Судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Бегунова М.В.,

судей Краснова С.Б., Грибовой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Е.,

с участием:

прокурора Тишковой Т.С.,

осужденного Г. в режиме видеоконференц-связи,

его защитника - адвоката Рашитова И.И., в режиме видеоконференц-связи,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Белова А.Н. в интересах осужденного Г., кассационному представлению первого заместителя Приволжского транспортного прокурора Сидорова С.В. о пересмотре приговора Вахитовского районного суда г. Казани от 24 сентября 2024 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года в отношении Г.

Заслушав доклад судьи Бегунова М.В., изложившего обстоятельства дела и доводы кассационных жалобы и представления, выступление осужденного и защитника, поддержавших жалобу, не возражавших о прекращении производства по кассационному представлению, мнение прокурора, поддержавшей отказ прокурора от кассационного представления, просившей кассационную жалобу оставить без удовлетворения, судебная коллегия,

приговором Вахитовского районного суда г. Казани от 24 сентября 2024 года Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по п. "в" ч. 3 ст. 286 УК РФ (в ред. Федеральных законов от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ, от ДД.ММ.ГГГГ N 420-ФЗ) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права занимать должности на государственной службе, в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года 6 месяцев с возложением обязанностей не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за условно-осужденными, являться на регистрацию в указанный орган в дни, определенные уголовно-исполнительной инспекцией.

Мера пресечения Г. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Этим же приговором осужден ФИО29, который судебные решения не обжалует.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года приговор изменен.

Действия Г. переквалифицированы с п. "в" ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание определено считать условным с испытательным сроком 1 год.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на Г. возложены обязанности в период испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, периодически являться на регистрацию в указанный орган.

Г. от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 286 УК РФ, определено освободить на основании п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Действия ФИО29 переквалифицированы с п. "в" ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание определено считать условным с испытательным сроком 1 год.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО29 возложены обязанности в период испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, периодически являться на регистрацию в указанный орган.

ФИО29 от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 286 УК РФ, определено освободить на основании п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Приговором суда, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года Г. признан виновным в превышении должностных полномочий, то есть в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Вину в совершении инкриминируемого преступления Г. не признал.

