Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Алферовой Г.П.,

судей Макаровой Т.А., Филатовой Н.В.,

при секретаре С.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе М. на решение Московского районного суда г. Калининграда от 30 января 2025 года по иску М. к П.Н., П.Р., А.М., А.А., Г. о возложении обязанности демонтировать беседку, фонтан, деревянную калитку, урну, забор и калитку из сетки-рабицы, взыскании судебной неустойки.

Заслушав доклад судьи Макаровой Т.А., пояснения М., ее представителя А.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения Г., П.Н., А.А., полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

М. обратилась в суд с исковым заявлением к П.Н., П.Р., А.М., А.А., Г., которым с учетом уточнений требований просила:

- признать возведенную ограждающую конструкцию (деревянный забор) и строение - беседку, расположенные по адресу: <адрес>, самовольными постройками; обязать А.М., А.А. и Г. снести самовольные постройки и привести земельный участок с кадастровым номером N в первоначальное состояние;

- возложить на А.М., А.А., Г. обязанность в течение тридцати дней с момента вступления решения суда в законную силу демонтировать беседку, фонтан, деревянную калитку и урну, установленные на придомовой территории многоквартирного дома, расположенного по адресу: <адрес>;

- признать возведенную ограждающую конструкцию (забор из сетки-рабицы), расположенную по адресу: <адрес> самовольной; обязать П.Н. и П.Р. снести самовольную ограждающую конструкцию и привести земельный участок с кадастровым номером N в первоначальное состояние;

- возложить на П.Н. и П.Р. обязанность в течение тридцати дней с момента вступления решения суда в законную силу демонтировать забор и калитку из сетки-рабицы, установленные на придомовой территории многоквартирного дома, расположенного по адресу: <адрес>

- в случае неисполнения решения суда взыскать с А.М., А.А., Г., П.Н., П.Р. в пользу М. судебную неустойку в размере по 1000 рублей с каждого за каждый день просрочки исполнения решения суда.

В обоснование заявленных требований указано на то, что с 24 ноября 2020 года М. является собственником квартиры N 1, расположенной в многоквартирном доме <адрес>. Указанный многоквартирный дом расположен на земельном участке с кадастровым номером N площадью 2310 кв. м, принадлежащем на праве общей долевой собственности всем собственникам помещений в многоквартирном доме.

Ответчиками А.А., А.М., Г. на общем земельном участке возведено некапитальное строение в виде беседки, установлен фонтан, а также деревянная глухая калитка с засовом. Вокруг беседки и фонтана ответчиками высажен кустарник, несущий функцию живой изгороди, которая в совокупности с калиткой фактически ограничивает доступ на данную территорию площадью 124 кв. м.

Ответчики используют спорную территорию единолично на основании протокола общего собрания от 3 октября 2020 года, однако по указанным в повестке вопросам положительно проголосовали только 69,22% собственников.

Указывает на то, что в нарушение п. 7.5 СП 42.13330.2016 "СНиП 2.07.01-89 Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений", беседка установлена вблизи окон квартир многоквартирного дома на расстоянии менее двадцати метров от окна.

Также в 2024 году Г. установил на общедомовой территории урну в форме пингвина, используемую как общую пепельницу, установка урны была произведена без получения в установленном законом порядке согласия всех собственников многоквартирного дома.

В нарушение требований Федерального закона N 15 от 23 февраля 2013 года, запрещающих курение на расстоянии менее пятнадцати метров от помещений общего пользования многоквартирного дома, урна установлена на расстоянии менее двух метров от стен и окон многоквартирного дома.

Ответчиками П.Н. и П.Р. на общем земельном участке возведен забор из сетки-рабицы с калиткой, которая имеет засов. Указанный забор ограждает часть территории площадью 113 кв. м, являющейся общим имуществом собственников многоквартирного дома.

По мнению истца, незаконные действия ответчиков выразились в несоблюдении установленного порядка пользования общим имуществом и в размещении на общем имуществе многоквартирного дома личных строений и ограждений, как нарушающие права общей долевой собственности, принадлежащие всем собственникам помещений в многоквартирном доме. Для установки заборов и возведения беседок ответчикам необходимо было получить согласие всех собственников помещений в многоквартирном доме.

