В частности, противопожарный разрыв до строений, расположенных на соседних земельных участках (с восточной стороны по ул. Ким, и южной стороны по Евпаторийскому шоссе) составляет менее 6 м, а отступ строения от границ земельного участка составляет менее 1 м.

Также по результатам визуального осмотра в помещениях исследуемого объекта не установлено наличия системы обнаружения пожара, оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре, что не соответствует требованиям статьи 54 ФЗ Технический регламент о требованиях пожарной безопасности (с актуальными изменениями) и "СП 3.13130.2009. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Система оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре. Требования пожарной безопасности" (утв. Приказом МЧС РФ от 25.03.2009 года N 173).

Учитывая несоблюдение противопожарных разрывов до соседних строений, а также отсутствие наличия системы обнаружения пожара, оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре, для оценки вероятности возникновения угрозы жизни и здоровью граждан в отношении объекта, принадлежащего истцу Ш.Е.А., исходя из требований противопожарной безопасности необходим расчет пожарных рисков, что не входит в компетенцию эксперта-строителя.

Экспертами установлено, что строение <адрес>, возведено с заступом за границы земельного участка на земли муниципальной собственности.

Расположение дома, принадлежащего истцу по первоначальному иску, как установили эксперты, не соответствует требованиям правил землепользования и застройки муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым:

- не соблюдены требуемые отступы от границы земельного участка (в размере 5 м), со стороны улицы Ким и шоссе Евпаторийской строение расположено с заступом за границы земельного участка;

- не соблюдены требуемые отступы от границ земельного участка по отношению к смежным земельным участкам (в размере 3 м) - расположено по границе земельного участка;

- коэффициент плотности застройки составляет 0,95 (321/337), что превышает требуемое значение 0,45;

- коэффициент плотности застройки, составляет 2,8, что превышает требуемое значение 0,8.

Вместе с тем эксперты указали, что Правила землепользования и застройки муниципального образования городской округ Симферополь Республики Крым с учетом требований статьи 67 настоящих Правил, не распространяются на объект исследования, поскольку право собственности на объект капитального строительства возникло до вступления в силу Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 года N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя".

Разрешительная документация, составленная в соответствии с проектом 01-42-АС, выдана на строительство двухэтажного жилого дома по адресу: <адрес>.

Таким образом, учитывая фактически имеющиеся три этажа исследуемого дома (два + мансарда) можно утверждать, что спорный объект не соответствует проектной документации и разрешению на строительство, выданному на основании проекта.

В последующем при первоначальном рассмотрении настоящего гражданского дела в суде апелляционной инстанции судебной коллегией с целью проверки доводов иска Ш.Е.А. была назначена повторная судебная экспертиза.

В материалы дела представлено повторное экспертное исследование N 5 от 06 мая 2024 года, согласно выводам которого объект капитального строительства - трехэтажное здание, площадью 361,40 кв. м, с кадастровым номером N, находящееся по адресу: <адрес>, образован в результате реконструкции жилого дома (лит. "А, Al, А2, п/А2, а2"), площадью 77,10 кв. м, с перепланировкой помещений и надстройкой этажей (увеличение высоты, количества этажей, площади и объема здания), а также с использованием части конструктивных элементов здания, а именно: частично наружные стены и фундамент, в основной части - жилое (лит. "А") - правая боковая стена - 6,10 м и фасадная стена - 8 м (фундамент - бут на глине, 1946 года постройки; стены - ракушечник (Т-0,50), 1984 года постройки); пристройки (лит. "А1") - фасадная стена - 2,35 м и левая боковая стена - 6,1 м (фундамент - бут, 1984 года постройки; стены - ракушечник (Т-0,50), 1984 года постройки); пристройка (лит. "А2") - левая боковая стена - 8,5 м (3,50+0,20+4,35) и тыльная стена - 1,40 м (фундамент - бут, 1984 года постройки; стены - ракушечник (Т - 0,50), 1984 года постройки).

