Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Чиндяскина С.В.,

судей Давлетшиной А.Ф., Маковей Н.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО20 Яны ФИО7, действующей за себя и от имени своих несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО6 к ФИО4 о взыскании компенсации материального ущерба, причиненного пожаром

по кассационной жалобе ФИО5 на решение Любимского районного суда Ярославской области от 26 сентября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда от 26 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи ФИО17, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

ФИО18, действующая от себя и от имени своих несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО4, с учетом изменения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила взыскать с ответчика ФИО4 в пользу ФИО18, ФИО6, ФИО1, ФИО3, ФИО2 450 000 руб. по 90 000 руб. каждому; взыскать с ФИО4 в пользу ФИО18 и ФИО6 300 000 руб., личные средства, потраченные на приобретение квартиры.

В обоснование заявленных требований указали, что ФИО18, ФИО6, несовершеннолетним детям ФИО18 - ФИО1, ФИО3, несовершеннолетней дочери ФИО18 и ФИО6 - ФИО2 принадлежит на праве общей долевой собственности (по 1/4 доле каждому) <адрес>, площадью - 49,7 кв. м. Семья является многодетной - 6 детей.

ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 08 минут в <адрес>, принадлежащей ФИО4 начался пожар, в результате которого <адрес> все находящееся в ней имущество было уничтожено огнем, продуктами горения и водой. Согласно постановлению об отказе возбуждения уголовного дела N от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного зам. начальника ОНД и ПР по Даниловскому, Любимскому и <адрес>м ФИО19, и заключения пожарно-технической судебной экспертизы ФГБУ "Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по <адрес> N следует, что очаг пожара располагался во внутреннем объеме строения <адрес> коридоре <адрес> со стороны входной двери, вероятным источником зажигания послужило тепловое проявление (ненормированное тепловыделение) электротока, причиной пожара послужило возникновение аварийного пожароопасного режима работы на участке не обесточенной электросети, расположенной в очаговой зоне. Полагают, что пожар произошел из-за неисправности электропроводки в квартире ФИО4, вследствие чего было уничтожено все имущество истцов, вещи, предметы быта, квартира. Учитывая тяжелое материальное положение ответчика, истцы снижают стоимость ущерба от уничтожения квартиры до 750 000 руб., менее кадастровой и рыночной стоимости квартиры, отказываются от взыскания стоимости уничтоженных пожаром вещей.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены заместитель главного государственного инспектора Даниловского, Любимского и <адрес>ов <адрес> ФИО19, АО "ЯрЭСК", Администрация городского поселения Любим, Администрация Любимского муниципального района <адрес>.

Решением Любимского районного суда Ярославской области от 26 сентября 2025 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским Ярославского областного суда от 26 января 2026 года, исковые требования удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с ФИО4 в возмещение материального ущерба, причиненного пожаром: в пользу ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - 187 500 руб.; в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - 187 500 руб.; в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - 187 500 руб.; в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - 187 500 руб.; а всего взыскать - 750 000 руб. В остальной части в удовлетворении иска отказано.

С ФИО4 в бюджет Любимского муниципального района <адрес> взыскана государственная пошлина в размере 20 000 руб.

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить постановленные судебные акты, направить дело на новое рассмотрение в Ярославский областной суд на новое рассмотрение в ином составе судей. В обосновании доводов жалобы кассатор указывает, что суд первой инстанции нарушил положения норм процессуального права, поскольку принял решение по требованиям, которые истцами не заявлялись, и вышел за пределы исковых требований. В окончательной редакции иска истцы просили взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 450 000 руб. (по 90 000 руб. каждому из пяти истцов), а также 300 000 руб. личных средств, потраченных ФИО18 и ФИО6 на приобретение квартиры. Однако суд взыскал 750 000 руб., распределив по 187 500 руб. только в пользу четырех истцов (ФИО18, ФИО1, ФИО3, ФИО2), при этом не принял никакого процессуального решения по требованию ФИО6 о взыскании 300 000 руб. Кассатор полагает, что суд апелляционной инстанции, установив данное нарушение, должен был возвратить дело в суд первой инстанции для вынесения дополнительного решения, однако этого не сделал и нарушение не устранил.

Кассатор также считает, что суд неправильно определил правовой режим собственности на поврежденную квартиру (долевая, а не совместная) и, вопреки запрету, увеличил сумму взыскания в пользу каждого из истцов почти в два раза по сравнению с заявленными требованиями.

Далее кассатор обращает внимание на необоснованность выводов судов о виновности ответчика в возникновении пожара. По мнению кассатора, суды не установили с достоверностью, где именно проходила электропроводка в квартиру истцов, не провели электротехническую экспертизу, не определили, является ли тепловое проявление в остатках провода первичным (приведшим к возгоранию) либо вторичным (возникшим в результате пожара). При этом в квартире истцов находилось значительно больше энергоемких электроприборов, однако их проводка на экспертизу не направлялась. Кассатор полагает, что при таких обстоятельствах невозможно установить причинителя вреда, а решение суда основано на предположениях, что недопустимо.

