Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Непопалова Г.Г.,

судей Киреевой Е.В. и Ереминой И.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу З. на решение Новошешминского районного суда Республики Татарстан от 8 августа 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 14 ноября 2024 г. по гражданскому делу N 2-172/2024 по иску З. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан о признании незаконным решения об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости, включении периодов работы в специальный стаж, досрочном назначения страховой пенсии по старости.

Заслушав доклад судьи Непопалова Г.Г., проверив материалы дела, судебная коллегия

З. обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику, мотивируя тем, что 22 декабря 2023 г. он подал в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан (далее по тексту - ОСФР по Республике Татарстан) заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее по тексту - Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Решением пенсионного органа от 25 декабря 2023 г. N 801380/23 истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по указанному выше основанию ввиду отсутствия требуемой продолжительности стажа работы на должностях Государственной противопожарной службы - 25 лет. Согласно расчету страхового стажа, произведенному ОСФР по Республике Татарстан, по состоянию на 21 декабря 2023 г. страховой стаж З., дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, составляет 11 лет 21 день и имеется требуемая величина индивидуального пенсионного коэффициента.

Вместе с тем, ответчиком не включен в стаж работы по специальности период с 19 февраля 1998 г. по 30 ноября 2012 г. прохождения службы в Государственной противопожарной службе МВД по Республике Татарстан:

- с 19 февраля 1998 г. по 18 мая 1998 г. - в качестве стажера по должности пожарного ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 19 мая 1998 г. по 14 июня 1998 г. - в качестве пожарного ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 15 июня 1998 г. по 31 августа 1998 г. - в качестве пожарного ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 1 сентября 1998 г. по 28 июля 1999 г. - в качестве старшего пожарного ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 29 июля 1999 г. по 31 декабря 2001 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 1 января 2002 г. по 31 декабря 2003 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан;

- с 1 января 2004 г. по 30 июня 2009 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан;

- с 1 июля 2009 г. по 31 декабря 2011 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ГУ "2 ОФПС по Республике Татарстан (договорной)";

- с 1 января 2012 г. по 30 ноября 2012 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ФКУ "2 ОФПС ГПС по Республике Татарстан (договорной)".

С указанным выше решением пенсионного органа истец не согласен, полагает его незаконным и необоснованным. Указывает, что то обстоятельство, что работодателем в качестве страхователя не сданы не соответствующие индивидуальные сведения, и соответственно не выполнены требования Федерального закона "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" и Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", само по себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение. Он имеет период работы в должностях пожарного и командира отделения, предусмотренных Списком должностей работников Государственной противопожарной службы, стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости по состоянию на 30 сентября 2023 г. - 25 лет 7 месяцев 12 дней на должностях Государственной противопожарной службы, а также достаточную величину ИПК (баллов) - не менее 30, соответственно вправе был обратиться за назначением досрочной страховой пенсии по старости, которая должна быть ему назначена с 22 января 2024 г.

С учетом изложенного, З. просил суд: признать решение ОСФР по Республике Татарстан от 25 декабря 2023 г. N 801380/23 незаконным; обязать пенсионный орган включить вышеуказанные периоды работы (службы) в специальный страховой стаж истца и назначить ему досрочную страховую пенсию по старости с 22 января 2024 г.; а также взыскать с ответчика в его пользу расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей и расходы по оплате юридической помощи в размере 10 150 рублей.

Решением Новошешминского районного суда Республики Татарстан от 8 августа 2024 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 14 ноября 2024 г., в удовлетворении исковых требований З. отказано.

В кассационной жалобе З. ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений как незаконных. Основаниями для отмены судебных актов истец указывает несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также нарушения норм материального и процессуального права, поскольку судами неверно определены юридически значимые обстоятельства по делу и не дана надлежащая оценка представленным доказательствам.

Участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просили.

В соответствии с частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных выше неявившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такого характера нарушений судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, 22 декабря 2023 г. З., <...> г. рождения, обратился в ОСФР по Республике Татарстан с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

Решением ОСФР по Республике Татарстан от 25 декабря 2023 г. N 801380/23 истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по указанному выше основанию ввиду отсутствия у него требуемой продолжительности стажа работы на должностях Государственной противопожарной службы (25 лет), по состоянию на 21 декабря 2023 г. продолжительность такого стажа составляет 11 лет 21 день.

