Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Даниловой О.Н.,

судей: Гунгера Ю.В., Байскич Н.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 22RS0068-01-2024-007150-37 по иску П. к Г.Ю. о возмещении ущерба; иску третьего лица К.В. к Г.Ю. о возмещении ущерба,

по кассационной жалобе Г.Ю. на решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 24 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 29 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Даниловой О.Н., выслушав Г.Ю., его представителя Ф., поддержавших доводы кассационной жалобы, П., его представителя Л., представителя К.В. - Ч., возражавших относительно доводов кассационной жалобы, участвующих в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

П. обратился с иском к Г.Ю. о возмещении ущерба.

Требования мотивированы тем, что истец является собственником 369/461 доли в жилом доме по адресу: <адрес>. В результате пожара, произошедшего 23 июня 2024 г. по указанному адресу, истцу причинен ущерб. Причиной пожара, произошедшего по адресу проживания ответчика Г.Ю., явилось приготовление еды на открытом огне, что привело к возгоранию надворной постройки (гаража) ответчика, автомобиля, находящегося в гараже, после чего огонь перекинулся на квартиру истца. Факт пожара подтверждается справкой ГУ МЧС России по Алтайскому краю N 156649 от 24 июня 2024 г. Размер причиненного истцу ущерба установлен экспертным заключением от 5 июля 2024 г. ООО "Бюро оценки" и составляет 3016000 руб. Во внесудебном порядке ответчик отказался возместить причиненный ущерб.

С учетом уточнения требований истец просил взыскать убытки в размере 3264290 руб.

В ходе рассмотрения дела третьим лицом К.В. заявлены самостоятельные требования относительно предмета спора к Г.Ю. о взыскании ущерба, причиненного в результате пожара.

Требования мотивированы тем, что она является сособственником 92/461 долей в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. Указанным пожаром уничтожено принадлежащее К.В. имущество: телевизор, тумбочка под телевизор, ноутбук, комод, шифоньер, кровать, диваны 2 шт., гладильная доска, сушилка для белья, пылесос, газовая плита, бачок газовый, водонагреватель, кухонный гарнитур, стиральная машина, холодильник, микроволновая печь, стол кухонный и 4 стула, ковры 3 шт., пуховики женский и мужской, куртка женская (демисезонная), куртка мужская кожаная, шапки норковые женские и мужские, сапоги женские и мужские, постельное белье, одеяла 3 шт. Кроме того, сгорела веранда дома и надворная постройка (туалет).

С учетом уточнения требований просила взыскать с Г.Ю. ущерб, причиненный в результате пожара в размере 777029 руб.

Решением Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 24 июня 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 29 октября 2025 г., удовлетворены исковые требования П. и К.В. С Г.Ю. в счет возмещения ущерба взыскано в пользу П. - 3264290 руб., в пользу К.В. - 777029 руб.

В кассационной жалобе Г.Ю. просит отменить решение суда и апелляционное определение, принять новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несогласие с выводами судов, основанными на судебной экспертизе, содержащей вероятностный вывод эксперта, основанный на пояснениях истца и третьего лица о том, что причиной пожара явилась искра от мангала, используемого ответчиком. При этом судами не приняты его пояснения о том, что открытым огнем он не пользовался, сварочные работы не производил. Открытое горение в мангале было потушено около 22 часов 22 июня 2024 г., при этом пожар произошел в 2 часа 23 июня 2024 г. В удовлетворении ходатайства о проведении по делу комиссионной пожарно-технической экспертизы для устранения противоречий содержащихся в судебной экспертизе необоснованно было отказано. Также судом не дана оценка наличию конфликтных отношений с истцом относительно расположения гаража, возле которого произошло возгорание.

Относительно доводов кассационной жалобы представителем П. - Л. и представителем К.В. - Ч. принесены возражения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, их представители в судебное заседание Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не явились, об отложении судебного заседания не просили. В соответствии с частью 3 статьи 167, частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для отмены постановления суда первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с частью первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Предусмотренных законом оснований для отмены судебных актов не установлено.

Как следует из материалов дела и установлено судами, П. и К.В. на праве общей долевой собственности принадлежат по 369/461 и 92/461 доли в жилом доме, общей площадью 159,80 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается соглашением об определении долей от 10 марта 2022 г., зарегистрированным сторонами в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю 28 марта 2022 г.

Земельный участок по указанному адресу принадлежит П. и К.В. на праве общей долевой собственности принадлежат по 6/11 и 5/11, соответственно.

Жилой дом, по адресу: <адрес> принадлежит на праве общей долевой собственности Г.А. (4/39 доли, дата государственной регистрации права - 7 августа 2024 г.), Р. (14/78 доли), К.А. (9/39 доли), С. (7/39 доли), Г.Е.ГА. (3/13 доли) и К.В. на праве общей долевой собственности принадлежат по 6/11 и 5/11 (соответственно).

