Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной,

судей Вигдорчика Д.Г., Шведко О.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Автушенко Ирины Петровны

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2025 по делу N А40-211770/23

о признании договор дарения земельного участка с кадастровым номером 50:15:0080605:255 и находящегося на нем, жилого дома с кадастровым номером 50:15:0080605:630, заключенный 06.05.2021 между Автушенко Ириной Петровной и Автушенко Андреем Николаевичем недействительным, применении последствия недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Автушенко Ирины Петровны,

при участии в судебном заседании:

согласно протоколу судебного заседания.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.12.2023 в отношении Автушенко Ирины Петровны введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден Папазян Юрий Карапетович, о чем опубликованы сведения в газете "Коммерсантъ" N 240(7685) от 23.12.2023.

В Арбитражный суд города Москвы 25.04.2024 поступило заявление финансового управляющего Папазян Ю.К. о признании договора дарения земельного участка с кадастровым номером 50:15:0080605:255 и находящегося на нем, жилого дома с кадастровым номером 50:15:0080605:630, заключенный 06.05.2021 г. между Автушенко Ириной Петровной и Автушенко Андреем Николаевичем, недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2025 года договор дарения земельного участка с кадастровым номером 50:15:0080605:255 и находящегося на нем, жилого дома с кадастровым номером 50:15:0080605:630, заключенный 06.05.2021 между Автушенко Ириной Петровной и Автушенко Андреем Николаевичем признан недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Не согласившись с вынесенным определением, должник обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

От финансового управляющего должника поступили письменные пояснения, в приобщении которых к материалам дела отказано ввиду отсутствия доказательств заблаговременного направления в адрес иных лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представитель должника поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Финансовый управляющий должника, кредитор Мурадян С.Н. возражали на доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что не имеются оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что согласно выписке из ЕГРН N КУВИ-001/2024-84869202 от 28.03.2024 в период с 25.09.2020 по 26.03.2024 Автушенко И.П. приобрела в собственность земельный участок, площадью 701 кв. м, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, на основании договора купли-продажи (купчая) земельного участка от 27.10.2010.

17.03.2021 должник возвел жилой дом, общей площадью 159,8 кв. м, о чем в ЕГРН была внесена запись регистрации N 50:15:0080605:630-50/110/2021-1.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости N КУВИ-001/2024-100340534 от 10.04.2024, 06.05.2021 должник передал в дар (безвозмездно) в собственность Автушенко Андрею Николаевичу, земельный участок по адресу обл. Московская, р-н Балашихинский, д. Русавкино-Романово, массив застройки "Вьюнка", участок 319-1 (кадастровый номер земельного участка: 50:15:0080605:255).

Согласно выписке из ЕГРН N КУВИ-001/2024-115365176 от 24.04.2024, выписке из ЕГРН 24.04.2024 N КУВИ-0012024-115379564, на подаренном земельном участке числится объект недвижимости с КН N 50:15:0080605:630 (жилой дом, площадью 159,8 кв. м по уточненному адресу: обл. Московская, р-н Балашихинский, д. Русавкино-Романово, ул. Граничная, 20), который также был подарен Автушенко Андрею Николаевичу на основании договора дарения от 06.05.2021 (далее по тексту - Договор).

Как установлено судом первой инстанции, заявление о признании гражданина банкротом принято к производству 25.09.2023, регистрация права собственности произведена 06.05.2021, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности сделок, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы относительно даты заключения спорного договора дарения признаются несостоятельными.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843 и определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721(4), при оспаривании сделки по отчуждению недвижимого имущества, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом предпочтительности, является момент государственной регистрации.

Финансовый управляющий полагает, что оспариваемая сделка является недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, принимая во внимание безвозмездный характер договора дарения, в пользу заинтересованного лица при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Учитывая безвозмездный характер договора дарения, совершения его в пользу заинтересованного лица (сына должника) при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредитом перед Мурадяном Севаком Нориковичем, суд первой инстанции пришел к выводу о совершении оспариваемой сделки с целью уклонения от исполнения обязательств посредством уменьшения имущества должника, с целью лишения кредиторов возможности обращения взыскания па имущество, без какой-либо имущественной выгоды для должника, и признании сделки недействительной по ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Правилами части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве) определено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными названным Федеральным законом.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статья 61.1 Закона о банкротстве).

Право финансового управляющего на подачу заявлений о признании сделок должника недействительными установлено пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Ввиду того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, стоимость и размер имущества, на которое кредиторы могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился.

При этом, из материалов дела следует, что на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором.

Судом первой инстанции установлено, что должником причинен вред кредитору Мурадяну С.Н. при следующих обстоятельствах.

Мурадян С.Н. арендовал нежилое помещение общей площадью 240 кв. м. В арендуемом помещении у заявителя располагалась грузовая техника, запчасти для ремонта техники и другое имущество. Другая часть здания, расположенная на этой же территории, арендована индивидуальным предпринимателем Автушенко И.П.

12 апреля 2021 года на указанной территории произошел пожар, в результате которого полностью уничтожено имущество, принадлежащее истцу на праве собственности.

Вина Автушенко И.П. в возникновении пожара установлена 22 апреля 2021 года следующими актами уполномоченных органов: протоколом об административном нарушении требований в области пожарной безопасности от 22 апреля 2021 года N 54, постановлением о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ч. 6 ст. 20.4 КоАП РФ.

Должник свою вину признал, постановление не оспаривал.

13.05.2022 г. по делу N 2-366/22 Кузьминского районного суда города Москвы, суд решил взыскать с Автушенко И.П. в пользу Мурадяна С.Н. в счет возмещения ущерба 7 313 100 руб., расходы на оплату услуг эксперта в размере 33 950 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб., а также расходы на оплату госпошлины в размере 50 688 руб. 81 коп.

