Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 июля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Коньшиной С.В.,

судей Маркеевой О.Н., Семенова В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хасаншиной Э.Г.

при участии в судебном заседании:

от истца по первоначальному иску: Курбанова Т.А. - доверенность от 01 апреля 2024 года, диплом, паспорт;

от ответчика по первоначальному иску: Журенков А.Л. - доверенность от 04 июля 2025 года, удостоверение адвоката;

иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, в судебное заседание не явились,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика по первоначальному иску, общества с ограниченной ответственностью "Промышленно - логистический комплекс",

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 февраля 2026 года по делу N А60-42402/2024

по первоначальному иску общество с ограниченной ответственностью компания "Промэнерго" (ИНН 6674316354, ОГРН 1086674030387)

к обществу с ограниченной ответственностью "Промышленно - логистический комплекс" (ИНН 6604017689, ОГРН 1069604008891)

о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью "Промышленно - логистический комплекс" (ИНН 6604017689, ОГРН

1069604008891)

к обществу с ограниченной ответственностью компания "Промэнерго" (ИНН 6674316354, ОГРН 1086674030387)

о взыскании ущерба, причиненного пожаром,

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "Мебель-комфорт" (ИНН 6672324286, ОГРН 1106672017286),

Общество с ограниченной ответственностью Компания "Промэнерго" (далее ООО Компания "Промэнерго", истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Промышленно - логистический комплекс" (далее ООО "ПЛК", ответчик):

- о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в одноэтажном складе, расположенном по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ул. поселок Ленинский, 35, корпус 11, в размере 1 261 700 руб.;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами согласно статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в размере 12 479,11 руб.

ООО "ПЛК" обратилось в Арбитражный суд Свердловской области к ООО Компания "Промэнерго" со встречным иском:

- о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в одноэтажном складе, расположенном по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ул. поселок Ленинский, 35, корпус 11 в размере 3 541 567,74 руб.;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами согласно статье 395 ГК РФ, исчисленных на сумму причиненных убытков в размере 3 598 877,42 руб. с момента вступления решения суда в законную силу по день фактической уплаты, исходя из ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью "Мебель-комфорт" (далее ООО "Мебель-комфорт") (определение от 12 августа 2024 года).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19 февраля 2026 года первоначальный иск удовлетворен частично. С ООО "ПЛК" в пользу ООО Компания "Промэнерго" взысканы убытки в размере 1 261 700 руб. В остальной части в иске отказано. В удовлетворении встречного иска отказано полностью.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2026 года (после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения) по ходатайству ООО Компания "Промэнерго" приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства ООО "ПЛК", находящиеся на банковских счетах (в том числе денежные средства, которые будут поступать на банковский счет), в пределах суммы 1 405 989,68 руб.

