Резолютивная часть постановления объявлена 04 мая 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Маркеевой О.Н.,

судей Крымджановой Д.И., Поляковой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дербеневой А.А.,

при участии представителей:

от ответчика - Щелоков А.Н., паспорт, доверенность от 07.04.2025, диплом;

слушатель - Бызова О.Е., паспорт;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью "Уралторф",

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 04 февраля 2026 года

по делу N А60-58180/2025

по иску Министерства природных ресурсов и экологии Свердловской области (ОГРН 1026605251287, ИНН 6661089658)

к обществу с ограниченной ответственностью "Уралторф" (ОГРН 1196658086019, ИНН 6623133313)

о взыскании неустойки по договору аренды лесного участка, о возложении обязанности выполнить мероприятия по строительству и содержанию противопожарного разрыва,

Министерство природных ресурсов и экологии Свердловской области (далее - истец, Министерство) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Уралторф" (далее - ответчик, ООО "Уралторф", общество) о возложении обязанности выполнить мероприятия за 2024 год по строительству, содержанию противопожарного разрыва - протяженностью 6032 м (6,032 км) в течение 1 года со дня вступления решения в законную силу, а также о взыскании с неустойки за нарушение условий договора аренды в размере 2 382 136,99 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.02.2026 на ответчика возложена обязанность выполнить предусмотренные договором аренды лесного участка от 27.03.2023 N 31/23-з мероприятия по строительству и содержанию полосы противопожарного разрыва в течение одного года с момента вступления решения в законную силу; с ответчика в пользу истца взыскано 2 382 136,99 руб. неустойки; с ответчика в доход федерального бюджета взыскано 146 464 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что директор ответчика в настоящее время принимает участие в СВО, что подтверждается справкой от 23.10.2025, в связи с чем, отказ в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу является необоснованным. Кроме того, полагает, что суд вышел за пределы исковых требований, поскольку в резолютивной части решения отсутствует временная привязка к 2024 году, количественная привязка (6032 м), а также расширен объем обязательств до всего объема по договору. Также апеллянт полагает, что невозможно возлагать на арендатора ответственность за отсутствие в договоре и проекте конкретных сроков исполнения, когда такие сроки не были установлены арендодателем при передаче участка; проект освоения разработан в рамках предоставленных полномочий и утвержден уполномоченным органом; любое самостоятельное установление сроков арендатором выходило бы за пределы его прав и создавало бы риск признания таких действий недобросовестными. Вывод суда о том, что "неблагоприятные последствия бездействия арендатора не могут быть возложены на арендодателя", игнорирует факт отсутствия правовой возможности у ответчика определить сроки, которые должны были быть установлены при заключении договора или в ходе его исполнения по инициативе арендодателя. Согласно исковому заявлению, предметом претензий истца являются мероприятия за 2024 год, то есть те, которые фактически должны были быть выполнены в зимний период 2024-2025 гг. единственный технологически допустимый сезон для работ на болотистой местности. При этом претензий к деятельности ответчика в предшествующие периоды (включая зиму 2023-2024) истец не предъявляет, что подтверждает отсутствие нарушений в тот период. Более того, противопожарный разрыв на арендуемом участке существует и визуально прослеживается по всей его протяженности. Это подтверждается распечатками спутниковых снимков (Яндекс.