Также, согласно протоколу собрания собственников от 3 октября 2020 года, инициатором собрания не был заявлен в повестку собрания вопрос о признании спорного имущества общим. Таким образом, самовольное использование ответчиками доли в общедолевой собственности, принадлежащей истцу, незаконно, нарушает ее права собственности.

Незаконно возведенные ответчиками строения ограничивают доступ на придомовую территорию для всех собственников. Сведений в Едином государственном реестре недвижимости о строении - беседке не имеется. Данное строение предусмотренным законом образом не оформлено, разрешение на его возведение не выдавалось. Ответчики используют указанную территорию единолично как территорию для отдыха: разжигают костры, мангал, регулярно устраивают шумные вечеринки, курят и употребляют алкоголь, вследствие чего у М. и ее малолетней дочери возникают проблемы со сном, приходится закрывать окна, чтобы дочь не слышала нецензурную брань.

Истец ссылается на то, что незаконно занятая часть площади придомовой территории ограничивает ее права в пользовании частью общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме в виде земельного участка. Факт захвата части общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме в отсутствие полученного в установленном законом порядке согласия всех собственников других помещений в доме является нарушением прав истца и ее законных интересов.

В целях урегулирования спора в досудебном порядке истцом в адрес ответчиков была направлена претензия с требованием устранить препятствия в пользовании земельным участком и о сносе самовольных построек. Однако, до настоящего времени ответ на претензию истцом не получен, самовольные постройки не снесены. Истец полагает возможным установить ответчикам срок для исполнения обязанности по демонтажу беседки, фонтана, деревянной калитки, забора из сетки-рабицы тридцать дней с момента вынесения решения суда. По мнению истца, указанный срок является разумным, объективно достаточным.

Также истец полагает возможным, с учетом требований разумности и справедливости, взыскать с ответчиков неустойку по каждому в отдельности нарушению в размере 1000 рублей за каждый день просрочки выполнения обязанности по устранению указанных нарушений.

Определением суда от 20 января 2025 года производство по делу в части требований о признании самовольной постройкой деревянного забора, расположенного по адресу: <адрес>, и возложении на ответчиков обязанности сноса указанного деревянного забора и приведении земельного участка с кадастровым номером N в первоначальное состояние прекращено в связи с отказом истца от указанных исковых требований.

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 30 января 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе М. в лице представителя А.С. просит решение суда отменить, вынести новое, которым исковые требования удовлетворить. Считает, что суд ошибочно признал беседку, забор из сетки-рабица и другие объекты элементами благоустройства, не требующих согласования. Судом не учтено, что для изменения порядка пользования общим имуществом требуется согласие всех собственников, однако решение общего собрания от 3 октября 2020 года было принято только 69,22% голосов, что недостаточно для таких изменений, так как они фактически ограничивают доступ к общему имуществу. Суд не дал оценки тому обстоятельству, что в протоколе общего собрания отсутствует согласие собственников на установку забора из сетки-рабицы с калиткой. Также указывает на то, что после вынесения обжалуемого решения суда М. подано исковое заявление об оспаривании протокола общего собрания от 3 октября 2020 года, которое принято к производству суда.

Судом проигнорированы выводы МЧС о нарушении расстояний между беседкой и многоквартирным домом. Также судом не учтено, что установка урны вблизи окон жилого дома создает дискомфорт и нарушает требования Федерального закона "Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотиносодержащей продукции". Считает, что суд формально подошел к оценке доводов истца об ограничении доступа собственникам МКД на территорию, огороженную ответчиками. Судом проигнорированы фотоматериалы и ответы администрации о том, что доступ на территорию ограничен. Полагает, что суд необоснованно отклонил заключение кадастрового инженера, не назначив при этом альтернативную экспертизу, что нарушает принцип состязательности сторон. Также считает, что судом нарушены нормы судебной этики, поскольку судом игнорировались доводы истца, имела место быть трактовка доводов без их изучения в пользу ответчиков.

Дополнительно в судебном заседании заявила ходатайство о назначении по делу судебной технической экспертизы на предмет исследования требований пожарной безопасности относительно расположения спорных строений.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчики А.М., А.А., Г., П.Н., П.Р. просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные участники по делу не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч.ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение подлежащим оставлению без изменения.

