Дело N 2-86/2024 УИД 54RS0024-01-2023-000840-16
Судья Силантьева Т.В.

Докладчик Катющик И.Ю.

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Черных С.В.,

судей: Пилипенко Е.А., Катющик И.Ю.,

при секретаре П.Т.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 10 июня 2025 года апелляционную жалобу администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области на решение Краснозерского районного суда Новосибирской области от 19 ноября 2024 года

по исковому заявлению Г., П.О., действующей в интересах И., к администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области, администрации Краснозерского района Новосибирской области о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате пожара.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Катющик И.Ю., представителя Г., П.О. - В., судебная коллегия

Г., П.О., действующая в интересах И., обратились в суд с иском к ответчикам о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара.

В обосновании заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ произошло возгорание принадлежащей истцам на праве собственности квартиры N, расположенной в доме N по <адрес>.

Причиной возгорания явилась халатность лица, занимавшего квартиру N, собственником которой является администрация Орехово-Логовоского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области, подведомственная администрации Краснозерского района Новосибирской области - главному распорядителю денежных средств, за счет которого и производится финансирование, объект состоит на балансе администрации и зарегистрирован в реестре муниципальной собственности Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области.

Согласно копии договора социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанный объект был передан во временное владение и пользование для проживания Ф.

Как указывали истцы, администрация Орехово-Логовоского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области несет ответственность за организацию эксплуатации имущества, содержание в технически исправном состоянии своей собственности, в том числе соблюдение режима эксплуатации печного отопления жильцами.

С целью установления стоимости ремонтно-восстановительных работ истцы обратились в специальную организацию - ООО "Мэлвуд", стоимость ремонтно-восстановительных работ после пожара определена равной 2 324 617 рублей 39 копеек.

В связи с причинением ущерба истцы претерпели моральный вред, выразившийся в душевно-нравственных переживаниях, в связи с чем просили суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей каждому.

Решением Краснозерского районного суда Новосибирской области от 19 ноября 2024 года исковые требования к администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области удовлетворены частично. Взысканы с администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области в пользу Г., П.О., действующей в интересах И., в счет возмещения ущерба, причиненного в результате пожара, 683 972 рубля.

Взысканы с администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области в пользу Г. судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 10039 рублей 72 копейки, экспертизы в размере 40 000 рублей.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

С решением суда выражает несогласие Глава Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области Р., которая просит решение суда об удовлетворении требований к администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области отменить.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указал, что администрация Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области не является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб.

Отмечает, что постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела ОНД и ПР по Краснозерскому району от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт того, что причиной пожара является тепловое самовозгорание деревянных конструкций в чердачном помещении в результате прогрева теплом, выделяемого от дымохода печи квартиры.

В администрацию Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области наниматели, члены их семьи, иные жильцы по вопросам необходимости обследования жилого помещения, проведения капитального ремонта не обращались.

Тот факт, что ФИО1 вселилась ДД.ММ.ГГГГ в квартиру N с устного разрешения и согласия Ф., подтвержден их показаниями, данными в ходе расследования уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, вывод суда об ответственности администрации, как собственника жилого помещения, в части несоблюдения требований, установленных п. 6.6. Строительных норм и правил Российской Федерации СНиП 41-01-2003 "Отопление, вентиляция и кондиционирование", не соответствует части 3 ст. 67 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку ремонт трубы дымохода относится к текущему ремонту, в связи с чем данная обязанность полностью лежит на нанимателе жилого помещения Ф.

Обращает внимание, что нанимателем жилого помещения не исполнялись требования действующего законодательства в части проведения текущего ремонта печи, антиперирования элементов деревянной стропильной системы в целях придания устойчивости к огневоспламенению, а также в части проведения проверки печи перед началом отопительного сезона, что повлекло за собой возникновение пожара.

Полагает, что Ф., являясь нанимателем, не принял необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение опасной ситуации, осуществлял ненадлежащий контроль за имуществом, находящемся в пользовании, в связи с чем должен нести ответственность по возмещению причиненного истцам в результате пожара ущерба.

Судом не дана оценка тем обстоятельствам, что администрация неоднократно информировала население о необходимости и важности соблюдения требований пожарной безопасности и предупреждения чрезвычайных ситуаций, о чем жильцы квартиры N 1 были проинструктированы под подпись.

