Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Мотиной И.И.,

судей Фрид Е.К., Якубовской Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия о включении в специальный стаж периодов работы и возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости

по кассационной жалобе истца А. на решение Целинного районного суда Республики Калмыкия от 29 апреля 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия от 23 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Фрид Е.К., выслушав мнение А., поддержавшего доводы кассационной жалобы, судебная коллегия

А. обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия (далее - ОСФР по Республике Калмыкия) о включении в страховой стаж периодов работы и возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости. В обоснование требований указал, что с 1 декабря 1997 года по настоящее время работает в должности водителя автомобиля пожарно-спасательной части государственной противопожарной службы - пожарной охраны. 14 ноября 2024 года он обратился в ОСФР по Республике Калмыкия с заявлением о назначении страховой пенсии по старости досрочно. Решением ОСФР по Республике Калмыкия N 40033/24 от 31 января 2025 года ему было отказано в назначении страховой пенсии по старости, в связи отсутствием требуемого стажа на соответствующих видах работ на дату обращения. В специальный стаж не были включены периоды его работы: с 13 апреля 1999 года по 12 апреля 2005 года - служба в Государственной противопожарной службе в должности водителя пожарной части N 7; с 13 апреля 2005 года по 31 октября 2007 года в качестве водителя Управления по делам ГО ЧС Целинного района Республики Калмыкия (в связи с работой в противопожарной службе субъекта Российской Федерации); с 1 ноября 2007 года по 31 декабря 2008 года в качестве водителя пожарной части N 7 Отряда государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Калмыкия. В обоснование отказа указано, что противопожарные службы, в которых работал истец, относились к субъекту Российской Федерации, а не к федеральному органу исполнительной власти.

Решением Целинного районного суда Республики Калмыкия от 29 апреля 2025 года исковые требования оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия от 23 июля 2025 года решение Целинного районного суда Республики Калмыкия от 29 апреля 2025 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе истец А. просит отменить судебные постановления, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, приводя в обоснование доводы искового заявления и выражая несогласие с выводами судов при их отклонении.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (4kas.sudrf.ru), в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения ввиду следующего.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, А. 14 ноября 2024 года обратился в ОСФР по Республике Калмыкия с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Решением ОСФР по Республике Калмыкия от 31 января 2025 года N 40033/24 А. отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в связи с отсутствием требуемого стажа на соответствующих видах работ. На дату обращения за назначением досрочной страховой пенсии стаж А. на соответствующих видах работ составил 16 лет 03 месяца 08 дней.

В стаж на соответствующих видах работ не включены следующие периоды:

- с 13 апреля 1999 года по 12 апреля 2005 года служба в Государственной противопожарной службе;

- с 13 апреля 2005 года по 31 октября 2007 года в качестве водителя Управления по делам ГО ЧС Целинного района Республики Калмыкия - субъекта Российской Федерации;

- с 1 ноября 2007 года по 31 декабря 2008 года в качестве водителя пожарной части N 7 Отряда государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Калмыкия

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с которым согласился Верховный суд Республики Калмыкия, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей", исходил из того, что правом на досрочную пенсию обладают лица, работавшие на должностях Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, то есть только сотрудники федеральной противопожарной службы. Сотрудники противопожарной службы субъектов Российской Федерации правом на назначение пенсии по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" не обладают. На момент обращения в пенсионный орган требуемой продолжительности стаж работы, дающей право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, являлся недостаточным.

Позиция кассатора об ошибочности выводов судов не основана на положениях норм материального права, в связи с чем, не может быть признана состоятельной.

Отношения, связанные с предоставлением страховой пенсии на основе обязательного пенсионного страхования, регулируются Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно пункту 18 части 1 статьи 30 которого страховая пенсия по старости назначается ранее достижения установленного возраста мужчинам и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали не менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

В соответствии с частью 7 статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" право на досрочное назначение пенсии по старости возникает у работников Государственной противопожарной службы, работающих на должностях, предусмотренных перечнем оперативных должностей Государственной противопожарной службы, утверждаемым Правительством Российской Федерации, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, пенсии по старости устанавливаются по достижении ими возраста 50 лет и при стаже работы в Государственной противопожарной службе не менее 25 лет.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 года N 437 утвержден Список должностей работников государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", согласно которого правом на досрочное назначение страховой пенсии по старости пользуется в числе прочих водитель (шофер) автомобиля (пожарного), а также пожарный (боец, респираторщик).

Таким образом, правом на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ обладают лица, достигшие возраста 50 лет, если они проработали не менее 25 лет на должностях Государственной противопожарной службы федерального органа исполнительной власти, в частности водителем автомобиля (пожарного) и пожарным.

