мотивированное определение составлено 28 мая 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Давыдовой Т.И.

судей Жуковой Н.А., Хабиной И.С.

с участием прокурора Ботева В.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-2596/2025 по искам К., С.Е.А. к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Свердловской области о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда; по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Р. к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Свердловской области о признании незаконным заключения о результатах служебной проверки, возложении обязанности провести новую служебную проверку, признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе,

по кассационным жалобам С.Е.А., Р. на решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 01 октября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Жуковой Н.А. об обстоятельствах дела, принятых судебных актах, доводах кассационной жалобы и возражений на них, объяснения истца С.Е.А. и его представителя П.А., поддержавших доводы своей жалобы, возражения представителя ответчика Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Свердловской области П.Г. против доводов кассационных жалоб, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Ботева В.Ю. об отсутствии оснований для отмены судебных актов по доводам кассационных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

С.Е.В. обратился в суд с иском к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Свердловской области (далее - ГУ МЧС России по Свердловской области), с учетом уточнений, о признании незаконным приказа N 1452 от 26 декабря 2024 года о привлечении его к дисциплинарной ответственности путем наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы, приказа N 100-НС от 21 января 2025 года об увольнении со службы с 31 января 2025 года, восстановлении на работе в 105 пожарно-спасательной части 1 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы ГУ МЧС России по Свердловской области (далее также - 105 пожарно-спасательная часть) в должности командира отделения; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 03 февраля 2025 года по 01 октября 2025 года в размере 427815,92 руб., компенсации морального вреда в сумме 15000 руб.

В обоснование исковых требований указал, что являлся сотрудником МЧС России по Свердловской области, занимал должность командира отделения 105 пожарно-спасательной части с 01 августа 2021 года с присвоением специального звания "старшина внутренней службы". 18 октября 2024 года ответчик приказом N 1161 от 18 октября 2024 года инициировал проведение служебной проверки по факту употребления им алкогольного напитка в служебное время, нарушения боевого Устава подразделений пожарной охраны, а также обстоятельств возможного конфликта с курсантом института <данные изъяты> П.Е. результатам служебной проверки 13 декабря 2024 года комиссией был установлен факт совершения им проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, в связи с чем было приняло решение об увольнении его со службы. 26 декабря 2024 года его ознакомили с приказом N 1452 о привлечении к дисциплинарной ответственности и назначении дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. С данным увольнением не согласился, полагал, что процедура увольнения произведена с нарушением норм действующего законодательства Российской Федерации, заключение служебной проверки противоречит объективным обстоятельствам дела. Указывал, что пункт 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку подразумевает, что принятию решения об увольнении со службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника, то есть за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния, а обоснованность увольнения со службы может являться предметом судебной проверки. Считал, что служебная проверка и его последующее увольнение произведены без учета предшествующего поведения работника, поскольку не было учтено предшествующее добросовестное отношение сотрудника к труду, положительная характеристика непосредственного начальника, отсутствие у сотрудника иных дисциплинарных взысканий за весь период службы, что свидетельствует о несоразмерности примененной меры дисциплинарного взыскания. Полагал, что комиссией не приняты во внимание также следующие факты: отсутствие у него алкогольного опьянения (результаты тестирования алкотестера 0,05 мг/л, с учетом погрешности 0,03-0,05 мг/л); показания курсанта <данные изъяты> П.Е. факту предполагаемого конфликта противоречат его показаниям и иных сотрудников по делу служебной проверки Р. и К.; установленное алкогольное опьянение <данные изъяты> Е.А. и ее непредсказуемое, отличающееся от нормы, поведение, не соответствующее ситуации, которое привело к нарушению служебной дисциплины и порядку выполнения служебных задач. Считал, что все выводы служебной проверки основаны на психофизиологическом исследовании (полиграф), который является вероятностным и не может с точностью дать результаты о произошедшем событии или проступке. Указывал, что комиссия не приняла тот факт, что о случившемся он доложил по телефону своему руководству и то, что с приказом Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2019 года N 512-н, который указывает об исключении на тушении пожара лиц, проходящих стажировку, направляемых из любых учебных заведений из числа девушек для непосредственного участия в тушении пожара (<данные изъяты> Е.А.), ответчик ознакомил его только 21 октября 2024 года, после произошедших событий. По мнению истца, заключение носит вероятностный характер.