Карты, Google Maps), представленными в материалы дела; актом обследования от 15.01.2026 г., составленным представителем ООО "Уралторф"; данными приложений N 7 и N 10 к лицензии на пользование недрами, согласно которым разрыв создавался предыдущими пользователями. Фактически, требуется не "строительство", а "содержание" уже существующего разрыва, причем лишь на отдельных участках, где наблюдается зарастание растительностью. Суд указал в решении, что акт патрулирования истца N 677 от 18.11.2025 г. фиксируют фактическое состояние полосы противопожарного разрыва. Однако представитель ответчика пояснял, в том числе письменно, что перечисленные в данном акте точки маршрута - не имеют никакого отношения к арендуемому ответчиком земельному участку. Акт не содержит информации о кварталах 135 и 136 - границ участка. Осмотр проведен без участия ответчика, вопреки резолюции руководителя лесничества на предложении ответчика о совместном патрулировании и фиксации. Из самой графической схемы движения по маршруту патрулирования N 55 (л.д. N 36) не усматривается, что маршрут проходил вблизи или в пределах арендуемого ООО "Уралторф" участка. Не видно также, что какой-либо участок в принципе объезжался вокруг периметра. Суд проигнорировал акт обследования, представленный ответчиком от 15.01.2026 г. и спутниковые снимки (л.д. N 56 - 58, 60 - 62), подтверждающие наличие противопожарного разрыва в той или иной части. При том, что ответчик сообщил истцу о намерении провести обследование и вновь приглашал сделать это совместно (л.д. N 44). Ответчик документально подтвердил, что арендуемый земельный участок "Ряжик" месторождения торфа Рудное N 389, расположен на территории болота "Рудное" (л.д. N 23, 55), к сожалению, данный установленный факт не находит своего отражения в решении суда. Особенностью добычи торфа является то, что она выполняется задействованием спецтехники в условиях достаточного промерзания участка добычи. Таковым периодом являются январь - февраль месяцы. Все остальное время проводить добычу торфа - не представляется возможным по причине заболоченности местности и невозможности использования спецтехники. Соответственно для проведения работ по обустройству противопожарного разрыва, также необходимо задействование спецтехники. Соответственно и условия возможности ее применения - те же, январь и февраль месяцы. Согласно официального ответа Уралгидрометцентра от 24.11.2025 г. (л.д. N 29), на запрос представителя ответчика, зима 2024-2025 выдалась аномально теплой. На болоте "Рудное" недостаточная глубина промерзания сделала невозможным выход техники без риска проваливания и угрозы жизни операторов спецтехники. Суд не опроверг это доказательство, но отклонил его. Изменение границ арендуемого участка в одностороннем порядке со стороны арендодателя исключает возможность ретроспективного предъявления требований за 2024 год. В течение 2025 года Министерство природных ресурсов и экологии Свердловской области, действуя через ГКУ СО "Нижне-Тагильское лесничество", по собственной инициативе изменило границы арендуемого лесного участка, что подтверждается актом натурного обследования от 24.09.2025. Критерий несоразмерности штрафных санкций носит оценочный характер, ввиду чего суд первой инстанции был обязан всесторонне исследовать обстоятельства дела и объективно оценить доводы ответчика, направленные на необходимость снижения суммы начисленной неустойки. Между тем, вопреки указанным требованиям, суд уклонился от изучения доводов, направленных на снижение неустойки и в принципе оставил без какой-либо оценки и упоминания в решении само ходатайство ответчика о снижении размера неустойки по основаниям статьи 333 ГК РФ. При этом лесной фонд не понес ущерба, угроза возникновения пожара отсутствовала, так как разрыв - существует и сам участок разделен сетью мелиоративных каналов (л.д. N 59), экологического вреда не установлено, убытки у истца отсутствуют; расчет неустойки произведен по презумпции 100% невыполнения обязательств, как если бы противопожарный разрыв полностью отсутствовал; начисленная сумма неустойки (2 382 136,99 рублей) определена исходя из максимального трехкратного размера ставки, предусмотренной пп. "м" пункта 4.2 договора, применяемого для расчета норматива затрат по созданию новых просек и противопожарных разрывов. Между тем, поскольку разрыв фактически имеется, хотя и требует очистки в некоторых местах, применение санкции в неизменном виде неправомерно, так как нарушает компенсационную природу неустойки, превращая ее в инструмент необоснованного наказания. - обязанность по содержанию разрыва остается за ответчиком даже после взыскания неустойки. Следовательно, взыскание крупной суммы не влечет восстановления нарушенного права, а лишь приводит к необоснованному обогащению истца.