Кассатор указывает, что суды неправомерно признали квартиру истцов полностью уничтоженной на основании актов осмотра, составленных комиссией органов местного самоуправления, не имеющей лицензированных экспертов-строителей. Такие доказательства являются недопустимыми и не могут подменять собой заключение кадастрового инженера в порядке Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости". Поскольку реальный размер ущерба не доказан, это является основанием для отмены судебных актов.

Стороны в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, что подтверждается сведениями почтового идентификатора (80408718577481, 80408718577412, 80408718518002, 80408718518071, 80408718517333, 80408718517234, 80408718517456, 80408718517173, 80408718517388, 80408718517319); кроме того, указанная информация заблаговременно была размещена на официальном сайте Второго кассационного суда общей юрисдикции. На основании ч. 5 ст. 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Согласно ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанции, кассационный суд не находит предусмотренных ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, сособственниками <адрес> являются ФИО18 (1/4 доля в праве общей долевой собственности), несовершеннолетние ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (1/4 доля в праве общей долевой собственности), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (1/4 доля в праве общей долевой собственности), ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (1/4 доля в праве общей долевой собственности), собственником <адрес> указанном доме - ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ в доме произошел пожар, в результате которого уничтожено жилое помещение - <адрес> указанного дома, в котором проживала ФИО18 со своей семьей - супругом ФИО6, детьми ФИО1, ФИО2, ФИО3

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 15, 210, 1064, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", а также разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценив представленные в дело доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, при этом исходил из того, что вред имуществу истцов причинен в результате пожара, возникшего ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, принадлежащей ответчику ФИО4

Установив, что пожар произошел по вине ответчика, выразившейся в бездействии - ненадлежащем содержании принадлежащей ей старой электропроводки, которая не заменялась с момента покупки квартиры в 2003 году, что привело к возникновению аварийного пожароопасного режима работы электросети в очаговой зоне, подтвержденному заключением пожарно-технической экспертизы и показаниями эксперта, суд признал ответчика лицом, обязанным возместить причиненный истцам материальный ущерб. При этом суд отклонил доводы ответчика о возможном прохождении электропроводки истцов через квартиру ответчика и о невозможности установления причинителя вреда, указав, что схема расположения электропроводки, составленная ответчиком, не подтверждена надлежащими доказательствами, показания свидетеля ФИО10 основаны на субъективных предположениях, а изъят с места пожара был только один старый алюминиевый провод, принадлежащий ответчику; иных проводов в очаговой зоне не обнаружено.

Определяя размер ущерба, суд принял за основу рыночную стоимость квартиры истцов по состоянию на дату пожара (900 000 руб.), подтвержденную отчетом независимого оценщика, не оспоренным ответчиком. Приняв во внимание, что истцы добровольно уменьшили исковые требования до 750 000 руб. с учетом тяжелого материального положения ответчика, а также установив факт полной гибели <адрес>, суд взыскал с ответчика в пользу собственников квартиры (ФИО18, несовершеннолетних ФИО1, ФИО3, ФИО2) по 187 500 руб. каждому, а всего 750 000 руб. При этом суд отказал в удовлетворении требований ФИО6, поскольку он не является собственником доли в квартире, а также в остальной части иска (в части взыскания 300 000 руб. личных средств, потраченных на приобретение квартиры, в пользу ФИО18 и ФИО6), указав, что воля приобретателя при заключении договора купли-продажи была выражена на оформление квартиры в долевую собственность только ФИО18 и ее несовершеннолетних детей.

Поскольку факт причинения вреда и вина ответчика доказаны, а ответчиком не представлено сведений о наличии тяжелых хронических заболеваний, инвалидности, нахождении на иждивении несовершеннолетних детей или престарелых родителей, суд, руководствуясь пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, не нашел оснований для уменьшения размера возмещения вреда в связи с тяжелым материальным положением ответчика.

При этом суд, принимая во внимание, что истцы при обращении в суд были освобождены от уплаты государственной пошлины, взыскал с ответчика в бюджет Любимского муниципального района <адрес> государственную пошлину в размере 20 000 руб., исчисленную от удовлетворенной суммы имущественных требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, их правовым и фактическим обоснованиями.

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции находит принятые по делу судебные постановления законными и обоснованными, поскольку при разрешении спора судами дано правильное толкование норм материального права, регулирующих спорное правоотношение, верно и полно установлены юридически значимые обстоятельства дела, имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными доказательствами, в обжалуемых судебных постановлениях содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 30 Жилищного кодекса Российской Федерации на собственника жилого помещения возложена обязанность поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, соблюдая права и законные интересы соседей.

Согласно статье 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

Из разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению по правилам статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в полном объеме лицом, причинившим вред, причем возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае суды нижестоящих инстанций, правильно применив положения приведенных правовых норм и оценив в соответствии с требованиями процессуального закона собранные по делу доказательства в их совокупности, правомерно сделали вывод о частичном удовлетворении исковых требований, поскольку ответчик ФИО4, являясь собственником <адрес>, не обеспечила надлежащее состояние электропроводки (старый алюминиевый провод, не менявшийся с 2003 года), что привело к возникновению аварийного пожароопасного режима работы электросети в очаговой зоне - коридоре ее квартиры, и, как следствие, к пожару, уничтожившему имущество истцов.