Заслушав представителя Г., П.О. - В., повторно допросив ФИО2, проводившего специальное исследование в рамках проверки по факту пожара, проверив материалы дела, решение суда согласно ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда, постановленного в соответствии с требованиями действующего законодательства и материалами дела.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ в двухквартирном доме по адресу: <адрес> произошел пожар, в результате которого повреждены обе квартиры и находящееся в них имущество.

На момент пожара истцы являлись долевыми собственниками квартиры N, квартира N находится в муниципальной собственности Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области.

Указанная квартира была предоставлена по договору социального найма от ДД.ММ.ГГГГ Ф.

На ДД.ММ.ГГГГ в квартире N N с разрешения нанимателя проживала только ФИО1 в квартире истцов никто не проживал в течение длительного времени.

По результатам проверки, проведенной в соответствии со ст. 144 - 145 УПК РФ по факту возгорания, произошедшего в двухквартирном доме, ДД.ММ.ГГГГ дознавателем ОНДиПР по Краснозерскому району УНДиПР ГУ МЧС России по Новосибирской области вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, со ссылкой на заключение эксперта N указано, что причиной пожара является тепловое самовозгорание деревянных конструкций в чердачном помещении в результате прогрева теплом, выделяемым от дымохода печи квартиры N.

Из данного заключения пожарно-технической экспертизы также следует, что очаг пожара располагался в чердачном помещении кухни квартиры N, возможно, на уровне перекрытия, в месте прохождения дымохода печи. Экспертом установлено, что на конструкциях печи и дымохода имеются щели и прогары, способные привести к возгоранию от непосредственного воздействия пламени, топочных газов на конструкции квартиры. Согласно объяснениям ФИО1 накануне пожара ДД.ММ.ГГГГ она протопила печь до 21 часов. ДД.ММ.ГГГГ около 06 часов увидела горение, то есть прошло около 9 часов. Из представленных эксперту материалов не следует, когда проводились профилактические работы с печным отоплением, не установлено расстояние от дымохода печи до горючих материалов в чердачном помещении и деревянного каркаса кровли, а также неизвестно, какое было расстояние от дымохода печи до горючих материалов. Таким образом, учитывая отсутствия фактов, указывающих на возможность возникновения пожара по каким-либо другим причинам, эксперт сделал вывод о том, что причиной пожара в данном случае является тепловое самовозгорание деревянных конструкций в чердачном помещении в результате прогрева теплом, выделяемого от дымохода печи.

Будучи допрошенным в судебном заседании суда первой инстанции, ФИО2 обратил внимание на то, что на момент проведения осмотра обнаружен фрагмент отгоревшей алюминиевой дымовой трубы, что отражено в протоколе осмотра места пожара и фототаблице к нему, то есть имело место полное разрушение дымовой трубы, верхняя часть упала и находилась на расстоянии 1 метра от квартиры N.

Руководствуясь статьями 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, исследовав и оценив по правилам статей 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе протокол осмотра места пожара от ДД.ММ.ГГГГ, материалы проверки по факту пожара, заключение по причине пожара N ФГБУ Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Новосибирской области, оценив показания свидетеля и эксперта, пришел к выводу о том, что причиной пожара послужило ненадлежащее содержание ответчиком администрацией Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области принадлежащего ей имущества, а также нарушение правил противопожарной безопасности при устройстве и размещении дымохода печи, выразившиеся в использовании в качестве дымового канала (дымохода) алюминиевой трубы, тогда как согласно п. 6.6.13 Строительных норм и правил РФ СНиП 41-01-2003 "Отопление, вентиляция и кондиционирование" допускается применять дымоходы из асбестоцементных труб или сборных изделий из нержавеющей стали заводской готовности (двухслойных стальных труб с тепловой изоляцией из негорючего материала).

Определяя размер ущерба, суд первой инстанции исходил из заключения судебной экспертизы ООО "Первое Экспертное Бюро" и определил ущерб, подлежащий возмещению, равным стоимости уничтоженного огнем имущества в размере рыночной стоимости аналогичного имущества 683 972 рубля.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, руководствуясь требованиями статей 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в постановлениях от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждения имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", приняв во внимание, что ответчик администрация Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области является собственником квартиры N, в которой образовался очаг возгорания, взыскал с нее в пользу истцов ущерб в размере 683 972 рубля.

