Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Диденко О.В.

судей Амана А.Я., Медведева А.А.,

при секретаре Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы истцов С.А., С.С., С.В. и ответчиков Т.А., Т.А. на решение Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края от 19 сентября 2024 года по делу

по иску С.А., С.С., С.В. к Т.А., Т.А., Т.Р. о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара.

Заслушав доклад судьи Медведева А.А., судебная коллегия

Обратившись в суд с названными исковыми требованиями, в их обоснование С.А., С.С. и С.В. ссылались на то, что они проживают в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>. Собственниками жилого дома, земельного участка и надворных построек по указанному адресу являются С.А., С.С. в равных долях (по 1/2 доле каждый).

28 июля 2023 г. произошел пожар в расположенном по соседству жилом доме по адресу: <адрес>. Огонь с названного жилого дома перекинулся на жилой дом и постройки истцов, в результате чего было уничтожено и повреждено огнем, а также повреждено при тушении пожара, принадлежащее истцам имущество: жилой дом - на сумму 2 372 418 руб., гараж - на сумму 236 231 руб., а также иное перечисленное истцами имущество на общую сумму 2 482 154 руб.

Указывая, что ущерб им причинен по вине собственников соседнего жилого дома Т.А. и Т.А., а также проживающего в их жилом доме Т.Р., истцы, с учетом изменения своих требований в ходе рассмотрения дела, просили взыскать с ответчиков в возмещение ущерба в солидарном порядке 4 952 146 руб., из которых:

- в пользу С.А. - 2 881905,50 руб.;

- в пользу С.В. - 138 657 руб.;

- в пользу С.С. - 2 070 240,50 руб.

Решением Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края от 19 сентября 2024 года исковые требования С.А., С.С. и С.В. удовлетворены частично.

С Т.А. и Т.А. в равных долях взыскано в счет возмещения ущерба:

- в пользу С.А. 1 440 952 руб. 75 коп. - по 720 476 руб. 37 руб. с каждого;

- в пользу С.С. 1 035 120 руб. 25 коп. - по 517 560 руб. 12 коп. с каждого;

- в пользу С.В. 69 328 руб. 50 коп. - по 34 664 руб. 25 коп. с каждого.

В удовлетворении остальной части иска к Т.А. и Т.А., а также в удовлетворении исковых требований к Т.Р. отказано.

В апелляционной жалобе истцы С.А., С.С. и С.В. просят изменить решение суда, принять по делу новое решение о полном удовлетворении заявленных требований. Выражают несогласие с выводом суда о наличии в действиях истцов грубой неосторожности, и уменьшении на этом основании размера возмещения. Указывают, что они не могли исполнить вынесенное ранее решение суда, которым их обязали устранить нарушение противопожарных норм, перенести гараж на нормативное противопожарное расстояние от жилого дома ответчиков. Крыша жилого дома ответчиков вплотную прилегала к кровле гаража истцов, что не позволяло приступить к демонтажу гаража, тогда как Т. в свою очередь свою обязанность обрезать кровлю, возложенную тем же решением суда, не выполнили.

То обстоятельство, что гараж истцов находился от жилого дома ответчиков на расстоянии, не отвечающем противопожарным требованиям, на развитие пожара не повлияло, поскольку огонь был такой силы, что от огня на крыше ответчиков загорелась и крыша на жилом доме истцов, находящейся на расстоянии 6 м от очага пожара.

Кроме того, жилой дом Т., где начался пожар, так же не соответствовал строительным и градостроительным правилам.

В апелляционной жалобе ответчики Т.А. и Т.А. просят отменить решение суда, принять по делу новое решение, которым отказать С.А., С.С. и С.В. удовлетворении заявленных исковых требований. Считают, что заключение эксперта ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" от 29.08.2024 г. не могло приниматься судом во внимание, поскольку в нем неверно указан объект исследования, предметом исследования являлись иные обстоятельства других пожаров, не относящихся к настоящему делу.

Экспертом, проводившим данную экспертизу, не подтверждено наличие у него необходимой квалификации по производству пожарно-технических экспертиз.