Судебные инстанции верно указали, что именно на ответчике лежала обязанность доказать отсутствие своей вины, однако таких доказательств представлено не было. Напротив, заключением пожарно-технической экспертизы N от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО11, а также объяснениями должностного лица ФИО19, проводившего проверку, достоверно подтверждено, что очаг пожара находился в квартире ответчика, а единственным изъятым в очаговой зоне проводником был старый алюминиевый провод, принадлежащий ФИО4; иных проводов в месте очага пожара не обнаружено.

Вопреки доводам кассационной жалобы о невозможности установления причинителя вреда, суды обоснованно критически оценили утверждения ответчика о прохождении электропроводки истцов через ее квартиру. Схема расположения электропроводки, составленная лично ответчиком, не подтверждена никакими надлежащими доказательствами; показания свидетеля ФИО10, основанные на воспоминаниях периода 2012-2017 годов, носят субъективный предположительный характер и не свидетельствуют о наличии действующего провода на момент пожара ДД.ММ.ГГГГ; свидетель ФИО12 конкретных сведений о двух проводах в месте очага не дал. При этом из показаний представителя третьего лица ФИО19 следует, что при осмотре места пожара следов второго провода обнаружено не было, а провода в квартире истцов N были только закопчены дымом и находились в изоляции, признаков теплового проявления не имели. Таким образом, вывод судов о том, что пожар произошел именно по вине ответчика, является законным и обоснованным.

Что касается доводов кассатора о том, что суды вышли за пределы исковых требований и непринятие решения по требованию ФИО6, то суд апелляционной инстанции, проверяя законность решения, обоснованно указал, что в уточненном иске истцы предложили свой вариант распределения размера убытков, при этом от первоначально заявленного требования о взыскании ущерба в размере 750 000 руб. за уничтожение квартиры не отказывались.

Суд первой инстанции, установив, что ФИО6 не является собственником доли в квартире (собственниками являются ФИО18 и трое несовершеннолетних детей), правомерно взыскал сумму ущерба именно в пользу долевых собственников, распределив 750 000 руб. пропорционально их долям (по 187 500 руб. каждому из четырех сособственников). В удовлетворении требования о взыскании 300 000 руб. личных средств, потраченных на приобретение квартиры, в пользу ФИО18 и ФИО6 суд отказал, поскольку из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что квартира была приобретена в общую долевую собственность именно ФИО18 и ее несовершеннолетних детей, а ФИО6 стороной сделки не являлся. Таким образом, нарушений положений процессуального права судом не допущено, решение принято по заявленным требованиям в пределах заявленных сумм.

Доводы кассационной жалобы о недопустимости доказательств - акта осмотра фактически погибшего объекта и внесения дома в реестр погибших объектов - также несостоятельны.

В соответствии со статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются любые сведения о фактах, полученные в предусмотренном законом порядке.

Акты комиссии администрации муниципального образования, составленные с участием специалистов (в том числе главного архитектора района), не являются недопустимыми доказательствами лишь на том основании, что комиссия не имела в своем составе лицензированного эксперта-строителя. Суды оценили данные акты в совокупности с иными доказательствами: справкой ГУ МЧС о повреждении квартиры огнем, фототаблицами, показаниями свидетелей (начальника пожарной части ФИО13, архитектора ФИО14, специалиста по благоустройству ФИО15, разбиравшей дом ФИО16), которые единогласно подтвердили полное уничтожение дома - отсутствие крыши, выгорание стен, невозможность проживания.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации размер убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; в удовлетворении требования не может быть отказано только на том основании, что точный размер ущерба невозможно установить.

Суды, приняв во внимание, что истцы самостоятельно демонтировали остатки квартиры во исполнение требования администрации о приведении территории в надлежащее состояние (что подтверждено показаниями свидетеля Голубевой и представителя администрации), и что проведение строительной экспертизы на момент рассмотрения дела было объективно невозможно ввиду полного сноса строения, правомерно определили размер ущерба исходя из рыночной стоимости квартиры на дату пожара (900 000 руб.), которая ответчиком не оспорена. Снижение истцами цены иска до 750 000 руб. является их правом и не может расцениваться как злоупотребление правом.

В целом доводы кассационной жалобы повторяют правовую позицию ответчика в судах нижестоящих инстанций, были предметом всесторонней проверки суда первой инстанции при рассмотрении дела по существу и суда апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы, получили надлежащую правовую оценку.

Оснований для иных выводов суд кассационной инстанции не находит, поскольку приведенные кассатором доводы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судами нижестоящих инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для разрешения заявленного спора, влияли на законность и обоснованность постановленных судебных актов, либо опровергали выводы судов.

С учетом изложенного, у суда кассационной инстанции не имеется оснований для отмены судебных постановлений.

Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

решение Любимского районного суда Ярославской области от 26 сентября 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда от 26 января 2026 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО5 - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 29 апреля 2026 года