Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Ускова О.Ю.

судей Гроицкой Е.Ю., Никулиной Я.В.

при секретаре С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Белгорода в защиту прав и законных интересов Н. к индивидуальному предпринимателю Ж. о компенсации морального вреда

на решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 19 февраля 2026 г.

Заслушав доклад судьи Гроицкой Е.Ю., объяснения представителя ответчика А., истца Н., помощника прокурора Махониной О.И., судебная коллегия

прокурор г. Белгорода обратился в суд в интересах Н. с иском к индивидуальному предпринимателю Ж., в котором просил взыскать с ответчика в пользу Н. 100000 руб. в качестве компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием услуг по договору оказания социальных услуг N 14/09/2024 от 24 сентября 2024 г.

В обоснование заявленных требований указал, что 24 сентября 2024 г. между индивидуальным предпринимателем Ж. с одной стороны, Лысых А.И. и Н. с другой стороны был заключен договор оказания социальных услуг N 14/09/2024, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство по оказанию социальных услуг по уходу с обеспечением места для проживания Лысых А.И. в пансионате на основании индивидуальной программы предоставления социальных услуг. Поскольку при оказании социальных услуг в пансионате были допущены нарушения санитарных, противопожарных и иных требований, более 20 постояльцев пансионата были госпитализированы в медицинские учреждения с диагнозом "<данные изъяты>", пребывание в пансионате Лысых А.И. стало небезопасным, в этой связи Н. была вынуждена забрать мать домой. Прокурор указывает, что в связи с ненадлежащим оказанием социальных услуг по договору Н. был причинен моральный вред, который выразился в переживаниях за состояние своего близкого родственника - матери, тревоге за ее здоровье и благополучие, а также переживаниях из-за невозможности в дальнейшем получать услуги по договору, на которые она рассчитывала. Невозможность Н. самостоятельно обратиться в суд прокурор обосновал необходимостью ухода за престарелой матерью Лысых А.И., которая страдает тяжелым заболеванием и не может за собой ухаживать самостоятельно.

Решением Свердловского районного суда г. Белгорода от 19 февраля 2026 г. иск прокурора г. Белгорода удовлетворен. С Ж. в пользу Н. взыскано 30 000 руб. в качестве компенсации морального вреда. В доход бюджета муниципального образования городской округ "Город Белгород" с ответчика взыскана государственная пошлина 3 000 руб.

В апелляционной жалобе Ж. просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении иска. Ссылается на то, что Н. самостоятельно забрала Лысых А.И. из пансионата ввиду обнаружения в нем инфекции, при этом ее мать ничем не заразилась. Указывает, что в прокуратуру Н. обращалась в целях взыскания с ответчика суммы оплаты по договору за пребывание Лысых А.И. в пансионате, однако никаких просьб относительно компенсации морального вреда не предъявляла. Денежные средства по договору были возвращены Н. на основании ее письменного заявления, в котором она собственноручно указала, что финансовых и иных претензий к Ж. не имеет. Считает, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих причинение истцу нравственных страданий, наличие причинно-следственной связи между действиями Ж. и предполагаемыми переживаниями Н., кроме того, в решении не приведено, какие конкретно пункты договора нарушены ответчиком при оказании услуг Лысых А.И. Ссылается на то, что суд оставил без внимания его доводы относительно отмены постановления о привлечении Ж. к административной ответственности по статье 6.3 КоАП РФ и о том, что гражданский иск носит производный характер и обусловлен возбуждением уголовного дела в отношении Ж., предварительное расследование по которому не завершено, а потому решение суда является преждевременным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика А. апелляционную жалобу поддержал.

Истец Н., помощник прокурора Махонина О.И. полагали, что основания для удовлетворения апелляционной жалобы ответчика отсутствуют, просили решение суда оставить без изменения.

Ответчик Ж. и третье лицо Лысых А.И., в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом (регистрируемое почтовое отправление 80401820115664, направленное ответчику, получено адресатом 29 апреля 2026 г., регистрируемое почтовое отправление 80401820117347, направленное третьему лицу, возвращено за истечением срока хранения), об уважительности причин неявки не сообщили, на основании статьи 167 ГПК Российской Федерации судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (статья 330 ГПК Российской Федерации).