Истцом направлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором Министерство просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. В отзыве отмечает, что довод представителя ООО "Уралторф" о необходимости поквартальной разбивки объемов работ в проекте освоения лесов считаем несостоятельным. Законодательство и условия договора аренды не содержат требований об обязательной детализации сроков выполнения мероприятий по конкретным периодам. Арендатор вправе самостоятельно определять условия и график выполнения необходимых работ (в данном случае - противопожарного разрыва). Указание в проекте на выполнение работ "в течение года" является достаточным и не нарушает права обеих сторон. Касательно выполненных мероприятий: приложение N 6 к договору аренды N 31/23-з от 27.03.2023: на срок действия настоящего договора арендатор обеспечивает пожарную и санитарную безопасность на арендуемом лесном участке. В соответствии с Правилами пожарной безопасности в лесах, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 07.10.2020 N 1614 при добыче торфа в лесах требуется отделить эксплуатационную площадь торфяного месторождения с находящимися на ней сооружениями, постройками, складами и другими объектами от окружающих лесных массивов противопожарным разрывом шириной от 75 до 100 метров (в зависимости от местных условий) с водоподводящим каналом соответствующего проектного размера, расположенным по внутреннему краю разрыва. На основании данных требований пожарной безопасности в лесах при добыче торфа выполненные ООО "Уралторф" работы, в мае 2025 года считаются неудовлетворительными, что отражено в акте выполненных работ, а также в акте патрулирования N 677 от 18.11.2025 года. Имеющийся разрыв находится в том состоянии, в котором и находился еще до момента заключения с Ответчиком договора аренды. Согласно сведениям Министерства и ГКУ СО "Нижне-Тагильское лесничество", изменение границ лесного участка, предоставленного в аренду ООО "Уралторф", не производилось. В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в частности статьей 450 Гражданского кодекса РФ, изменение существенных условий договора возможно исключительно по соглашению сторон или в случаях, прямо предусмотренных законом. Самостоятельное, в том числе одностороннее изменение существенных условий договора аренды, к которым относится и предмет аренды (лесной участок), не допускается. Таким образом, довод о необходимости корректировки проекта освоения лесов в связи с изменением площади участка является несостоятельным, поскольку такое изменение не производилось и не могло быть осуществлено в одностороннем порядке. Ответчик утверждает о факте одностороннего изменения площади участка только на стадии апелляционного обжалования. При рассмотрении дела по существу в суде первой инстанции данный довод им не заявлялся, что свидетельствует о его введении в процесс исключительно с целью отмены законного и обоснованного решения суда.

Судом отзыв истца приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал изложенные в апелляционной жалобе доводы, просил отменить решение суда и отказать в удовлетворении иска.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 27.03.2023 между Министерством природных ресурсов и экологии Свердловской области (истец, Арендодатель) и ООО "Уралторф" (ответчик, Арендатор) заключен договор аренды лесного участка N 31/23-з, согласно которому арендатору передается лесной участок для осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых общей площадью 193,55 га, местоположение: Свердловская область, Горноуральский городской округ, Нижне-Тагильское лесничество, Николо-Павловское участковое лесничество Николо-Павловский участок, в кварталах 135 (часть выдела 18), 136 (часть выдела 9).

В соответствии с подпунктами "б", "з" пункта 3.4 договора аренды арендатор обязан использовать лесной участок по назначению в соответствии законодательством Российской Федерации и договором; осуществлять меры по предупреждению лесных пожаров в соответствии с законодательством Российской Федерации, проектом освоения лесов и приложением N 6 к договору.

Проектом освоения лесов и приложением N 6 договора аренды предусмотрены мероприятия по обеспечению пожарной безопасности в лесах в виде строительства и содержания полосы противопожарного разрыва шириной 80 метров с водоподводящим каналом соответствующего проектного размера, расположенным по внутреннему краю разрыва, отделяющей эксплуатационную площадь торфяного месторождения с находящимися на ней объектами от окружающих лесных массивов. Проведение сплошной вырубки лесной растительности и уборка порубочных остатков и валежника со всей площади противопожарного разрыва. Площадь противопожарного разрыва составляет 48,26 га. Протяженность противопожарного разрыва составляет 6032 м (Таблица 28 Проекта освоения лесов).

В соответствии с пунктом 4.2 договора аренды за невыполнение или несвоевременное выполнение противопожарных, санитарно-оздоровительных мероприятий, мероприятий по воспроизводству лесов предусмотрена неустойка в размере трехкратной стоимости затрат, необходимых для выполнения этих мероприятий по нормативам в области лесного хозяйства, предусмотренным законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации.