Поступившие на экспертное исследование вещественны доказательства не были надлежащим образом опечатаны, что ставит под сомнение их относимость к рассматриваемым обстоятельствам пожара. Такие вещественные доказательства являются недопустимыми.

Критикуют ответчики в жалобе и способ исследования экспертом видеоизображений, на основе которых эксперт определил очаг возникновения пожара.

Ответчики считают, что без проведения повторной судебной пожарно-технической экспертизы разрешить настоящий спор невозможно.

В письменных возражениях истцы просят отклонить апелляционную жалобу ответчиков.

В настоящем судебном заседании истцы С.А., С.В., их представитель на доводах собственной апелляционной жалобы настаивают, просят оставить жалобу ответчиков без удовлетворения.

Ответчики Т.А., Т.Р., а также их представитель напротив. настаивают на удовлетворении их апелляционной жалобы, и просят отклонить аргументы, изложенные в апелляционной жалобе истцов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились. Об отложении судебного разбирательства не просили, о наличии уважительных причин неявки не сообщали. В этой связи, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ их неявка не препятствует рассмотрению дела.

Проверив материалы дела в пределах доводов жалобы, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 17 Жилищного кодекса Российской Федерации также определено, что пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с Правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что собственниками земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: <адрес>, являются Т.А. и Т.А. по ? доли каждому. В названном доме так же проживает Т.Р.

Соседний земельный участок по <адрес> с расположенным на нем жилым домом и гаражом принадлежит на праве собственности С.А. и С.С., по ? доле каждому.

С.В. состоит в браке с С.А. и проживает вместе со своей семьей по вышеуказанному адресу.

28.07.2023 г. в доме ответчиков Т. произошел пожар, с дальнейшим распространением пламенного горения на конструкции кровли индивидуального жилого дома истцов.

В результате пожара и при его тушении было повреждено и уничтожено принадлежащее С.А., С.С., С.В. имущество на сумму 4 952 146 руб., его перечень приведен истцами. Данная сумма складывается из совокупности стоимости затрат по восстановлению строений, поврежденных вследствие пожара и расположенных по адресу: <адрес>, в ценах ДД.ММ.ГГ в соответствии с заключением судебной экспертизы *** от 24.06.2024 г. (жилой дом 2372418 руб.; гараж 236231 руб., а всего 2608649 руб.) и стоимости ущерба движимого имущества с соответствии с заключением ООО "Эксперт-Инвест" (2 482 154 руб.).

Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что возгорание жилого дома истцов произошло по вине ответчиков Т.А. и Т.А., являющихся сособственниками жилого дома по <адрес>, в котором в результате нарушения работы электросети и произошло возгорание, перекинувшееся на принадлежащие истцам строения. Суд исходил из того, что не обеспечили содержание электропроводки в своем жилом доме в пожаробезопасном состоянии.

Такие выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит обоснованными, поскольку они отвечают фактическим обстоятельствам дела, сделаны на основе верного распределения бремени доказывания и мотивированной оценке доказательств, при правильном применении к спорным правоотношениям норм материального права.

Так, из протокола осмотра места происшествия, составленного 31.07.2023 г. старшим дознавателем отделения НД и ПР по Октябрьскому району ТО НД и ПР N 1 М. (материал об отказе в возбуждении уголовного дела N 29 от 07.08.2023) усматривается, что гараж и <адрес> имели наибольшие повреждения в виде обугливания со стороны, обращенной к <адрес> помещением гаража к дому *** по <адрес> со стороны улицы и вдоль противоположной стены наблюдалось полное выгорание конструкций кровли с сохранение фрагментов обрешетки с фрагментами кровли из ондулина и стропильной системы в центральной части гаража. Конструкции кровли со стороны <адрес>, обращенной к гаражу уничтожены полностью по всей длине дома, сохранившиеся фрагменты стропильной системы и обрешетки расположены с юго-восточной стороны мансардного этажа. Северо-западная стена мансардного этажа была обуглена по всей площади на всю длину дома, при этом интенсивность глубины обугливания древесины увеличивалось по мере приближения к жилой области северо-западной стороны мансардного этажа. В помещении мансардного этажа <адрес> вдоль северо-западной стены в верхней области наблюдалось образование щелевых прогаров вдоль стены.