Судом установлено, что собственниками помещений многоквартирного дома N 157-157а по ул. П.Д.Ю. Емельянова г. Калининграда являются:

- собственники квартиры N 1 в доме <адрес> - А.А. (1/3 доли), А.М. (1/3 доли), А.Н. (1/3 доли);

- собственники квартиры N 2 в доме <адрес> - З. (1/2 доли), Каплич М.В. (1/2 доли);

- собственники квартиры N 3 в доме <адрес> - П.И. (1/2 доли), П.Д.Ю. (1/2 доли);

- собственник квартиры N 1 в доме <адрес> - М.;

- собственники квартиры N 2 в доме <адрес> - Т. (22/100 доли), С.В. (78/100 доли);

- собственник квартиры N 3 в доме <адрес> - Н.;

- собственники квартиры N 4 в доме <адрес> - П.ДА. (1/4 доли), П.Р. (1/4 доли), П.ДА. (1/4 доли), П.Н. (1/4 доли).

Под указанным многоквартирным домом сформирован земельный участок, поставлен на кадастровый учет 11 октября 2013 года с присвоением кадастрового номера N, площадью 2310 кв. м, категория земель "земли населенных пунктов", с видом разрешенного использования "под многоквартирный дом".

Протоколом N 1 от 3 октября 2020 года собрания собственников помещений в многоквартирном доме <адрес> принято решение узаконить имеющиеся элементы благоустройства придомовой территории многоквартирного жилого дома, а именно палисадник. На территории палисада утвердить нахождение беседки (разборная, не имеющая фундамента).

Согласно акту выездного обследования N УК-104/авоомк, протоколу осмотра и протоколу инструментального обследования к указанному акту от 14 июня 2024 года с фототаблицей и схематическим чертежом, составленным специалистами Комитета муниципального контроля администрации городского округа "Город Калининград", в результате выездного обследования в период с 09:30 часов по 17:00 часов 14 июня 2024 года установлено следующее: доступ на часть территории кадастрового квартала N, прилегающей к западной границе земельного участка с кадастровым номером N площадью ориентировочно 1640 кв. м ограничен:

- фрагментом деревянного ограждения, установленным в северо-западной части земельного участка с кадастровым номером N;

- фрагментами металлического ограждения, протяженностью ориентировочно 104 пог.м, частично установленными на части территории кадастрового квартала N, частично на части земельных участков с кадастровыми номерами N (ул. <адрес>), N (<адрес>), N.

Проход на часть территории кадастрового квартала N, прилегающей к западной границе земельного участка с кадастровым номером N, осуществляется через земельный участок с кадастровым номером N посредством калитки (деревянной), оборудованной в ограждении, установленной в границах земельного участка с кадастровым номером N. На момент выездного обследования калитка была открыта.

Доступ на часть территории кадастрового квартала N, прилегающей к южной границе земельного участка с кадастровым номером N, площадью ориентировочно 175 кв. м ограничен фрагментом металлического ограждения протяженностью ориентировочно 39 пог.м. Остальной фрагмент данного ограждения установлен в границах земельного участка с кадастровым номером N

Проход на часть территории кадастрового квартала N, прилегающей к южной границе земельного участка с кадастровым номером N, осуществляется через земельный участок с кадастровым номером N посредством калитки (металлической), оборудованной в ограждении, установленному в границах земельного участка с кадастровым номером N На момент выездного обследования калитка была открыта.

Часть территории кадастрового квартала N, прилегающая к западной границе земельного участка с кадастровым номером N находится с ним в едином ограждении и используется для ведения садово-огороднической деятельности (размещение строения - теплицы).

Часть территории кадастрового квартала N, прилегающая к южной границе земельного участка с кадастровым номером N, находится с ним в едином ограждении и используется для личных нужд и отдыха (размещение строения - беседки, на данной территории высажены цветы).

Из материалов проверки по обращению М., предоставленных Главным управлением МЧС России по Калининградской области, следует, что по результатам проведенной оценки сведений, содержащихся в обращении, выявлены признаки нарушения ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123 "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", п. 4.3 СП 4.13130.2013 в части возведения сооружения (беседки) на земельном участке с кадастровым номером N, являющемся придомовой территорией многоквартирного дома, на расстоянии менее пятнадцати метров от здания многоквартирного дома.