В соответствии с приказом Федерального агентства лесного хозяйства от 29.06.2020 N 607 "Об утверждении нормативов затрат на оказание государственных работ (услуг) по охране, защите, воспроизводству лесов, лесоразведению и лесоустройству и о признании утратившим силу приказа Федерального агентства лесного хозяйства от 19.06.2019 N 762" величина норматива затрат по прокладке просек, противопожарных разрывов составляет 131 638,87 руб. за км. Величина норматива затрат рассчитана с учетом территориальных коэффициентов, применяемых для корректировки базовых нормативов затрат на мероприятия по охране, защите и воспроизводству лесов для Свердловской области.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком мероприятий по строительству и содержанию противопожарного разрыва в нарушение условий договора аренды, рассчитав неустойку исходя из вышеуказанных норм (6,032 км x 131 638,87 руб. x 3 крат. = 2 382 136,99 руб.), истец обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств выполнения ответчиком предусмотренных договором мероприятий по строительству и содержанию полосы противопожарного разрыва шириной 80 метров с водоподводящим каналом соответствующего проектного размера, расположенным по внутреннему краю разрыва, отделяющей эксплуатационную площадь торфяного месторождения с находящимися на ней объектами от окружающих лесных массивов, в связи с чем, признав верным расчет неустойки, удовлетворил заявленные требования, возложив на ответчика обязанность выполнить предусмотренные договором аренды лесного участка от 27.03.2023 N 31/23-з мероприятия по строительству и содержанию полосы противопожарного разрыва в течение одного года с момента вступления решения в законную силу и взыскав с ответчика в пользу истца 2 382 136,99 руб. неустойки.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с частями 3, 4 статьи 71 Лесного кодекса Российской Федерации (далее - ЛК РФ) предоставление гражданам, юридическим лицам в аренду лесных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется в соответствии с настоящим кодексом. К договору аренды лесного участка применяются положения об аренде, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и Земельным кодексом Российской Федерации, если иное не установлено настоящим кодексом.

Статьей 64 ЛК РФ предусмотрено, что уход за лесами осуществляется лицами, использующими леса на основании проекта освоения лесов. Правила ухода за лесами устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Статьей 53 Лесного кодекса Российской Федерации установлено, что меры пожарной безопасности в лесах включают в себя: 1) предупреждение лесных пожаров; 2) мониторинг пожарной опасности в лесах и лесных пожаров, в том числе с использованием специализированного программного обеспечения, позволяющего осуществлять указанную деятельность в автоматическом режиме с использованием геоинформационных систем; 3) разработку и утверждение планов тушения лесных пожаров; 4) иные меры пожарной безопасности в лесах. Меры пожарной безопасности в лесах осуществляются в соответствии с лесным планом субъекта Российской Федерации, лесохозяйственным регламентом лесничества и проектом освоения лесов.

Согласно частям 1 - 3 статьи 53.1 Лесного кодекса Российской Федерации предупреждение лесных пожаров включает в себя противопожарное обустройство лесов, приобретение и содержание средств предупреждения и тушения лесных пожаров, противопожарную пропаганду и обучение населения мерам пожарной безопасности в лесах. Противопожарное обустройство лесов представляет собой комплекс мер, направленных на недопущение распространения лесных пожаров. Противопожарное обустройство лесов осуществляется на основании плана противопожарного обустройства лесов на территории лесничества и плана противопожарного обустройства лесов на территории субъекта Российской Федерации.

Согласно части 4 указанной статьи меры противопожарного обустройства лесов включают в себя: 1) создание, содержание и эксплуатацию лесных дорог, предназначенных для охраны лесов от пожаров; 2) создание, содержание и эксплуатацию посадочных площадок, используемых в целях проведения авиационных работ по охране лесов от пожаров; 3) прокладку просек, противопожарных разрывов, устройство противопожарных минерализованных полос; 4) создание, содержание и эксплуатацию пожарных наблюдательных пунктов (вышек, мачт, павильонов и других наблюдательных пунктов); 5) создание в целях тушения лесных пожаров условий для забора в любое время года воды из источников наружного водоснабжения; 6) проведение гидромелиорации земель; 7) снижение природной пожарной опасности лесов путем регулирования породного состава лесных насаждений; 8) проведение профилактического контролируемого противопожарного выжигания хвороста, лесной подстилки, сухой травы и других лесных горючих материалов; 9) иные определенные Правительством Российской Федерации меры. Указанные меры противопожарного обустройства лесов на лесных участках, предоставленных в постоянное (бессрочное) пользование, безвозмездное пользование, аренду либо используемых на основании сервитута, публичного сервитута, осуществляются арендаторами лесного участка, землепользователями, обладателями сервитута, публичного сервитута.