Согласно заключению эксперта ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" *** от 29.08.2024 г. причиной возникновения пожара (дома) по адресу: <адрес>, явился аварийный режим работы электрооборудования, находившегося в чердачном помещении.

Место возникновения горения (очаг пожара) при пожаре, произошедшем ДД.ММ.ГГ по адресу: <адрес> и 51 а, располагался внутри центральной части чердачного помещения над одноэтажной частью жилого дома по адресу: <адрес>, примыкающей к гаражу.

Такой вывод эксперт Л.А. сделал на основании анализа термических повреждений, полученных строительными конструкциями строения и предметами вещной обстановки.

Одно из каплевидных оплавлений проводника из пакета N 2 имеет признаки, характерные для оплавления, образовавшегося в результате первичного короткого замыкания, которое возникло до пожара при нормальном содержании кислорода в воздухе, которое подверглось высокотемпературному отжигу после короткого замыкания.

Отличие по выводу о причине оплавлений проводников с техническим заключением ФГБУ СЭУ УФПС "Испытательная пожарная лаборатория по Алтайскому краю" ***-И от ДД.ММ.ГГ может быть связано с различной оценкой установленных признаков при исследовании шлифов.

Эксперт ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" был дополнительно допрошен судом, подтвердил свои выводы, привел аргументы в их обоснование.

Доводы апелляционной жалобы ответчиков об отсутствии оснований для возложения на них обязанности по возмещению вреда судебная коллегия находит несостоятельными.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Изложенное, применительно к рассматриваемому спору означало, что на истцах лежала обязанность доказать сам факт причинения вреда и его размер, а на ответчиках - доказать, что вред причинен не по их вине.

Между тем, таких доказательств ответчиками не представлено.Позиция ответчиков, в том числе и продублированная в апелляционной жалобе, строится на субъективной оценке доказательств, сводится к скрупулезному исследованию несоответствий и несогласованности отдельных моментов в экспертном заключении, для того, чтобы обосновать необходимость критической его оценки.

Между тем, в силу приведенных норм закона, для освобождения от обязанности возместить вред ответчики должны доказать, что вред причинен не по их вине, что не предусматривает простого отрицания своей вины в возникновении пожара, и не ограничивается лишь критикой представленных другой стороной доказательств, но предполагает обязанность достоверного доказывания иной конкретной причины возникновения пожара.

Тогда как отрицая свою вину, ответчики при этом не доказали другой конкретной причины возгорания в их квартире, за которую они не несут в силу закона ответственности.

Судом же установлено на основе оценки доказательств, произведенной в соответствие с требованиями ст. 67 ГПК РФ, что возгорание произошло в жилом доме, принадлежащем ответчикам в результате аварийной работы электросети именно в этом жилом доме.

В полном соответствие с требованиями ст. 67 ГПК РФ районный суд провел в решении оценку иных доказательств, в том числе оценил заключение экспертов ООО "ЦНПЭ "Алтай-Эксперт" *** от 24.06.2024 г., проведенного на основании определения Октябрьского районного суда г. Барнаула от 19.042024 г., согласно которым причиной пожара послужили пожароопасные факторы грозового разряда. Суд верно указал, что выводы эксперта П.Ю. противоречат и имеющимся в материалах дела сведениям Алтайского ЦГМС - филиала ФГБУ "Западно-Сибирское УГМС" Росгидромет от 25.10.2023 г., противоречия экспертом в заключении не устранены.

Оценивая доводы ответчиков, судебная коллегия тщательно изучила представленные в дело фото- и видеоматериалы, в том числе зафиксированные как при тушении пожара с мобильных телефонов, так и объективно отражающие обстановку возникновения пожара изображения с нескольких камер видеофиксации, установленных как в непосредственной близости от места пожара, так и на отдалении от него.

Оценка этих объективно зафиксированных обстоятельств позволяет судебной коллегии согласиться с критической оценкой судом заключения эксперта ООО "ЦНПЭ "Алтай-Эксперт" *** о причине возгорания в результате грозового разряда.