К. обратился в суд с иском к ГУ МЧС России по Свердловской области, с учетом уточнений, о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности N 1451 от 26 декабря 2024 года, приказа об увольнении N 100-НС от 21 января 2025 года, восстановлении его на работе в ГУ МЧС России по Свердловской области в должности старшего инструктора по вождению пожарной машины-водитель 105 пожарно-спасательной части; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 21 января 2025 года по 01 октября 2025 года в размере 455560,30 руб., продолжении начисления заработной платы по день восстановления на работе из расчета 2588,41 руб. в день; взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

Определением суда от 24 февраля 2025 года гражданские дела по искам К. и С.Е.А. объединены в одно производство.

В ходе рассмотрения дела к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен Р.

Р. обратился в суд с иском к ГУ МЧС России по Свердловской области, с учетом уточнений, о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу искового заявления; признании незаконными приказов от 26 декабря 2024 года N 1453 о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения и от 21 января 2025 года N 100-НС об увольнении его со службы, восстановлении на работе в прежней должности; признании незаконным заключения о результатах служебной проверки в отношении него, возложении обязанности провести новую служебную проверку с учетом показаний <данные изъяты> А.М., <данные изъяты> Д.А., <данные изъяты> В.А.

В обоснование исковых требований указал, что в период с 18 октября 2024 года по 15 ноября 2024 года в отношении него проведена служебная проверка в соответствии с приказом ответчика от 18 октября 2024 года N 1161, по результатам которой он, К. и С.Е.А. признаны употреблявшими спиртные напитки в служебное время, в связи с чем они подлежат увольнению за совершение проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Приказом от 26 декабря 2024 года N 1453 он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы. Считал, что заключение служебной проверки не содержит неопровержимых доказательств того, что он виновен в употреблении спиртного на службе. В заключении указано, что у него обнаружен алкоголь в количестве 0,03 мг/л, что не допускает признания факта алкогольного опьянения. Показания прибора, на которых строится обвинение, находятся в пределах технической погрешности, что исключает факт употребления алкоголя. Также указывал, что служебная проверка проведена поверхностно, с обвинительным уклоном, без цели установить истину, что влечет ее недействительность. В заключении указано на то, что, приехав к месту пожара, примерно в 11 часов 00 минут, личный состав сразу стал употреблять алкоголь, что не может соответствовать действительности. После пропажи <данные изъяты> Е.А. на поиски приехал помощник начальника караула <данные изъяты> В.А., который видел, что все присутствующие находятся в трезвом состоянии, однако в заключении его показания отсутствуют. Полагал, что заключение не содержит доказательств его вины в употреблении спиртного в служебное время. Просил восстановить срок на предъявление им иска, полагая его не пропущенным. Указывал, что ему в вину поставлено оставление в опасности <данные изъяты> Е.А., но он не может быть субъектом нарушения - оставление в опасности в силу своего подчиненного служебного положения. В части употребления спиртных напитков отмечал, что выводы заключения об этом сделаны на показаниях <данные изъяты> Е.А., которые опровергаются материалами дела и показаниями прибора с допустимой погрешностью. В заключении не указаны обстоятельства, исключающие его ответственность, не указана форма вины и мотивы совершения проступка, не опрошены лица, имеющие отношение к обстоятельствам дела. Также указывал на факт нарушения срока проведения служебной проверки, которая была назначена приказом N 1161 от 18 октября 2024 года, со сроком проведения по 15 ноября 2024 года, в то время, как имеющееся в материалах дела письмо не содержит волеизъявления должностного лица, назначившего проверку, на продление ее срока, в связи с чем приказ N 1453 от 26 декабря 2024 года о привлечении его к дисциплинарной ответственности вынесен с нарушением норм действующего законодательства. Полагает нарушенным срок наложения взыскания, в связи с чем приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности не мог быть издан позднее 16 декабря 2024 года, что влечет за собой незаконность вынесенных приказов.