Ответчик, ООО "ПЛК", не согласившись с решением суда, обжаловал его в апелляционном порядке. По мнению заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции незаконно и необоснованно признал заключение экспертов ЧСЭУ "Константа Плюс" Моисеева В.В. и Соболева Г.П. в качестве допустимого доказательства по делу. Проведенная по делу экспертиза является неполной, недостоверной, ненаучной и необъективной, что исключает ее использование в качестве доказательства по делу. Заключение экспертов противоречит первичному доказательству по делу - протоколу осмотра места происшествия, из которого прямо следует, что наибольшие повреждения имеются в южной части помещения, в месте расположения бытового помещения, где наблюдается полное уничтожение помещения, в то время как в помещении насосной установлено неполное сгорание горючих материалов. На имеющихся в деле фотографиях видно, что на стенах и потолке насосной имеются следы не полностью сгоревшей краски, трубы ПНД в насосной целые (температура плавления 130 градусов), синяя изоляция на насосах обгорела не полностью. И при этом для очага пожара "свойственно горение более длительное время и при более высоких температурах". Изложенное с очевидностью свидетельствует о том, что очаг пожара был именно в бытовом помещении, что и установили сотрудники Испытательной пожарной лаборатории МЧС РФ. Эксперт Соболев Г.А. констатирует то обстоятельство (л.д. 28), что в материалах дела отсутствует схема электроснабжения поврежденного складского помещения. При этом при допросе эксперт Соболев Г.А. указывает, что пожар в бытовом помещении возник по изоляции, заходящей в бытовое помещение из помещения насосной, что прямо противоречит исходным данным. Вывод эксперта Соболева Г.А. о том, что причиной пожара является большое переходное сопротивление (далее БПС), противоречит обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. Признаков БПС на четырех длинных проводах, обведенных экспертом в заключении, на одном из которых имеется медное соединение, нет. Эксперт Соболев Г.А. делал вывод о БПС на основании ложно сформулированных исходных данных, а именно: оплавленные алюминиевые жилы (обведенные экспертом квадратом) не имели совершенно никакого отношения к длинным четырем силовым проводам, на одном из которых было медное соединение, что подтвердил сам эксперт в ходе допроса. Вывод о БПС сделан на основе оплавленных алюминиевых жил, которые неизвестным образом появились в помещении насосной спустя несколько дней после пожара. Фотографии, представленные в материалы дела, были сделаны непроцессуальным путем, спустя определенный промежуток времени после пожара работником ООО Компания "Промэнерго" в отсутствие сотрудников МЧС и ООО "ПЛК", на что обращалось внимание представителем ООО "ПЛК" при приобщении указанных фотографий к материалам дела. Эксперт делает необоснованный вывод о наличии напряжения в помещении насосной на основе выводов экспертов о коротком замыкании, следы которого были на изъятых в ходе осмотра места происшествия проводах. Однако из протокола осмотра места происшествия следует, что "при детальном осмотре насосной станции установлено, что утепляющий материал и оборудование насосов обгорели и оплавились. На поверхности стен, пола, потолка наблюдается отложение дисперсионных частиц, образовавшихся в результате неполного сгорания горючих материалов". Из фотографий (файл 20240308_025646, файл 20240308_040135) видно, что потолок и стены в помещении насосной после пожара не обрушились и остались целые. Более того, материал стен и потолка обгорел не полностью. Это свидетельствует о том, что помещение насосной осталось целым, а эксперт основывался на исходно ложных исходных данных о том, что потолок насосной провалился. Таким образом, выводы эксперта основаны на ложно сформулированных исходных данных, что делает его выводы недостоверными, ненаучными и необоснованными.

Эксперт не учитывает, что напряжения в помещении насосной не было, что подтверждается показаниями Ванцова Е.В., отраженными в постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Эксперт делает вывод о БПС, которое возникло на нулевом проводе, что исключено, и сам эксперт это подтвердил. Экспертом не установлен сам факт скрутки проводов. Сами эксперты отмечают, что выводы о БПС можно сделать только при исследовании оплавленных проводников инструментальным способом, однако этого сделать невозможно, так как провода обгорели.

Выводы экспертов, данные в судебном заседании, о механизме развития БПС, противоречат друг другу. Эксперт не описывает и не приводит на фото следы развития БПС. По факту этих следов и нет. У трех длинных жил на фото оплавились лишь концы - они были в автомате, были не скручены и контакта с медью не имели. Четвертая жила осталась даже не расплавленной, следы расплавленной меди на конце алюминиевого провода отсутствуют, как и следы черной оксидной корки. При этом эксперт в заключении даже не приводит признаки БПС. Эксперт Моисеев В.В., являющийся специалистом по металлам, прямо указал, что в месте скрутки должно быть оплавление. В данном же случае на фотографиях не видно ни следов скрутки, ни следов оплавления алюминия и меди в данных местах, что свидетельствует о недостоверности и ненаучности выводов экспертов.