Таких оснований по настоящему делу не установлено.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причиненморальный вред(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанностьденежной компенсацииуказанного вреда.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральныйвред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного С. РФ от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении С.ми гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлено, что Ж. с 23 марта 2023 г. был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. С 6 февраля 2025 г. прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием им соответствующего решения.

24 сентября 2024 г. между индивидуальным предпринимателем Ж. (исполнитель) с одной стороны, Лысых А.И. (заказчик, получатель социальной услуги) и Н. (плательщик) с другой стороны был заключен договор оказания социальных услуг N 14/09/2024, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по оказанию социальных услуг по уходу с обеспечением места для проживания Лысых А.И. в пансионате на основании индивидуальной программы предоставления социальных услуг заказчика, выданной в установленном порядке, которая является неотъемлемой частью договора, а плательщик (Н.) взял на себя обязательство оплачивать оказываемые социальные услуги по уходу и проживанию заказчика в пансионате в соответствии с условиями договора (пункт 1.1 договора).

Место оказания услуг - <адрес> пансионат "<данные изъяты>" (пункт 1.3 договора). Оплата услуг составляет 45 000 руб. в месяц (пункт 3.1 договора).

В период с 20 января 2025 г. по 23 января 2025 г. 23 постояльца и сотрудник пансионата поступили в учреждения здравоохранения Белгородской области с диагнозом "<данные изъяты>" средней степени тяжести.

В результате проверки прокуратуры, проведенной с участием представителей Управления Роспотребнадзора области, отдела надзорной деятельности и профилактической работы по городскому округу город Белгород, Управления Государственной инспекции труда области, в пансионате "<данные изъяты>" выявлены нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства (не соблюдается дезинфицирующий режим (отсутствуют инструкции к дезинфицирующим средствам, инвентарь не промаркирован, хранится неупорядоченно); дезинфицирующие средства хранятся без упаковки производителя; не представлены медицинские книжки на работников (имеется только на повара и на администратора (просрочен медосмотр, последний раз в 2022 году)); не ведется медицинская документация на осуществление работы; на пищеблоке не имеется договора поставки продуктов питания, документов, подтверждающих качество и безопасность пищевых продуктов; не ведется журнал бракеража готовой, скоропортящейся продукции; нет утвержденного меню; недостаточность холодильного оборудования; нет термометра в морозильной камере; у персонала пищеблока отсутствует спецодежда; уборочный инвентарь не промаркирован; отсутствует программа производственного контроля; отсутствуют графики уборки).

Кроме того, выявлены нарушения законодательства о пожарной безопасности: два лестничных марша не соответствуют ширине, количество огнетушителей не соответствует плану эвакуации, на 2 этаже два ручных пожарных извещателя не работают, на 2 этаже напольное покрытие горючее и на него нет сертификата (огнезащитной обработки), эвакуационный выход на 2 этаже закрыт, отсутствует ответственный по пожарной безопасности (нет удостоверения), нет журнала систем противопожарной защиты и регламента обслуживания систем, нет договоров на обслуживание АПС, система оповещения людей при пожаре и внутреннего противопожарного водопровода - нет договоров обслуживания и актов, нет актов очистки вытяжки на кухне, не оборудован пост охраны.

24 января 2025 г. постановлением следователя по ОВД следственного отдела по городу Белгороду следственного управления СК РФ по Белгородской области в отношении Ж. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 238 УК РФ.

Постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода от 3 февраля 2024 г. индивидуальный предприниматель Ж. привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде приостановления деятельности на 90 суток.

Постановлением Отдела надзорной деятельности и профилактической работы по городскому округу г. Белгород УНДиПР ГУ МЧС России по Белгородской области от 3 февраля 2025 г. индивидуальный предприниматель Ж. привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 20.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По заявлению истца от 3 февраля 2025 г. ответчиком 6 февраля 2025 г. осуществлен возврат денежных средств по договору в сумме 4500 руб.

Как указано в иске и следует из объяснений Н., поскольку в связи с указанными обстоятельствами, пребывание и проживание в пансионате ее матери, страдающей тяжелым заболеванием, являлось небезопасным, она была вынуждена забрать мать домой, действиями ответчика, не обеспечившего соответствие пансионата установленным требованиям, что явилось причиной невозможности в дальнейшем получать услуги по договору, ей причинен моральный вред, который выразился в переживаниях за состояние своей матери, тревоге за ее здоровье и благополучие, а также переживаниях из-за невозможности получать услуги по договору, на которые она рассчитывала, а также затруднительность из-за сложившейся ситуации устроить мать, требующую постоянного постороннего ухода, в другой пансионат.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что в договоре оказания социальных услуг от 24 сентября 2024 г. N 24/09/2024 Н. указана в качестве стороны договора (плательщик), в этой связи посчитал, что у нее возникла как обязанность перед исполнителем по оплате оказанных услуг, так и права, предусмотренные законодательством о защите прав потребителей.