В кассационной жалобе адвокат Белов А.Н., оспаривая законность и обоснованность принятых решений, просит их отменить, Г. оправдать, указывает, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а приговор основан на предположениях. Указывает что приговор в части описания преступного деяния является дословной копией обвинительного заключения, по существу судом не дана оценка доказательствам, в постановлениях о привлечении Г. в качестве обвиняемого приведена ссылка на несуществующую должностную инструкцию от 2017 года, где подписи должностных лиц не соответствуют реальным, как и указанные должности. При описании преступного деяния Г. в приговоре объединены диспозиции ст. 286 УК РФ и ст. 285 УК РФ, что прямо указывает на то, что судом не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, в том числе само событие преступления, включающее помимо времени и места совершения, способ его совершения, не указаны конкретные должностные полномочия, используя и, превышая которые, Г. совершил инкриминируемое ему преступление, тем самым нарушено его право на защиту. В нарушение ч. 2 ст. 73 УПК РФ не установлена виновность Г., мотивы совершения им преступления, описание в приговоре иной личной заинтересованности в улучшении показателей работы, объективного подтверждения в материалах уголовного дела не нашли. Подробно анализируя приведенные в приговоре доказательства, и давая им свою оценку, автор жалобы полагает, что суд, сделав вывод о том, что Г. превысил должностные полномочия путем дачи устного распоряжения ФИО29 о составлении протокола об административном правонарушении, предусмотренным ст. 20.20 КоАП РФ в отношении ФИО10, то есть фактически о незаконном привлечении последнего к административной ответственности, что привело к привлечению ФИО10 к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, не принял во внимание показания осужденного, не сопоставил с иными доказательствами, вместе с тем, Г. в своих показаниях настаивал на том, что ФИО11 находясь возле здания Казанского линейного управления МВД России на транспорте распивал спиртные напитки - пиво, на неоднократные замечания ФИО1 не реагировал, в связи с чем последний вызвал экипаж ППС, в который входил также и ФИО29 и в отношении ФИО10 ФИО29 был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ. Обращает внимание что из показаний ФИО28, ФИО31 установлено, что Г. с ними в какой-либо служебной зависимости не состоял, приказы отдавать не мог, сообщил им известные ему обстоятельства совершения ФИО10 административного правонарушения, что само по себе состава какого-либо преступления не образует, должностным лицом, ответственным за принятие решения о составлении административного протокола в отношении потерпевшего фактически являлся ФИО29 Указывает на противоречия в показаниях потерпевшего ФИО10, с учетом характеристики его личности, а именно привлечения к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 306 УК РФ, к административной ответственности по ст. 19.13 КоАП РФ, установленным фактом сообщения недостоверных сведений, полагает необходимым исключить его показания, в том числе в ходе очных ставок, из совокупности доказательств, как недопустимых. Считает, что направленность умысла Г. и ФИО29 на привлечение ФИО10 к уголовной ответственности материалами уголовного дела не подтверждается. Приводя показания эксперта ФИО12, свидетеля ФИО13 обращает внимание на противоречия по времени окончания осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, что повлекло необоснованное оправдание ФИО10 по ст. 314.1 УК РФ. Считает протокол допроса в качестве свидетеля ФИО28 от 28 октября 2022 года не допустимым доказательством, так как в нем не был указан присутствующий при проведении следственного действия сотрудник ФСБ. Указывает о нарушении порядка предоставления материалов оперативно-розыскной деятельности, содержащих заведомо ложные сведения, в связи с чем они не могут использоваться в доказывании по уголовным делам, быть признаны доказательствами и положены в основу обвинения и приговора. Приводя собственную оценку показаний свидетелей ФИО14, ФИО12, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, считает, что доказательств виновности Г. в совершении инкриминируемого ему преступления не получено, судебное следствие проведено с процессуальными нарушениями, в том числе при составлении протоколов судебного заседания, с обвинительным уклоном. Настаивает на незаконном оправдании ФИО10 по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ. Просит судебные решения в отношении Г. отменить, последнего оправдать.

В возражениях на кассационную жалобу старший помощник Приволжского транспортного прокурора Щетинин Г.В., считая приговор законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения.

Проверив материалы дела, и обсудив доводы, содержащиеся в жалобе и кассационном представлении, судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, то есть круг оснований для вмешательства в судебные решения в кассационном порядке в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску.

Таких оснований по делу не установлено.

Содержание доводов стороны защиты о недоказанности и необоснованности осуждения по факту превышения ФИО1 должностных полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, по существу повторяют их процессуальную позицию в судебном заседании апелляционной инстанции, где стороной защиты были также оспорены обстоятельства совершенного преступления и выдвинута версия об отсутствии признаков состава должностного преступления, о недопустимости доказательств и односторонней и необъективной оценке исследованных судом доказательств. Вопреки утверждениям, содержащимся в представленной жалобе, указанная позиция была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судебными инстанциями и отвергнута как несостоятельная с приведением аргументов, опровергающих доводы стороны защиты с изложением достаточных выводов относительно предмета проверки уголовного дела судом апелляционной инстанции в контексте существенности допущенных нарушений уголовного и уголовно-процессуальных законов. Все иные доводы, содержащиеся в апелляционной и продублированные в кассационной жалобе стороны защиты, поддержанные адвокатом в судебном заседании суда кассационной инстанции не могут быть отнесены к категории обстоятельств, влекущих формирование правовых оснований для отмены или изменения состоявшихся судебных решений на данной стадии процесса.

