мотивированное определение составлено 11 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

Председательствующего Родиной А.К.,

Судей Храмцовой О.Н., Коренева А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело N 2-251/2025 по иску С.О. к Ч. о возложении обязанности реконструировать скат крыши дома, демонтировать гараж, взыскании судебной неустойки, компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе С.О. на решение Режевского городского суда Свердловской области от 19 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Родиной А.К. о вынесенных по делу судебных актах, доводах кассационной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

С.О. обратилась в суд с иском к Ч. о возложении обязанности изменить уклон ската крыши и демонтировать гараж, расположенный на земельным участке с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>; о компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., взыскании судебной неустойки - 2 000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда.

В обоснование иска указала, что является собственником (в равных долях с С.В.) земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и расположенного на нем жилого дома по адресу: <данные изъяты> Ответчику принадлежит смежный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>. Скат крыши возводимого ответчиком жилого дома в части, где устроен гараж, имеет уклон в сторону земельного участка истца, что может привести к падению снега на участок в ветреную погоду, а также являлось причиной падения на участок истца строительных материалов, что влечет за собой угрозу жизни и здоровью истца и членов ее семьи. Спорный гараж с кадастровым номером <данные изъяты>, пристроенный к дому ответчика, возведен с нарушением минимального отступа от смежной границы участков, а также без соблюдения противопожарного разрыва. Допущенные нарушения повлекли за собой причинение истцу нравственных страданий.

Решением Режевского городского суда Свердловской области от 19 июня 2025 года в иске отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским Свердловского областного суда от 15 октября 2025 года решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе С.О. просит об отмене постановленных судебных актов как незаконных и необоснованных. Выражает несогласие с выводами судов о том, что спорный гараж является самостоятельным объектом недвижимости. Указывает, что ею приведены необходимые и достаточные доказательства нарушения ответчиком градостроительных и противопожарных норм и правил при возведении указанного объекта. В представленном ею заключении специалиста указано, что дом и гараж возведены с нарушением красных линий, минимального отступа от смежной границы с ее участком, высота спорного гаража превышает допустимый норматив, не соблюден противопожарный разрыв между жилыми домами сторон. Считает ошибочными выводы суда первой инстанции о том, что нормы законодательства о противопожарных разрывах носят рекомендательный характер, поскольку это не снимает с граждан обязанности по соблюдению установленных нормативов в области соблюдения противопожарной защищенности. Указывает на недоказанность того, что постройки ответчика соответствуют действующим нормам и правилам. Полагает, что выводы судов об отсутствии нарушений противопожарной безопасности со ссылкой на отсутствие отопительных приборов в гараже ответчика сделаны без учета того, что его прямым назначением является хранение и стоянка автотранспорта, являющегося источником повышенной опасности, в том числе пожарной. Сам факт хранения автомобиля в помещении, не отвечающем требованиям пожарной безопасности, представляет потенциальную угрозу жизни и здоровью людей, сохранности их имущества. Указывает, что суд, установив факт нарушения ответчиком правил противопожарной безопасности, фактически не восстановил ее нарушенные права. Ссылается на необоснованность выводов судов о недоказанности нарушения ее прав.

В возражениях на кассационную жалобу Ч. полагает ее не подлежащей удовлетворению.

В суде кассационной инстанции С.В., а также представляющий его интересы и интересы заявителя С.О. - Толстопят А.В. доводы кассационной жалобы поддержали. Представитель Ч. - Курячая Н.С. поддержала возражения на кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, при надлежащем извещении в судебное заседание не явились.

Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В связи с чем, на основании ст. ст. 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, проверив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.

Судами установлено и из материалов дела следует, что С.О. и С. являются долевыми собственниками земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и расположенного на нем жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>

Ч. принадлежит смежный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, на котором ответчиком в 2025 году возведены незавершенный строительством жилой дом и гараж с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 77,8 кв. м.

Границы земельных участков сторон установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства. Спора о местоположении смежной границы не имеется.

Обращаясь в суд, истец в обоснование доводов о нарушении ответчиком правил противопожарной безопасности представила заключение специалиста Р. (промышленно и гражданское строительство, профессиональная переподготовка в области строительно-технической экспертизы), в соответствии с которым возводимый ответчиком жилой дом и гараж конструктивно рассмотрены как единый объект недвижимости. Сделан вывод о том, что при строительстве этого объекта нарушены градостроительные нормы - минимальное расстояние до границы с участком истца, установленное Правилами землепользования и застройки Режевского городского округа, утв. решением Режевской Думы от 23 июня 2021 года N 23, и составляющее 1,02 м вместо требуемых 3 м, не соблюдены минимальные отступы жилого дома от красной линии улицы - 0 м вместо 5 м, от красной линии проезда - 0 м вместо 3 м.

Специалистом установлено несоответствие исследуемого объекта пожарным нормам - в нарушение п. 4.3 - 4.13, табл. 1 СП 4.13130.2013 Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям, утв. приказом МЧС России от 24 апреля 2013 года N 288, фактический противопожарный разрыв между жилым домом истца и возводимыми ответчиком объектами составляет 3,09 м вместо требуемых 6 м. При этом как в жилом доме истца, так и в возводимом ответчиком строении отсутствуют системы автоматического внутреннего пожаротушения и наружного пожаротушения, пожарная сигнализация.