Указанные в части 4 настоящей статьи меры противопожарного обустройства лесов на лесных участках, предоставленных в постоянное (бессрочное) пользование, безвозмездное пользование, аренду либо используемых на основании сервитута, публичного сервитута, осуществляются арендаторами лесного участка, землепользователями, обладателями сервитута, публичного сервитута (п. 6 статьи 53.1 ЛК РФ).

Таким образом, осуществление санитарно-оздоровительных, противопожарных мероприятий, лесовосстановление и уход за лесом на лесном участке является публично-правовой обязанностью лесопользователя.

Пунктом 70 Постановления Правительства РФ от 16.09.2020 N 1479 "Об утверждении Правил противопожарного режима в Российской Федерации" установлено, что в период со дня схода снежного покрова до установления устойчивой дождливой осенней погоды или образования снежного покрова органы государственной власти, органы местного самоуправления, учреждения, организации, иные юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, крестьянские (фермерские) хозяйства, общественные объединения, индивидуальные предприниматели, должностные лица, граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства, владеющие, пользующиеся и (или) распоряжающиеся территорией, прилегающей к лесу, обеспечивают ее очистку от сухой травянистой растительности, пожнивных остатков, валежника, порубочных остатков, мусора и других горючих материалов на полосе шириной не менее 10 метров от леса либо отделяют лес противопожарной минерализованной полосой шириной не менее 1,4 метра или иной противопожарной преградой (иным противопожарным барьером).

Спорный лесной участок передан ответчику для осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых, при этом, как указано самим ответчиком, используется для целей добычи торфа.

Согласно пункту 40 Постановления Правительства РФ от 07.10.2020 N 1614 "Об утверждении Правил пожарной безопасности в лесах" при добыче торфа в лесах требуется:

а) отделить эксплуатационную площадь торфяного месторождения с находящимися на ней сооружениями, постройками, складами и другими объектами от окружающих лесных массивов противопожарным разрывом шириной от 75 до 100 метров (в зависимости от местных условий) с водоподводящим каналом соответствующего проектного размера, расположенным по внутреннему краю разрыва;

б) произвести вырубку хвойного леса, а также лиственных деревьев высотой более 8 метров и убрать порубочные остатки и валежник со всей площади противопожарного разрыва;

в) полностью убрать древесную и кустарниковую растительность на противопожарном разрыве со стороны лесного массива на полосе шириной 6 - 8 метров.

На противопожарных разрывах, отделяющих эксплуатационные площади торфяных месторождений от лесных массивов, запрещается укладывать порубочные остатки и другие горючие материалы, включая добытый торф (пункт 41 указанных Правил).

Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, представленные ответчиком документы не подтверждают выполнение указанных выше мероприятий, факт выполнения мероприятий не в полном объеме подтверждаются отчетом об охране лесов от пожаров за январь - декабрь 2024 года, представленном ООО "Уралторф".

Актом обхода N 1 от 15.01.2026 ответчика и актом патрулирования N 677 от 18.11.2025 истца подтверждается лишь фиксация фактического состояния полосы противопожарного разрыва, однако не следует факт выполнения ответчиком соответствующих мероприятий.

Вопреки доводам ответчика, представленный им акт в любом случае не подтверждает факт выполнения соответствующих мероприятий, поскольку, как верно отмечено судом, первичные документы о выполнении работ и несении соответствующих затрат на проведение мероприятий отсутствуют, а доводы ответчика об их отсутствии в связи с выполнением соответствующих мероприятий силами самого ответчика не являются основанием для вывода о выполнении таких мероприятий, поскольку ответчиком равным образом не были представлены внутренние документы организации ответчика о проведении соответствующих работ и мероприятий.

Более того, сам ответчик ссылается при этом в апелляционной жалобе на необходимость задействования спецтехники при проведении работ по обустройству противопожарного разрыва, однако соответствующих документов представлено в материалы дела не было.