Определением суда от 28 мая 2025 года Р. признан третьим лицом с самостоятельными требованиями относительно предмета спора, его исковые требования приняты к рассмотрению в рамках гражданского дела.

Решением Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 01 октября 2025 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27 января 2026 года, в удовлетворении исковых требований К., С.Е.А., Р. отказано.

В кассационной жалобе С.Е.А. ставит вопрос об отмене решения Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 01 октября 2025 года и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27 января 2026 года, просит принять по делу новое судебное постановление, не передавая дело на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе Р. ставит вопрос об отмене решения Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 01 октября 2025 года и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27 января 2026 года, просит принять по делу новое решение.

В возражениях на кассационную жалобу представитель ответчика просит оставить судебные акты без изменения, кассационные жалобы С.Е.А. и Р. - без удовлетворения.

Определением судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 22 апреля 2026 года в удовлетворении ходатайства ГУ МЧС России по Свердловской области об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи отказано.

К., Р. в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о времени и месте судебного разбирательства по настоящему делу также заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В соответствии со статьями 167, 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Согласно части 1 статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанции, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, представлении, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

В силу части 2 статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не вправе проверять законность судебных постановлений в той части, в которой они не обжалуются, а также законность судебных постановлений, которые не обжалуются.

Учитывая, что судебные акты оспорены только С.Е.А. и Р., суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов только в части разрешения требований данных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 379? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на нее, изучив материалы дела, заслушав объяснения истца С.Е.А. и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ГУ МЧС России по Свердловской области является территориальным органом МЧС России, осуществляет соответствующую деятельность на территории Свердловской области.

Между С.Е.А. и ГУ МЧС России по Свердловской области 24 декабря 2019 года заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности командир отделения 105 пожарно-спасательной части.

Между Р. и ГУ МЧС России по Свердловской области 21 марта 2023 года заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности пожарного 105 пожарно-спасательной части.

В соответствии с указанными контрактами С.Е.А. и Р. являлись сотрудниками федеральной противопожарной службы, приняли на себя обязательства, в том числе по соблюдению требований к служебному поведению, соблюдению служебной дисциплины, ограничений и запретов, связанных со службой, и были предупреждены об ответственности за их нарушение (пункты 6.3, 6.4, 6.5 служебного контракта). Аналогичные положения содержатся в их должностных регламентах.

В их должностных инструкциях указано, что сотрудник обязан с достоинством нести высокое звание сотрудника МЧС России, соблюдать Кодекс чести сотрудника МЧС.

Приказом от 21 января 2025 года N 100-НС контракты о службе с С.Е.А., Р. расторгнуты, они уволены с федеральной противопожарной службы МЧС России по основанию, предусмотренному пунктом 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ) в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Основанием для увольнения сотрудников С.Е.А., Р. послужили результаты служебной проверки, из заключений которой установлено совершение ими проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, выразившегося в использовании пожарного автомобиля в личных целях при использовании техники по предназначению, в распитии спиртных напитков при исполнении служебных обязанностей по тушению пожара, принуждении к употреблению алкоголя курсанта, неправомерном завладении ее телефоном, совершении иных действий (бездействия), повлекших за собой возникновение угрозы жизни и (или) здоровью курсанта <данные изъяты> Е.А., вынужденной покинуть место тушения пожара и выбираться к месту учебы самостоятельно, отсутствие своевременного доклада о произошедшем, сообщении ими недостоверных сведений и сокрытие известных им фактов в ходе проведения служебной проверки.

<данные изъяты>

17 октября 2024 года в адрес ГУ МЧС России по Свердловской области поступило письмо из института, в котором сообщалось о прибытии в институт 16 октября 2024 года в вечернее время курсанта <данные изъяты> Е.А. из 105 пожарно-спасательной части, где она проходила учебную практику, с признаками алкогольного опьянения. По данному факту <данные изъяты> Е.А. пояснила, что употребила алкоголь совместно с личным составом караула 105 пожарно-спасательной части во время нахождения на практике. В письме содержалась просьба провести разбирательство.

Приказом ГУ МЧС России по Свердловской области от 18 октября 2024 года N 1161 с целью объективной оценки фактов, изложенных в письме, была назначена служебная проверка указанной информации, в части касающейся несения службы личным составом 105 пожарно-спасательной части, с проведением в период с 18 октября 2024 года по 15 ноября 2024 года. С указанным приказом сотрудники были ознакомлены 21 октября 2024 года.

07 ноября 2024 года на имя руководителя Главного управления поступила докладная о продлении срока проведения служебной проверки на 30 дней, которая была согласована руководителем, что следует из проставленной им подписи. Тем самым, срок проверки был продлен до 15 декабря 2024 года.

В пределах данного срока, 12 декабря 2024 года, в отношении каждого из сотрудников было составлено заключение о результатах служебной проверки, утвержденное руководителем 13 декабря 2024 года.

По результатам служебной проверки по каждому сотруднику в заключении, утвержденном руководителем 13 декабря 2024 года, комиссия пришла к выводу о том, что служебные контракты с сотрудниками подлежат расторжению, а сотрудники - увольнению по пункту 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ.

ГУ МЧС России по Свердловской области 26 декабря 2024 года изданы приказы N 1452 в отношении С.Е.А. и N 1453 от 26 декабря 2024 года в отношении Р., в пункте 1 которых отражено, что сотрудник подлежит привлечению к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> Е.А. подтвердила факт совместного употребления алкоголя со всеми тремя истцами 16 октября 2024 года.

Свидетели <данные изъяты> Д.А., <данные изъяты> В.А., <данные изъяты> А.М., которые 16 октября 2024 года в разное время видели всех троих сотрудников указали на отсутствие у них видимых признаков алкогольного опьянения.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 2, 12, 13, 48, 51, 52, 53, 83, 91 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", пунктов 2, 3, 11, 12, 17, 19, 29, 36, 39 Порядка проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденного приказом МЧС России от 17 октября 2016 года N 550, Кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденного приказом МЧС России от 07 июля 2011 года N 354, правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06 июня 2017 года N 1165-О, исходил из наличия у ответчика оснований для увольнения сотрудников по пункту 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ, поскольку факт совершения истцами проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, установленный служебной проверкой, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, ответчиком соблюден порядок проведения служебной проверки и увольнения истцов, поэтому суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Также суд первой инстанции указал на пропуск Р. срока на обращение в суд, предусмотренного пунктом 4 статьи 73 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ, и отсутствие уважительных причин для восстановления пропущенного срока.

Проверяя законность и обоснованность принятого решения, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб истцов о недоказанности служебной проверкой употребления ими в служебное время алкоголя, не подтверждении наличия у них опьянения исследованием с помощью алкотестера, наличие у курсанта <данные изъяты> Е.А. диагноза, не позволяющего принимать ее показания в качестве достоверного доказательства, суд апелляционной инстанции указал, что в ходе служебной проверки исследованы объяснения <данные изъяты> Е.А., объяснения К., С.Е.А., Р., товарные чеки, сведения 1С Предприятие о движении товара (алкоголя), результаты тестирования на состояние алкогольного опьянения, заключения по результатам психофизического тестирования с использованием полиграфа, объяснения <данные изъяты> А.М., позволившие установить факт совершения сотрудниками проступка, порочащего сотрудника федеральной противопожарной службы, выразившегося, в том числе в распитии спиртных напитков при исполнении служебных обязанностей по тушению пожара.

Имеющееся у <данные изъяты> Е.В. заболевание получило оценку суда апелляционной инстанции, как не являющееся основанием для признания ее объяснений недопустимым доказательством, учтено, что ее объяснения полностью согласуются с добытыми в ходе служебной проверки иными доказательствами, поэтому они признаны достоверными.

Ссылки в жалобах на необоснованное принятие судом результатов проверки на полиграфе, которые не являются доказательствами вины и не могут являться основанием для увольнения, судом апелляционной инстанции отклонены, поскольку в заключениях о результатах служебной проверки верно указано, что результаты исследования фиксируют только психофизические реакции человека на поставленные вопросы, однако факт совершения сотрудниками проступка установлен с учетом совокупности исследованных доказательств, позволивших установить факт совершения сотрудниками проступка.

Признавая не влекущими отмену решения суда доводы жалоб о несоответствии вида дисциплинарного взыскания тяжести проступка, положительным характеристикам и отсутствию ранее дисциплинарных взысканий, суд апелляционной инстанции согласился с доводами суда первой инстанции о том, что несоблюдение С.Е.А. и Р. добровольно принятых на себя обязательств по соблюдению служебного поведения наносит урон авторитету федеральной противопожарной службы, подрывает доверие граждан к системе государственных органов и порочит честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Применение других мер ответственности (в том числе с учетом положительных характеристик сотрудников и предшествующей добросовестной службы) в данном случае невозможно, поскольку действующий закон не предоставляет руководителю права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение со службы в федеральной противопожарной службе.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы Р. о несогласии с применением судом последствий пропуска им срока на обращение в суд в связи с тем, что он увеличил исковые требования, после принятия которых ответчик о пропуске срока не заявлял, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями частей 4, 5 статьи 73 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ, исходил из того, что сотрудник может обратиться в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, с приказом об увольнении Р. ознакомлен 24 января 2025 года, однако исковые требования об оспаривании увольнения им впервые были заявлены только 28 мая 2025 года с пропуском установленного законом срока. Обстоятельства того, что в ходе рассмотрения дела он уточнял иск требованиями об оспаривании служебной проверки, результаты которой послужили основанием для увольнения, после принятия которых ответчик повторно не заявлял о пропуске им срока обращения в суд, признано судом апелляционной инстанции не имеющим правового значения, поскольку нормами права не предусмотрена обязанность ответчика повторно заявлять ходатайство о пропуске срока обращения в суд.

Судебная коллегия соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, поскольку считает, что обжалуемые судебные акты приняты в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судами дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суды отразили в постановленных судебных актах. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судами не допущено.

В кассационной жалобе С.Е.А. приводит доводы о том, что факт наличия у него в крови алкоголя не подтвердился, он был в пределах погрешности алкотестера. Считает, что судом апелляционной инстанции не дана правовая оценка его доводам о том, что у курсанта <данные изъяты> Е.А. имеется диагноз "<данные изъяты>", наличие которого объясняет ее неадекватное поведение, а также противоречивость показаний. Указывает на наличие у <данные изъяты> Е.А. заинтересованности в рассматриваемом споре. Считает, что выводы служебной проверки в отношении него основываются только на предположении. Отмечает, что был незаконно привлечен к дисциплинарной ответственности дважды за один и тот же предполагаемый проступок, каждый из которых имеет самостоятельное гражданско-правовое значение, приказ об увольнении должен позволять понять, в чем заключается дисциплинарный проступок, суд не может самостоятельно это определять, работодатель должен отражать в приказе проступок, за который был наказан сотрудник.

В кассационной жалобе Р. приводит доводы о том, что не может нести ответственность за действия состава отделения, в которое на период стажировки входила, в том числе <данные изъяты> Е.А., в силу своего подчиненного служебного положения, поскольку сам является подчиненным С.Е.А. Полагает недоказанным в ходе рассмотрения дела факта его нахождения на службе в состоянии алкогольного опьянения. Считает, что вмененный ему факт употребления алкогольных напитков не образует состава дисциплинарного проступка в силу положений действующего законодательства. Обращает внимание, что срок проведения проверки превышен, что влечет за собой незаконность ее заключения от 17 декабря 2024 года. Указывает, что суды первой и апелляционной инстанций безосновательно исключили заинтересованность <данные изъяты> Е.А. в уменьшении степени своей вины за прибытие в состоянии алкогольного опьянения в институт. Считает срок исковой давности по заявленным исковым требованиям не пропущенным.