Проверяя законность принятых судебных решений в кассационной инстанции, судебная коллегия исходит из того, что в ходе судебного разбирательства по первой инстанции, выслушав осужденного, изложившего свое мнение относительно действий, входящих в его полномочия по осуществлению оперативно-розыскной деятельности и выявлению лиц подозреваемых в совершении преступлений и административных правонарушений, исследовав обстоятельства, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, подлежащие доказыванию, указал мотивы, по которым принял одни доказательства, в частности, показания подсудимого ФИО29, потерпевшего ФИО10, свидетелей ФИО14, ФИО12, ФИО13, ФИО23, ФИО28, ФИО24, ФИО25, ФИО26 и иных, данные ими в судебном заседании, документы, подтверждающие должностные обязанности ФИО1, приговор Вахитовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО10, протоколы осмотра места происшествия, осмотра предметов, выемок, в том числе административного материала в отношении ФИО10 по ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ и указал причины, по которым отверг другие. В приговоре подробно изложены доказательства, подтверждающие вину осужденного, совокупность которых суд первой инстанции обоснованно счел достаточной.

Так судом установлено, что Г., будучи назначенным на должность оперуполномоченного отделения по раскрытию имущественных преступлений отдела уголовного розыска Казанского линейного управления МВД России на транспорте, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, а именно: в нарушение требований, предусмотренных статьями 45, 46, 52, 53 Конституции Российской Федерации, статьями 12, 13 ФЗ от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции", статьями 12, 13 ФЗ от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", пунктами 2.1, 2.3, 2.5 должностной инструкции сообщил в дежурную часть Линейного управления на транспорте о необходимости прибытия к зданию Казанского линейного управления МВД России на транспорте экипажа патрульно-постовой службы для составления административного протокола в отношении ФИО10 по ч. 1 ст. 20.21 КоАП РФ, которого тот в действительно не совершал. После прибытия экипажа в составе, в том числе, ФИО29 Г., совершая действия явно выходящие за пределы его полномочий, сообщил ему о якобы совершенном ФИО10 правонарушении и дал указание составить протокол об административном правонарушении в отношении ФИО10 ФИО29, будучи полицейским патрульно-постовой службы, то есть должностным лицом, составил протокол об административном правонарушении в отношении ФИО10, на основании которого ФИО10 было назначено наказание в виде штрафа, что в последующем повлекло его привлечение к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ что расценивается как существенное нарушение охраняемых законом прав и интересов как ФИО10, так и охраняемых законом интересов общества и государства, выразившихся в дискредитации органов МВД России, подрыве авторитета правоохранительных органов и доверия граждан к государству, обязанному в соответствии с Конституцией РФ обеспечить защиту указанных прав граждан.

Утверждение автора жалобы об отсутствии в действиях Г. признаков превышения должностных полномочий опровергаются совокупностью приведенных в приговоре и надлежаще исследованных судом доказательств: показаниями осужденного ФИО29 о том, что ДД.ММ.ГГГГ он по указанию из дежурной части Казанского линейного управления МВД России на транспорте вместе с ФИО28 прибыл к зданию пригородного автовокзала, где Г. дал ему указание составить административный протокол в отношении ФИО10 за распитие спиртных напитков в общественном месте. Сам он данного факта не наблюдал. Затем, в кабинете Г., под диктовку последнего он составил протокол об административном правонарушении в отношении ФИО10, у понятых сотрудников охранного предприятия здания пригородного вокзала формально отобрали объяснения, после чего административный материал передали в ИАЗ Управления; потерпевшего ФИО10 о том, что он на привокзальной площади в присутствии Г. спиртные напитки не употреблял; свидетелей ФИО14, ФИО12, ФИО13, ФИО25 о том, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО10 в числе иных предметов банка с пивом не изымалась; оглашенными показаниями свидетеля ФИО28, аналогичными показаниям осужденного ФИО29; свидетеля ФИО24 - понятого, об участие при составлении административного протокола в отношении ФИО10 за распитие со слов сотрудников полиции спиртных напитков. Сам он факта распития не наблюдал, банку с пивом не видел; свидетеля ФИО27 о том, что ФИО28 показания давал самостоятельно, добровольно без какого-либо давления и иными, приведенными в приговоре доказательствами.