Доводы апелляционной жалобы об обратном, несостоятельны.

Исходя из положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника. (Определение ВС РФ от 30.08.2021 г. N 305-ЭС19-13080 (2,3).

Таким образом, позиция должника о том, что ее обязательства возникли, только лишь после вынесения решения Кузьминского районного суда города Москвы по делу N 2-366/22 является необоснованной.

При этом, на дату 22.04.2021 г. за Автушенко И.П. числилось следующее имущество:

Земельный участок по адресу: обл. Московская, р-н Балашихинский, д. Русавкино-Романово, массив застройки "Вьюнка", участок 319-1 (КН: 50:15:0080605:255) и находящийся на нем, жилой дом по адресу: обл. Московская, р-н Балашихинский, д. Русавкино-Романово, ул. Граничная, 20 (КН: 50:15:0080605:630);

Автомобиль НИССАН ИКС-ТРЕЙЛ гос. регистрационный знак: А348ВА750; VIN Z8NTANT32ES008317.

После дарения спорного имущества, и оформления купли-продажи транспортного средства тому же лицу, у должника осталось квартира, находящаяся по адресу: г. Москва, ул. Покровская, д. 21, кв. 14, являющаяся единственным жильем, на что в соответствии со ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание.

Об этом обстоятельстве Автушенко И.П. не могла не знать.

На момент совершения сделок, вина должника была установлена, в настоящее время обязательство в размере 7 437 738,81 руб. перед Мурадяном Севаком Нориковичем не исполнено, и в результате совершения должником 06.05.2021 г. сделки дарения Автушенко Андрею Николаевичу Земельного участка (КН: 50:15:0080605:255) и находящегося на нем, жилого дома ((КН: 50:15:0080605:630) (далее по тексту - Спорное имущество) должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

Доводы должника о том, что она была платежеспособен на момент совершения сделки, так и после нее, осуществляла предпринимательскую деятельность с применением патентной системы налогообложения, не обоснованны в связи с прекращением деятельности в качестве индивидуального предпринимателя 04.05.2023 и отсутствием соответствующей прибыли и доходов.

Доводы должника о подтверждении получения денежных средств в размере 13 076 475,70 рублей в 2020 году, 29892667,25 рублей в 2021 году подлежат отклонению апелляционным судом, так как не имеют правового значения. Имущество безвозмездно отчуждено должником в пользу аффилированного лица при наличии обязательств должника по возмещению причиненного вреда перед Мураядном С.Н.

Представленные должником доводы в части ведения предпринимательской деятельности после совершения сделки, вплоть до вынесения Кузьминским районным судом решения о взыскании с должника долга, не имеет правового смысла, так как, в случае признания сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве суду необходимо установить совокупность условий для признания сделки таковой на момент его совершения.

Судом первой инстанции также правомерно учтено, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4).

Отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества безвозмездно в пользу другого лица, при наличии задолженности по обязательствам, по существу, направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в его действиях признаков злоупотребления правом.

Кроме того, как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Судом первой инстанции также установлено, в рассматриваемом случае дарение совершено между заинтересованным лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, что участвующими в деле лицами не оспаривается, поскольку, договор дарения заключен с Автушенко Андреем Николаевичем, являющийся сыном должника.

Данный факт презюмирует осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника, о совершении сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Совершение безвозмездных сделок родственниками в целях выведения имущества из-под взыскания по долгам перед сторонними лицами попадает под признаки нарушения пределов осуществления гражданских прав и влечет соответствующие последствия.

Поскольку, как было указано ранее, согласно п. 2 ст. 572 ГК РФ договор дарения не предполагает встречного предоставления со стороны одаряемого, в то время как по смыслу положений ст. 2, ст. ст. 213.24 - 213.27 Закона о банкротстве, целью процедуры реализации имущества Должника является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет имущества Должника, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в результате заключения оспариваемого договора дарения из собственности Должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, на которое в последующем возможно было обратить взыскание, при наличии у должника неисполненных обязательств перед третьими лицами.

Вышеизложенное подтверждает факт совершения оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в то время как критерием добросовестности в настоящем обособленном споре является наличие самих обязательств, срок исполнения по которым наступил.

Кроме того, вывод из конкурсной массы имущества, денежные средства от реализации которого могли бы в последующем быть направлены на удовлетворение требований кредиторов, является подтверждением недобросовестности поведения сторон и, вместе с тем, доказательством совершения оспариваемого договора должником с намерением реализации противоправных интересов.

С учетом имеющихся в деле доказательств, злоупотребление правом усматривается как в действиях должника, так и контрагента по сделке - ответчика, поскольку следует из безвозмездного приобретения имущества у должника при наличии у него задолженности перед кредиторами, что нельзя признать разумным.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии у оспариваемой сделки признаков подозрительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, совершение сделки в отсутствие встречного предоставления и причинения тем самым вреда имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов. Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным кредитором, должником, финансовым управляющим в рассматриваемом случае не приведены.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителями наличия необходимой совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с положениями статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Неверная дополнительная квалификация сделки не привела к принятию неправильного судебного акта.

Ссылки должника на необходимость применения исполнительского иммунитета также рассмотрены судом первой инстанции и правомерно отклонены по причине целесообразности его определения по итогам формирования конкурсной массы с учетом установленного судом в процедуре банкротства отчуждения должником трех объектов недвижимости.

Доводы о том, что указанный жилой дом является единственным жильем для сына должника подлежат отклонению, поскольку документально не подтверждены в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ.

При этом, апелляционный суд установил, что на дату выдачи доверенности Автушенко А.Н. на представителя должник имеет место регистрации по другому адресу (л.д. 62, том 1).

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2025 по делу N А40-211770/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Автушенко Ирины Петровны - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.