Судебные расходы распределены по правилам главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда находит выводы суда основанными на правильном применении к спорным правоотношениям норм материального права и соответствующими представленным сторонами доказательствам, оснований не согласиться с которой суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы жалобы об отсутствии оснований для возложения на администрацию Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области гражданско-правовой ответственности по возмещению причиненного истцам ущерба являлись предметом проверки суда первой инстанции и в обжалуемом ответчиком судебном акте получили надлежащую правовую оценку.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, в частности, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В силу пункта 2 указанной статьи, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара имущества или при его тушении, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении настоящего дела суду надлежало установить причину пожара, виновное лицо, размер ущерба, а также обстоятельства, влияющие на определение размера возмещения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, бремя представления доказательств, подтверждающих факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательств того, что именно ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, относится на потерпевшего. В то же время статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

При этом причинение вреда возможно как действием, являющимся непосредственной причиной возникновения вреда, например, использованием источника открытого огня, так и бездействием, вследствие неисполнения обязанностей, направленных на предотвращение вреда, например, несоблюдением правил пожарной безопасности.

Согласно статье 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" под пожарной безопасностью понимается состояние защищенности личности, имущества, общества и государства от пожаров.

В соответствии со статьей 38 названного Федерального закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут как собственники, так и иные лица, уполномоченные владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом.

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данным Кодексом, и обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно пункту 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Подпунктами 2, 3, 4 пункта 2 статьи 65 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наймодатель жилого помещения по договору социального найма обязан: принимать участие в надлежащем содержании и в ремонте общего имущества в многоквартирном доме, в котором находится сданное внаем жилое помещение; осуществлять капитальный ремонт жилого помещения; обеспечивать предоставление нанимателю необходимых коммунальных услуг надлежащего качества.

Согласно ч. 1 ст. 66 Жилищного кодекса Российской Федерации наймодатель жилого помещения по договору социального найма, не исполняющий обязанностей, предусмотренных жилищным законодательством и договором социального найма жилого помещения, несет ответственность, предусмотренную законодательством.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 мая 2005 года N 315 утвержден Типовой договор социального найма жилого помещения, в соответствии с подпунктом "а" пункта 5 которого предусмотрено, что наймодатель обязуется передать нанимателю по акту в течение 10 дней со дня подписания договора свободное от прав иных лиц и пригодное для проживания жилое помещение в состоянии, отвечающем требованиям пожарной безопасности, санитарно-гигиеническим, экологическим и иным требованиям.

В соответствии со ст. 14 Жилищного кодекса Российской Федерации на органы местного самоуправления возложено осуществление контроля за использованием и сохранностью муниципального жилищного фонда, соответствием жилых помещений данного фонда установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства.

Статьей 6 Федерального закона от 06 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" установлено, что в ведении муниципальных образований находятся вопросы местного значения, к которым, в том числе, относятся владение, пользование, распоряжение муниципальной собственностью; содержание и использование муниципального жилищного фонда.

Муниципальной собственностью в соответствии с п. 1 ст. 215 Гражданского кодекса Российской Федерации является имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям.

В соответствии с положениями ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из положений приведенных норм в их системной взаимосвязи следует, что наймодатель, в данном случае - орган местного самоуправления, обязан предоставить нанимателю-гражданину жилое помещение по договору социального найма не только пригодное для проживания, но которое по своему состоянию отвечает требованиям пожарной безопасности, санитарно-гигиеническим, экологическим и иным требованиям. Такое состояние жилого помещения наймодатель обязан обеспечить до заключения с гражданином договора социального найма жилого помещения.

Требования пожарной безопасности для строительства и эксплуатации дымоходов в зданиях и сооружениях заключаются в соблюдении правил проектирования, прокладки, изоляции, размещения, требований к материалам и конструкциям дымоходов, а также к их техническому обслуживанию и ремонту.

Приказом МЧС России от 21 февраля 2013 года N 116 утвержден Свод правил СП 7.13130 "Отопление, вентиляция и кондиционирование. Требования пожарной безопасности", который действует с 25 февраля 2013 года.