Таким образом, суд не принял во внимание, что БПС в данном случае не может рассматриваться в качестве причины пожара по следующим причинам: кусок оплавленных алюминиевых жил (обведенный экспертом прямоугольником) на полу насосной и 4 длинных провода, идущие к насосу, на основании которых делается вывод о БПС, не взаимосвязаны между собой, это подтвердил эксперт; исследуемый экспертом кусок оплавленных алюминиевых жил на полу насосной отсутствовал там после пожара (на видео его нет), откуда он появился - неизвестно; эксперт незаконно и необоснованно делает вывод о БПС, основываясь исключительно на фотографии, что недопустимо, так как в таких случаях требуется проведение инструментального исследования; эксперт ложно считал, что исследуемые с места происшествия проводники были изъяты из помещения насосной (они были изъяты при расчистке слоя пожарного мусора слева от антресоли); эксперт ложно считал, что крыша насосной в результате пожара обвалилась (она осталась целой); эксперт не учел, что напряжения в помещении насосной не было; эксперт делает вывод о БПС, которое возникло на нулевом проводе, что исключено и сам эксперт это подтвердил; экспертом не установлен сам факт скрутки проводов; выводы экспертов, данные в судебном заседании, о механизме развития БПС, противоречат друг другу.

Эксперт Соболев Г.А. в своих выводах основывается на том, что "электроприборы в бытовке на втором этаже были отключены от сети электропитания" (лист 32 заключения эксперта). При этом указанные показания давал Шнайдер И.А., который единственный работал в этот день в арендуемом помещении, которое после его ухода сгорело, и с целью снять с себя ответственность за произошедшее, будет говорить все, что угодно. На имеющихся в деле материалах видно, что в помещении бытовки имелся и чайник, микроволновка, и обогреватель для обогрева помещения бытовки. При этом из протокола осмотра следует, что именно в месте нахождения указанных электроприборов "обнаружены многожильные токоведущие проводники, при детальном осмотре данных проводников установлено, что изоляционный слой выгорел полностью по всей длине, цвет изменился до красно-бурого; жилы и проводники обладают повышенной хрупкостью и при одном изгибе крошатся и ломаются". При этом эксперт не принимает во внимание картину пожара, зафиксированную в протоколе осмотра места происшествия, проведенных исследованиях ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области, эксперта Моисеева В.В., а также показаниях иных свидетелей, в частности Ванцова Е.В. Эксперт Соболев Г.А. без всякого обоснования отверг версию пожара от короткого замыкания. Вместе с тем, и сотрудники ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области, и эксперт Моисеев В.В. делают вывод о том, что в исследуемых проводниках имеют место следы короткого замыкания (оплавления носят локальный характер, имеют округлую форму, вид косого среза или кратера) либо токовой перегрузки, а не вторичного короткого замыкания.

Эксперт не смог сделать выводы относительно определения, имеются ли следы коротких замыканий или признаки аварийного режима работы на представленных ему фрагментах медных проводов. Выводы эксперта об определении расположения очага пожара сделаны с нарушением методики проведения пожарно-технических экспертиз. Выводы об установлении непосредственной причины пожара основаны на недостоверных источниках и с нарушением методики проведения судебной пожарно-технической экспертизы. Фотографии, имеющиеся в материалах дела, были сделаны непосредственно представителем ООО Компания "Промэнерго" спустя определенное время после пожара, в отсутствие сотрудников МЧС и представителей ООО "ПЛК", что не исключает видоизменение обстановки пожара. Обстановка пожара на разных фото и видео существенно отличается. В представленных на исследование фрагментах электрических проводников факт скрутки не зафиксирован, данный объект на исследование представлен не был. Следовательно, подтвердить или опровергнуть версию возникновения пожара от теплового проявления токов при аварийном режиме работы электрооборудования возможно только при их инструментальном исследовании. Данное исследование не проводилось. На основании проведенного исследования предоставленного экспертного заключения N 2025/1-003-2024 можно сделать вывод, что версия возникновения пожара от теплового проявления токов при аварийном режиме работы электрооборудования исследована не в полном объеме, не подтверждена результатами инструментального исследования.