В обоснование заявленных требований стороной истца также представлено заключение кадастрового инженера В. от 18 октября 2024 года, из которого следует, что с юго-восточной стороны участка N располагается живая изгородь из кустарника с калиткой, за которой располагается беседка. Доступ на данную территорию ограничен. Также в пределах кадастровой границы участка располагается ограждение из сетки-рабицы с калиткой (доступ на территорию ограничен), два декоративных фонаря, замощенные плиткой дорожки, за кадастровой границей участка располагается вторая беседка.

Разрешая заявленные требования, отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходил из того, что спорные объекты: беседка, фонтан, деревянная калитка, урна, забор из сетки-рабицы, выполняющий функцию опоры для зеленых насаждений, не являются объектами недвижимого имущества, не имеют самостоятельного назначения, являются элементами благоустройства земельного участка.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что истцом не представлено доказательств существенных нарушений строительных и иных норм и правил при возведении спорных объектов, как и доказательств того, что их сохранение нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции правильными, основанными на совокупной оценке собранных по делу доказательств и требованиях норм материального права, регулирующего спорные правоотношения.

В силу п. 4 ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

Из положений ч. 3 ст. 36, ч. 2 ст. 40 Жилищного кодекса РФ следует, что уменьшение размера общего имущества в многоквартирном доме возможно только с согласия всех собственников помещений в данном доме.

В силу ч. 1 ст. 44 Жилищного кодекса РФ общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме является органом управления многоквартирным домом. Общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме проводится в целях управления многоквартирным домом путем обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование.

В соответствии с п. 2.1 ч. 2 ст. 44 Жилищного кодекса РФ к компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме относится принятие решений о благоустройстве земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом и который относится к общему имуществу собственников помещений в многоквартирном доме, в том числе о размещении, об обслуживании и эксплуатации элементов озеленения и благоустройства на указанном земельном участке.

Согласно положениям Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131 "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" утверждение правил благоустройства территории муниципального образования, осуществление контроля за их соблюдением и организация благоустройства территории, установленные указанными правилами, возложены на органы местного самоуправления поселения, городского округа, внутригородского округа; данные правила утверждаются на основе законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

В соответствии с Правилами благоустройства территории городского округа "Город Калининград", утвержденными решением городского Совета депутатов Калининграда от 30 июня 2021 года N 182, элементами благоустройства являются: декоративные, технические, планировочные, конструктивные устройства, элементы озеленения, различные виды оборудования и оформления, в том числе фасадов зданий, строений, сооружений, МАФ, некапитальные нестационарные строения и сооружения, информационные щиты и указатели, применяемые как составные части благоустройства территории. К элементам озеленения относятся: рядовые посадки деревьев и кустарников, аллеи, группы растений (куртины), одиночные посадки деревьев и кустарников (солитеры), боскеты, живые изгороди, шпалеры, кулисы, озелененные ("зеленые") крыши, сады, цветники, травяной покров, вертикальное озеленение вьющимися, ползучими, ниспадающими растениями.

Пунктом 38 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ установлено, что элементами благоустройства являются декоративные, технические, планировочные, конструктивные устройства, элементы озеленения, различные виды оборудования и оформления, в том числе фасадов зданий, строений, сооружений, малые архитектурные формы, некапитальные нестационарные строения и сооружения, информационные щиты и указатели, применяемые как составные части благоустройства территории.

Согласно пункту 3.11 СП 82.13330.2016 к малым архитектурным формам относятся искусственные элементы садово-парковой композиции: беседки, ротонды, перголы, трельяжи, скамейки, арки, скульптуры из растений, киоски, павильоны, оборудование детских площадок, навесы и другие.

Как указано в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" положения ст. 222 Гражданского кодекса РФ не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости.

Лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, могут обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (ст. 304 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу вышеуказанных правовых норм самовольной постройкой может быть признан исключительно объект недвижимости (Определение Верховного Суда РФ от 19 июля 2016 года N 18-КГ16-61).

К объекту, не являющемуся недвижимостью, положения ст. 222 Гражданского кодекса РФ применению не подлежат.

Из пункта 1 ст. 222 Гражданского кодекса РФ, правовых позиций, сформулированных в п. 29 Постановления Пленума N 10/22, следует, что положения ст. 222 Гражданского кодекса РФ о сносе самовольных построек применяются только в отношении объектов недвижимого имущества (ст. 130 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 130 Гражданского кодекса РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество.

