Резолютивная часть постановления объявлена 31 марта 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 апреля 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Н.В. Юрковой,

судей А.С. Маслова, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО "СМ Групп" Кряжева С.А.,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2025 г. по делу N А40-248012/22, вынесенное судьей Пешехоновой А.А.,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "СМ Групп" Кряжева С.А. о привлечении к субсидиарной ответственности Майской Кристины Родионовны и Соловьевса Александрса по обязательствам должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО "СМ Групп",

при участии в судебном заседании:

Соловьевс Александрс - лично, паспорт гражданина Латвии

От Соловьевса Александрса - Датхужев Ч.Д. по дов. от 06.12.2024

Майской К.Р. - Карпов В.В. по дов. от 11.07.2023

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены

определением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2022 принято к производству заявление ИП Злобина Антона Владимировича (ОГРНИП 318774600104427) о признании несостоятельным (банкротом) ООО "СМ ГРУПП" (ОГРН 1157746499624, ИНН 7733236962).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.04.2023 в отношении должника ООО "СМ ГРУПП" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Кряжев Сергей Александрович (ИНН: 774307543350 СНИЛС: <...>, адрес для корреспонденции: 125008 г. Москва ул. Большая Академическая д. 27 оф 10), являющийся членом АССОЦИАЦИИ "МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ".

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2023 г. должник ООО "СМ ГРУПП" (ОГРН 1157746499624, ИНН 7733236962) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден Кряжев Сергей Александрович (ИНН: 774307543350 СНИЛС: <...>.

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете "Коммерсантъ" N 182(7627) от 30.09.2023 г.

Конкурсный управляющий ООО "СМ ГРУПП" обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц Майскую Кристину Родионовну, Соловьевса Александрса по обязательствам ООО "СМ ГРУПП".

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2025 отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО "СМ Групп" Кряжев С.А. обратился с апелляционной жалобой.

Представители ответчиков и Соловьевс Александрс (лично) против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Апеллянт в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате и времени рассмотрения апелляционной жалобы, апелляционная жалоба рассматривалась в его отсутствие в соответствии со ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно доводам апелляционной жалобы, вследствие бездействия контролирующих должника лиц: Майской К.Р. и Соловьевса А., выразившихся в отсутствии контроля за выполнением работ по договору, отсутствии анализа по возможности отрицательных последствий такой деятельности, а также отсутствия страхования ответственности по договору, возникли убытки, которые ООО "СМ Групп" погасить не в состоянии. Ссылается на положения ст. 69 АПК РФ. Указывает, что судом не учтено, что никакой бухгалтерской и иной документации должника, материалов по работе с контрагентами должника, ключей и паролей доступа к специализированному программному обеспечению "1С: Бухгалтерия", "Такском" передано не было. Просит отменить обжалуемое определения, заявление удовлетворить.

Оценивая обстоятельства обособленного спора, суд первой инстанции установил, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности не доказаны.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции соглашается в связи со следующим.

Установлено, что Майская Кристина Родионовна с 15.02.2019 по 26.09.2023 являлась генеральным директором ООО "СМ ГРУПП"; Соловьевс Александрс с момента регистрации 03.06.2015 являлся единственным участником общества с размером доли в уставном капитале ООО "СМ ГРУПП" - 100%, следовательно, оба ответчика в силу положений п. 1 ст. 61.10, пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" подпадают под критерии контролирующих должника лиц.

Привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении необходимо иметь в виду как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2023 N 305-ЭС18-6680(28-30) по делу N А40-200773/2016 изложена правовая позиция о том, что субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц по своей природе является деликтной и представляет собой обязательство такого лица из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате его неправомерных действий (бездействия), которые выходят за пределы обычного делового риска, стали необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Законом о банкротстве как в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям", так и в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" сформулировано только два основания привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих организацию лиц:

1) неподача (несвоевременная подача) заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом);

2) доведение организации до банкротства действиями и (или) бездействием контролирующего должника лица.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение соответствующих исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, от 18.08.2023 N 305-ЭС18-17629(5-7) по делу N А40-122605/2017) (определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 15.01.2024 N 187-ПЭК19(2), А40-122605/2017 по делу N 305-ЭС18-17629(5-7) отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Процесс доказывания заявителем указанных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика переходит бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Стоит отметить, что формулирование законодателем презумпций субсидиарной ответственности контролирующего лица призвано облегчить процесс доказывания, а не ограничить истца в возможности ссылаться и на иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии основания ответственности за доведение организации до банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как указано выше, субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц по своей природе является деликтной и представляет собой обязательство такого лица из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате его неправомерных действий (бездействия), которые выходят за пределы обычного делового риска, стали необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Важно, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности тогда, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ и абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 N 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 ГК РФ, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Возложение на контролирующих должника лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 АПК РФ).

Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве) - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, арбитражный суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, при рассмотрении соответствующих споров судам необходимо исходить из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено именно на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства и является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Такой иск направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, а генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 ГК РФ.

Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В части причинения убытков в результате пожара и наличия оснований для удовлетворения требований по данному основанию.

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-173758/21 от 31.01.2022, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.08.2022, в пользу ИП Злобина А.В. с Должника был взыскан ущерб в размере 19 108 102,00 рублей, возникший в результате произошедшего 20.03.2021 пожара, уничтожившего принадлежащее ИП Злобину А.В. имущество.

Между тем состоявшиеся судебные акты по делу N А40-173758/21 не являются доказательством вины непосредственно Майской К.Р. и Соловьевса А. в пожаре и возникновении вышеуказанных убытков, кроме того, не доказывают факт причинения убытков со стороны Майской К.Р. и Соловьевса А. непосредственно должнику ООО "СМ Групп".

В данной части суд апелляционной инстанции исходит из того факта, что в рассматриваемом случае гражданско-правовая ответственность общества не тождественна ответственности контролирующих лиц, в материалах обособленного спора нет доказательств привлечения ответчиков к административной ответственности (например, по правилам ст. 20.4 КоАП РФ), уголовной ответственности (ст. ст. 167, 168, 219 УК РФ) по вменяемому им правонарушению.

Ссылаясь в апелляционной жалобе на судебные акты по делу N А40-173758/21, заявитель жалобы не учитывают правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, из которой следует, что только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8).

Такой подход приводит к обвинительному уклону в делах о привлечении к субсидиарной ответственности, что является недопустимым.

Факт причинения убытков третьему лицу не свидетельствует о наличии вины контролирующих лиц в доведении общества до банкротства.

В части не передачи документации.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; или документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 16 постановления N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 24 постановления N 53 установлено, что ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В настоящем случае ответчик Соловьевс Александрс не является лицом, ответственным за хранения документации общества: согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете), ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Под руководителем экономического субъекта понимается лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа (часть 7 статьи 3 Закона о бухгалтерском учете).

В отношении Майской К.Р. суд первой инстанции установил, что ответчик передала конкурсному управляющему все имевшиеся у нее активы и документы общества.

Довод о неисправности ноутбука материалами дела не подтвержден с учетом требований статей 67, 68 АПК РФ.

Апелляционный суд также учитывает, что конкурсный управляющий не обращался в суд с ходатайством об истребовании конкретных документов, не обосновал, какие именно документы ему необходимы (какие документы отсутствуют) и каким образом их отсутствие повлияло на формирование конкурсной массы.

В отношении оснований для привлечения к ответственности за неподачу заявления в суд.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

По мнению конкурсного управляющего, Майская К.Р. обязана была обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО "СМ ГРУПП" несостоятельным (банкротом) в течение месяца после возникновения признаков неплатежеспособности начиная с 18.04.2022, чего сделано не было.

Между тем, постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, сроком на шесть месяцев (с 01.04.2022 до 01.10.2022).

Согласно Картотеке арбитражных дел заявление о банкротстве было подано 11.11.2022.

Суд первой инстанции, приняв во внимание действующий в указанный период мораторий, пришел к выводу, что допущенная просрочка значительной не является.

Какого-либо "обмана кредиторов" в смысле, придаваемом данному понятию в контексте привлечения к ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, допущено не было.

Ключевым моментом, определяющим последствия неподачи заявления о банкротстве в суд, является установление обязательств, возникших после наступления такой обязанности.

Суд первой инстанции верно установил, что никакие новые обязательства у общества перед кредиторами в юридически значимый период времени не возникли.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения рассматриваемого иска.

Дополнительно судом учитывались иные факторы, указывающие на добросовестность действий ответчиков при руководстве должником, что отражено в обжалуемом определении суда.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что не доказана совокупность критериев, позволяющих привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности, они не совершали действий, приведших к негативным для должника и его кредиторов последствиям; не являлись выгодоприобретателем от какого-либо противоправного поведения. Обратного из материалов дела не следует.

Суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Апелляционный суд полагает, что состоявшийся судебный акт основан на полном и всестороннем исследовании обстоятельств обособленного спора.

Доводы жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2025 г. по делу N А40-248012/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.