Кроме того, эксперт Соболев Г.А. не мог осуществлять судебно-экспертную деятельность по делу, поскольку его сертификат судебного эксперта N 112-2 действителен до 12 мая 2025 года, а производство экспертизы окончено 27 августа 2025 года, тот есть по истечении срока действия сертификата, что делает заключение экспертов незаконным и недопустимым доказательством.

Суд нарушил требования процессуального законодательства о порядке разрешения заявления ответчика о фальсификации истцом доказательств. Представленные истцом в материалы дела копии приказа о проведении инвентаризации от 08 марта 2024 года, акта инвентаризации имущества от 09 марта 2024 года отвечают признакам подложности, поскольку время их изготовления не соответствует времени, указанным в них, то есть являются сфальсифицированными. Судом грубо нарушен установленный порядок проверки заявления о фальсификации доказательств, так как суд не назначил экспертизу по данному вопросу и не провел сопоставление представленных доказательств с иными документами и обстоятельствами по делу. На предложение представителя ответчика, адресованное суду, о возможности суда самостоятельно назначить экспертизу в целях проверки заявления о фальсификации, последовал однозначный ответ судьи, что суд такие экспертизы самостоятельно не назначает. Следовательно, суд даже не рассматривал возможность назначения соответствующей экспертизы, что прямо противоречит положениям статей 82, 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Кроме того, суд не провел никакого сопоставления сфальсифицированных доказательств с иными доказательствами по делу и установленными обстоятельствами, а также несоответствия акта инвентаризации требованиям закона. Согласно части 2 статьи 161 АПК РФ результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания. Этого судом сделано не было. Отказ в признании доказательств фальсифицированными нашел отражение исключительно в решении суда по делу.

Вывод суда о признании представителем ответчика по первоначальному иску факта уничтожения имущества истца противоречит обстоятельствам дела и требованиям АПК РФ. На вопрос суда, адресованный представителю ответчика по первоначальному иску в судебном заседании 05 февраля 2026 года, относительно того, сгорело ли какое-либо имущество ООО Компания "Промэнерго", представитель ответил, что "возможно какое-то и сгорело, но какое точно - неизвестно". Такой ответ ни в коем случае нельзя расценивать как признание представителем ответчика факта уничтожения имущества ООО Компания "Промэнерго". Более того, и в отзыве на первоначальное исковое заявление ООО Компания "Промэнерго", и в судебных заседаниях по делу представитель ООО "ПЛК" неоднократно ссылался на отсутствие надлежащих доказательств уничтожения при пожаре имущества ООО Компания "Промэнерго" и его размера. При этом в сгоревшем помещении незаконно находилось имущество (транспортные средства и другое имущество) принадлежащие другим организациям. В этой связи размещение в арендуемом складе продукции, указанной в справке об ущербе N 072 от 12 марта 2024 года, было произведено в нарушение условий договора аренды. Кроме того, указанный в справке об ущербе N 072 от 12 марта 2024 года перечень имущества составлен в одностороннем порядке, без предоставления каких-либо доказательств поступления и нахождения на складе именно данного имущества в момент пожара, а также его принадлежности ООО Компания "Промэнерго", так как на данном складе в нарушение пункта 3.3.10 договора аренды находилось имущество, принадлежащее физическим лицам, а не ООО Компания "Промэнерго". ООО Компания "Промэнерго" не приведены и доказательства уничтожения данного имущества. В этой связи ООО Компания "Промэнерго" не представлены достоверные доказательства нахождения на складе оборудования, принадлежащего ООО Компания "Промэнерго", которое могла там находиться, и его уничтожение.

Выводы суда о причине и источнике пожара не соответствуют обстоятельствам дела. Основой вывод суда о причине и источнике пожара основан на заключении экспертов ЧСЭУ "Константа Плюс" Моисеева В.В. и Соболева Г.А., которое противоречит обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. В материалах дела имеется совокупность доказательств, свидетельствующих о том, что именно ООО Компания "Промэнерго" несет ответственность за произошедший пожар, а именно: договор аренды (пункт 3.5). На момент пожара нежилое помещение, в котором начался пожар, находилось во владении и пользовании ООО Компания "Промэнерго".

Следовательно, ответственным за пожарную безопасность лицом является субарендатор - ООО Компания "Промэнерго", который несет самостоятельную ответственность в случае нарушения требований пожарной безопасности. ООО Компания "Промэнерго" арендовало склад у ООО "ПЛК" на протяжении нескольких лет. В здании сгоревшего склада в день пожара - 7 марта 2024 года - находился один работник ООО Компания "Промэнерго" Шнайдер И.А., который в день пожара в помещении склада осуществлял ремонтные работы автомобиля и находился там с 10 час. 00 мин утра и до позднего вечера. Именно спустя незначительный промежуток времени после ухода данного работника со склада и произошел пожар. При этом и осуществление ремонта автомобиля, и его нахождение в здании склада было произведено в нарушение пункта 1.1. договора аренды, так как помещение склада предназначалось исключительно для складирования оборудования.

Результаты проведения экспертизы фрагментов медных электропроводников, изъятых в ходе дополнительного осмотра места происшествия 15 марта 2024 года слева от антресоли, позволили сделать вывод о том, что "на представленном фрагменте имеются признаки протекания аварийного пожароопасного режима работы, характерного как для короткого замыкания, так и для токовой перегрузки". В постановлении дознавателем сделан однозначный вывод о том, что "учитывая характер термических повреждений, показания очевидцев, протокол осмотра места происшествия и пожарно-техническое заключение N 52 от 25 марта 2024 года, можно заключить, что причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного (пожароопасного) режима работы электросети и/или электрооборудования, на сгораемые материалы, в районе установленного очага пожара, а именно в южной части склада, в месте расположения бытового помещения". Постановлением N 92/66-007-2024/0295ад от 11 июня 2024 года, вынесенным начальником отдела надзорной деятельности и профилактической работы Березовского городского округа УНД и ПР ГУ МЧС России по Свердловской области Федяевым М.А., ООО Компания "Промэнерго" признано виновным в нарушении требований пожарной безопасности (часть 1 статьи 20.4 КоАП РФ) и организации назначено наказание в виде штрафа в размере 150 500 руб. В ходе производства по данному административному делу было установлено, что ООО Компания "Промэнерго" были допущены следующие нарушения установленных требований в области пожарной безопасности: возведена антресоль (бытовка) в южной части здания склада, над помещением насосной станции (нарушение пункта 16 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не определена категория по взрывопожарной и пожарной опасности производственных и складских помещений зданий, с обозначением их на входных дверях в здание склада (нарушение пункта 12 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не определен порядок и сроки обучения лиц мерам пожарной безопасности, лица допускаются к работе без прохождения обучения мерам пожарной безопасности (нарушение пункт 3 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не обеспечено техническое обслуживание и исправное состояние систем автоматической пожарной сигнализации (нарушение пункт 54 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года). Таким образом, ООО Компания "Промэнерго" допустило грубые нарушения требований пожарной безопасности, которые, в конченом счете, привели к пожару в складе, принадлежащем ООО "ПЛК".

По основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, ООО "ПЛК просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать, встречные исковые требования удовлетворить в полном объеме.

08 мая 2026 года ответчика от ООО "ПЛК" в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство об отмене обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2026 года.

29 мая 2026 года от истца, ООО Компания "Промэнерго", поступил отзыв, в котором он возразил против удовлетворения апелляционной жалобы, пояснил, что считает решение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 июня 2026 года судебное разбирательство по данному делу и рассмотрение ходатайства об отмене обеспечительных мер (с учетом нения ООО "ПЛК") отложено на 24 июня 2026 года.

17 июня 2026 года от ответчика ООО "ПЛК" поступили письменные пояснения, в которых содержится ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, поименованных в пояснениях: договоры субаренды от 01 января 2015 года, 01 октября 2017 года, 01 сентября 2018 года, 01 августа 2019 года, 01 июля 2020 года, 01 июня 2021 года, 01 мая 2022 года, 01 апреля 2023 года, 01 марта 2024 года, договоры аренды между ООО "ПЛК" и ООО "Мебель-комфорт" за 2015 - 2024 года, акты сверок за 2015 - 2024 годы, платежные поручения, выписки с лицевого счета, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела N 22 от 03 сентября 2024 года, документы на Ванцова Е.В. (приказ N 32 от 01 ноября 2023 года, диплом, должностная инструкция от 09 января 2023 года, удостоверение, штатное расписание), пояснения директора ООО "ПЛК", приказы N 23-11/20 от 20 ноября 2023 года, N 23-11/17 от 17 ноября 2023 года, N 096 т 21 марта 2016 года, постановление о назначении административного наказания N 92/66-007-2024/0295ад, определение о приобщении документов к материалам административного дела от 03 июня 2024 года.

22 июня 2026 года от истца ООО Компания "Промэнерго" поступили возражения на письменные пояснения ООО "ПЛК".

22 июня 2026 года от истца ООО "Компания "Проэнерго" поступило также ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов: уведомления о расторжении договора субаренды от 12 апреля 2024 года, протокола об административном правонарушении N 92/66-007-2024/0295ад от 03 июня 2024 года.

Определением от 23 июня 2026 года произведена замена судьи Дружининой О.Г. на судью Маркееву О.Н.

В судебном заседании 24 июня 2026 года представленные лицами, участвующими в деле, пояснения и дополнительные документы приобщены к материалам дела, поскольку данные документы запрошены самим судом.

Представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель истца возразил против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично, в судебное заседание не явилось.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО "ПЛК" является собственником производственно-складского помещения общей площадью 210 кв. м, находящегося по адресу: 623700, Свердловская область, Березовский городской округ, город Березовский, территория п. Ленинский, стр. 35.

На основании договоров аренды от 01 февраля 2014 года, 01 марта 2015 года, 01 декабря 2016 года, 01 ноября 2017 года, 01 октября 2018 года, 01 сентября 2019 года, 01 августа 2020 года, 01 июля 2021 года, 01 июня 2022 года, 01 апреля 2023 года данное производственно-складское помещение сдавалось ООО "ПЛК" в аренду ООО "Мебель-комфорт".

В свою очередь, на основании договоров субаренды от 01 января 2015 года, 01 октября 2017 года, 01 сентября 2018 года, 01 августа 2019 года, 01 июля 2020 года, 01 июня 2021 года, 01 мая 2022 года, 01 апреля 2023 года, 01 марта 2024 года данное помещение сдавалось ООО "Мебель-комфорт" в субаренду ООО Компания "Промэнерго".

Так, 01 марта 2024 года между ООО "ПЛК" (арендодатель) и ООО "Мебель-комфорт" (арендатор) заключен договор аренды имущества с возможностью субаренды, согласно пункту 1.1 которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду имущество: производственно-складское помещение общей площадью 210 кв. м с находящимся в нем оборудованием обеспечения зданий (электротехническое, санитарно-техническое и слаботочное хозяйство), находящееся по адресу: 623700, Свердловская область, Березовский городской округ, город Березовский, территория п. Ленинский, стр. 35.

В тот же день 01 марта 2026 года ООО "Мебель-комфорт" (субарендодатель) и ООО Компания "Промэнерго" (субарендатор) заключен договор субаренды имущества N А-001, согласно пункту 1.1 которого субарендодатель предоставляет, а субарендатор принимает в аренду без права выкупа производственно-складское помещение общей площадью 210 кв. м с находящимся в нем оборудованием обеспечения зданий (электротехническое, санитарно-техническое и слаботочное хозяйство), находящееся по адресу: 623700, Свердловская область, Березовский городской округ, город Березовский, территория п. Ленинский, стр. 35.