Пунктом 5.11 данного Свода правил установлено, что дымовые трубы должны быть вертикальными без уступов из глиняного кирпича со стенками толщиной не менее 120 мм или из жаростойкого бетона толщиной не менее 60 мм, с карманами в основаниях глубиной 250 мм с отверстиями для очистки, закрываемыми дверками. Допускается применять дымовые каналы из хризотилоцементных (асбестоцементных) труб или сборных изделий из нержавеющей стали заводской готовности (двухслойных стальных труб с тепловой изоляцией из негорючего материала). При этом температура уходящих газов не должна превышать 300 °C для асбестоцементных труб и 400 °C для труб из нержавеющей стали. Допускается предусматривать отводы труб под углом до 30° к вертикали с относом не более 1 м; наклонные участки должны быть гладкими, постоянного сечения, площадью не менее площади поперечного сечения вертикальных участков.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств соблюдения норм пожарной безопасности ответчиком при установке печи и дымовой трубы в квартире, переданной по договору социального найма, указав, что дымоход был выполнен из алюминиевой трубы, в результате прогорания которой наступило ее полное разрушение, верхняя часть упала и находилась на расстоянии 1 метра от квартиры N.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции представитель ответчика пояснил, что проверку и капитальный ремонт печи в квартире N по <адрес> перед тем, как передать ее нанимателю, администрация Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области не проводила, перед тем, как ФИО1 стала проживать в указанной квартире, квартира не осматривалась, состояние дымохода печи не проверялось и не оценивалось.

Вместе с тем, ответчик, являясь собственником жилого помещения, обязан был нести бремя содержания своего имущества, следить за исправностью печи и дымохода и надлежащим состоянием деревянных конструкций чердачного помещения квартиры, при этом дымовая труба должна была соответствовать нормам пожарной безопасности, что в настоящем случае выполнено не было.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции повторно был допрошен, ФИО2, проводивший специальное исследование в рамках проверки по факту пожара, который подтвердил выводы, содержащиеся в заключении, и указал, что использование в конструкции дымохода алюминиевой трубы является грубым нарушением пожарной безопасности, поскольку неизбежно приводит к ее прогоранию и полному разрушению в виду несоответствия температуре уходящих газов, следовательно, могло являться причиной произошедшего пожара.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что замена и ремонт трубы дымохода относится к текущему ремонту, обязанность по проведению которого полностью лежала на нанимателе Ф., судебная коллегия суда апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии со ст. 672 Гражданского кодекса Российской Федерации в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования жилые помещения предоставляются гражданам по договору социального найма жилого помещения. Договор социального найма жилого помещения заключается по основаниям, на условиях и в порядке предусмотренных жилищным законодательством. К такому договору применяются правила ст. ст. 674, 675, 678, 680, 681, п. п. 1 - 3 ст. 685 настоящего Кодекса. Другие положения настоящего Кодекса применяются к договору социального найма жилого помещения, если иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Объектом договора найма жилого помещения может быть изолированное жилое помещение, пригодное для постоянного проживания (квартира, жилой дом, часть квартиры или жилого дома) (пункт 1 статьи 673 Гражданского кодекса Российской Федерации). Наймодатель обязан передать нанимателю свободное жилое помещение в состоянии, пригодном для проживания (пункт 1 статьи 676 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пригодность жилого помещения для проживания определяется в порядке, предусмотренном жилищным законодательством (пункт 1 статьи 673 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязанности нанимателя, в свою очередь, предусмотрены статьей 678 Гражданского кодекса Российской Федерации и предусматривают, что он должен использовать жилое помещение только для проживания, обеспечивать сохранность жилого помещения и поддерживать его в надлежащем состоянии.

Согласно статье 681 Гражданского кодекса Российской Федерации текущий ремонт сданного внаем жилого помещения является обязанностью нанимателя, если иное не установлено договором найма жилого помещения.

Капитальный ремонт сданного внаем жилого помещения является обязанностью наймодателя, если иное не установлено договором найма жилого помещения.

В соответствии с пунктами 2 - 4 части 3 статьи 67 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель жилого помещения по договору социального найма обязан обеспечивать сохранность жилого помещения, поддерживать его надлежащее состояние и проводить текущий ремонт.

Согласно пункту 6 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Приказом Минстроя России от 14 мая 2021 года N 292/пр, в качестве пользователя жилым помещением по договору социального найма наниматель обязан проводить текущий ремонт жилого помещения (подпункт "е").