Позиция осужденного и его защитника о правомерности действий Г. и отсутствии в его действиях явного превышения пределов полномочий, основана не на чем ином как на собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Судом обоснованно установлено и отражено в приговоре с учетом совокупности собранных доказательств, что Г., обладая властными и организационно-распорядительными полномочиями, дав указание ФИО29 о составлении протокола об административном правонарушении в отношении ФИО10, явно превысил свои полномочия, которые существенно нарушили права и законные интересы гражданина ФИО10, выразившиеся в незаконном привлечении последнего к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.20 КоАП РФ, незаконном уголовном преследовании по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, за преступление, которого он не совершал и охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в дискредитации органов МВД России, подрыве авторитета правоохранительных органов и доверия граждан к государству, обязанному в соответствии с Конституцией РФ обеспечить защиту указанных прав граждан.

Проверенные судебными инстанциями доказательства опровергают доводы осужденного и его защитника о наличии сомнений и противоречий в представленных доказательствах, о не исследовании выдвинутых ими суждений относительно отсутствия состава инкриминируемого преступления. Выводы об этом подробно приведены в состоявшихся судебных решениях, с чем соглашается и судебная коллегия, не усматривающая необходимости в их повторном изложении, поскольку доводы об обратном, ничем не отличаются от ранее заявленных.

Не содержится каких-либо убедительных аргументов в кассационной жалобе стороны защиты, позволяющие усомниться в допустимости названных доказательств, а также усомниться относительно процедуры и результатов следственных действий, надлежащая оценка и анализ которых содержится в судебных решениях.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства, вопреки доводам кассационной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований подвергать сомнению выводы суда о квалификации действий осужденного, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену приговора, не установлено.

При назначении наказания осужденному, следует отметить, что судом учтены обстоятельства совершенного преступления, степень общественной опасности содеянного, характеризующие данные о личности, а также наличие всех смягчающих обстоятельств, назначенное наказание соответствует целям, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Решение суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ мотивированно, оснований не согласиться с ним, не имеется.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд проверил законность, обоснованность, справедливость приговора, изложенные в апелляционной жалобе доводы, в том числе аналогичные приведенным защитником в кассационной жалобе, тщательно исследованы судом апелляционной инстанции и получили надлежащую оценку с указанием мотивов их несостоятельности, не соглашаться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется. Выводы суда по существу поставленных в апелляционных жалобах вопросов мотивированы в апелляционном определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года, уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 389.13 УПК РФ, по результатам которого внесено обоснованное изменение.

Таким образом, придя к верному выводу о необходимости квалифицировать действия Г. по ч. 1 ст. 286 УК РФ, суд апелляционной инстанции назначив наказание в виде лишения свободы с испытательным сроком, в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 78 УК РФ освободил Г. от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Каких-либо обстоятельств, которые в соответствии с законом могли бы служить основанием для назначения Г. дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Доводы кассационной жалобы о незаконном оправдании ФИО10 по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ и допущенных нарушениях судебными инстанциями при составлении протоколов судебного заседания не могут быть признаны обоснованными, поскольку согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а замечания, принесенные на протокол судебного заседания, рассмотрены судьей в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ, по ним вынесены мотивированные решения, не согласиться с которым оснований не имеется.

Поскольку в жалобе не содержится иных доводов и судебной коллегией при кассационном рассмотрении дела не установлено других обстоятельств, которые свидетельствовали бы о незаконности приговора и вызывали сомнения в правильности выводов суда первой и апелляционной инстанции о доказанности преступления, причастности к нему осужденного, его вины, законности и справедливости вида и срока назначенного ему наказания, судебные решения, принятые по данному уголовному делу отмене и изменению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.13, 401.14 УПК РФ, судебная коллегия

приговор Вахитовского районного суда г. Казани от 24 сентября 2024 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 6 декабря 2024 года в отношении Г., оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Белова А.Н. в интересах осужденного Г., без удовлетворения.

Определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ.