Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кочетковой М.В.

судей Корниловой О.В., Елагиной А.А.

при секретаре М.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по апелляционной жалобе С. публичного акционерного общества "Ингосстрах"

на решение Борского городского суда Нижегородской области от 31 января 2025 года

по иску ФИО1 к С. публичному акционерному обществу "Ингосстрах" о взыскании С. возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, по встречному иску С. публичного акционерного общества "Ингосстрах" к ФИО1 о признании договора страхования в части ничтожным

заслушав доклад судьи Корниловой О.В., объяснения представителя СПАО "Ингосстрах" ФИО8 и ФИО9, представителя ФИО1- ФИО10 судебная коллегия

ФИО1 обратилась в суд с иском к СПАО "Ингосстрах" о взыскании страхового возмещения.

В обоснование исковых требований указала, что 06 августа 2020 года стороны заключили договор добровольного страхования имущества PL0948468, расположенного по адресу: ФИО2 [адрес]А, а именно жилого дома (конструктивные элементы - страховая сумма 500000 руб., отделка и инженерное оборудование - страховая сумма 1000001 руб.), на срок с 21 августа 2020 года по 20 августа 2021 года. Указанный договор был заключен в соответствии с Комплексными правилами страхования имущества, гражданской ответственности и сопутствующих рисков от 11 декабря 2017 года с выплатой страхового возмещения в денежной форме. В результате произошедшего [дата] в 22.00 часов пожара сгорело застрахованное имущество - жилой дом, расположенный по адресу: ФИО2 [адрес]А. Указанные обстоятельства установлены постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 06 марта 2021 года. В адрес ответчика были направлены документы для осуществления страховой выплаты. Письмом от 30 апреля 2021 года ответчик отказал истцу в выплате страхового возмещения в полном объеме, ссылаясь на то, что в соответствии с п. 3.2.10 и 3.2.14 Правил страхования, заявленный истцом случай не является страховым. Не согласившись с данным отказом, ФИО1 в рамках досудебного урегулирования спора направила в адрес ответчика претензию, которая осталась без удовлетворения, что подтверждается письмом от 23 июня 2021 года исх. [номер]. Таким образом, страховщик не исполнил надлежащим образом возложенные на него обязательства по выплате страхового возмещения. К финансовому уполномоченному по правам потребителя финансовых услуг истец не обращалась, поскольку размер заявленных требований превышал 500000 рублей (ст. 15 Федерльного закона "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг").

На основании изложенного, истец просила суд взыскать с СПАО "Ингосстрах" страховое возмещение в сумме 15000001 руб., почтовые расходы в сумме 123 руб., компенсацию морального вреда в сумме 50000 руб., а также штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом.

В период рассмотрения дела ФИО1 неоднократно изменяла исковые требования и окончательно, с учетом выводов проведенной по делу повторной судебной экспертизы, которой была установлена стоимость годных остатков после пожара в размере 69000 рублей, просила суд взыскать с ответчика в свою пользу страховое возмещение в размере 1431000 руб. (1500001 - 69000); почтовые расходы в размере 500 руб., компенсацию морального вреда в сумме 200000 руб., штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом.

СПАО "Ингосстрах" обратилось со встречными исковыми требованиями к ФИО1 о признании договора страхования ничтожным с части страховой суммы, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов. В обоснование данных требований СПАО "Ингосстрах" указало, что 06 августа 2020 года между ФИО1 и СПАО "Ингосстрах" заключен договор добровольного страхования имущества PL0948468, расположенного по адресу: ФИО2 [адрес]С. сумма по договору страхования составила: конструктивные элементы - 500000 руб. и отделка и инженерное оборудование - 1000001 руб. Данный договор был заключен агентом СПАО "Ингосстрах". Согласно п. 2 ст. 947 ГК РФ при страховании имущества или предпринимательского риска, если договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не должна превышать их действительную стоимость (страховая стоимость). Такой стоимостью считается: для имущества его действительная стоимость в месте его нахождения в день заключения договора страхования. Кроме того, обязательства страховщика по выплате страхового возмещения ограничены пределами действительной стоимости имущества на момент страхования (п. 1 ст. 947 ГК РФ). СПАО "Ингосстрах" провело независимую экспертизу в ООО "Приволжский центр оценки" по определению стоимости имущества истца на момент заключения договора страхования, расположенного по адресу: ФИО2 [адрес]А. по состоянию на 20 августа 2020 года. Согласно заключению, стоимость жилого дома составляет 333000 руб. Вместе с тем, ст. 951 ГК РФ прямо предусмотрено, что, если страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества или предпринимательского риска, превышает страховую стоимость, договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость. Таким образом, страховая сумма определяется по соглашению сторон договора страхования, но при этом не должна превышать действительную стоимость имущества. При заключении договора страхования страховщик экспертизу действительности стоимости имущества не назначал, действительность стоимости объекта страхования на день заключения договора страхования сторонами отдельно не оговаривалась. Соответственно, договор страхования в части страховой суммы, превышающей страховую стоимость имущества, является ничтожным.