Фактическое местоположение жилого дома КН:2244 (лит. "А, Al, А2, п/А2, а2") и до, и после реконструкции относительно границ земельного участка смежного домовладения <адрес> с 1984 года оставалось неизменным, в т.ч. являющимся фактической (существующей на местности) границей части земельного участка с кадастровым номером 90:22:010102:832.

Эксперт счел необходимым отметить, что местоположение границ земельного участка КН:N (<адрес>) и земельного участка КН:N (<адрес>), сведения о которых внесены в ЕГРН, образует разрывы, между границами вышеуказанных земельных участков, шириной от 1,15 м до 1,74 м ("чересполосица") площадью 28 кв. м.

Объект капитального строительства КН:N (<адрес>) частично не соответствует строительным нормам и правилам, требованиям пожарной безопасности и требованиям градостроительных регламентов, а также требованиям к объемно-планировочным решениям, устанавливаемым к объектам индивидуального жилищного строительства. В результате надстройки двух этажей при реконструкции жилого дома нарушены требования к обеспечению естественного освещения помещений второго этажа смежного объекта капитального строительства, используемого в коммерческих целях ("<данные изъяты>"), по <адрес>.

Несмотря на требования механической безопасности, в части предварительной оценки технического состояния несущих строительных конструкций (доступные для осмотра) трехэтажного здания КН:N, характеризующейся отсутствием дефектов и повреждений, влияющих на снижение прочности, устойчивости и жесткости несущих конструкций здания, эксперт, с учетом установленных нарушений требований пожарной безопасности и градостроительных регламентов, при реконструкции жилого дома (лит. "А") - 1946 года постройки, и проведении капитального ремонта в 1984 году, с надстройкой двух этажей и использованием части конструктивных элементов здания (частично наружные стены и фундамент), хоз. способом (без проекта), пришел к выводу, что дальнейшая эксплуатация такого здания, может привести к возможным негативным последствиям, а также к недопустимому риску для безопасности жизни и здоровья граждан.

Указанный вывод всецело основан лишь на несоблюдении противопожарных разрывов между двумя смежными зданиями. Каких-либо иных нарушений противопожарной безопасности либо механического состояния здания в своем повторном заключении эксперт не отразил. При этом указанные суждения не учитывали огнестойкость соответствующих материалов смежной стены здания ответчика, которая была установлена в процессе первоначального исследования.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и правовые позиции сторон с применением положений статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь положениями статей 11, 12, 209, 222, 263, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и установив, что конструктивная граница стены здания (жилого дома) ответчика является неизменной с 1984 года, следовательно, в таком виде она существует в этих линейных разрывах, в том числе, на момент возведения истцом Ш.Е.А. своего здания КН:N, суд пришел к выводу о фактическом согласии сторон с наличествующей конструктивной особенностью расположенных на смежных участках объектах недвижимости - зданиях, в связи с чем отказал в удовлетворении и первоначального и встречного исков. Суд также указал, что сами по себе нарушения с обеих сторон, которые искусственным образом имели место вследствие обоюдного фактического согласия смежных землепользователей сложившейся застройкой, не являются основанием к сносу одного из этих строений.

Указанные выводы суда первой инстанции поддержаны судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, исследовав материалы гражданского дела, полагает, что разрешая возникший спор, суды первой и апелляционной инстанций правильно установили юридически значимые обстоятельства, верно определили характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, дали должную правовую оценку представленным доказательствам, в соответствии с правилами, установленными положениями статей 67 ГПК РФ.

Из пункта 1 статьи 218 ГК РФ следует, что право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Пунктом 1 статьи 263 ГК РФ закреплено право собственника земельного участка возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 ГК РФ).

В соответствии со статьей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае самовольного занятия земельного участка. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (статья 60 Земельного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 года N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке" (далее - постановление N 44) указано, что в силу пункта 1 статьи 222 ГК РФ самовольной признается постройка при наличии хотя бы одного из следующих признаков: - возведение (создание) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке; - возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки; - возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявления постройки; - возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления.

К признанию постройки самовольной приводит либо частноправовое нарушение (строительство на земельном участке в отсутствие соответствующего гражданского права на землю), либо публично-правовые нарушения: формальное (отсутствие необходимых разрешений) или содержательное (нарушение градостроительных и строительных норм и правил). Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2016 года N 308-ЭС15-15458).

Согласно пункту статьи 222 ГК РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно пункту 10 постановления N 44 последствиями возведения (создания) самовольной постройки являются ее снос или приведение в соответствие с установленными требованиями на основании решения суда (пункт 2 статьи 222 ГК РФ) или на основании решения органа местного самоуправления, принимаемого в соответствии с его компетенцией, установленной законом (пункт 3.1 статьи 222 ГК РФ), если судом не будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о возможности ее сохранения.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 25 указанного постановления Пленума в силу положений пункта 1 статьи 222 ГК РФ возведение постройки в отсутствие необходимого в силу закона разрешения на строительство является признаком самовольной постройки. Вместе с тем исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков.

В связи с этим следует иметь в виду, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц.

В рассматриваемом случае суд установил, что и строение истца, и строение ответчика возведены близко к межевой границе участков сторон.

Однако безусловных доказательств того, что возводимое ответчиком сооружение создает угрозу жизни и здоровью граждан не предоставлено.

При этом проведенные по делу экспертные исследования, напротив, содержат выводы, касающиеся соблюдения требований огнестойкости к смежной стене здания ответчика, и отсутствие необходимых противопожарных мер в здании истца, что свидетельствует о наличии со стороны истца недобросовестного пользования своими гражданскими правами.

Так, указания в повторном исследовании на возможность создания ситуации повышенного риска в связи с несоблюдением противопожарного разрыва, во многом связана и с поведением самого истца, эксплуатирующего здание на меже двух участков и в непосредственной близости к зданию ответчика. Каких-либо суждений о нарушении механической безопасности здания ответчика либо наличии иных нарушений в области противопожарной безопасности ни первоначальная, ни повторная экспертиза не установили.

Принимая во внимание, что спорное строение ответчика соответствует разрешенному использованию земельного участка и возведено на земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности, суд пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований Ш.Е.А.

Вопреки правовой позиции заявителя, суд обоснованно указал, что в условиях состязательности гражданского процесса, истцом не предоставлено допустимых и достаточных доказательств, которые в своей совокупности и взаимосвязи объективно подтверждали бы обоснованность заявленных требований в той части, которая была отклонена судом первой инстанции, а именно доказательств как самого факта нарушения его прав и законных интересов, так и доказательств такого нарушения непосредственно ответчиком путем создания ею своими неправомерными действиями условий, влекущих невозможность реализации прав истца как смежного совладельца, и в последующем единоличного собственника выделенного участка, вытекающих из права пользования этим участком.

Более того, судом учтено, что в производстве суда общей юрисдикции (Железнодорожный районный суд г. Симферополь Республики Крым) имеются два гражданских дела по искам муниципалитета к сторонам спора, в рамках которых обсуждается вопрос о правомерности возведения соответствующих объектов недвижимости, в том числе, и в плоскости соблюдения публично-правового порядка, что предполагает необходимость оценки наличия либо отсутствия несоответствия здания ответчика виду разрешенного использования участка в ином процессе (по иску муниципалитета).

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой судом доказательств и установленными судом обстоятельствами не может служить основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Судебная коллегия полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ.

Каких-либо процессуальных нарушений, которые могли бы служить основанием для кассационного пересмотра обжалуемого судебного акта, по материалам дела и доводам кассационной жалобы не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 4 февраля 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу Ш.Е.А. - без удовлетворения.