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости N КУВИ-001/2025-128235512 от 24 июня 2025 г. следует, что ответчик Г.Ю. до 7 августа 2024 г. был собственником 4/39 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <адрес>, в дальнейшем, после 7 августа 2024 г. на основании договора дарения от указанной даты, указанное недвижимое имущество перешло в собственность сыну ответчика - Г.А.

Земельный участок по указанному адресу передан С., Г.Е.ГБ., Г.Ю., К.А., Р. на основании договора аренды земельного участка N 192 от 17 августа 2015 г., сроком на 49 лет с даты заключения договора.

Из отказного материала N 63/47 дела следует, что 23 июня 2024 г. в надворных постройках, расположенных по адресу: <адрес> произошел пожар. Объектом пожара являются частный жилой дом по адресу: <адрес> и надворные постройки по адресу: <адрес>. Дом одноэтажный с мансардным помещением, разделен на 2 квартиры N 1 и N 2. Данный жилой дом имеет следы пламенного горения выраженные в виде обугливания деревянных стропильных конструкций крыши, оплавление кровли, образования следов побежалости и выгорания ЛКП обшивочных металлических элементов на стенах. Усматривается направленность распространения горения от юго-западной стороны дома с увеличением интенсивности термического поражения по направлению в восточную и северо-восточную сторону. Наиболее интенсивные следы обугливания и выгорания деревянных конструкций крыши наблюдаются в восточной части северо-восточного ската. По нижнему краю северо-восточного ската проведены две металлические трубы со следами деформации в восточной части с прогибом-вниз, напротив строения гаража по адресу: <адрес>. На земельном участке N расположены надворные постройки: строение гаража, вольер и надворные постройки бытового назначения. Наблюдается направленность распространения горения от восточной части с увеличением интенсивности обугливания древесины и степени деформации по направлению в западную и северо-западную стороны. Строение гаража имеет следы пламенного горения выраженные в виде обугливания и выгорания деревянных конструкций в юго-восточной, юго-западной и северо-западной части. Наибольшие термические повреждения наблюдаются в южной и юго-западной частях гаража в виде полного выгорания древесины, потери сечения конструкций вследствие выгорания угля, а также наибольшей деформации листов кровли. Внутри гаража расположен остов автомобиля, передней частью расположенного в юго-западную сторону. Автомобиль имеет следы пламенного горения в виде выгорания ЛКП, резино-технических изделий, разрушения и оплавления остекления, выгорания салона и полимерных материалов. Передняя часть автомобиля имеет наибольшие следы термического поражения, алюминиевая крышка капота выгорела, металлические диски в передней части имеют следы оплавления в юго-западной части. Передняя силовая конструкция имеет следы деформации с образованием высокотемпературных окалин рыжего и черного цвета. Моторный отсек выгорел полностью. Электрическая проводка автомобиля на ощупь хрупкая, при изгибе 1-2 раза ломается, имеет следы плавления и сваривания.

Постановлением от 28 июня 2024 г. старшего дознавателя отделения надзорной деятельности и профилактической работы по Центральному району территориального отдела надзорной деятельности и профилактической работы N капитаном внутренней службы К.С.С. отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного статьей 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям пункта 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно заключению судебной пожарно-технической экспертизы ООО "ЦНПЭ "Алтай-эксперт" от 29 мая 2025 г. очаг пожара располагался на уровне земли в промежутке между стенами строений, то есть снаружи дома П. и К.В. и гаража ответчика. Наиболее вероятной причиной пожара послужило возгорание бытового мусора от искр мангала с переходом в тление деревянных конструкций гаража, что обусловило инкубационный период развития пожара, с дальнейшим переходом тления в пламенное горение. Исходя из местоположения очага пожара, источник зажигания находился снаружи строений.

Из сведений Алтайского центра по гидрометеорологии и мониторинга окружающей среды - филиала Федерального государственного бюджетного учреждения "Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды" (далее - Алтайского ЦГМС), следует, что 22 июня 2024 г. в 19 час. 00 мин. был западный ветер скоростью 3 м/с, в 22 час. 00 мин. был северо-западный ветер скоростью 1 м/с.

Заключением судебной строительно-технической экспертизы от 24 января 2025 г. установлено, что рыночная стоимость ущерба, связанного с повреждениями движимого имущества в результате пожара в квартире N 1 <адрес>, составляет 45003 руб., имущества в квартире N 2 по <адрес> составляет 244018 руб. Стоимость ремонтно-восстановительных работ, необходимых для восстановления квартиры N 2 <адрес> в связи с повреждениями, возникшими в результате пожара, на дату исследования, согласно составленному расчету на 4 квартал 2024 г. составляет 3020272 руб., квартиры N 1 <адрес> -732026 руб.