Во-первых, вопреки выводам эксперта, никаких данных, с достаточной убедительностью свидетельствующих о наличии грозы во время пожара фот-видеоизображений не содержат. На видео зафиксировано, что пожар начался во время дождя. Между тем, никаких ярких вспышек, засвечивания изображения, чем общеизвестно сопровождается разряд молнии во время грозы, тем более, если разряд попал бы в постройку в непосредственной близости от установленной видеокамеры - на представленных видеоизображениях не отражено.

Во-вторых, судебная коллегия обратила внимание на отсутствие реакции, обычно характерной человеку во время сильного разряда грозы, со стороны людей, которые в момент возникновения пожара запечатлены на некоторых видео (прохожие, люди, занимающиеся своими делами на земельных участках, входящие-выходящие в баню на фоне которой, как утверждает эксперт, заметен некий отблеск). Перечисленные люди не проявляют внезапных реакций, свойственных такой ситуации - ни удивления, ни попытки обратить взгляд в сторону удара молнии, или т.п.

В-третьих, установленные в непосредственной близости от крыши жилого дома ответчиков, где начался пожар, видеокамеры, позволяют судить о том, что дым от пожара, происходит изнутри крыши, начинает валить из-под карниза.

Судебная коллегия отмечает, что несмотря на отрицание ответчиками факта наличия внутри крыши их жилого дома электроприборов, фактически при осмотре места происшествия фрагменты электропроводки в крыше их дома обнаружены, что отражено в акте осмотра места происшествия. Из исследованных экспертом ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" *** в заключении от 29.08.2024 г. материалов усматривается, что в месте возникновения пожара могла находиться электропроводка. При осмотре места происшествия 31.07.2023 г. в ходе динамического осмотра в северо-восточной области северо-западной стены мансардного этажа и на территории жилого дома у северной стены <адрес> обнаружены фрагменты медных электрических проводников, которые изъяты и упакованы в пакеты *** и ***. У стены дома проводники могли оказаться в ходе пожара в результате выгорания строительных конструкций с падением наружу или могли быть перемещены в ходе тушения пожара струей воды или при разборке строительных конструкций.

Так же несостоятелен довод ответчиков о необходимости критической оценки заключения судебной пожарно-технической экспертизы. Вопреки таким доводам, приведенное выше заключение экспертов по форме и содержанию отвечает положениям ст. 86 ГПК РФ, дано компетентным специалистом, обладающим необходимым опытом работы, квалификацией и образованием в исследуемой области. Заключение содержит исследование и мотивированные выводы по всем поставленным на разрешение вопросам. Перед проведением экспертизы эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. По этим же основаниям отвергает судебная коллегия и доводы о необходимости проведения по делу повторной или дополнительной экспертизы, поскольку таких оснований, которые установлены в ст. 87 ГПК РФ по делу не усматривается.

Довод жалобы о том, что эксперт Л.А. не обладает необходимой для дачи заключения квалификацией, несостоятелен, поскольку названный эксперт кроме свидетельства от 2003 г., подтверждающего его квалификацию, прямо указывает в оспариваемом заключении на все документы, последовательно отражающие получение им соответствующих свидетельств при каждом случае прохождения повышения квалификацию.

Относительно предположений ответчиков о том, что эксперту ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" были представлены вещественные доказательства, не относящиеся к настоящему спору, из материалов дела видно, что суд данное обстоятельство проверял, допроси лицо, непосредственно осматривавшее место происшествия. Обстоятельства и место изъятия данных проводников подтвердил в судебном заседании старший дознаватель отделения НД и ПР по Октябрьскому району ТО НД и ПР N 1 М.

Допущенные экспертом в заключении описки, последний в суде прокомментировал, у судебной коллегии не вызывает сомнений, что предметом исследования ООО "Алтайский лабораторный центр экспертиз" являлись обстоятельство именно расследуемого в настоящем деле пожара.