Ссылаясь на положения ст. 179, п. 3 ст. 944, п. 2 ст. 947, п. 3 ст. 951 Гражданского кодекса РФ, СПАО "Ингосстрах" просило ризнать договор страхования N PL0948468 от 06 августа 2021 года ничтожным в части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость на 1163001 руб., применить последствия недействительности сделки, взыскать с ФИО1 в пользу СПАО "Ингосстрах" расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

Решением Борского городского суда Нижегородской области от 31 января 2025 года постановлено: исковые требования ФИО1 к С. публичному акционерному обществу "Ингосстрах" о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с С. публичного акционерного общества "Ингосстрах" (ИНН <...>) в пользу ФИО1 (СНИЛС [номер]) страховое возмещение в размере 1431000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 10000 руб., штраф в размере 350000 руб., почтовые расходы в сумме 123 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с С. публичного акционерного общества "Ингосстрах" (ИНН <...>) в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации государственную пошлину в сумме 32310 руб.

В удовлетворении встречного искового заявления С. публичному акционерному обществу "Ингосстрах" к ФИО1 о признании договора страхования в части ничтожным отказать.

В апелляционной жалобе СПАО "Ингосстрах" поставлен вопрос об изменении решения суда первой инстанции как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права по доводу несоответствия выводов суда установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам и удовлетворении исковых требований СПАО "Ингосстрах" в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указано, что вывод суда о наличии вины СПАО "Ингосстрах" в невыплате страхового возмещения не соответствует обстоятельствам дела, произошедший пожар не является страховым случаем. Поскольку страховая сумма превышает действительная стоимость дома в момент его страхования, полагает, что договор страхования является ничтожным в части превышения его действительной стоимости.

В соответствии со ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ N 23 от 19 декабря 2003 года решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся лиц судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 432 названного кодекса договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1). -

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно подпункту 1 пункта 2 указанной статьи по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930).

Пункт 1 статьи 947 указанного Кодекса предусматривает, что сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей.

Пунктом 1 статьи 10 настоящего Закона закреплено, что страховая сумма - денежная сумма, которая определена в порядке, установленном федеральным законом и (или) договором страхования при его заключении, и исходя из которой устанавливаются размер страховой премии (страховых взносов) и размер страховой выплаты при наступлении страхового случая.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежал жилой дом, общей площадью 61,80 кв. м, с кадастровым номером [номер], по адресу: ФИО2 [адрес]А (т. 1 л.д. 15, 200-201).

06 августа 2020 года ФИО1 и СПАО "Ингосстрах" в соответствии с Комплексными правилами страхования имущества, гражданской ответственности и сопутствующих рисков, утвержденными СПАО "Ингосстрах" от 11 декабря 2017 года N 451, заключили договор страхования имущества и гражданской ответственности и сопутствующих рисков N PL0948468 "Платинум", в соответствии с которым на страхование принят жилой дом, по адресу: ФИО2 [адрес]А.

Срок договора с 21 августа 2020 года по 20 августа 2021 года. В договоре имеется отметка о ранее действовавшем договоре N PL0732885 (пролонгация).

Исходя из описания строений, принимаемых на страхование, являющегося неотъемлемой частью договора страхования имущества 06 августа 2020 года, объектом страхования в рамках Полиса страхования является одноэтажный деревянный жилой дом (конструктивные элементы, отделка и инженерное оборудование), расположенный по указанному выше адресу.

С. сумма на жилой дом определена в размере 1500001 руб., конструктивные элементы - 500000 руб., отделка и инженерное оборудование - 1000001 руб.

С. премия составила 7296,75 руб. (2432,25 руб. - за конструктивные элементы, 4864,50 руб. - за отделку и инженерное оборудование), которая оплачена ФИО1 в полном объеме, что подтверждается квитанцией N ФГ 0335166 от 06 августа 2020 года.

04 марта 2021 года произошел пожар в строении дома, расположенного по адресу: ФИО2 [адрес]А, в результате которого строение дома и имущество, находящееся в нем, повреждено огнем.

По факту произошедшего пожара была проведена проверка, в ходе которой был произведен осмотр место происшествия с фотосъемкой, опрошены очевидцы пожара.

В рамках проведения указанной проверки пожарно-техническая экспертиза не проводилась.

По результатам проверки дознавателем ОНД и ПР по [адрес] ФИО11 принято постановление от 06 марта 2021 года об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. В постановлении дознавателем указано, что наиболее вероятной причиной возникновения горения является нарушения правил устройства и эксплуатации печного отопления, а именно дымохода отопительной печи.

09 марта 2021 года ФИО1 предоставила в СПАО "Ингосстрах" извещение о наступлении страхового события (т. 1 л.д. 189 оборот).

Письмом от 25 марта 2021 года СПАО "Ингосстрах" сообщило ФИО1 о том, что для установления причин образования повреждений и точного ущерба страховая компания обратилась в независимую экспертизу, после получения результатов которой, заявление будет рассмотрено (т. 1 л.д. 193).

Письмом от 30 апреля 2021 года СПАО "Ингосстрах" отказало ФИО1 в выплате страхового возмещения, так как заявленное событие не является страховым случаем.

В обоснование отказа в выплате страхового возмещения страховая компания указала, что согласно информации, указанной в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 06 марта 2021 года, выданном ОНД и ПР по [адрес], причиной возникновения пожара в жилом доме послужило нарушение правил устройства и эксплуатации печного отопления, а именно дымоходы отопительной печи. Условиями заключенного договора страхования от 06 августа 2020 года не предусмотрена страховая защита от риска "Повреждение или утрата (гибель) имущества в результате событий, предусмотренных Правилами страхования и договором страхования, произошедших по причине нарушения либо невыполнения страхователем (выгодоприобретателем), членами его семьи либо лицами, действующими с согласия страхователя (выгодоприобретателя), установленных законодательством Российской Федерации или иными нормативными актами норм и правил пожарной безопасности, правил эксплуатации водопроводных, канализационных, отопительных и противопожарных систем, правил эксплуатации и/или охраны помещений, инструкций по хранению и эксплуатации имущества и т.п." (п. 3.2.10.2 Правил страхования), а также произошедших по причине нарушения нормативных сроков эксплуатации имущества, норм и правил проведения ремонтно-строительных работ, производственных, непроизводственных, строительных дефектов и недостатков объектов имущества и их отдельных элементов, дефектов, использованных при строительстве материалов, ошибок проектирования и строительства на территории страхования" (п. 3.2.10.3 Правил страхования). В связи с этим указанное ФИО1 событие не может квалифицироваться как страховой случай (т. 1 л.д. 196).

04 июня 2021 года ФИО1 обратилась в СПАО "Ингосстрах" с претензией, в которой выразила несогласие с отказом, просила признать заявленное событие страховым случаем и произвести выплату страхового возмещения. В обоснование своей претензии указала, что согласно полису страхования N PL0948468 от 06 августа 2020 года "Платинум", ФИО1 был пролонгирован ранее действовавший договор страхования по риску "Стандартный пакет рисков" (п. 3.6 Правил страхования). Согласно п. 3.6 Правил страхования, если страховщик предоставляет страховую защиту одновременно от рисков, предусмотренных п. п. 3.2.1 - 3.2.4., 3.2.5.1, 3.2.5.3, 3.2.5.4, 3.2.5.5., 3.2.7 - 3.2.9 Правил, в договоре страхования может указываться термин "Стандартный пакет рисков". Пунктом 3.2.1 предусмотрено, что "пожар" - это повреждение или утрата (гибель) застрахованного имущества вследствие возникновения огня, в том числе вследствие возникновения огня в соседних помещениях и на территории, не принадлежащих страхователю (выгодоприобретателю), способного самостоятельно распространяться вне мест, специально предназначенных для его разведения и поддержания, а также воздействия на имущество возникших в результате такого огня продуктов горения (дыма, сажи и т.п.), высокой температуры. Согласно п. 3.2 Правил, в соответствии с настоящими Правилами страховщик обеспечивает страховую защиту по договору страхования от следующих рисков, входящих в указанный подпункт, включая п. 3.2.10 и п. 3.2.14. С учетом этого, ссылки страховой компании на п. 3.2.10 и 3.2.14 Правил страхования при обосновании отказа в выплате страхового возмещения, являются необоснованными по причине того, что указанные риски являются дополнительными и не связаны с заявленным страховым событием (т. 1 л.д. 199).

Письмом от 23 июня 2021 года СПАО "Ингосстрах" оставило претензию ФИО1 от 04 июня 2021 года без удовлетворения по ранее указанным доводам (т. 1 л.л.33).

Согласно Договору страхования N PL0948468 от 06 августа 2020 года, заключенному между сторонами, и Правилам страхования С. риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого заключается договор страхования. С. случаем является свершившееся событие из указанных в п. 3.2. Правил страхования, предусмотренное договором страхования, повлекшее обязанность страховщика произвести страховую выплату. Договор страхования может быть заключен на случай наступления любого из указанных в п. 3.2. Правил событий, их совокупности или любой их комбинации.

В соответствии с п. 3.2. Правил страховщик обеспечивает страховую защиту по договору страхования от нескольких рисков, в том числе пожара.

Согласно п. 3.2.1. Правил, пожар - повреждение или утрата (гибель) застрахованного имущества вследствие возникновения огня, в том числе вследствие возникновения огня в соседних помещениях и на территориях, не принадлежащих страхователю (выгодоприобретателю), способного самостоятельно распространяться вне месте, специально предназначенных для его разведения и поддержания, а также воздействия на имущество возникших в результате такого огня продуктов горения (дыма, сажи и т.п.), высокой температуры.

Не являются страховыми случаями при страховании риска "пожар" ущерб, причиненный имуществу в результате пожара, произошедшего по причинам, предусмотренным п. п. 3.2.10, 3.2.14 Правил.

Из пункта 3.2.10 правил следует, что к "группе рисков 2" (п. 3.2.10.2 Правил) относится повреждение или утрата (гибель) имущества в результате событий, предусмотренных Правилами и договором страхования, произошедших по причине нарушения либо невыполнения страхователем (выгодоприобретателем), членами его семьи либо лицами, действующими с согласия страхователя (выгодоприобретателя), установленных законодательством Российской Федерации или иными нормативными актами норм и правил пожарной безопасности, правил эксплуатации водопроводных, канализационных, отопительных и противопожарных систем, правил эксплуатации и/или охраны помещений, инструкций по хранению и эксплуатации имущества и тп.

К "группе рисков 3" (п. 3.2.10.3. Правил) относится повреждение или утрата (гибель) имущества в результате событий, предусмотренных пунктами 3.2.1 - 3.2.3, 3.2.9 Правил, произошедших по причине нарушения нормативных сроков эксплуатации имущества, норм и правил проведения ремонтно-строительных работ, независимо от того, кем и когда они были нарушены, производственных, непроизводственных строительных дефектов и недостатков объектов имущества и их отдельных элементов, дефектов использованных при строительстве материалов, ошибок проектирования и строительства на территории страхования.

По данному риску возмещается только ущерб, связанный с последующим наступлением одного из событий, указанных в пунктах 3.2.1 - 3.2.3, 3.2.9 Правил, то есть пожара, взрыва, повреждения водой либо короткого замыкания. Ущерб, вызванный конструктивными дефектами и иными недостатками, перечисленными в пункте 3.2.10. Правил, несвязанными непосредственно с последующим пожаром, взрывом, повреждением водой либо коротким замыканием может возмещаться только в рамках страхования риска "Конструктивные дефекты" (пункт 3.2.14 Правил).

Согласно пункту 3.6 Правил страхования, если страховщик предоставляет страховую защиту одновременно от рисков, предусмотренных пунктами 3.2.1 - 3.2.4, 3.2.5.1, 3.2.5.3, 3.2.5.4, 3.2.5.5, 3.2.7 - 3.2.9 Правил, в договоре страхования может указываться термин "Стандартный пакет рисков" л.д. 123-140 т. 1; л.д. 126 т. 1.

Из приведенных условий договора и правил страхования, следует, что по программе страхования "Стандартный пакет рисков" не является страховым случаем при страховании риска "пожар" ущерб, причиненный имуществу в результате пожара, произошедшего по причине нарушения либо невыполнения страхователем норм и правил пожарной безопасности, правил эксплуатации отопительных и противопожарных систем.

Согласно заключению судебной пожарно-технической экспертизы [номер] от 10 октября 2022 года, выполненному ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России, вероятно, очаг пожара жилого [адрес] А, который располагался по [адрес] в [адрес] ФИО2 [адрес], находился внутри, в верхней части бревенчатого пристроя дома, в области расположения дымохода отводящих газов отопительной печи.

Ответить на вопрос в категорической форме не представляется возможным по следующим причинам: от момента произошедшего пожара (04 марта 2021 года) до момента экспертного осмотра (05 июля 2022 года) миновал значительный промежуток времени, вследствие чего на месте происшествия частично произошли необратимые процессы послепожарных остатков конструкций дома;

в связи с сильными термическими поражениями в целом конструкций исследуемого дома;

не в полной мере отражены сведения, в протоколе осмотра места происшествия от 04 марта 2021 года, касающиеся термических поражений по дому [номер], который располагался по [адрес] в [адрес] ФИО2 [адрес];

недостаточно фотоизображений в цветном исполнении, которые были выполнены непосредственно после ликвидации пожара [адрес] А, который располагался по [адрес] в [адрес] ФИО2 [адрес].

Вероятно, жилой дом сгорел по технической причине-либо вследствие отступлений от требований специальных нормативов при монтаже дымоотводящих газов печи, либо неисправностей в указанной части отопительной печи (в магистрали дымоотводящих газов).

Ответить на вопрос в категоричной форме не представляется возможным по следующим причинам: в связи с приведенным выводом в вероятной форме по вопросу определения очага пожара: от момента произошедшего пожара (04 марта 2021 года) до момента экспертного осмотра (05 июля 2022 года) миновал значительный промежуток времени, вследствие чего на месте происшествия частично произошли необратимые процессу после/пожарных остатков конструкций исследуемого дома; в связи с отсутствием возможности доподлинно воссоздать (реконструировать) до/пожарную обстановку (исследуемый дом в целом подвергся значительным термическим поражениям); в связи с отсутствием на месте происшествия при экспертном осмотре 05 июля 2022 года остатков фрагментов труб, которые использовались в качестве дымоотводящих газов (т. 2 л.д. 106-130).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 04 марта 2021 года, при производстве следственного действия остатки трубы дымохода от отопительной печи не изымались. На экспертном осмотре (05 июля 2022 года) указанной трубы на месте происшествия не имелось л.д. 48-52 т. 1.

Допрошенный судом первой инстанции эксперт ФИО12 выводы судебной экспертизы поддержал пояснив, что дом сгорел по технической причине либо вследствие отступлений от требований специальных нормативов при монтаже дымоотводящих газов печи либо неисправностей отопительной печи.

Проведенной по делу повторной судебной пожарно-технической экспертизы [номер] от 30 мая 2024 года, выполненной ООО "Альтернатива", установлено, что очаг исследуемого пожара находится внутри бревенчатого пристроя исследуемого домовладения.

Категорично разрешить вопрос расположения очага пожара не представляется возможным по следующим основаниям.

От момента пожара (04 марта 2021 года) до момента осмотра (23 апреля 2024 года) прошло значительное время, в результате чего при хранении послепожарных остатков домовладения открытым способом в них произошли необратимые изменения. В результате пожара домовладение получило значительные термические повреждения конструктивных частей, вследствие чего значимые признаки очага пожара нивелировались его течением. В протоколе осмотра места происшествия не в полной мере содержатся сведения о термических повреждениях здания. Имеющиеся и предоставленные фотоизображения домовладения после пожара обладают недостаточной информативностью.

В отношении непосредственной технической причины пожара эксперт указал, что пожар согласно определенному очагу произошел в бревенчатом пристрое домовладения. Возгорание произошло в тот момент, когда хозяйка дома (ФИО1) отсутствовала (согласно объяснениям ФИО1 до момента пожара 04 марта 2021 года в бревенчатом пристрое она проводила топку печи в 16.30 она покинула дом. В топке печи еще остались раскаленные угли. В 22.00 часа ФИО1 сообщили о возникшем в ее доме пожаре. Возгорание произошло спустя пять с половиной часов после завершения топки печи. В соответствии с донесением о пожаре указывается, что в момент прибытия подразделений происходило горение кровли пол всей площади.

Из протокола осмотра места происшествия известно, что уцелевшие фрагменты электропроводки, которые были обнаружены после ликвидации пожара в бревенчатом пристрое не имели признаков аварийных режимов работы, следы ЛВЖ и ГЖ после ликвидации пожара в пристрое домовладения отсутствовали. Сведения о проникновении дом посторонних лиц в указанный и предшествующий указанному промежутки времени, до момента, когда произошло возгорание, в материалах дела также отсутствуют.

Учитывая изложенное и определенное исследованием место очага пожара, эксперт указал, что выдвинуть какую-либо однозначно интерпретируемую версию возникновения горения в рассматриваемом случае не представляется возможным.

Согласно СП 7.13130.2013 Отопление, вентиляция и кондиционирование. Требование пожарной безопасности, максимальный прогрев разделок печи составляет по времени 4-8 часов, после того, как печь была растоплена. При непрерывной топке в дымоходе печи и ближайшем перекрытии температура может достигать 450 градусов Цельсия. Непрерывной топкой считается время топки печи в течение 3-6 часов. Внутри топки печи температура достигает 900 градусов Цельсия. Чтобы исключить возгорание конструктивных элементов здания от нагретых частей печи предусмотрены соответствующие нормативы. В данном случае это СП 7.13130.2013. Указанные нормативы каких-либо ограничений по топке печей не имеют.

Таким-образом, пожар в пристрое исследуемого домовладения не мог произойти из-за непрерывной топки печи, а определить достоверно техническую причину пожара в данном случае невозможно, так как в материалах дела отсутствуют сведения, касающиеся устройства дымохода печи (сведения о расстояниях от дымохода до обрешетки крыши пристроя, стропил и иных горючих элементов крыши и кровли).

Согласно судебной экспертизе, выполненной ООО "Альтернатива", при ответе на 1-3 вопросы эксперт ФИО15 пришел к выводу о том, что категорично разрешить поставленный вопрос о технической причине пожара [адрес]А по [адрес] ФИО2 [адрес] не представилось возможным по следующим основаниям:

-достоверно не установлен очаг пожара;

-ввиду значительности интервала времени, который прошел с момента пожара до момента осмотра объекта и его необратимых изменений, которые произошли в течение этого времени;

-из-за невозможности полноценно воссоздать допожарную обстановку из-за значительных термических повреждений домовладения;

-отсутствие фрагментов дымохода печи на месте пожара при осмотре домовладения.

Объективных свидетельств тому, что причиной пожара является устройство дымохода или неисправность печного отопления по результатам осмотра домовладения и в представленных материалах не содержится. Признаков нарушения правил эксплуатации печного отопления в ходе исследования не установлено.

Эксперт ФИО13 при ответе на четвертый вопрос, указала, что в результате пожара 04 марта 2021 года жилого дома, расположенного по адресу: ФИО2 [адрес]А, произошла не полная гибель застрахованного имущества - жилого дома, так как зафиксированы годные остатки в виде фундамента жилого дома Л. Стоимость годных остатков застрахованного имущества - жилого дома Лит А в виде конструктивного элемента - фундамента, составляет: на дату исследования - 92000 руб., на дату страхового случая (пожара жилого дома 04 марта 2021 года) - 69000 руб. л.д. 198-236 т. 2.

Эксперты ООО "Альтернатива" как и эксперты ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России указали, что бесспорных доказательств, что причиной пожара является устройство дымохода или неисправность печного отопления в дело не представлено.

Проведенной по делу повторной судебной пожарно-технической экспертизой [номер] от 30 мая 2024 года, выполненной ООО "Альтернатива", также установлено, что пожар в пристрое исследуемого домовладения не мог произойти из-за непрерывной топки печи.

Доказательств опровергающих данный вывод эксперта стороной ответчика не представлено.

Согласно выводам судебной экспертизы, выполненной ООО "Альтернатива" при ответе на 1-3 вопросы эксперт ФИО15 пришел к выводу о том, что категорично разрешить поставленный вопрос о технической причине пожара [адрес]А по [адрес] ФИО2 [адрес] не представилось возможным.

Суждение эксперта, что объективных свидетельств тому, что причиной пожара является устройство дымохода или неисправность печного отопления, либо нарушение правил эксплуатации печного отопления не представлены, основаны на оценке представленных в дело доказательств.

Вопреки доводу жалобы, назначение повторной судебной экспертизы права ответчика на представление доказательств не ограничило.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются любые полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Судом первой инстанции изучены все доказательства по делу, в том числе и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило нарушение правил устройства и эксплуатации печного отопления, а именно дымохода отопительной печи (л.д. 62-64 т. 1).