Служба в органах внутренних дел является особым видом службы. Право на пенсию сотрудников органов внутренних дел реализуется по нормам Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей".

Для данной категории граждан предусмотрена такая мера государственной социальной защиты, как пенсия за выслугу лет, которая назначается при наличии соответствующей выслуги независимо от возраста военнослужащих, а финансирование пенсий осуществляется за счет средств федерального бюджета.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" период прохождения военной службы, а также другой приравненной к ней службы, предусмотренной Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1, засчитывается только в страховой стаж, а не в специальный стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости.

Ранее действовавшим пенсионным законодательством время службы в органах внутренних дел также засчитывалось только в общий стаж работы и не включалось в специальный стаж, что прямо вытекало из смысла статей 88 и 90 Закона Российской Федерации от 20 ноября 1990 года N 340-1 "О государственных пенсиях в Российской Федерации".

Действующим законодательством определен порядок сохранения пенсионных прав лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, в случае оставления ими службы до приобретения права на пенсию за выслугу лет, при этом установлено правило о включении периодов прохождения военной, а также другой приравненной к ней службы только в страховой стаж. Правовых норм относительно зачета периодов службы в стаж работы, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, действующее законодательство не содержит,

Этим положениям соответствовали и Указания Министерства социальной защиты населения Российской Федерации от 19 марта 1996 года N 1-2-У "О порядке применения пункта 9 статьи 1 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О пожарной безопасности", согласно пункту 2 которых в стаж работы в Государственной противопожарной службе Министерства внутренних дел Российской Федерации засчитывается время работы на должностях Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации (пожарной охраны Министерства внутренних дел, противопожарных и аварийно-спасательных служб Министерства внутренних дел), предусмотренных Перечнем оперативных должностей работников Государственной противопожарной службы Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденным приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 23 июня 1995 года N 241, за исключением времени, когда лицо занимало должности, предусмотренные Перечнем, и являлось при этом военнослужащим или относилось к рядовому или начальствующему составу органов внутренних дел (сотрудниками).

Из смысла приведенных правовых положений следует, что в случае, если лицо проходило службу в Государственной противопожарной службе и занимало должности, относящиеся к рядовому или начальствующему составу, то есть имело специальное звание, то периоды прохождения им службы могут быть учтены только для исчисления страхового стажа. Для указанных граждан предусмотрено право выхода на пенсию за выслугу лет в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1.

На основании Указа Президента Российской Федерации от 9 ноября 2001 года N 1309 "О совершенствовании государственного управления в области пожарной безопасности" государственная противопожарная служба Министерства внутренних дел Российской Федерации была преобразована в государственную противопожарную службу Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

Федеральным законом от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в Федеральный закон "О пожарной безопасности" были внесены изменения, вступившие в законную силу с 1 января 2005 года, в соответствии с которыми Государственная противопожарная служба стала подразделяться на федеральную противопожарную службу и противопожарную службу субъектов Российской Федерации, которая подлежала созданию органами государственной власти субъектов Российской Федерации в соответствии с законами субъектов Российской Федерации.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной противопожарной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 2005 года N 385, федеральная противопожарная служба Государственной противопожарной службы (далее - федеральная противопожарная служба) входит в систему Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России).

На федеральную противопожарную службу в лице Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ (статья 16), Положением о Министерстве Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 11 июля 2004 г. N 868 (пункт 8) и Положением о федеральной противопожарной службе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 2005 года N 385 (пункт 6), возлагаются профилактика, тушение пожаров и аварийно-спасательных работ на объектах, критически важных для национальной безопасности страны, других особо важных пожароопасных объектах, объектах федеральной собственности, особо ценных объектах культурного наследия населения народов РФ, при проведении мероприятий федерального уровня с массовым сосредоточением людей, в закрытых административно-территориальных образованиях, а также в особо важных и режимных организациях.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 5 февраля 2009 года N 552-0-0, досрочное назначение трудовой пенсии по старости сотрудникам федеральной противопожарной службы, как и предоставление им ранее пенсии за выслугу лет, связано с повышенным уровнем воздействия на них неблагоприятных факторов и направлено на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности до достижения общего пенсионного возраста. Деятельность сотрудников федеральной противопожарной службы имеет существенные отличия от деятельности сотрудников противопожарных служб субъектов Российской Федерации, которые обусловлены особыми условиями осуществления возложенных на них профессиональных обязанностей, сопряженными с более высокой степенью загруженности, а также сложности и интенсивности труда в процессе организации и осуществления тушения пожаров и проведения аварийно-спасательных работ по сравнению с подобными работами на объектах регионального значения.