При этом, в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, пенсионным органом не включен истцу период прохождения службы с 19 февраля 1998 г. по 30 ноября 2012 г., а именно:

- с 19 февраля 1998 г. по 18 мая 1998 г. - в качестве стажера по должности пожарного ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 19 мая 1998 г. по 14 июня 1998 г. - в качестве пожарного ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 15 июня 1998 г. по 31 августа 1998 г. - в качестве пожарного ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 1 сентября 1998 г. по 28 июля 1999 г. - в качестве старшего пожарного ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 29 июля 1999 г. по 31 декабря 2001 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан;

- с 1 января 2002 г. по 31 декабря 2003 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан;

- с 1 января 2004 г. по 30 июня 2009 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан;

- с 1 июля 2009 г. по 31 декабря 2011 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ГУ "2 ОФПС по Республике Татарстан (договорной)";

- с 1 января 2012 г. по 30 ноября 2012 г. - в качестве командира отделения ПЧ-77 ФКУ "2 ОФПС ГПС по Республике Татарстан (договорной)".

Полагая отказ ответчика в зачете указанных выше периодов службы в специальный стаж и в назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ незаконными, З. обратился в суд с настоящим иском.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что согласно послужному списку на имя З. (личный номер АР-992504) в указанные выше периоды истец имел специальные звания: рядовой внутренней службы (приказ N 153 ОГПС-2 МВД РТ от 19 мая 1998 г.); младший сержант внутренней службы (приказ N 172 от 1 июня 1999 г. ОГПС-2 МВД РТ); сержант внутренней службы (приказ N 144 от 1 июня 2000 г. ОГПС-2 МВД РТ); старший сержант внутренней службы (приказ N 214 от 1 июня 2021 г. ОГПС-2 МЧС РФ по РТ); старшина внутренней службы (приказ N 99 от 1 июня 2005 г. ОГПС-2 МЧС РТ); прапорщик внутренней службы (приказ N 44 от 1 марта 2006 г. ОГПС-2 МЧС РТ).

Согласно записи в личном деле З. уволен 30 ноября 2012 г. по сокращению штатов по пункту "е" статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом ФКУ 2ОФБС ПБС по РТ (договорной) от 20 ноября 2012 г. N 106-нс.

Таким образом, в указанные выше периоды З. являлся аттестованным сотрудником органа внутренних дел, относился к рядовому и (или) начальствующему составу органов внутренних дел.

Из представленной в материалы дела справки ФГБУ "2 отряд Федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы по Республике Татарстан (договорной)" от 12 февраля 2020 г. N 29 следует, что З. с 19 февраля 1998 г. по 30 ноября 2012 г. проходил службу в Государственной противопожарной службе, в период которой на него не распространялось обязательное пенсионное страхование, уволен со службы 30 ноября 2012 г.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 8, 12, 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, подпунктом "л" пункта 1 постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. N 665 "О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение", пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 г. N 437 "Об утверждении Списка должностей работников Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статьями 11, 13 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей" (далее по тексту - Закон Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1), регулирующими спорные правоотношения, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований З., поскольку в спорные периоды истец проходил службу в ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ГУ "2 ОФПС по Республике Татарстан (договорной)" и в ПЧ-77 ФКУ "2 ОФПС ГПС по Республике Татарстан (договорной)" в качестве аттестованного сотрудника, имел специальные звания (рядовой внутренней службы, младший сержант внутренней службы, сержант внутренней службы, старший сержант внутренней службы, старшина внутренней службы, прапорщик внутренней службы), в связи с чем оценка его пенсионных прав за данные периоды должна осуществляться в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1. Положения части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, так же как и положения ранее действовавшего пенсионного законодательства, не допускают возможности включения в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периодов прохождения военной службы, в том числе приравненной к ней службы в органах внутренних дел и в органах Государственной противопожарной службы МЧС России.