При этом в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороной ответчика доказательств вины в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании истцом своего имущества не представлено.

Относимых и допустимых доказательств, что причиной пожара явились именно нарушение правил устройства и эксплуатации дымохода или неисправность печного отопления, либо нарушение правил эксплуатации печного отопления в деле не имеется.

СПАО "Ингосстрах" не доказано обстоятельств, свидетельствующих о наличии в действиях истца умысла, либо наличия в его действиях грубой неосторожности, направленных на возникновение пожара и гибель застрахованного имущества, как и того обстоятельства, что в соответствии с положениями Правил страхования указанный случай не является страховым случаем.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о недоказанности позиции ответчика по заявленному ФИО1 требованию.

Довод апеллятора о том, что ФИО1 обязана была сообщить о возможной неисправности дымохода либо возможной неисправности печного отопления до заключения договора о злоупотреблении истцом правом не свидетельствует и отклоняется по следующим мотивам.

В силу пункта 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии с пунктом 3 данной статьи, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

На основании разъяснений, содержащихся в п. п. 18, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2024 года N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества", исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 944 ГК РФ в их взаимосвязи перед заключением договора добровольного страхования имущества страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю полные и достоверные сведения о существенных обстоятельствах, влияющих на определение вероятности наступления страхового случая и размер возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

В силу п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Бремя доказывания факта сообщения страхователем заведомо ложных сведений и их существенного значения лежит на страховщике (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Как следует из установленных судом обстоятельств и материалов дела, заключая договор страхования имущества, страховщиком характеристики дома не выяснялись, и не предлагалось ФИО1 представить сведения, характеризующие дом, в том числе не предлагалось истцу указать сведения об исправности (неисправности) дымохода либо возможной неисправности печного отопления либо обстоятельствах нормативных сроков эксплуатации имущества, соблюдения (несоблюдения) норм и правил проведения ремонтно-строительных работ, производственных, непроизводственных, строительных дефектов и недостатков объектов имущества и их отдельных элементов, дефектов, использованных при строительстве материалов, ошибок строительства, исключающих заключение договора страхования, либо являющихся основанием его заключения на иных условиях, а истец не сообщал страховщику ложных сведений о своем имуществе.

Отклоняется ссылка апеллятора на п. п. 3.2.1, 3.2.10., 3.2.10.2, 3.2.10.3, 3.2.14 Правил страхования по следующим мотивам.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бремя содержания, принадлежащего ему имущества несет собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" собственник имущества несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством. Такую же ответственность несут и лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом (абз. 5 ч. 1 ст. 38 указанного закона).

В силу разъяснений, приведенных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества" условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества и могут включать перечень случаев, не являющихся страховыми (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако необходимо разграничивать исключения из страхового покрытия (из числа страховых случаев) и основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

По смыслу статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" под страховым случаем понимается именно объективное событие, относящееся, в частности, к событиям внешнего мира либо к действиям (бездействию) лиц, не являющихся участниками страховых отношений. В то же время совершение страхователем действий, способствовавших наступлению страхового случая, может послужить основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя (абзац второй пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что сформулированные в Правилах страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования оговорки об исключении из страхового покрытия связаны с действиями самого страхователя и установлением его вины в нарушении норм и правил пожарной безопасности, нормативных сроков эксплуатации имущества, производственных, непроизводственных, строительных дефектов, недостатков объектов имущества и их элементов под видом исключения из перечня страховых случаев в данном деле согласованы дополнительные основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

Однако положения действующего законодательства не предусматривают в подобных случаях освобождение страховщика от обязанности по выплате возмещения. Более того, нормы Гражданского кодекса содержат императивное указание на то, что освобождение страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения возможно, только если это прямо предусмотрено законом (абзац второй пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса).

Следовательно, соответствующие оговорки, освобождающие страховщика от выплаты страхового возмещения в случае наступления страхового случая вследствие неосторожных действий (бездействия) страхователя, не подлежат применению.