Таким образом, в рамках пункта 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" правом на досрочную страховую пенсию по старости обладают лица, работавшие на должностях Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, то есть только сотрудники федеральной противопожарной службы.

Досрочная пенсия по старости устанавливается исключительно работникам государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Аналогичное право для работников Государственной противопожарной службы субъектов Российской Федерации данной нормой не установлено.

Тем самым досрочная страховая пенсия по старости работникам Государственной противопожарной службы субъектов Российской Федерации не может быть назначена в соответствии с пунктом 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", сотрудники противопожарной службы субъектов Российской Федерации правом на назначение досрочной страховой пенсии по старости по указанному основанию не обладают.

Как верно указали суды первой и апелляционной инстанций, с учетом положений действующего пенсионного законодательства, заявленных истцом требований и возражений ответчика, юридически значимыми обстоятельствами в данной случае будут являться: предусмотрена ли должность истца Списком N 437, имел ли истец специальное звание, то есть относилась ли его должность к рядовому и начальствующему составу Государственной противопожарной службы, а также, за счет какого бюджета осуществлялось финансирование Государственной противопожарной службы в спорные периоды работы А.

Судами исследована трудовая книжка истца, согласно записям в которой А. с 1 декабря 1997 года принят на должность пожарного ПЧ-7 ОГПС МВД Республики Калмыкия; с 30 апреля 1998 года уволен по ст. 33 п. 1 КЗоТ РФ в связи с сокращением штатов работников ПЧ-7; с 13 апреля 1999 года по 13 апреля 2005 года Управлением по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Целинного района Республики Калмыкия сделана запись о том, что непрерывный срок службы в Государственной противопожарной службе МЧС Республики Калмыкия составил 6 лет; с 13 апреля к 2005 года принят на должность водителя Управлениям по делам ГО и ЧС Целинного района Республики Калмыкия; с 31 октября 2007 года уволен в порядке перевода по пункту 5 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации; с 1 ноября 2007 года принят в порядке перевода, по пункту 5 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, на должность водителя Пожарной части N 7 отряда Государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Калмыкия.

Из справки ГУ МЧС России по Республике Калмыкия от 14 ноября 2024 года следует, что А. в период с 1 декабря 1997 года по 13 апреля 2005 года и с 13 апреля 2005 года и по настоящее время работает в Государственной противопожарной службе. В период с 13 апреля 1999 года по 13 апреля 2005 года проходил службу в Государственной противопожарной службе в должности водителя Пожарной части N 7 Пожарной охраны Республики Калмыкия.

Согласно справке ГУ МЧС России по Республике Калмыкия от 4 декабря 2024 года, уточняющей особый характер работы или условия труда, необходимые для назначения льготной пенсии, А. полный рабочий день работал: с 1 декабря 1997 года по 30 апреля 1998 года - 5 месяцев - в производстве ПЧ-7 ОГПС МВД Республики Калмыкия (пожарная часть N 7 Отдела Государственной противопожарной службы МВД Республики Калмыкия) в качестве пожарного; с 13 апреля 2005 года по 31 октября 2007 года - 02 года 11 месяцев 19 дней в производстве ПЧ-7 Управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Целинного района Республики Калмыкия (пожарной части N 7 Государственного учреждения "Управление по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Целинного района Республики Калмыкия") в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 1 ноября 2007 года по 31 декабря 2008 года - 04 года 01 месяц 20 дней в производстве ПЧ-7 Отряда ГПС МЧС России по Республике Калмыкия (пожарной части N 7 Отряда Государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Калмыкия) в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 1 января 2009 года 31 декабря 2009 года - 05 лет 01 месяц 21 день в производстве ПЧ-7 ЦУС ФПС по Республике Калмыкия (пожарной части N 7 Центра управления силами федеральной противопожарной службы по Республике Калмыкия) в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 1 января 2010 года по 31 декабря 2011 года - 07 лет 01 месяц 22 дня в производстве ПЧ-7 ЦУКС МЧС России по Республике Калмыкия (пожарной части N 7 Центра управления в кризисных ситуациях МЧС России по Республике Калмыкия) в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 1 января 2012 года по 31 декабря 2012 года - 08 лет 01 месяц 23 дня в производстве ПЧ-7 ФКУ "ЦУКС ГУ МЧС России по Республике Калмыкия" (пожарной части N 7 Федерального казенного учреждения "Центр управления в кризисных ситуациях Главного управления МЧС России по Республике Калмыкия") в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 1 января 2013 года по 31 марта 2016 года - 11 лет 04 месяца 24 дня в производстве ПЧ-7 ФГКУ "1 ОФПС по Республике Калмыкия" (пожарной части N 7 федерального государственного казенного учреждения "1 отряд федеральной противопожарной службы по Республике Калмыкия") в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 01 апреля 2016 г. по 31 декабря 2019 года - 15 лет 01 месяц 25 дней в производстве ПСЧ-7 ФГКУ "1 ОФПС по Республике Калмыкия" (пожарно-спасательной части N 7 федеральной противопожарной службы по Республике Калмыкия") в качестве водителя автомобиля (пожарного); с 01 января 2020 года по 29 ноября 2024 года - 20 лет 24 дня в производстве ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по РК (7 пожарно-спасательной части 1 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы Главного управления МЧС России по Республике Калмыкия) в качестве водителя автомобиля (пожарного).