Перечень работ по текущему ремонту, выполняемому нанимателем за свой счет определен в абзаце втором подпункта "е" пункта 4 Типового договора социального найма жилого помещения, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 21 мая 2005 года N 315, согласно которому к текущему ремонту относятся следующие работы: побелка, окраска и оклейка стен, потолков, окраска полов, дверей, подоконников, оконных переплетов с внутренней стороны, радиаторов, а также замена оконных и дверных приборов, ремонт внутриквартирного инженерного оборудования (электропроводки, холодного и горячего водоснабжения, теплоснабжения, газоснабжения).

В преамбуле Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных Постановлением Госстроя Российской Федерации от 27 сентября 2003 года N 170 (далее по тексту - Правила от 27 сентября 2003 года N 170), указано, что они разработаны в соответствии с пунктом 53 Положения о Государственном комитете Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 ноября 1999 года N 1289 и определяют правила по эксплуатации, капитальному ремонту и реконструкции объектов жилищно-коммунального хозяйства, обеспечению сохранности и содержанию жилищного фонда, технической инвентаризации и являются обязательными для исполнения органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами государственного контроля и надзора, органами местного самоуправления.

Техническая эксплуатация жилищного фонда включает в себя, в том числе: осмотры; подготовка к сезонной эксплуатации; текущий ремонт; капитальный ремонт (п. 1.8 пп. "б", "в" "г" Правил от 27 сентября 2003 года N 170).

Текущий ремонт здания включает в себя комплекс строительных и организационно-технических мероприятий с целью устранения неисправностей (восстановления работоспособности) элементов, оборудования и инженерных систем здания для поддержания эксплуатационных показателей (раздел II Правил от 27 сентября 2003 года N 170).

При подготовке жилищного фонда к эксплуатации в зимний период надлежит, в том числе: устранить неисправности отопительных печей (п. 2.6.2 Правил от 27 сентября 2003 года N 170).

К неисправности печей относится, в том числе: неравномерный нагрев поверхностей, трещины в печах и трубах, щели вокруг разделки и выпадение из нее кирпичей (п. 4.9.1.3 Правил от 27 сентября 2003 года N 170).

Неисправности печей и кухонных очагов, вызывающие нарушения противопожарных требований и утечку газа, а также обледенение оголовков дымовых труб (газоходов), должны быть устранены немедленно, остальные - до начала отопительного сезона (п. 4.9.1.4 Правил от 27 сентября 2003 года N 170).

Согласно п. 4.9.1.11., 4.9.1.3 Правил организации по обслуживанию жилищного фонда должны обеспечивать эксплуатацию печей по соответствующим правилам и нормам. Неисправности печей следует устранять по мере выявления недостатков, не допуская ухудшения состояния конструкций.

Таким образом, из анализа действующего законодательства следует, что текущий ремонт в жилом помещении ограничивается работами, обеспечивающими нормативные условия для проживания граждан, в том числе и противопожарные при подготовке в весенне-летней и зимней эксплуатации, в целях поддержания эксплуатационных показателей и данную обязанность, вопреки ошибочности суждения ответчика, в отсутствие доказательств передачи наймодателем жилого помещения в состоянии, отвечающем требованиям пожарной безопасности, нельзя отнести к обязанности нанимателя в том смысле, как того предписывает пп. 4 п. 3 ст. 67 Жилищного кодекса Российской Федерации, и повторяющие его положения п. 1 ст. 681 Гражданского кодекса Российской Федерации, пп. "е" п. 4 Типового договора социального найма жилого помещения, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 мая 2005 года N 315, пп. "е" п. 10 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 января 2006 года N 25, которые направлены на достижение сбалансированного распределения расходов, связанных с обеспечением сохранности предоставляемых гражданам на льготных условиях жилых помещений государственного (муниципального) жилищного фонда пригодного для проживания, для разумного баланса обязанностей как наймодателей, так и нанимателей по договорам социального найма жилого помещения.

При этом, отклоняя доводы ответчика о том, что проведение текущего ремонта является обязанностью нанимателя, судебная коллегия отмечает, что такая обязанность нанимателя по проведению текущего ремонта жилого помещения возникает только после передачи ему жилого помещения в надлежащем состоянии.