Специалистом также указано, что в нарушение п. 6.7. СП 53.13330.2019 Планировка и застройка территории ведения гражданами садоводства. Здания и сооружения (СНиП 30-02-97* Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения), утв. приказом Министерства строительства ЖКХ России от 14 октября 2019 года N 618\пр, скат крыши спорного объекта (как дома, так и гаража), возводимого ответчиком на расстоянии 1 м от смежной границы, ориентирован на земельный участок истца, что исключает попадание на него дождевых вод. Кроме того, высота гаража превышает допустимый норматив и составляет 3.6 м вместо 3,06 м. В качестве компенсирующих мероприятий специалистом рекомендовано: для устранения нарушений строительных норм (направления ската крыши) - изменить направление ската крыши в сторону собственного земельного участка; в части несоблюдения противопожарного разрыва - снести гараж (пристрой) либо согласовать с собственником смежного участка (С.О. и С.) уменьшение противопожарного разрыва.

Согласно представленному ответчиком заключению кадастрового инженера, возводимые на участке Ч. жилой дом и гараж являются автономными объектами, поскольку гараж построен на самостоятельном фундаменте, имеет отдельную крышу, вход, в связи с чем при его возведении соблюден минимальный градостроительный отступ (1 м) от смежной границы участков.

Разрешая спор и отказывая в иске, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 12, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 2 Федерального закона 27 декабря 2002 года N 184-ФЗ "О техническом регулировании", разъяснениями п. п. 45, 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее также - постановление Пленума N 10/22).

Установив, что градостроительные нормы в части соблюдения расстояния от гаража как от самостоятельного объекта до смежной границы не нарушены, допущенные нарушения строительных норм устранены (на крыше гаража установлены системы снегозадержания и водоотведения), суд пришел к выводу, что несоблюдение противопожарных расстояний, не носящих императивного характера, в отсутствие в гараже отопительных устройств и источников огня не является безусловным основанием для его сноса, поскольку само по себе не подтверждает угрозу жизни и здоровью истца и членов ее семьи, сохранности имущества. С учетом указанных обстоятельств суд указал на несоразмерность избранного истцом способа защиты права в виде сноса гаража последствиям допущенного правонарушения.

Суд апелляционной инстанции, дополнительно применив к спору нормы п. 2 ст. 40 Земельного кодекса Российской Федерации, ст. 222, п. 1 ст. 263 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 4 ст. 16.1, п. 1 ст. 46 Федерального закона "О техническом регулировании", ст. 65, ч. 1 ст. 69 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", СП 4.13130.2013. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям, утв. приказом МЧС России от 24 апреля 2013 года N 288, п. 5.3.8. СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства, утв. постановлением Госстроя России от 30 декабря 1999 года N 94, разъяснения п. п. 46, 47 постановления Пленума N 10/22, п. п. 25, 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 года N 44 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке", правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года, приведенные выводы суда поддержал.

Указал, что снос объекта капитального строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, применяемой только в случае установления судом обстоятельств того, что заявленной к сносу объект создает угрозу жизни и здоровью, сохранности имущества, в отсутствие иной возможности устранения допущенного нарушения. При этом счел, что несоблюдение ответчиком противопожарного расстояния от капитальных строений (3 м вместо требуемых 6 м) не является существенным нарушением, влекущим снос спорного гаража.

С такими выводами суда апелляционной инстанции судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции не может согласиться, поскольку они сделаны при неправильном применении норм материального права, с нарушением норм процессуального права.

В силу ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями п. п. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Требованиям законности и обоснованности согласно п. 6 ч. 2 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должно отвечать и апелляционное определение суда апелляционной инстанции.

Согласно ч. 3 ст. 17, ст. 36 Конституции Российской Федерации владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не нарушает прав и законных интересов иных лиц.

В силу п. 2 ст. 40 Земельного кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право возводить здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил.

На основании ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 45, 46 постановления Пленума N 10/22, иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником имущества, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. При рассмотрении исков об устранении нарушений права путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, указанных норм может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Согласно п. 1 ст. 46 Федерального закона от 27 декабря 2002 года N 184-ФЗ "О техническом регулировании" со дня вступления данного Закона в силу (30 июня 2003 года) и до принятия соответствующих технических регламентов требования к зданиям и сооружениям подлежат обязательному исполнению в части, соответствующей целям, в том числе, защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц.

На основании положений ст. 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" пожарная безопасность представляет собой состояние защищенности личности, имущества, общества от пожаров.

Статьей 65 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" установлено, что планировка и застройка территорий поселений и городских округов должны осуществляться в соответствии с генеральными планами поселений и городских округов, учитывающими требования пожарной безопасности, установленные настоящим Федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 69 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Конкретные противопожарные расстояния, ранее содержавшиеся в таблице 11 обозначенного Федерального закона N 123-ФЗ, были воспроизведены в СП 4.13130.2013. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям.