Разрешая спор, руководствуясь статьями 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд пришел к выводу, что очаг возгорания находился между стеной жилого дома и гаражом, а причиной пожара явилось возгорание бытового мусора от искр мангала с переходом в тление деревянных конструкций гаража. Установив вину ответчика в причинении П. и К.В. материального ущерба, учитывая результаты оценочной экспертизы, суд взыскал с Г.Ю. в счет возмещения ущерба в пользу П. 3264290 руб., в пользу К.В. 777029 руб.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, в соответствии с полномочиями, предусмотренными статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оставил решение суда без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что оснований не согласиться с данным выводом судов по доводам кассационной жалобы не имеется.

Вопреки доводам кассационной жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на правильном применении норм материального права и соответствуют фактическим обстоятельствам по делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания имущества предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Из разъяснений, данных в п. 14 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что вина причинителя вреда, которая может выражаться в том числе в неисполнении или ненадлежащем исполнении своих обязанностей, предполагается, пока не доказано обратное.

При этом бремя доказывания невиновности должно быть возложено на причинителя вреда, в частности на лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее свою обязанность.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Обязанностью суда, предусмотренной действующим законодательством, является выяснение действительных обстоятельств дела, в том числе, установление факта пожара и лица, виновного в произошедшем пожаре.

Вопреки доводам кассатора, судами достоверно установлено, что причиной пожара явился ненадлежащий контроль ответчика за собственным имуществом, а поэтому он является ответственным за наступление вреда перед другими лицами вследствие ненадлежащего обеспечения безопасности, принадлежащего ему имущества.

Судами дана оценка всем представленным доказательствам в их совокупности, в том числе заключению судебной экспертизы, согласно которой наиболее вероятной причиной пожара послужило возгорание бытового мусора от искр мангала с переходом в тление деревянных конструкций гаража, что обусловило инкубационный период развития пожара, с дальнейшим переходом тления в пламенное горение.

Вопреки позиции кассатора суд обоснованно руководствовался выводами указанной судебной экспертизы, назначенной на основании статьи 79, 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для разрешения вопросов, требующих специальных познаний, экспертное заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2022 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Эксперт предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в компетентности эксперта и достоверности судебной экспертизы у суда не имелось. Выводы эксперта являются полными, не допускают различных толкований и не содержат противоречий с исследовательской частью заключения.

Ссылка кассатора о нарушении судами норм процессуального права в связи с отказом в назначении повторной судебной экспертизы не влечет отмены судебных актов.

Частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 19 июля 2016 г. N 1714-О, предусмотренное частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение. Из содержания названных законоположений подача лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы разрешается судом в каждом конкретном случае индивидуально исходя из конкретных обстоятельств данного дела, что соответствует закрепленным статьями 118 (часть 1) и 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципам независимости и самостоятельности судебной власти.

Следовательно, само по себе несогласие стороны с выводами судебной экспертизы не может быть отнесено к таким недостаткам данного вида доказательства, которые влекут его недостоверность. В силу чего доводы кассационной жалобы о необходимости назначения по делу повторной экспертизы не могут послужить основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений.

Доводы кассатора о заинтересованности истца в уничтожении гаража ответчика со ссылкой на то, что очаг пожара находился между стеной гаража и стеной дома П., являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, обоснованно ими отклонены по мотивам, приведенным в обжалуемых судебных актах. Судами на основании исследованных доказательств установлен очаг пожара, причина возгорания, в связи с чем сделаны выводы о наличии вины в произошедшем в действиях ответчика.

Признавая верными выводы судов первой и апелляционной инстанций, судебная коллегия считает их основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, отвечающими характеру спорных правоотношений и установленным по делу обстоятельствам. Юридически значимые обстоятельства по делу установлены правильно. Нарушения правил оценки доказательств и доказывания, предусмотренных статьями 55, 56, 59, 60, 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повлиявших на исход дела, не допущено.

Несогласие заявителя с оценкой, данной судами показаниям свидетелей, не могут служить основанием для отмены судебных актов, так как относятся к вопросу об оценке доказательств и их совокупности, а не к какому-либо конкретному нарушению норм права.

Вопреки доводам кассационной жалобы суды в ходе разбирательства по настоящему делу в полном соответствии с положениями статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, не препятствовали лицам, участвующим в деле, в реализации их прав, создали условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, которые в силу статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных постановлений, не установлено, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 24 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 29 октября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Г.Ю. - без удовлетворения.

Мотивированное кассационное определение изготовлено 9 апреля 2026 г.