По данным послужного списка А. в период с 13 апреля по 13 сентября 1999 года он являлся стажером по должности водителя пожарной части N 7 отдела Государственной противопожарной службы МВД Республики Калмыкия на основании контракта сроком на 3 года с испытательным сроком 6 месяца; с 13 сентября 1999 года по 1 января 2002 года работал в должности водителя пожарной части N 7 отдела Государственной противопожарной службы МВД Республики Калмыкия, с 1 января 2002 года по 1 января 2004 года - водителя пожарной части N 7 Управления Государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Калмыкия; с 1 января 2004 года по 1 июля 2004 года - водителя ПЧ-7 государственной противопожарной службы МЧС Республики Калмыкия с. Троицкое Целинного района Республики Калмыкия; с 1 июля 2004 года в связи с оргштатными мероприятиями - водителя Управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Целинного района.

23 сентября 1999 года А. присвоено специальное звание рядовой внутренней службы, 4 сентября 2000 года - младший сержант внутренней службы; 14 сентября 2001 года - сержант внутренней службы; 16 сентября 2003 года - старший сержант внутренней службы.

Таким образом, А., имея специальные звания, в оспариваемые периоды проходил службу в Государственной противопожарной службе на должностях рядового и младшего начальствующего состава.

Поскольку истец в период с 13 апреля 1999 года по 1 января 2002 года проходил службу в органах внутренних дел Республики Калмыкия на должностях рядового и младшего начальствующего состава, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что данный период не подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях". Указанный период службы истца подлежит исчислению при определении общего количества страхового стажа, а также может быть учтен в рамках государственного пенсионного обеспечения по нормам Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1.

Согласно ответу МЧС России по Республике Калмыкия от 21 апреля 2025 года N ИВ-221-1908 на запрос суда финансирование подразделений Государственной противопожарной службы Республики Калмыкия, в том числе ПЧ-7 Целинного района с 13 апреля 1999 года по 31 декабря 2008 года осуществлялось за счет средств республиканского бюджета, с 1 января 2009 года по настоящее время - за счет средств федерального бюджета.

Как верно указали суды, данное обстоятельство свидетельствует о том, что трудовую деятельность А. в указанные периоды проходил на должностях Государственной противопожарной службы субъекта Российской Федерации - Республики Калмыкия, финансирование подразделений Государственной противопожарной службы Республики Калмыкия в период с 13 апреля 1999 года по 31 декабря 2008 года осуществлялось за счет средств республиканского бюджета.

Поскольку пенсионным законодательством не предусмотрено включение в страховой стаж периодов работы в противопожарной службе субъекта Российской Федерации, суды обоснованно не усмотрели правовых оснований для включения периодов работы истца с 13 апреля 1999 года по 31 декабря 2008 года в страховой стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В связи с тем, что на дату обращения в пенсионный орган специальный страховой стаж А. составил менее 25 лет, также правомерным является вывод об отсутствии оснований для назначения ему досрочной страховой пенсии.

Доводы кассационной жалобы в своей совокупности не содержат оснований к отмене оспариваемых судебных постановлений, поскольку не опровергают выводов судов и не свидетельствуют о допущенной судебной ошибке с позиции правильного применения норм процессуального и материального права. Изложение заявителем своего представления о фактической стороне дела и толкования закона не является основанием для отмены судебных актов.

Выводы судов нижестоящих инстанций согласуются с установленными обстоятельствами дела, характером возникших правоотношений и примененными нормами материального права, регулирующих спор, с соблюдением положений процессуального закона.

Производство в суде кассационной инстанции предназначено для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений, установления правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судебными инстанциями в ходе предшествующего рассмотрения дела (статьи 379.6, 390.13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права определяется кассационным судом общей юрисдикции исходя из оснований для отмены или изменения судебных постановлений, установленных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункты 1, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 17 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции").

Таких нарушений норм права, дающих основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных постановлений, не имеется.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Целинного районного суда Республики Калмыкия от 29 апреля 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия от 23 июля 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированный текст кассационного определения изготовлен 23 декабря 2025 года.