Утверждение апеллянта со ссылкой на письмо Уралгидрометцентра от 24.11.2025 о том, что на болоте "Рудное" недостаточная глубина промерзания сделала невозможным выход техники без риска проваливания и угрозы жизни операторов спецтехники, судом апелляционной инстанции во внимание не принимается, поскольку ответчик как лицо, занимающееся добычей торфа на соответствующих участках, при заключении договора аренды лесного участка не мог не предполагать возможное наступление таких последствий, в связи с чем, указанные обстоятельства не могут являться для ответчика обстоятельствами непреодолимой силы.

При разработке проекта освоения лесов общество было осведомлено о рельефе местности и наличии заболоченных территорий, проект получил положительное заключение государственной экспертизы, отсутствие технической возможности выполнения указанных мероприятий не доказано.

Необходимо отметить, что позиция ответчика в целом является противоречивой, поскольку, с одной стороны, ответчик ссылается на исполнение обязательств, а с другой - на невозможность их исполнения.

Доводы ответчика о том, что невозможно возлагать на арендатора ответственность за отсутствие в договоре и проекте конкретных сроков исполнения, а также о том, что проект не содержит условий, изменяющих или дополняющих договорные обязательства сторон, отклоняются апелляционным судом как основанные на неверном толковании норм права.

Частью 1 статьи 88 ЛК РФ предусмотрено, что лица, которым лесные участки предоставлены в аренду, составляют проект освоения лесов в соответствии со статьей 12 настоящего Кодекса.

Как было отмечено ранее, объем обязательств ответчика по обеспечению пожарной безопасности в лесах отражен в проекте освоения лесов и приложении N 6 договора аренды, которыми предусмотрены мероприятия по обеспечению пожарной безопасности в лесах в виде строительства и содержания полосы противопожарного разрыва шириной 80 метров с водоподводящим каналом соответствующего проектного размера, расположенным по внутреннему краю разрыва, отделяющей эксплуатационную площадь торфяного месторождения с находящимися на ней объектами от окружающих лесных массивов. Проведение сплошной вырубки лесной растительности и уборка порубочных остатков и валежника со всей площади противопожарного разрыва. Площадь противопожарного разрыва составляет 48,26 га. Протяженность противопожарного разрыва составляет 6032 м (Таблица 28 Проекта освоения лесов).

В соответствии с подпунктами "б", "з" пункта 3.4 договора аренды арендатор обязан использовать лесной участок по назначению в соответствии законодательством Российской Федерации и договором; осуществлять меры по предупреждению лесных пожаров в соответствии с законодательством Российской Федерации, проектом освоения лесов и приложением N 6 к договору.

Таким образом, на ответчика возложена обязанность выполнять мероприятия по противопожарному обустройству лесов на условиях, в объемах и сроки, которые указаны в проекте освоения лесов.

То обстоятельство, что конкретные сроки по выполнению спорных мероприятий не предусмотрены проектом освоения лесов, в связи с чем, должны исполняться на протяжении всего срока действия договора, не свидетельствуют об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении иска, поскольку указанные мероприятия в любом случае должны были быть выполнены ответчиком до начала использования лесного участка, а в дальнейшем противопожарный разрыв должен содержаться ответчиком в течение всего срока действия договора, что соответствует положениям пункта 70 Постановления Правительства РФ от 16.09.2020 N 1479 и пунктов 40, 41 Постановления Правительства РФ от 07.10.2020 N 1614.

С учетом указанного, вопреки доводам ответчика, изложенным в апелляционной жалобе, суд первой инстанции пришел к верным выводам о том, что к выполнению работ ответчик не приступил, график выполнения работ в материалы дела с учетом особенностей проведения таких мероприятий, целевого использования лесного участка не представил, при этом проект освоения лесов разрабатывается арендатором, следовательно, именно ответчик должен был предусмотреть порядок (сроки, график, объемы) выполнения мероприятий на срок действия договора, а неблагоприятные последствия бездействия арендатора не могут быть возложены на арендодателя.

Ссылки апеллянта на изменение границ арендуемого участка в одностороннем порядке со стороны арендодателя, что исключает возможность ретроспективного предъявления требований за 2024 год, отклоняются судом апелляционной инстанции как ничем не подтвержденные, необходимость корректировки проекта освоения лесов в связи с изменением площади участка ответчиком не доказано, при этом указанное изменение не могло быть осуществлено в одностороннем порядке с учетом положений ст. 74.1 ЛК РФ.