Судебная коллегия отмечает, что в ходе рассмотрения дела районный суд на основе правильного распределения бремени доказывания, предложил ответчикам представить доказательства иной причины возгорания в их жилом доме. Суд по ходатайству ответчиков назначил по делу комплексную судебную пожарно-техническую, строительно-техническую и оценочную экспертизу, поручив ее проведение экспертам ООО "Центр независимой профессиональной экспертизы "Алтай-Эксперт". Однако экспертиза проведена не была, экспертное учреждение возвратило материалы дела без исполнения по причине уклонения ответчиков от оплаты.

Таким образом, критикуя оценку районным судом добытых по делу доказательств, в том числе и настаивая на том, что иным экспертным способом могли быть установлены иные причины пожара, ответчики не называют в качестве подлежащей проверке экспертным путем версии конкретных причин возникновение пожара в их доме, за которые они не несут ответственности.

Как выше указано, ответственность ответчиков за причинение ущерба в данном случае исключается только в случае установления такой причины пожара, за которую ответчики не отвечают.

Судебная коллегия усматривает в поведении ответчиков злоупотребление процессуальными правами, поскольку несвоевременно используя свои права по доказыванию, не обеспечивая в соответствие с требованиями процессуального закона возможность сбора доказательств экспертным путем соответствующим денежными средствами, для этого необходимыми, ответчики, по сути, безосновательно затягивали разрешение спора.

Оспаривая судебный акт, приводя в жалобе довод о том, что разрешить спор без проведения дополнительной пожарно-технической экспертизы невозможно, ответчики в суде апелляционной инстанции требований о проведении такой экспертизы не заявляют, денежных средств в обеспечение ее производства на депозитный счет не внесли. Более того, на прямой вопрос судебной коллегии ответчики указали, что проведения дополнительной пожарно-технической экспертизы не просят, считают, что решение в их пользу должно быть принято на основе предложенной ответчиками оценки представленных в дело доказательств.

Что касается доводов апелляционной жалобы истцов, коллегия судей их отклоняет, как противоречащие материалам дела.

Так, в соответствие с частью 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Суд правильно руководствовался разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в п. 17 Постановления Пленума от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" о том, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)

Из приведенной нормы права и разъяснений Верховного Суда РФ по ее применению следует, что грубой неосторожностью считается такое поведение потерпевшего, при котором он сознавал, что его действиями (бездействием) может быть ему же причинен вред, предвидел характер вреда, не желал его возникновения, но легкомысленно рассчитывал на его предотвращение.

Судом установлено, что вступившим в законную силу 1 сентября 2023 г. решением Октябрьского районного суда города Барнаула Алтайского края от 29 мая 2023 года на С.А., С.С. возложена обязанность перенести стену гаража, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес>, на нормативное расстояние от границы со смежным земельным участком по адресу: <адрес>, в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Этим же решением суда на Т.А., Т.А. возложена обязанность освободить самовольно занятый земельный участок путем переноса (демонтажа) металлического ограждения с кирпичными столбами за границы земельного участка <адрес>, в сторону <адрес> в характерных точках границ н1-н8, демонтированное ограждение перенести по границе земельного участка до стен гаража по <адрес> в характерных точках границ 2-5-н1; привести земельный участок территорию общего пользования в первоначальное состояние, существовавшее до самовольного занятия для дальнейшего использования по назначению.

Постановлено взыскать с Т.А., Т.А. в пользу администрации <адрес> в случае неисполнения решения суда судебную неустойку в размере 1 000 руб. за каждый месяц неисполнения решения суда.

В рамках разрешения указанного спора судебные инстанции, признали, что размещение гаража С. без необходимого отступа от границы со смежным земельным участком Т. нарушает права истцов, так как крыша гаража заходит непосредственно под скат крыши дома истцов, непосредственно упирается в стену дома, стена гаража полностью затеняет окно жилого дома, что является существенным нарушением строительных, санитарных норм и правил (СП 42.13330.2016, СНиП 2.07.01-89*, п. 4.15 постановления администрации Алтайского края N 129 от 9 апреля 2015 г.). При этом разрешая названное дело в апелляционном порядке судебная коллегия пришла к выводу о невозможности устранения нарушений нормативного расстояния при соблюдении противопожарных разрывов между гаражом и жилым домом Т., поскольку такой способ защиты права является несоразмерным при установленных по делу обстоятельствах.

