Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Захарова В.В.,

судей Деминой К.А., Верейкина А.А.,

рассмотрела в судебном заседании посредством веб-конференции гражданское дело по иску К.Н.НА.евны к К.Н.С., С.Е., С.О., администрации Богородского городского округа о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате пожара,

по кассационной жалобе К.Н.НА.евны

на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 8 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Захарова В.В., судебная коллегия

Истец обратилась в суд с иском к К.Н.С., С.А. о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате пожара.

В обоснование требований указала, что с 2008 года она являлась собственником части жилого дома, общей площадью 25,2 кв. м, расположенной по адресу: <адрес>, на основании решения Ногинского городского суда Московской области от 23 сентября 2008 года. Собственниками другой части жилого дома, общей площадью 41,0 кв. м, являлись ответчики по делу - К.Н.С. и С.А., по ? доле каждый, а также З., у которой в собственности была отдельная часть жилого дома.

Истец также является собственником земельного участка, общей площадью 320 кв. м, при вышеуказанной части жилого дома на основании постановления Администрации Богородского городского округа Московской области от 16 августа 2012 года, право собственности на который зарегистрировано в установленном законом порядке.

12 мая 2022 года часть жилого дома истца сгорела. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела было установлено, что пожар возник в части жилого дома, принадлежащей на праве долевой собственности К.Н.С. и С.А., вероятной причиной пожара послужило воздействие тепловых процессов, связанных с аварийным режимом работы электропроводки пристройки к части жилого дома, принадлежащий ответчикам.

Просила суд взыскать солидарно с ответчиков имущественный вред, причиненный в результате пожара, в размере 2 618 400 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в размере 30 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины, почтовые расходы и расходы по оплате услуг телеграфа.

Решением Ногинского городского суда Московской области от 24 апреля 2023 года иск был удовлетворен.

Определением от 20 ноября 2023 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции в связи с неизвещением ответчиков о месте и времени слушания дела.

Установлено, что 19 сентября 2023 года ответчик С.А. умер.

После этого истцом подано уточненное исковое заявление, в котором она просила взыскать ущерб, причиненный повреждением ее части жилого дома и сгоревшего личного имущества, в солидарном порядке с К.Н.С. и С.О., которая была зарегистрирована в жилом доме в качестве члена семьи С.А.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 17 июля 2024 года решение суда первой инстанции отменено, иск удовлетворен частично, с К.Н.С. взыскано в возмещение материального ущерба, причиненного в результате пожара, 2 618 400 руб., в возмещение расходов по оплате услуг оценщика 30 000 руб., почтовые расходы и расходы по оплате услуг телеграфа в размере 3 222,34 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2500 руб., в удовлетворении требований, заявленных к С.О., отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 11 декабря 2024 года апелляционное определение от 17 июля 2024 года отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

В судебном заседании апелляционной инстанции при повторном рассмотрении к участию в деле в качестве ответчиков привлечены С.Е., Администрация Богородского городского округа Московской области.

Истцом подано уточненное исковое заявление, в котором она просила взыскать солидарно с С.Е., С.О. и Администрация Богородского городского округа Московской области в пользу истца ? долю имущественного вреда, причиненного в результате пожара, в размере 1 065 428,58 руб., ? долю расходов по оплате услуг оценщика в размере 15000 руб., ? долю почтовых расходов и расходов по оплате услуг телеграфа в размере 1611,17 руб., ? долю расходов по оплате государственной пошлины в размере 1250 руб.; взыскать с К.Н.С. в пользу истца ? долю имущественного вреда, причиненного в результате пожара, в размере 1 065 428,58 руб., ? долю расходов по оплате услуг оценщика в размере 15000 руб., ? долю почтовых расходов и расходов по оплате услуг телеграфа в размере 1611,17 руб., ? долю расходов по оплате государственной пошлины в размере 1250 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 8 октября 2025 года решение суда первой инстанции было отменено, принято новое решение о частичном удовлетворении иска. Постановлено взыскать с К.Н.С. в пользу истца возмещение ущерба, причиненного в результате пожара, в размере 669 175 руб. 59 коп., расходы по оплате услуг оценщика в размере 15 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 500 руб., почтовые расходы в размере 1611,17 руб. В иске к иным ответчикам, а также в остальной части требований к К.Н.С. было отказано.

В кассационной жалобе К.Н.НА. просит апелляционное определение от 8 октября 2025 года отменить, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, в возражениях К.Н.С. на жалобу, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отмены оспариваемого апелляционного определения.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения допущены судом апелляционной инстанции.

Как установлено судом, К.Н.НА. с 2008 года является собственником части жилого дома, общей площадью 25,2 кв. м, расположенной по адресу: <адрес>, на основании решения Ногинского городского суда Московской области от 23 сентября 2008 года.

Собственниками другой части жилого дома, общей площадью 41,0 кв. м являлись ответчики по делу - К.Н.С. и С.А., по ? доле каждый, а также З., у которой в собственности была отдельная часть жилого дома.

Истец К.Н.НА. также является собственником земельного участка, общей площадью 320 кв. м, при вышеуказанной части жилого дома на основании постановления Администрации Богородского городского округа Московской области от 16 августа 2012 года, право собственности на который зарегистрировано в установленном законом порядке.

12 мая 2022 года часть жилого дома истца К.Н.НБ. сгорела, что подтверждалось справкой о пожаре от 18 мая 2022 года.

23 мая 2022 года ст. дознавателем ОНД и ПР по Богородскому городскому округу по данному факту было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Также в данном постановлении было установлено, что пожар возник в части жилого дома, принадлежащей на праве долевой собственности К.Н.С. и С.А., вероятной причиной пожара послужило воздействие тепловых процессов, связанных с аварийным режимом работы электропроводки пристройки к части жилого дома, принадлежащей К.Н.С. и С.А.