На запрос судебной коллегии о том, в каком состоянии находилась и из какого материала была выполнена дымовая труба по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ при передаче квартиры на условиях социального найма во временное владение нанимателю Ф., вносились ли изменения в конструкцию отопительной системы данной квартиры (в части дымохода (дымовой трубы)), апеллянтом указано, что дымовая труба в жилом помещении находилась в удовлетворительном состоянии, а сведения о том, когда и кем вносились изменения в конструкцию, учитывая, что жилое помещение с 1990 года находилось в пользовании нанимателей, не имеется, разрешения на проведение указанных работ не выдавалось.

Вместе с тем, достоверных и допустимых доказательств надлежащего технического состояния печного оборудования на момент начала эксплуатации печи Ф. в материалы дела ответчиком представлено не было, у собственника отсутствуют сведения о состоянии печного оборудования в доме, документы по монтажу и обслуживанию печного оборудования, визуальных характеристиках расположенного в спорном жилом помещении элементов печного оборудования, конструкции и материале дымовой трубы.

Данных о том, что на момент вселения в квартиру Ф. и его семьи, а в последующем на момент проживания в ней ФИО1 жилое помещение соответствовало действующим нормам и правилам пожарной безопасности, материалы дела не содержат, дымоход в квартире был выполнен из алюминиевой трубы, несмотря на то, что допускается применять дымоходы из асбестоцементных труб или сборных изделий из нержавеющей стали заводской готовности.

Достаточных, достоверных, убедительных доказательств, подтверждающих нарушение лицами, проживающими в муниципальной квартире, правил пожарной безопасности при эксплуатации жилого помещения не представлено.

Апеллянтом указано, что с 2016 года квартира была передана по договору социального найма Ф., которым не были соблюдены требования пожарной безопасности в силу халатности.

Согласно абз. 1 п. 81 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 25 апреля 2012 года N 390, действовавших на дату передачи квартиры Ф., перед началом отопительного сезона руководитель организации, собственники жилых домов (домовладений) обязаны осуществить проверки и ремонт печей, котельных, теплогенераторных, калориферных установок и каминов, а также других отопительных приборов и систем.

Аналогичная обязанность закреплена и в Правилах противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 сентября 2020 года N 1479, действующих с 01 января 2021 года и на момент пожара.

В ходе рассмотрения дела установлено, что с 2016 года собственником жилого помещения (муниципальным образованием) не был осуществлен ни один плановый осмотр либо частичный элементов и помещения (до начала отопительного сезона), хотя рекомендуемая периодичность таких осмотров приведена в приложении N 1 Правил от 27 сентября 2003 года N 170, в точности - печей - 1 раз в год. Каких-либо доказательств обратного ответчиком ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не предоставлено. В отсутствие данных, которые могли быть выявлены, в том числе в ходе плановых осмотров, свидетельствующих о внесении изменений в конструкцию дымохода печи нанимателем после передачи квартиры администрацией Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области, оснований полагать, что наличествует причинно-следственной связь причиненного истцам ущерба с действиями Ф. либо ФИО1 проявлением ими халатности и небрежности при использовании элементов печного оборудования, у судебной коллегии не имеется.

Таким образом, принимая во внимание причину возникновения пожара в контексте пояснений эксперта, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что пожар возник в результате виновных действий нанимателя, с учетом длительного неосуществления ответчиком функций контроля за использованием и сохранностью муниципального жилищного фонда, администрация Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области в силу возложенных на нее полномочий должна нести ответственность за причинение вреда истцам, как собственник имущества, не обеспечивший его надлежащего содержания.

Судебная коллегия соглашается выводом суда о недоказанности стороной ответчика своей невиновности в причиненном истцам ущербе.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела. Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется.

Мотивы, по которым суд пришел к изложенным в решении выводам, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене постановленного судом решения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Краснозерского районного суда Новосибирской области от 19 ноября 2024 года оставить без изменения.

Апелляционную жалобу администрации Орехово-Логовского сельсовета Краснозерского района Новосибирской области оставить без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 01 июля 2025 года.

Подлинник апелляционного определения находится в гражданском деле N 2-86/2027 Краснозерского районного суда Новосибирской области (N 33-3820/2025 Новосибирского областного суда).