Исходя из смысла п. 4 ст. 16.1 Федерального закона "О техническом регулировании" допускается несоблюдение сводов правил, которые применяются на добровольной основе, только в том случае, если выполнение требований технического регламента подтверждено другим способом. В противном случае требования технического регламента считаются не соблюденными.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 декабря 2021 года N 2970-О, Федеральный закон "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", в частности в целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан от пожаров определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает общие требования пожарной безопасности к объектам защиты, в том числе к зданиям и сооружениям (ч. 1 ст. 1). В указанных целях данный Федеральный закон устанавливает требования пожарной безопасности при проектировании, строительстве и эксплуатации поселений и городских округов (раздел II). В частности определяет требования к противопожарным расстояниям между зданиями и сооружениями (гл. 16), которые должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения (ч. 1 ст. 69). В силу положений Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" каждый объект защиты должен иметь систему обеспечения пожарной безопасности, целью создания которой является предотвращение пожара, обеспечение безопасности людей и защита имущества при пожаре (ч.ч. 1 ч.ч. 1 и 2 ст. 5); пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной либо в случае выполнения в полном объеме требований пожарной безопасности, установленных техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", при этом пожарный риск не должен превышать допустимых значений, установленных Федеральным законом "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", либо в случае выполнения в полном объеме требований пожарной безопасности, установленных техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", и нормативными документами по пожарной безопасности (ч. 1 ст. 6).

В силу приведенных положений и разъяснений закона, с учетом оснований заявленных требований значимыми для разрешения спора являлись обстоятельства соблюдения при строительстве спорного объекта градостроительных, строительных, противопожарных норм, влекут ли такие нарушения (при их выявлении) угрозу жизни и здоровью граждан, способы устранения нарушений.

Указанные обстоятельства судами с должной степенью достоверности, на основании относимых, допустимых доказательств не установлены.

При рассмотрении дела, выявив нарушение противопожарных норм и правил при возведении спорных объектов, суд первой инстанции не применил ч. 1 ст. 69 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", п. 4 ст. 16.1 Федерального закона "О техническом регулировании", по смыслу которых противопожарные расстояния между зданиями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, несоблюдение сводов правил, которые применяются на добровольной основе, допускается только в том случае, если выполнение требований технического регламента подтверждено другим способом. Суд не установил, обеспечивается ли в данном случае нераспространение пожара, и если обеспечивается, то каким образом.

Суд не определил возможные способы устранения выявленных нарушений, не проверил, обеспечат ли такие способы нераспространение пожара.

В апелляционном определении судебной коллегией областного суда были указаны положения п. 4 ст. 16.1, п. 1 ст. 46 Федерального закона "О техническом регулировании", ст. ст. 65, 69 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", СП 4.13130.2013 Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям. Однако фактически данные нормы закона при рассмотрении спора судом апелляционной инстанции не были применены.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2022 года, разъяснено, что поскольку требования лица об устранении нарушения его права собственности путем сноса объекта другого лица являются негаторными, то есть направленными на защиту прав собственника от всяких нарушений, не связанных с лишением владения (ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), именно такая защита является надлежащим правовым средством устранения фактических препятствий в осуществлении правомочий пользования. При этом выбор конкретных формы и способа устранения таких нарушений относится к компетенции суда, который не связан в этой части требованиями истца, указывающего на необходимость применения тех или иных способа или формы устранения фактического препятствия или угрозы.

Таким образом, установление при рассмотрении дела судом несоразмерности заявленного лицом способа устранения нарушения его прав не влечет за собой отклонения заявленных требований такого лица.

Более того, приходя к выводу об отсутствии оснований для сноса спорного строения ввиду несоразмерности нарушенного права заявленному способу устранения нарушения, суды не установили, влечет ли допущенное нарушение угрозу жизни и здоровья истца, членов его семьи, сохранности его имущества, имеются ли иные способы устранения допущенного ответчиком нарушения.

На основании ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

При таких обстоятельствах итоговые выводы суда, сделанные без проверки значимых по делу обстоятельств, о несущественности нарушений норм, применяемых на добровольной основе, о том, что избранный истцом способ защиты прав несоразмерен допущенному нарушению, а также, что выявленные нарушения не влекут угрозы жизни и здоровью, имуществу истца и членов его семьи, являются преждевременными.

В соответствии со ст. ст. 56, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает спор по заявленным требованиям. В ходе рассмотрения дела суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные нормы закона районным судом не соблюдены.

В соответствии с разъяснениями в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела (п. 2 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (ч. 2 ст. 56 данного Кодекса).

Однако судом апелляционной инстанции нарушения, допущенные при рассмотрении дела судом первой инстанции, не устранены.

Допущенные нарушения норм права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителей.

Учитывая, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (ст. 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия считает необходимым отменить апелляционное определение и направить дело на новое апелляционное рассмотрение.

Руководствуясь ст. ст. 379.5, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2025 года отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.