Судом апелляционной инстанции установлено, что К.Н.С. и С.А. после пожара, а именно 6 июня 2022 года продали принадлежащие им доли земельного участка с расположенной на нем частью жилого дома Ж.

При этом на момент смерти С.А. в его собственности объектов недвижимости, транспортных средств, денежных вкладов не имелось, наследственное дело после его смерти не заводилось.

Суд апелляционной инстанции исходил из установленного факта нарушения прав и законных интересов истца, наличия причинно-следственной связи между нарушением прав и причиненным ущербом, виновности ответчика К.Н.С. в причинении ущерба.

Поскольку ответчик К.Н.С. являлся собственником вышеуказанного имущества, загоревшейся части жилого дома, он был обязан соблюдать порядок в принадлежащем ему жилом помещении, поддерживать в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в доме, то именно он несет деликтную ответственность перед третьими лицами за пожар, произошедший в принадлежащей ему части дома. То обстоятельство, что в доме произошло возгорание, само по себе признано свидетельствующим о непринятии К.Н.С. как собственником необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации. Доказательств обратного ответчик суду не представил.

Определяя размер компенсации, с которым не согласился ответчик К.Н.С. и ходатайствовал о назначении судебной строительно-технической и товароведческой экспертизы, суд исходил из размера, установленного на основании экспертного заключения, составленного ООО "Эксперт-ПРОФИ" на основании определения областного суда.

Согласно выводам заключения стоимость проведенного имущества товаров без учета износа составляет 191 473 руб. 17 коп., с учетом износа 113 270 руб. 14 коп.; стоимость восстановительного ремонта части жилого дома, исходя из площади 25,5 кв. м, принадлежащего истцу, составляет с учетом износа 996 232 руб., исходя из площади 29,5 кв. м, - 1 110 631 руб.; также экспертом установлена стоимость восстановления самовольно возведенной части жилого дома в размере 678 107 руб., а также установлена стоимость работ по сносу и демонтажу сгоревшей части дома, вывоз мусора и расчистка земельного участка, которая составит 150 646 руб.

Суд апелляционной инстанции принял вышеприведенное заключение судебной строительно-технической и оценочной экспертизы в качестве допустимого доказательства, поскольку предметом экспертного исследования являлись обстоятельства, имеющие значения для дела, а само заключение признано соответствующим критериям ст. 327.1 ГПК РФ о доказательствах, приобщаемых и исследуемых на стадии апелляционного рассмотрения. Заключение признано отвечающим требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", составлено лицом, обладающим специальными познаниями, имеющим достаточный стаж экспертной работы и предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Руководствуясь ст. ст. 15, 210, 244, 247, 1064 ГК РФ, ст. ст. 34, 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", с учетом разъяснений в п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости частичного удовлетворения иска, указав размер убытка, подлежащего возмещению.

Поскольку из материалов дела усматривалось, что истцу на праве собственности принадлежит доля в доме площадью 25,5 кв. м, которые зарегистрированы в ЕГРН, суд апелляционной инстанции при расчете ущерба исходил из указанной площади, а также не принял во внимание расчет на восстановление самовольной постройки. Областной суд посчитал, что ущерб, причиненный истцу повреждением данного строения, не может определяться как расходы, необходимые на восстановление указанной постройки как объекта недвижимости.

В связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика К.Н.С. в пользу истца 669 175 руб. 59 коп. из расчета (191473,17 + 996 232 + 150 646) / 2.

Однако данный вывод сделан с нарушением подлежащих применению норм материального и процессуального права, а также без установления всех необходимых юридически значимых обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суду следовало вынести на обсуждение сторон вопрос о юридической квалификации правоотношений для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.

Однако приведенные нормы судом во внимание не приняты, в связи с чем, не определены характер правоотношений сторон и подлежащие применению нормы материального права.

Согласно разъяснению в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (п. 12).

Согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

В силу п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В п. 2 этой же статьи вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно неоднократно выраженной Верховным Судом РФ правовой позиции, при установлении самовольного строительства объектов недвижимости, это обстоятельство не является безусловным основанием для освобождения причинителя вреда от ответственности за возмещение ущерба, причиненного уничтожением (повреждением) материалов, которые могли быть получены при сносе (разборке) этих объектов, а также причиненного уничтожением находящегося в них имущества (Определение от 25 марта 2025 года N 18-КГ24-430-К4 и др.)

Однако в нарушение требований ст. 148 ГПК РФ указанные нормы материального права и разъяснения практики их применения судом апелляционной инстанции учтены не были, а в возмещении ущерба в отношении той части строения, которая являлась самовольной, неправомерно в полном объеме было отказано.

Одновременно согласно выводам использованного судом заключения судебного эксперта (том 4, л.д. 68, 69) экспертом производился расчет рыночной стоимости самовольно возведенной части дома, который подробно описан, однако выводы экспертом сделаны, что данная сумма (678 107 руб.) является уже стоимостью восстановления самовольно возведенной части дома (том 4, л.д. 70, 71).

Данное противоречие судом апелляционной инстанции устранено не было, что также не позволило правильно определить размер подлежащего возмещению убытка.

По правилам ст. 390 ГПК РФ данные обстоятельства не могут быть установлены судом кассационной инстанции, в связи с чем имеющие недостатки подлежат исправлению путем направления дела на новое рассмотрение.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия находит, что допущенные нарушения норм права повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя по делу, размер ущерба с разумной степенью достоверности не определен, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Апелляционное определение Московского областного суда от 8 октября 2025 года отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Московского областного суда.

Мотивированное определение изготовлено 10 апреля 2026 года.