Согласно Таблице 1 пункта 4.13 СП 4.13130.2013 "Системы пожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" минимальное расстояние между зданиями, относящимися к 3 степени огнестойкости, должно составлять 12 м.

Из заключения судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела *** следует, что гараж и жилой дом по <адрес>,*** в <адрес> относятся к 3 степени огнестойкости. Фактическое расстояние между строения составляет 0,14-0,55 м, что не соответствует приведенному противопожарному разрыву.

При этом эксперты указали, что градостроительное и противопожарное нарушение в части несоблюдения противопожарного разрыва между объектами исследования по указанным адресам носит систематический характер и является характерной чертой застройки всего частного сектора г. Барнаула, поскольку ширина земельных участков не позволяет возводить строения с соблюдением требуемых противопожарных разрывов. Кроме этого, зачастую земельные участки делятся и на отторгнутом участке возводятся и узакониваются строения в нарушение действующих противопожарных норм.

Отсутствие противопожарного разрыва является существенным нарушением противопожарных требований и влечет за собой потенциальную опасность распространения пожара между строениями. Однако данное нарушение не влияет на безопасную эвакуацию жильцов наружу строений в случае возникновения пожара, поскольку смежные строения обеспечены независимыми эвакуационными путями и выходами, которые обеспечивают безопасную эвакуацию людей из строений.

Указанные нарушения возможно устранить путем возведения глухой противопожарной стены или процессуально, путем согласования возведения спорного строения с владельцами строений, расположенных на смежном земельном участке.

Решение суда от 29.05.2023 г. С.А., С.С. исполнено не было, как не устранено нарушение противопожарных норм путем возведения противопожарной стены.

При разрешении настоящего спора о последствиях пожала, районный суд вопреки доводам жалобы принял во внимание, что путями распространения огня из очага пожара 28.07.2023 г. являлись деревянные конструкции крыши над одноэтажной частью жилого дома по адресу: <адрес>, по которым огонь быстро распространился вверх на крышу мансардной части дома и вниз на крышу гаража. За счет факела пламени и при непосредственном переходе пламени в месте примыкания крыш произошел переход пламени на крышу гаража по адресу: <адрес>, а затем и на крышу дома С..

Учитывая, что строение гаража истцов было возведено позже жилого дома ответчиков, именно на собственниках гаража лежала обязанность разместить указанное здание в соответствии с требованиями закона.

Оценив такие обстоятельства, районный суд пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях истцов С. грубой неосторожности, поскольку им достоверно было известно, что их строение размещено от соседнего строения жилого дома Т. с нарушением противопожарных требований. Противопожарные требования, в частности установление нормативов противопожарных разрывов между строениями, как раз и имеют своей целью исключить обстоятельства, способствующие перемещению пламени с одной постройки на другую в случае возникновения пожара.

В силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Учитывая изложенное, вывод суда о наличии в действиях истцов грубой неосторожности является обоснованным, а с учетом степени такой неосторожности, снижение судом размера возмещения ущерба на половину является разумным и справедливым.

Иная оценка этих обстоятельств в жалобе истцов является субъективной, на законность и обоснованность выводов суда влиять не может.

Размер ущерба, распределение бремени его возмещения между ответчиками в пользу каждого из истцов, сторонами не обжалуется. В этой связи суд апелляционной инстанции не имеет процессуальных оснований для проверки обжалуемого судебного акта в указанной части.

При таких обстоятельствах доводы апелляционных жалоб обеих сторон не опровергают выводов суда, изложенных в решении, построены на неверном толковании норм материального права, направлены на иную оценку доказательств, оснований для которой не имеется. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб как истцов, так и ответчиков, судебная коллегия не находит.

Процессуальных нарушений, которые в силу ст. 330 ч 4 ГПК РФ являлись бы безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного постановления, судебной коллегией по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК РФ судебная коллегия

Оставить решение Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края от 19 сентября 2024 года без изменения, апелляционные жалобы истцов С.А., С.С., С.В. и ответчиков Т.А., Т.А. - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 13 ноября 2025 г.