Исходя из приведенных положений норм права вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств, либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, с учетом вышеизложенных норм права, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что спорные объекты являются элементами благоустройства территории многоквартирного жилого дома.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не учтено количество голосов, принятых на общем собрании 3 октября 2020 года собственников многоквартирного жилого дома, судебная коллегия находит несостоятельными.

Из протокола N 1 от 3 октября 2020 года общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме N <адрес> следует, что большинством голосов (69,2%) по второму вопросу принято решение узаконить имеющиеся элементы благоустройства придомовой территории дома по <адрес> а именно палисадник - прилегающая к многоквартирному жилому дому территория, огороженная не капитальным забором (палисадом/зеленой изгородью). На территории палисада утвердить нахождение беседки (разборная, не имеющая фундамента). Палисад и беседка возведены силами и средствами собственников А.к. 1 д. 157, которые более двадцати лет ухаживают за палисадом. Предоставить им право индивидуального использования данной части придомовой территории с находящейся на ней беседкой, цветником и живой изгородью.

Ссылки в апелляционной жалобе на то, что в указанном протоколе отсутствует согласие на установку сетки-рабица с калиткой, судебной коллегией отклоняются.

Как установлено судом первой инстанции между собственниками помещений многоквартирного дома сложился порядок пользования земельным участком, согласно которому: семье А.М. в пользование была предоставлена часть придомовой территории, на которой силами последних была возведена беседка, имеется существующий более двадцати лет палисад, огороженный зеленой изгородью с калиткой, указанный порядок пользования земельным участком был закреплен решением общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме от 3 октября 2020 года; придомовая территория, огороженная забором с калиткой из сетки-рабицы, по сути, представляющий собой опору для зеленых насаждений, находится в пользовании семьи П.Н.

Указанный порядок пользования сложился еще до приобретения М. права собственности на жилое помещение в многоквартирном доме.

При этом судом первой инстанции верно отмечено, что существующий порядок пользования спорным участком сложился еще при прежних собственниках, приобретая жилое помещение в жилом доме, расположенном на спорном участке, М. продолжает пользоваться земельным участком по фактически сложившемуся порядку.

Кроме того, судом установлено, что истец ни до обращения в суд с настоящим иском, ни в ходе судебного разбирательства процедуру проведения общего собрания, предусмотренную ст. 45 ЖК РФ не инициировала, собрание собственников многоквартирного дома с целью определения порядка пользования земельным участком, находящимся в общей долевой собственности не проводилось.

Ссылки в жалобе на то, что М. подано исковое заявление об оспаривании протокола общего собрания не являются основанием для отмены судебного решения, поскольку на момент рассмотрения настоящего спора протокол общего собрания недействительным не признан.

Согласно ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Согласно пункту 4.3 СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" таблица 1 указанного свода правил предназначена для определения минимальных противопожарных расстояний (разрывов) между жилыми, общественными (в том числе административными, бытовыми) зданиями и сооружениями, а также противопожарных расстояний от указанных зданий, сооружений до зданий, сооружений производственного и складского назначения, если иное не предусмотрено СП 4.13130.2013 и другими нормативными документами, содержащими требования пожарной безопасности.

Минимальные противопожарные расстояния (разрывы) от жилых, общественных зданий I, II, III степени огнестойкости (класса С0 или С1) до производственных зданий IV, V степени огнестойкости (класса С2, С3) должны составлять 15 метров.

Минимальные противопожарные расстояния от жилых, общественных зданий IV, V степени огнестойкости (класса С2, С3) до производственных зданий I, II, III степени огнестойкости (класса С0 или С1) должны составлять 12 метров.

Таким образом, указанные требования применяются к жилым и общественным зданиям и сооружениям производственного, складского и технического назначения, а спорные объекты: беседка, фонтан, деревянная калитка, урна, забор из сетки-рабицы, выполняющий функцию опоры для зеленых насаждений, являющиеся элементами благоустройства придомовой территории, не относятся к объектам, указанным в п. 4.3 СП 4.13130.2013.

При разрешении споров об устранении нарушений прав собственника необходимо учитывать, что указываемая собственником угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на формальных нарушениях каких-либо норм и правил, но и на фактических, свидетельствующих о фактах нарушения прав истца.