Доводы ответчика о выходе суда первой инстанции за пределы заявленных требований отклоняются судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 133 АПК РФ задачами подготовки дела к судебному разбирательству являются определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела; разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников арбитражного процесса; оказание содействия лицам, участвующим в деле, в представлении необходимых доказательств; примирение сторон.

При этом суд не вправе выходить за пределы требований истца и самостоятельно изменять предмет или основание иска. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

В то же время по смыслу статей 6, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска.

Вопреки доводам ответчика, судом первой инстанции обоснованно возложена на ответчика обязанность выполнить предусмотренные договором аренды лесного участка от 27.03.2023 N 31/23-з мероприятия по строительству и содержанию полосы противопожарного разрыва в течение одного года с момента вступления решения в законную силу.

Из материалов дела следует, что заявленные истцом требования о строительстве и содержании противопожарного разрыва протяженностью 6032 м соответствуют общей протяженности разрыва, указанной в таблице 28 проекта освоения лесов, в связи с чем, с учетом установленных выше обстоятельств неисполнения обязательств по договору в целом, отсутствие в резолютивной части решения суда на протяженность противопожарного разрыва при наличии сведений о его протяженности в проекте не свидетельствует о выходе суда за пределы заявленных требований.

Равным образом отсутствие в резолютивной части решения указания на необходимость выполнения мероприятий за 2024 год не является основанием для отмены решения суда, поскольку, во-первых, судом установлено невыполнение ответчиком мероприятий по договору в целом, а во вторых, как сам указывает ответчик, мероприятия в проекте не разделены по срокам их исполнения, в связи с чем, судом правомерно указано на необходимость выполнения мероприятий по договору.

Более того, необходимо отметить, что в данном случае права ответчика не нарушены, решение направлено на восстановление прав истца путем возложения на ответчика обязанности выполнить мероприятия, предусмотренные договором, а ответчик, ссылаясь на частичное выполнение работ, вправе обратиться с соответствующим ходатайством на стадии исполнения решения суда.

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика 2 382 136,99 руб. неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договору.

В соответствии с пунктом 4.2 договора аренды за нарушение условий настоящего договора арендатор уплачивает арендодателю неустойку в следующем размере:

- за невыполнение или несвоевременное выполнение противопожарных, санитарно-оздоровительных мероприятий, мероприятий по воспроизводству лесов - 3 кратная стоимость затрат, необходимых для выполнения этих мероприятий по нормативам в области лесного хозяйства, предусмотренным законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации (подпункт "м" указанного пункта).

В соответствии с приказом Федерального агентства лесного хозяйства от 29.06.2020 N 607 "Об утверждении нормативов затрат на оказание государственных работ (услуг) по охране, защите, воспроизводству лесов, лесоразведению и лесоустройству и о признании утратившим силу приказа Федерального агентства лесного хозяйства от 19.06.2019 N 762" - величина норматива затрат по прокладке просек, противопожарных разрывов составляет 131 638,87 руб. за км. Величина норматива затрат рассчитана с учетом территориальных коэффициентов, применяемых для корректировки базовых нормативов затрат на мероприятия по охране, защите и воспроизводству лесов для Свердловской области.

С учетом указанных условий договора и положений приказа, истцом рассчитан размер неустойки, который составил 2 382 136,99 руб., исходя из следующего расчета: 6,032 км х 131 638,87 руб. х 3 крат.

Доводы о несогласии с расчетом ответчиком приведены не были, апелляционный суд соглашается с выводом суда о верности произведенного истцом расчета неустойки.

Между тем, ответчиком приведены доводы о том, что судом не дана правовая оценка доводам ответчика о необходимости снижения в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации начисленной истцом неустойки, полагает, что размер неустойки является явно несоразмерным последствиям нарушения ответчиком обязательств по договору.

Вместе с тем само по себе отсутствие в решении суда оценки указанного ходатайства о снижении неустойки к принятию неверного решения не привело с учетом следующего.

Согласно п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

Как следует из п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума N 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 1 ст. 333 ГК РФ).

В соответствии с п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Заключая договор, ответчик согласился на их условия, в том числе касающиеся сроков оплаты выполнения работ и его ответственности за нарушение обязательств по договору.

