Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Благодатских Г.В.,

судей Прудентовой Е.В., Репринцевой Н.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 24RS0011-01-2024-000443-43 по иску заместителя прокурора Дзержинского района Красноярского края, действующего в интересах Российской Федерации в лице Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации стихийных бедствий по Красноярскому краю, к Б., публичному акционерному обществу "Россети Сибирь" о взыскании затрат на тушение пожаров,

по кассационным жалобам Б., публичного акционерного общества ПАО "Россети Сибирь" на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 6 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Благодатских Г.В., судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

Заместитель прокурора Дзержинского района Красноярского края в интересах Российской Федерации в лице Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации стихийных бедствий по Красноярскому краю (далее - Главное управление МЧС России по Красноярскому краю) обратился в суд с иском к Б., публичному акционерному обществу "Россети Сибирь" (далее ПАО "Россети Сибирь") о взыскании в пользу Российской Федерации в лице Главного управления МЧС России по Красноярскому краю затрат на тушение пожаров, произошедших 7 мая 2022 г., в размере 288 768 рублей 46 коп.

Исковые требования мотивированы тем, что приговором Дзержинского районного суда Красноярского края от 8 апреля 2024 г. Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором суда установлено, что в результате бездействия Б., занимавшего должность начальника района электрических сетей Дзержинского района Производственного отделения Восточных электрических сетей филиала АОА "МРСК Сибири" - "Красноярскэнерго", ввиду ненадлежащего содержания электросетей 7 мая 2022 г. по причине короткого замыкания провисших проводов воздушной линии 0,4 кВ N 49-14-3 вблизи дома по <адрес> произошло возгорание сухой травы. Возникший огонь и продукты горения под воздействием ветра по горючей среде и воздуху распространились на домовладения и иные объекты по ул. Центральная, Гагарина, Кирова с. Курай Дзержинского района Красноярского края, ул. Центральная с. Ашпатск Дзержинского района Красноярского края, где перешли в пожары.

Кроме того, в результате бездействия Б. 7 мая 2022 г. ввиду короткого замыкания провисших проводов воздушной линии 10 кВ. ПС N 49-Ашпатск-Плитное, находящихся между опорой электрических передач N 16 и опорой электрических передач N 17, расположенных вблизи территории ООО "Агрофирма "Дзержинская" по <адрес>, произошло возгорание сухой травы. Возникший огонь и продукты горения в указанный период времени под воздействием ветра по горючей среде и воздуху распространились на территорию ООО "Агрофирма Дзержинская" по указанному адресу, а также жилые дома, расположенные на ул. Нагорная, Лесная д. Ашпатск Дзержинского района Красноярского края, где перешли в пожары.

По сообщению Главного управления МЧС России по Красноярскому краю от 14 августа 2024 г. для ликвидации пожаров, произошедших на территории с. Курай, д. Ашпатск Дзержинского района Красноярского края, задействованы силы 39 ПСЧ 10 ПСО ГУ МЧС России по Красноярскому краю, затраты на тушение пожаров составили 288 768 рублей 46 коп., из которых: 133 556 рублей 15 коп. - затраты на тушение пожаров в селе Курай и 155 212 рублей 31 коп. - затраты на тушение пожаров в деревне Ашпатск. Сумма затрат состоит из расходов на приобретение дизельного топлива, фонда оплаты труда задействованного личного состава.

Определением 2 декабря 2024 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечен работодатель Б. - ПАО "Россети Сибирь".

Решением Дзержинского районного суда Красноярского края от 3 июля 2025 г. в удовлетворении исковых требований заместителя прокурора Дзержинского района Красноярского края отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 6 октября 2025 г. решение Дзержинского районного суда Красноярского края от 3 июля 2025 г. отменено в части.

С Б. в пользу Главного управления МЧС России по Красноярскому краю взысканы затраты на тушение пожаров в сумме 288 768 рублей 46 коп. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

С Б. в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 9663 рубля.

В кассационной жалобе Б. ставит вопрос об отмене судебного постановления суда апелляционной инстанции с оставлением в силе решения суда первой инстанции в связи с нарушением норм материального и процессуального права, неверной оценкой доказательств по делу. Податель жалобы указывает на неверное применение судом апелляционной инстанции норм права, регулирующих спорные правоотношения, указывая на необходимость применения положений статей 1079, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации. Считает себя ненадлежащим ответчиком по делу. Полагает, что положения статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации не подлежали применению в настоящем споре. Также кассатор выразил несогласие с размером ущерба, указывая на необоснованность требований о взыскании компенсации заработной платы сотрудников МЧС, которые участвовали в тушении пожара.