Указанные доводы кассационных жалоб не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права.

Правоотношения, связанные с поступлением на федеральную противопожарную службу Государственной противопожарной службы, ее прохождением и прекращением, определением правового положения (статуса) сотрудника федеральной противопожарной службы регулируются Федеральным законом от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Согласно пункту 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ, предусматривающей требования к служебному поведению сотрудника федеральной противопожарной службы, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник федеральной противопожарной службы должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Сотрудник федеральной противопожарной службы обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в федеральной противопожарной службе, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ).

В Кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденным приказом МЧС России от 07 июля 2011 года N 354, установлено, что государственные служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны среди прочего исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету МЧС России (подпункты "д", "к" пункта 2.1).

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 49 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ на сотрудника федеральной противопожарной службы в случае нарушения им служебной дисциплины могут налагаться дисциплинарные взыскания, в том числе увольнение со службы в федеральной противопожарной службе.

Согласно пункту 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Частями 6, 7 статьи 51 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ предусмотрено, что дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником федеральной противопожарной службы дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке. Дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника федеральной противопожарной службы по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу.

В силу части 8 статьи 51 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника федеральной противопожарной службы, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт, подписываемый уполномоченными должностными лицами. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 53 данного Федерального закона может быть проведена служебная проверка.

В соответствии с частью 15 статьи 51 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ дисциплинарные взыскания, предусмотренные пунктом 6 части 1 статьи 49 этого Федерального закона (увольнение), исполняются не позднее чем через два месяца со дня издания приказа об их наложении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, нахождения его в отпуске или в командировке.

Согласно статье 53 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником федеральной противопожарной службы дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 данного Федерального закона, а также по заявлению сотрудника (часть 1).

При проведении служебной проверки в отношении сотрудника федеральной противопожарной службы должны быть приняты меры, направленные на объективное и всестороннее установление: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в федеральной противопожарной службе (часть 3).

Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (часть 4).

В случае выявления в ходе служебной проверки обстоятельств, влияющих на объективность результатов служебной проверки, руководитель федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченный руководитель, принявшие решение о проведении служебной проверки, могут продлить срок ее проведения, но не более чем на 30 дней (часть 5).

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три рабочих дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения (часть 6).

В заключении по результатам служебной проверки указываются: 1) установленные факты и обстоятельства; 2) предложения, касающиеся наложения на сотрудника дисциплинарного взыскания (часть 8).

Заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки (часть 9).

Порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в области пожарной безопасности (часть 10).

Порядок проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий утвержден приказом МЧС России от 17 октября 2016 года N 550 (далее - Порядок проведения служебной проверки).

В соответствии с пунктом 2 Порядка проведения служебной проверки она проводится по решению Министра Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, начальника (руководителя) подразделения МЧС России (далее - должностное лицо, назначившее проверку) при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником, в отношении которого указанные должностные лица являются прямыми руководителями (начальниками) и наделены правом наложения дисциплинарных взысканий, дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия факта несоблюдения им ограничений, нарушения запретов или несоблюдения обязанностей, связанных со службой в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, а также по заявлению сотрудника.

В силу пунктов 3, 7, 10 Порядка проведения служебной проверки должностное лицо, назначившее проверку, назначает должностное лицо или должностных лиц, ответственных за ее организацию и проведение. Служебная проверка проводится перед применением дисциплинарного взыскания в отношении конкретного сотрудника. При проведении служебной проверки должны быть полно, объективно и всесторонне установлены: 1) факты и обстоятельства совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вина сотрудника; 3) причины и условия, способствовавшие совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характер и размер вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличие или отсутствие обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в федеральной противопожарной службе. Результаты служебной проверки оформляются отдельно в отношении каждого сотрудника в виде письменного заключения и докладываются должностному лицу, назначившему проверку.