В соответствии с п. 73 Постановления Пленума от 24.03.2016 N 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Согласно п. 77 Постановления Пленума N 7 снижение размера договорной неустойки допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1, 2 статьи 333 ГК РФ).

Из вышеприведенных положений следует, что коммерческая организация вправе подать заявление об уменьшении неустойки, однако обязана доказать несоразмерность неустойки последствиям допущенного ею нарушения исполнения обязательства, размер которой был согласован сторонами при заключении договора.

Ответчиком доказательств явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства в материалы дела не представлено (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Соответственно, определение размера подлежащей взысканию неустойки сопряжено с оценкой обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, а также иных значимых категорий материального права (разумность и соразмерность), обусловлено необходимостью установления баланса прав и законных интересов кредитора и должника.

Учитывая, что освоение лесов осуществляется в целях обеспечения их многоцелевого, рационального непрерывного, неистощительного использования, а также развития лесной промышленности, освоение лесов осуществляется с соблюдением их целевого назначения и выполняемых ими полезных функций, при освоении лесов на основе комплексного подхода осуществляются: организация использования лесов; создание и эксплуатация объектов лесной и лесоперерабатывающей инфраструктуры; проведение мероприятий по охране, защите, воспроизводству лесов; проведение мероприятий по охране, использованию объектов животного мира, водных объектов (ч.ч. 1, 2 и 5 ст. 12 ЛК РФ), отсутствие предусмотренных законом оснований для полного освобождения ответчика от уплаты неустойки, а также обстоятельства рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для снижения неустойки.

Учитывая, что расчет договорной ответственности осуществлен в соответствии с условиями договора, приняв во внимание отсутствие доказательств явной несоразмерности суммы неустойки последствиям нарушения обязательства, суд апелляционной инстанции оснований для снижения размера неустойки не установил. Само по себе мнение апеллянта о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не является основанием для ее снижения.

С учетом изложенного, доводы ответчика о необходимости снижения неустойки, заявленной истцом в рамках первоначального иска, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия отмечает, что ответчик не может быть в указанных правоотношениях поставлен в более выгодное положение, чем если бы указанные мероприятия им были выполнены.

Ссылки апеллянта на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу отклоняются.

В соответствии с пунктом 6 статьи 144 АПК РФ арбитражный суд вправе приостановить производство по делу в случае участия гражданина, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа организации, являющейся лицом, участвующим в деле, в боевых действиях в составе Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, созданных в соответствии с законодательством Российской Федерации, в проведении контртеррористической операции, призыва его на военную службу по мобилизации, заключения им контракта о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, выполнения им задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженного конфликта, если рассмотрение дела без участия такого гражданина невозможно и полномочия по управлению указанной организацией не переданы им в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Между тем, приостановление производства по делу по данному основанию является правом, а не обязанностью суда, при этом суд учитывает что права и законные интересы ответчика обеспечены участием в арбитражном процессе его представителя Щелокова А.Н. по доверенности от 07.04.2025, в которой, в том числе, имеются полномочия на представление интересов общества во всех государственных органах, Министерствах и ведомствах Свердловской области, лесничествах, расположенных в Свердловской области, а также в арбитражных судах первой, апелляционной и кассационной инстанций, и по всем вопросам, касающимся деятельности доверителя.

Суд отмечает, что пункт 6 статьи 144 АПК РФ предназначен для защиты интересов того хозяйствующего субъекта, чей руководитель находится на военной службе, полный доступ к правосудию которого на период этой службы затруднен, в рассматриваемом же случае такой доступ не утрачен, доказательств наличия затруднений не представлено, стороной по делу является юридическое лицо.

При этом апелляционный суд отмечает, что учредитель ответчика Ваткин А.В. (50% доли) участвовал в составлении акта осмотра, представленного в качестве доказательства в материалы дела, а учредитель Бызова В.Б. (50% доли) участвовала в судебном заседании в качестве слушателя.

С учетом изложенного, все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя жалобы с оценкой судом представленных доказательств и сформулированными на ее основе выводами по фактическим обстоятельствам дела не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

решение Арбитражного суда Свердловской области от 04 февраля 2026 года по делу N А60-58180/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.