С. компания, выступая профессиональным участником рынка страхования и экономически более сильной стороной данных правоотношений, посредством включения в Правила страхования упомянутых оговорок фактически минимизирует свой предпринимательский риск, связанный с выплатой страхового возмещения, ставя возможность выплаты страхового возмещения в зависимость от любых действий страхователя, а не от факта наступления страхового случая как объективно произошедшего события. Аналогичное разъяснение содержится в п. 21 "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2025)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

Судебной коллегией отклоняются доводы жалобы о незаконном отказе в удовлетворении исковых требований СПАО "Ингосстрах" по следующим мотивам.

Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе; они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора; при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В данном случае страхователь как потребитель в правоотношениях сторон по имущественному страхованию является более слабой стороной, при заключении договоров имущественного страхования страховщик как профессиональный участник рынка страховых услуг имел возможность проверить состояние объекта, исходя из даты постройки дома, его технической оснащенности определить размер страхового возмещения и условия страхования. Действуя в своем интересе, ответчик оценил все возможные страховые риски, и принял решение заключить договор страхования объекта в том состоянии, в котором он находился по состоянию на 06.08.2020 года.

Кроме того, до наступления страхового случая страхователю о несогласии с размером страхового возмещения СПАО "Ингосстрах" не сообщало, страховую премию не возвратило.

Отмечается, что по данному обстоятельству страховщик исковые требования о признании договора недействительным на основании положений статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлял.

Пункт 2 статьи 10 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" также содержит положение, согласно которому при осуществлении страхования имущества страховая сумма не может превышать его действительную стоимость (страховую стоимость) на момент заключения договора страхования.

Статьей 951 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если страховая сумма, указанная в договоре страхования имущества или предпринимательского риска, превышает страховую стоимость, договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость. Уплаченная излишне часть страховой премии возврату в этом случае не подлежит (пункт 1).

Если завышение страховой суммы в договоре страхования явилось следствием обмана со стороны страхователя, страховщик вправе требовать признания договора недействительным и возмещения причиненных ему этим убытков в размере, превышающем сумму полученной им от страхователя страховой премии (пункт 3).

Вместе с тем, пунктом 1 статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при заключении договора страхования имущества страховщик вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости.

Статьей 948 названного кодекса установлено, что страховая стоимость имущества, указанная в договоре страхования, не может быть впоследствии оспорена, за исключением случая, когда страховщик, не воспользовавшийся до заключения договора своим правом на оценку страхового риска (пункт 1 статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации), был умышленно введен в заблуждение относительно этой стоимости.

Аналогичные по сути положения, ограничивающие право страховщика оспаривать страховую стоимость имущества только случаями намеренного введения его в заблуждение страхователем, содержатся также в пункте 2 статьи 10 Закона об организации страхового дела.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества" следует, что при определении страховой стоимости имущества следует исходить из его действительной стоимости (пункт 2 статьи 947 Гражданского кодекса Российской Федерации), которая по общему правилу эквивалентна рыночной стоимости имущества в месте его нахождения в день заключения договора страхования, если иной порядок определения страховой стоимости не предусмотрен договором страхования.

С. при заключении договора страхования имущества вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости - назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости (статья 945 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 39 указанного постановления Пленума разъяснено, что в силу статьи 948 Гражданского кодекса Российской Федерации страховая стоимость имущества не может быть оспорена, если между сторонами было достигнуто соглашение о ее размере.

Из обстоятельств дела следует, что стороны при заключении договора определили конкретную страховую сумму по договору, в пределах лимитов страхового возмещения, исходя из которой страхователем уплачена страховая премия по соответствующему для такой страховой суммы тарифу.

С., составивший договор страхования, в силу своего положения является специалистом на рынке страховых услуг, профессионально осуществляет деятельность в этой сфере, соответственно, несет риски, определяемые характером такой деятельности, при этом своим правом на осмотр страхуемого имущества, проверку наличия и характера страхуемого интереса при заключении договора не воспользовался, размер страховой суммы по договору страхования был согласован сторонами договора, и, заключая договор на таких условиях, С. согласился с тем, что страховая сумма превышает страховую стоимость имущества,

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что условия договора страхования не противоречат действующему законодательству, является правильным, оснований для удовлетворения встречных исковых требований СПАО "Ингосстрах" не имелось.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержит, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, к субъективному толкованию норм материального права, судебная коллегия не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу, иному толкованию закона, регулирующего возникшие отношения.

Решение суда является законным и обоснованным, соответствует требованиям ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основания к отмене решения суда, установленные ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия

Решение Борского городского суда Нижегородской области от 31 января 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 ноября 2025 года