В кассационной жалобе представитель ПАО "Россети Сибирь" И. просит суд отменить апелляционное определение как принятое с нарушением норм материального и процессуального права, оставить в силе решение суда первой инстанции. Указывает, что суд апелляционной инстанции неверно возложил на Б. обязанность по возмещению вреда в полном объеме, оставив без внимания и оценки то обстоятельство, что все его действия (бездействие), вменяемые в вину и установленные приговором суда, были совершены Б. в период исполнения трудовых обязанностей, являясь работником ПАО "Россети Сибирь". Судом апелляционной инстанции неверно применены положения статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации, не учтено, что работник несет материальную ответственность перед работодателем, а не перед третьими лицами. Кассатор полагает, что в настоящем случае субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда. Суд апелляционной инстанции неверно возложил обязанность по возмещению вреда непосредственно на работника, а не на его работодателя - владельца источника повышенной опасности. Кроме того, податель кассационной жалобы выразил несогласие с размером убытков, указывая на неверно произведенный расчет затрат на тушение пожаров, а также необоснованное включение в размер убытков суммы НДФЛ.

Б. подан отзыв на кассационную жалобу ПАО "Россети Сибирь", в котором он выражает свое согласие с доводами кассационной жалобы ПАО "Россети Сибирь".

Прокурором Красноярского края на кассационную жалобу Б. представлены возражения.

В судебном заседании представитель ПАО "Россети Сибирь" И. доводы кассационной жалобы поддержала.

Прокурор пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации С. возражала против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Проверив материалы дела, изучив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что имеются основания для отмены апелляционного определения.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии со статьей 1064 названного Кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для взыскания убытков необходимо установить наличие в совокупности следующих обстоятельств: наступление вреда, противоправность поведения ответчика, а также наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями. Отсутствие одного из указанных обстоятельств влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Дзержинского районного суда Красноярского края от 8 апреля 2024 г., оставленным без изменения апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 6 августа 2024 г. и кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18 декабря 2024 г., Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц) с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 3 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Данным приговором установлено, что Б. с 1 января 2022 г. по 7 мая 2022 г. состоял в должности начальника РЭС на территории Дзержинского района. В результате бездействия данного лица 7 мая 2022 г. в период с 08-00 ч. до 16-00 ч. при порыве ветра из-за провисших проводов и неочищенной от веток деревьев воздушной линии произошло соприкосновение проводов воздушной линии 0,4 кВ N 49-14-3 вблизи нежилого дома по <адрес> от чего возникло короткое замыкание с образованием искр, упавших на сухую траву, находящуюся на территории указанного домовладения, после чего трава загорелась. Возникший огонь и продукты горения в указанный период времени под воздействием ветра по горючей среде и воздуху распространились на домовладения и иные объекты, расположенные на ул. Центральная, Гагарина, Кирова Дзержинского района Красноярского края, ул. Центральная с. Ашпатск Дзержинского района Красноярского края, где перешли в пожары.

Обращаясь в суд с иском, прокурор в интересах Российской Федерации в лице Главного управления МЧС России по Красноярскому краю просил взыскать с ответчиков затраты на тушение пожаров, состоящие из расходов на приобретение дизельного топлива, а также фонда оплаты труда личного состава, задействованного при тушении пожаров.

Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что денежные суммы, о взыскании которых заявлено истцом, включающие затраты на выезд и работу задействованного при тушении пожара личного состава 39 ПСЧ 10 ПСО ГУ МЧС России по Красноярскому краю и расходы на эксплуатацию пожарной техники, не могут рассматриваться в качестве ущерба, причиненного ответчиком. Данные расходы возникают при выполнении возложенных на пожарную охрану задач и восполняются согласно Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" из бюджетных средств. Выезд личного состава 39 ПСЧ 10 ПСО ГУ МЧС России по Красноярскому краю на место пожара и его тушение в населенных пунктах с. Курай и д. Ашпатск обусловлено выполнением непосредственных задач и функций, возложенных на противопожарную службу. Доказательств, подтверждающих наступление вреда вследствие противоправных действий Б. в виде расходов 39 ПСЧ 10 ПСО ГУ МЧС России по Красноярскому на оплату труда сотрудников и приобретение дизельного топлива, по мнению суда, не представлено.

Суд апелляционной инстанции при пересмотре дела в апелляционном порядке не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Отменяя решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований к Б. и принимая в отмененной части новое решение о взыскании с Б. затрат на тушение пожаров в сумме 288 768 рублей 46 коп., суд апелляционной инстанции исходил из установления наличия предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации условий для применения к ответчику Б. заявленной меры гражданско-правовой ответственности.

Учитывая положения статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда, принимая во внимание, что необходимость несения заявленных истцом расходов напрямую обусловлена пожарами 7 мая 2022 г., ставшими следствием преступного бездействия ответчика Б., что установлено вступившим в законную силу приговором суда, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что именно Б. является лицом, на которое должна быть возложена ответственность по возмещению данных затрат.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что обжалуемое судебное постановление принято с нарушениями норм права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (пункт 2).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3).

Применительно к рассматриваемому спору, необходимо принимать во внимание, что в силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управлявшим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации - как сам по себе, так и в системной взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации - устанавливает дополнительную гарантию реальной защиты нарушенных прав потерпевшей стороны в деликтных обязательствах, направлен на обеспечение при возмещении причиненного вреда баланса прав работодателя, его работника как непосредственного причинителя вреда при исполнении возложенных на него работодателем обязанностей, а также потерпевшего лица, призван стимулировать работодателя к принятию мер, направленных на снижение вероятности причинения вреда его работником, и не предполагает произвольного установления судами условий его применения (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 г. N 1501-О-О, от 31 мая 2022 г. N 1214-О, от 26 сентября 2024 г. N 2448-О и др.).