С приведенными выше выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции не усматривает оснований для отмены судебных постановлений по доводам кассационной жалобы, поскольку приведенные выше выводы судов предыдущих инстанций соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и обстоятельствам данного гражданского дела.

Приведенные в кассационной жалобе доводы проверены в полном объеме и признаются судебной коллегией суда кассационной инстанции необоснованными, так как своего правового и документального обоснования в материалах дела не нашли, выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергли.

Так, постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. N 665 "О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение" установлено, что для исчисления стажа на соответствующих видах работ по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ применяется Список должностей работников Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, пользующихся правом на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 г. N 437 (далее по тексту - Список от 18 июня 2002 г. N 437).

Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 18 июня 2002 г. N 437 установлено, что в стаж, с учетом которого досрочно назначается трудовая пенсия по старости, включаются периоды работы в должностях, предусмотренных Списком, утвержденным настоящим постановлением, когда Государственная противопожарная служба (пожарная охрана, противопожарные и аварийно-спасательные службы) Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий являлась Государственной противопожарной службой Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Указанным выше Списком от 18 июня 2002 г. N 437 предусмотрены, в том числе, должности: пожарный (боец, респираторщик); командиры отделения, пожарной части (команды), части пожарной охраны, отдельного поста, пожарного поезда; начальники караула пожарной части (команды), части пожарной охраны, пожарного поезда, дежурной смены (караула), дежурный помощник начальника пожарной части (команды).

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 9 ноября 2001 г. N 1309 "О совершенствовании государственного управления в области пожарной безопасности" Государственная противопожарная служба МВД России была преобразована в Государственную противопожарную службу МЧС России. Сотрудники указанной противопожарной службы имели право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Федеральным законом от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" были внесены изменения, вступившие в законную силу с 1 января 2005 г., в соответствии с которыми Государственная противопожарная служба стала подразделяться на федеральную противопожарную службу и противопожарную службу субъектов Российской Федерации, которая подлежала созданию органами государственной власти субъектов Российской Федерации в соответствии с законами субъектов Российской Федерации.

Согласно пункту 1 положения о Федеральной противопожарной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 2005 г. N 385, федеральная противопожарная служба Государственной противопожарной службы входит в систему Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

Согласно положениям Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (в редакции, действовавшей на 1 марта 2005 г.) Федеральная противопожарная служба включает в себя: структурные подразделения центрального аппарата федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности, осуществляющие управление и координацию деятельности федеральной противопожарной службы; структурные подразделения территориальных органов федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности, - региональных центров по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, органов, уполномоченных решать задачи гражданской обороны и задачи по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций по субъектам Российской Федерации; органы государственного пожарного надзора; пожарно-технические, научно-исследовательские и образовательные учреждения; подразделения федеральной противопожарной службы, созданные в целях обеспечения профилактики пожаров и (или) их тушения в организациях (объектовые подразделения); подразделения федеральной противопожарной службы, созданные в целях организации профилактики и тушения пожаров в закрытых административно-территориальных образованиях, а также в особо важных и режимных организациях (специальные и воинские подразделения).

Организационная структура, полномочия, задачи, функции, порядок деятельности федеральной противопожарной службы определяются положением о федеральной противопожарной службе, утверждаемым в установленном порядке.

Противопожарная служба субъектов Российской Федерации создается органами государственной власти субъектов Российской Федерации в соответствии с законодательством субъектов Российской Федерации (статья 5 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ).

Таким образом, с учетом приведенных нормативных положений, правом на досрочную страховую пенсию по старости по пункту 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ обладают лица, работавшие на должностях Государственной противопожарной службы (пожарной охраны, противопожарных и аварийно-спасательных служб) федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, то есть только сотрудники федеральной противопожарной службы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 5 февраля 2009 г. N 552-О-О, на федеральную противопожарную службу в лице Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий в соответствии с Федеральным законом "О пожарной безопасности" (статья 16), Положением о Министерстве Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 11 июля 2004 г. N 868 (пункт 8) и Положением о федеральной противопожарной службе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июня 2005 г. N 385 (пункт 6), возлагаются профилактика, тушение пожаров и аварийно-спасательные работы на объектах, критически важных для национальной безопасности страны, других особо важных пожароопасных объектах, объектах федеральной собственности, особо ценных объектах культурного наследия народов Российской Федерации, при проведении мероприятий федерального уровня с массовым сосредоточением людей, в закрытых административно-территориальных образованиях, а также в особо важных и режимных организациях.

На противопожарную службу субъектов Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом "О пожарной безопасности" (статья 18) и Федеральным законом от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" (статья 26.3) возлагается организация тушения пожаров в границах соответствующего субъекта Российской Федерации за исключением лесных пожаров, пожаров в закрытых административно-территориальных образованиях, на объектах, входящих в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень объектов, критически важных для национальной безопасности страны, других особо важных пожароопасных объектов, особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации, а также при проведении мероприятий федерального уровня с массовым сосредоточением людей.

Таким образом, деятельность сотрудников федеральной противопожарной службы имеет существенные отличия от деятельности сотрудников противопожарных служб субъектов Российской Федерации, которые обусловлены особыми условиями осуществления возложенных на них профессиональных обязанностей, сопряженными с более высокой степенью загруженности, а также сложности и интенсивности труда в процессе организации и осуществления тушения пожаров и проведения аварийно-спасательных работ по сравнению с подобными работами на объектах регионального значения.

Досрочное назначение трудовой пенсии по старости сотрудникам федеральной противопожарной службы, как и предоставление им ранее пенсии за выслугу лет, связано с повышенным уровнем воздействия на них неблагоприятных факторов и направлено на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности до достижения общего пенсионного возраста. Следовательно, предусмотренная действующим законодательством дифференциация в условиях реализации права на назначение трудовой пенсии по старости для сотрудников федеральной противопожарной службы и противопожарной службы субъектов Российской Федерации основана на объективных различиях в характере и содержании их профессиональной деятельности, обусловленных законодательно закрепленным разграничением функций, и не может, вопреки утверждению заявителя, расцениваться как нарушающая конституционные права граждан, занятых в противопожарных службах субъектов Российской Федерации.

В этой связи, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что суд первой инстанции, установив, что в спорные периоды истец проходил службу в ПЧ-27 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ОГПС-2 МВД по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ОГПС-2 МЧС по Республике Татарстан, в ПЧ-77 ГУ "2 ОФПС по Республике Татарстан (договорной)" и в ПЧ-77 ФКУ "2 ОФПС ГПС по Республике Татарстан (договорной)" в качестве аттестованного сотрудника, имел специальные звания (рядовой внутренней службы, младший сержант внутренней службы, сержант внутренней службы, старший сержант внутренней службы, старшина внутренней службы, прапорщик внутренней службы), а также, приняв во внимание, что в период прохождения службы с 1 января 2002 г. по 30 ноября 2012 г. действующим законодательством работникам противопожарной службы субъектов Российской Федерации не установлено право на досрочную страховую пенсию в соответствии с пунктом 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований З., с чем правомерно согласился суд апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований З. в полном объеме основаны на неверном, ошибочном толковании норм материального права, а потому не влекут отмену обжалуемых судебных постановлений. Более того, данные доводы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях, по существу направлены на иную оценку представленных в дело доказательств.

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов дела следует, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суды правильно установили обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовали представленные сторонами по делу доказательства, дали им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебных актах.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судами первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений и неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений, а также нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебных постановлений.

Иные доводы кассационной жалобы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования судов предыдущих инстанций, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в судебных постановлениях, по существу направлены на иную оценку представленных сторонами доказательств и иное толкование норм материального и процессуального права.

Кассационная инстанция при проверке законности судебных постановлений нижестоящих судов не вправе входить в обсуждение фактической стороны дела. Исследование и оценка представленных лицами, участвующими в деле, доказательств в подтверждение своих доводов и возражений, установление обстоятельств, на которых основаны изложенные в судебных постановлениях выводы, отнесены законом к исключительной компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Кассационная жалоба не содержит указаний на обстоятельства, которые не были учтены судами и не получили правовую оценку.

При таких данных судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы З.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Новошешминского районного суда Республики Татарстан от 8 августа 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 14 ноября 2024 г. оставить без изменения, кассационную жалобу З. - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 11 апреля 2025 г.