В соответствии с пунктом 12 Порядка проведения служебной проверки служебная проверка назначается поручением в виде резолюции должностного лица, назначившего проверку, на документе, содержащем сведения о наличии оснований для ее проведения, либо путем издания приказа подразделения МЧС России о проведении служебной проверки комиссией.

Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (пункт 17 Порядка проведения служебной проверки).

В случае выявления в ходе служебной проверки обстоятельств, влияющих на объективность результатов служебной проверки, должностное лицо, назначившее проверку, может продлить срок ее проведения, но не более чем на 30 дней (пункт 19 Порядка проведения служебной проверки).

Решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее десяти рабочих дней со дня получения должностным лицом, назначающим проверку, информации, являющейся основанием для ее проведения (пункт 20 Порядка проведения служебной проверки).

Результаты служебной проверки представляются должностному лицу, назначившему проверку, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через 3 рабочих дня после ее завершения. Заключение должно быть подписано должностным лицом, проводившим проверку, или председателем комиссии и членами комиссии. Должностное лицо, назначившее проверку, не позднее 5 дней со дня представления заключения утверждает его либо принимает решение о продлении служебной проверки (пункт 29 Порядка проведения служебной проверки).

Окончанием служебной проверки является дата подписания заключения должностным лицом, проводившим служебную проверку (председателем и членами комиссии). Проект приказа о наложении дисциплинарного взыскания (в случае выявления дисциплинарного проступка) готовится должностным лицом, проводившим служебную проверку, или председателем комиссии, приобщается к заключению и представляется с материалами служебной проверки должностному лицу, назначившему ее проведение. Приказ о наложении дисциплинарного взыскания объявляется сотруднику под роспись в течение пяти календарных дней со дня его издания, не считая времени отсутствия сотрудника на службе (пункты 36, 39 Порядка проведения служебной проверки).

Вопреки доводам кассационных жалоб С.Е.А. и Р., суды первой и апелляционной инстанции, оценив совокупность представленных сторонами доказательств, пришли к правильным выводам о том, что установленные служебной проверкой факты в их совокупности, свидетельствуют о совершении указанными лицами проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, порядок проведения служебной проверки и увольнения нанимателем не нарушен. Оснований не согласиться с данными выводами у судебной коллегии не имеется, поскольку они подробно мотивированы, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым суды дали надлежащую правовую оценку на предмет их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи, при разрешении спора судами правильно истолкованы и применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения.

Доводы кассационных жалоб фактически повторяют позицию заявителей, изложенную в суде первой инстанции и поддержанную в апелляционной жалобе. Указанные доводы явились предметом рассмотрения в суде первой и апелляционной инстанции, получили надлежащую правовую оценку с обоснованием мотивов отклонения, ввиду чего повторное заявление тех же доводов не образует предусмотренных законом оснований для пересмотра судебных актов в кассационном порядке.

Суды первой и апелляционной инстанции пришли к верному выводу о несоблюдении заявителями добровольно принятых на себя обязательств по соблюдению служебного поведения федеральной противопожарной службы, допустили действия, которые порочат честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Примененные к ним меры ответственности соответствуют нормам пункта 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ, которой при совершении проступка, порочащего честь сотрудника, предусмотрена мера ответственности в виде увольнения со службы в федеральной противопожарной службе. Применение более мягкой меры дисциплинарной ответственности к курсанту <данные изъяты> Е.А. правильность выводов судов не опровергает, поскольку законность наложения на нее дисциплинарного взыскания предметом судебной проверки по настоящему делу не является.