Указал, что из буквального толкования условий договора оказания услуг, в частности, его пунктов 2.15 - 2.16, предусматривающих, что плательщик вправе требовать от исполнителя предоставления акта оказанных услуг, а также расторгнуть договор при нарушении исполнителем его условий, следует, что фактически Н. является и заказчиком по договору, поскольку он был заключен в связи с необходимостью постороннего ухода за ее близким родственником Лысых А.И.

Посчитав, что факт причинения Н. морального вреда нарушением ответчиком ее прав как потребителя, в связи с неполучением должного ухода во исполнение условий договора оказания услуг ее матери, выразившихся в ненадлежащих и небезопасных для здоровья условиях проживания, нашел своего подтверждение в ходе рассмотрения дела, с учетом требований разумности и справедливости суд первой инстанции посчитал, что денежная сумма 30000 руб. будет соответствовать степени нравственных переживаний, взыскав ее в пользу Н. в качестве компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они достаточно аргументированы, сделаны на основе всестороннегои полного исследования представленных в материалы деладоказательстви их оценки по правилам статьи 67 ГПК РФ Нормы материального права судом применены верно, нарушения процессуального закона не допущено.

Доводы апелляционной жалобы ответчика не убедительны, основаны на ином толковании закона, повторяют позицию ответчика в суде первой инстанции, при этом в оспариваемом судебном акте им дана надлежащая правовая оценка, с которой не может не согласиться суд апелляционной инстанции.

Ссылки в жалобе ответчика на то, что решение забрать мать из пансионата было принято Н. самостоятельно, не связано с качеством оказываемых по договору услуг, поскольку ее мать ничем не заразилась, не убедительны, опровергаются материалами дела и объяснениями Н., которая подтвердила, что отказ от исполнения договора был вынужденным, связан с тем, что дальнейшее проживание ее матери в пансионате было небезопасным ввиду нарушений санитарных норм и правил, имевшихся и выявленных в ходе проверки в пансионате.

То обстоятельство, что в прокуратуру Н. обращалась с заявлением в целях взыскания с ответчика суммы оплаты по договору за пребывание Лысых А.И. в пансионате, не заявляя о компенсации морального вреда, не ограничивало прокурора обратиться в суд с такими требованиями в защиту прав и интересов Н. в рамках осуществления надзорной деятельности, направленной на обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина, в соответствии со статьей 45 ГПК Российской Федерации.

Вопреки утверждению автора жалобы, указание Н. в расписке ответчику об отсутствии у нее финансовых и иных претензий к деятельности индивидуального предпринимателя Ж. по оказанию социально-бытовых услуг для Лысых А.И. не лишает и не ограничивает ее право на защиту путем компенсации морального вреда.

То обстоятельство, что постановление Свердловского районного суда г. Белгорода от 3 февраля 2025 г. о привлечении Ж. к административной ответственности по статье 6.3 КоАП РФ отменено, а предварительное расследование по уголовному делу, возбужденному в отношении Ж. не завершено, основанием к отмене принятого решения не является, поскольку не свидетельствуют о необоснованности заявленных требований. Сам по себе факт привлечения либо не привлечения ответчика к административной или уголовной ответственности не имеет существенного значения при разрешении требований в рамках гражданско-правового спора, с учетом установленных по делу обстоятельств, свидетельствующих о необеспечении ответчиком надлежащего исполнения обязательств по договору оказания социальных услуг.

В целом приведенные в апелляционной жалобе доводы аналогичны доводам, поддержанным ответчиком в суде первой инстанции, которым дана надлежащая оценка судом первой инстанции в оспариваемом решении, содержащем исчерпывающие мотивы их отклонения. Жалоба не содержит фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции.

Таким образом, решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 327 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 19 февраля 2026 г. по делу по иску прокуратура г. Белгорода (ИНН N) в защиту прав и законных интересов Н. (СНИЛС N) к ИП Ж. (ИНН N) о взыскании компенсации морального вреда - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 мая 2026 г.