Каких-либо доказательств, объективно свидетельствующих о нарушении требований пожарной безопасности при размещении беседки на придомовой территории, в материалы дела не представлено.

При этом, судом первой инстанции обоснованно указано на то, что материалы проверки Главного управления МЧС России по Калининградской области таких доказательств также не содержат, поскольку из указанного материала следует, что вывод о наличии признаков нарушения ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123 "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", п. 4.3 СП 4.13130.2013 был сделан исключительно на сведениях, предоставленных самой М.

Представленный в суде апелляционной инстанции ответ МЧС России по Калининградской области от 4 июля 2025 года на обращение М. также не опровергает установленные выше обстоятельства, а также требований применения п. 4.3 СП 4.13130.2013 к спорным объектам.

Доводы апелляционной жалобы о том, что установленная урна-пингвин нарушает требования закона о запрете курения в общественных местах, подлежат отклонению, поскольку каких-либо доказательств того, что данная урна предполагает место для курения стороной истца не представлено.

Судебная коллегия полагает, что указанные доводы апелляционной жалобы являются субъективным мнением стороны, при этом из материалов дела следует, что урна используется для сбора мусора.

Доказательств существенных нарушений при возведении спорных объектов строительных и иных норм и правил, как и доказательств того, что их сохранение нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, либо создает угрозу жизни и здоровью граждан стороной истца не представлено.

Кроме того, доводы апелляционной жалобы об ограничении доступа к общей территории многоквартирного дома не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Судом первой инстанции обоснованно отклонено заключение кадастрового инженера, содержащее выводы об ограничении доступа на часть придомовой территории, поскольку данное заключение составлено на основании обращения истца, и, по сути, является субъективным мнением специалиста, явка которого в судебное заседание стороной истца обеспечена не была, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ специалист не предупреждался.

При этом, вопреки доводам стороны истца, имеется общий доступ на указанные части придомовой территории, поскольку имеющиеся на калитках запорные устройства могут быть открыты не представляющим собой особой сложности способом.

При проведении контрольных мероприятий также было установлено, что доступ на спорные части придомовой территории был открыт.

Доказательств обратного стороной истца в материалы дела не представлено.

Доводы апелляционной жалобы относительно того, что судом не назначена судебная экспертиза, не свидетельствуют о незаконности судебного акта и не могут повлечь его отмену. Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно ст. 79 ГПК РФ, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу. Так, в соответствии со ст. 79 ГПК РФ суд назначает экспертизу лишь в тех случаях, когда в процессе рассмотрения дела возникают вопросы, требующие специальных знаний.

В данном случае необходимость назначения экспертизы по делу отсутствовала, при разрешении настоящего спора совокупность исследованных судом доказательств позволила суду первой инстанции разрешить спор по существу.

Разрешая ходатайство М. о назначении технической экспертизы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Вместе с тем, с учетом характера спора и заявленных исковых требований, судебная коллегия не усматривает оснований для назначения по делу судебной экспертизы.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права, несоблюдении принципов беспристрастности, состязательности судебного процесса и равноправия сторон, материалами дела не подтверждены, подлежат отклонению как несостоятельные.

Суд в соответствии со ст. 12 ГПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, предоставил каждой из сторон спора равную возможность доказать те обстоятельства, на которые она ссылалась в обоснование своей правовой позиции, поставил на обсуждение в порядке ч. 2 ст. 56 ГПК РФ все доводы и значимые обстоятельства, не допустив нарушений гражданского процессуального законодательства.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями гражданского процессуального закона при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон.

Вопреки мнению подателя апелляционной жалобы, оснований полагать, что при разрешении возникшего между сторонами спора суд занял позицию ответчиков, не имеется. Каких-либо сведений о нарушении принципов состязательности и равноправия сторон, необъективном и предвзятом отношении судьи к той или иной стороне, материалы дела, протоколы судебных заседаний не содержат.

По существу доводы апелляционной жалобы повторно излагают правовую позицию, изложенную в суде первой инстанции, не содержат ссылки на обстоятельства, которые не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении решения, сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой доказательств по делу.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального и материального права, являющихся безусловным основанием для отмены или изменения решения, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

в удовлетворении ходатайства М. о назначении по делу технической экспертизы - отказать.

Решение Московского районного суда г. Калининграда от 30 января 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 сентября 2025 года.