Ссылки в кассационных жалобах на несогласие с установлением факта употребления С.Е.А. и Р. алкоголя ввиду того, что наличие паров алкоголя было выявлено в пределах нормы (погрешности алкотестера), заинтересованности <данные изъяты> Е.А. в исходе дела, наличии у нее заболевания, не могут служить основанием для отмены судебных актов, поскольку обстоятельства употребления спиртных напитков в служебное время установлены не только на основании показаний свидетеля <данные изъяты> Е.А., а достоверность ее показаний подтверждена совокупностью иных доказательств, включая объяснения С.Е.А., К. и Р. об остановке по пути следования на пожар у магазина "Красное и белое" и приобретении бутылки коктейля "Рафине шоколад и ваниль", товарными чеками на приобретение четырех бутылок этого алкоголя, сведениями 1С Предприятие о движении товара (алкоголя), обнаружением одной неоткрытой бутылки коктейля "Рафине шоколад и ваниль" на месте происшествия, результатами тестирования <данные изъяты> Е.А., С.Е.А. и Р. на состояние алкогольного опьянения.

Переоценка установленных судом фактических обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств в силу положений главы 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Указание в кассационной жалобе Р. на то, что вмененный ему факт употребления алкогольных напитков не образует состава дисциплинарного проступка в силу положений действующего законодательства, не может быть принято во внимание, поскольку он уволен на основании пункта 9 части 3 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ за совершение проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, к которому правильно отнесено, в том числе употребление алкоголя при исполнении служебных обязанностей.

Ссылки в кассационной жалобе на подчиненное положение Р., отсутствие у него распорядительных прав в отношении членов пожарного расчета, за которых он не может нести ответственность, не являются основанием для отмены судебных актов, поскольку вмененные ему нарушения в виде распития спиртных напитков при исполнении служебных обязанностей, сообщении недостоверных сведений и сокрытие известных фактов в ходе проведения служебной проверки не зависели от должностного положения Р.

Вопреки доводам кассационной жалобы С.Е.А. наличие приказа о дисциплинарной ответственности в виде увольнения и отдельно об увольнении не свидетельствует о наложении двух взысканий за один проступок, поскольку к нему применено одно дисциплинарное взыскание в виде увольнения. Приказ об увольнении реализован в срок, установленный частью 15 статьи 51 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ. В приказах о привлечении к дисциплинарной ответственности указано, что они изданы на основании заключений о результатах служебных проверок, поэтому не указание в самих приказах обстоятельств совершенных проступков не влечет их незаконности.

Доводы кассационной жалобы Р. о нарушении срока проведения служебной проверки, и, как следствие, незаконности ее заключения, не являются основанием для отмены судебных актов, поскольку судами верно установлено, что нарушений порядка проведения служебной проверки не имеется. Поводом к проведению служебной проверки явилось письмо института от 17 октября 2024 года, приказ о проведении служебной проверки издан 18 октября 2024 года, период ее проведения был установлен с 18 октября 2024 года по 15 ноября 2024 года, руководителем ГУ МЧС России по Свердловской области срок проведения служебной проверки был продлен на 30 дней до 15 декабря 2024 года путем проставления подписи на докладной о необходимости продления срока проведения служебной проверки, заключения по результатам служебной проверки подготовлены 12 декабря 2024 года и утверждены руководителем 13 декабря 2024 года, то есть нарушения срока проведения служебной проверки не допущено.

Ссылки в кассационной жалобе Р. на неправильное применение последствий пропуска им срока на обращение в суд не могут служить основанием для отмены судебных актов, поскольку судом апелляционной инстанции правильно применены положения частей 4, 5 статьи 73 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ и установлено, что Р. пропустил трехмесячный срок на обращение с иском в суд без уважительных причин. Оснований не соглашаться с выводами суда апелляционной инстанции судебная коллегия не усматривает.

Иные доводы кассационной жалобы не могут повлечь отмену судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку направлены на переоценку исследованных судами первой и апелляционной инстанции доказательств и обстоятельств, установленных на основании этой оценки.

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, оснований для их отмены в соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам кассационных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 01 октября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 27 января 2026 года оставить без изменения, кассационные жалобы С.Е.А., третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Р. - без удовлетворения.