В силу части первой статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть первая статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник - это физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем (часть вторая статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель - физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры (часть четвертая статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений части второй статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации к прямому действительному ущербу относятся в том числе выплаты работодателя на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства об основаниях возложения на работодателя ответственности за вред, причиненный его работником, в их взаимосвязи с нормами Трудового кодекса Российской Федерации о правах и обязанностях работника и работодателя, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что действующее гражданское законодательство, устанавливая в качестве общего правила наступление гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, возмещение такого вреда в полном объеме лицом, причинившим вред, допускает возложение обязанности по возмещению причиненного вреда и на лицо, не являющееся его непосредственным причинителем, в частности на работодателя в случае причинения вреда его работником при исполнении им своих трудовых обязанностей.

Привлечение работодателя к гражданско-правовой ответственности за причинение вреда действиями его работника при исполнении им трудовых обязанностей обусловлено в силу норм трудового законодательства наличием обязанности работодателя осуществлять управление и контроль за выполнением работником трудовой функции, а также необходимостью принятия работодателем мер, направленных на снижение вероятности причинения вреда его работником.

Из материалов дела следует, что приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу N 947 л/с от 27 июля 2011 г. Б. с 1 августа 2011 г. назначен на должность начальника электрических сетей Дзержинский район электрических сетей Производственное отделение Восточные электрические сети филиал ОАО "МРСК Сибири-"Красноярскэнерго" (РЭС), являлся должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции.

На момент возникновения пожара 7 мая 2022 г. Б. продолжал состоять в трудовых отношениях с ПАО "Россети Сибирь".

Суд апелляционной инстанции, разрешая спор по исковым требованиям прокурора в интересах Российской Федерации в лице Главного управления МЧС России по Красноярскому краю о взыскании затрат на тушение пожаров, неправильно применил к спорным отношениям приведенное выше правовое регулирование, и, соответственно, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не установил, вследствие чего пришел к ошибочному выводу о том, что гражданско-правовую ответственность за причиненный Б. вред должно нести виновное в преступлении, предусмотренном частью 3 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, физическое лицо Б. (работник), а не его работодатель ПАО "Россети Сибирь".

Судом апелляционной инстанции не учтено, что положения статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации регулируют отношения между работником и работодателем. При этом действующее правовое регулирование позволяет работодателю, который возместил третьим лицам (потерпевшим) ущерб, причиненный работником, в том числе в результате преступных действий работника, взыскать с работника (бывшего работника) соответствующие денежные средства в порядке регресса с учетом нормативных положений трудового законодательства о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что пожар возник из-за неправильной эксплуатации электрических сетей, принадлежащих ПАО "Россети Сибирь", в связи с деятельностью по оказанию услуг по передаче электрической энергии, эксплуатацией объектов электросетевого хозяйства, использованию ПАО "Россети Сибирь" источника повышенной опасности - электрической энергии высокого напряжения.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции оставлено без внимания и должной правовой оценки обстоятельство того, что осуществление деятельности по эксплуатации линии электропередачи подпадает под признаки деятельности, создающей повышенную опасность, в понимании пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса

По смыслу пункта 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет одновременное наличие двух условий: источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц и при этом отсутствует вина владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания (в частности, в силу существования (предоставления) доступа к нему третьих лиц, отсутствия надлежащей охраны и др.)

Обязанность возмещения вреда согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Кроме того, заслуживают внимания доводы кассационных жалоб относительно определения размера убытков, подлежащих взысканию.

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; по смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить; в этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Определяя размер убытков, связанных с тушением пожаров, подлежащих взысканию с ответчика Б., суд апелляционной инстанции исходил из сведений, представленных Главным управлением МЧС России по Красноярскому краю, на момент подачи искового заявления в суд.

Вместе с тем в ходе рассмотрения дела истцом в ответ на судебный запрос суда первой инстанции были представлены уточненные расчеты стоимости дизельного топлива, израсходованного пожарными автомобилями при тушении пожаров и расчет денежного довольствия и заработной платы по каждому сотруднику, привлеченному на тушение пожаров (т. 1., л.д. 206 - 222). Однако данные доказательства в обоснование размера причиненных убытков не получили надлежащую оценку судом апелляционной инстанции и не были учтены при определении размера убытков. Между тем от выяснения размера расходов, понесенных на тушение пожара, зависит правильное разрешение судом спора в части размера подлежащих взысканию с надлежащего ответчика денежных средств.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права повлияли на исход дела, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене, дело направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное, разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным правоотношениям нормами материального и процессуального права и установленными по делу обстоятельствами.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 6 октября 2025 г. отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 30.01.2026 г.