07 марта 2024 года в здании произошел пожар, в результате которого производственно-складское помещение, принадлежащее ООО "ПЛК", разрушено.

09 марта 2024 года ООО "Мебель-комфорт" и ООО Компания "Промэнерго" подписано соглашение о расторжении договоров в связи с гибелью помещений.

11 марта 2024 года между ООО Компания "Промэнерго" и ООО "Агентство "Эксперт - Информ" заключен договор N 2-006-24 об оказании экспертных услуг в виде составления заключения по факту пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в одноэтажном складе, расположенном на территории ООО "ПЛК" по адресу: г. Березовский, пос. Ленинский, 35, корпус 11.

12 марта 2024 года специалисту была предоставлена возможность провести экспертный осмотр места пожара в присутствии представителя ООО Компания "Промэнерго".

12 марта 2024 года специалистом произведен осмотр помещений. В процессе осмотра осуществлялась фотосъемка фотоаппаратом OLYMPUS SP 570 UZ. Специалист пришел к следующим выводам:

- очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в помещении ангара, расположенного по адресу: г. Березовский, пос. Ленинский, 35, корп. 11, расположен в помещении насосной. В результате быстрого распространения горения по горючей изоляции электропроводов возник очаг горения в бытовом помещении на 2-м ярусе с последующим распространением горения в помещение ангара;

- непосредственной причиной пожара явилось тепловое проявление протекания электрического тока в результате аварийного режима работы электрической сети в помещении насосной;

- оплавления фрагмента медного электропроводника, изъятого во время дополнительного осмотра места происшествия, характерны для внешнего теплового воздействия пожара или токовой перегрузки во время пожара.

В результате пожара в производственно-складском помещении сгорело имущество ООО Компания "Промэнерго", рыночная стоимость которого составляет 1 261 700 руб.

Полагая, что в результате произошедшего пожара ООО Компания "Промэнерго" причинен ущерб, ООО Компания "Промэнерго" обратилось в суд с иском к ООО "ПЛК":

- о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в одноэтажном складе, расположенном по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ул. поселок Ленинский, 35, корпус 11, в размере 1 261 700 руб.;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами согласно статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в размере 12 479,11 руб.

Полагая, что в результате пожара ООО "ПЛК" причине ущерб, ООО "ПЛК" обратилось в суд к ООО Компания "Промэнерго" со встречным иском:

- о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в одноэтажном складе, расположенном по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ул. поселок Ленинский, 35, корпус 11 в размере 3 541 567,74 руб.;

- о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами согласно статье 395 ГК РФ, исчисленных на сумму причиненных убытков в размере 3 598 877,42 руб. с момента вступления решения суда в законную силу по день фактической уплаты, исходя из ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 названной статьи).

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 названной статьи).

Из содержания статьи 15 ГК РФ следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: наличие убытков, противоправное поведение ответчика, причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащем исполнении обязательств ответчиком.

Отсутствие одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу статьи 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

При предъявлении требования о взыскании убытков на основании статей 15, 1064 ГК РФ, истцу надлежит доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к данному виду гражданско-правовой ответственности: факт причинения вреда и его размер; противоправность действий причинителя вреда; причинно-следственную связь между противоправными действиями и убытками; наличие вины причинителя вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу части 1 статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 ГК РФ (часть 2 названной статьи).

В обоснование исковых требований ООО Компания "Промэнерго" ссылается на то, что ООО "ПЛК" является собственником нежилого помещения, в силу статьи 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества.

Возражая против заявленных требований и в обоснование встречных требований ООО "ПЛК" ссылается на то, что ООО Компания "Промэнерго" являлось субарендатором принадлежащего ему производственно-складского помещения, в полном объеме отвечало за противопожарную безопасность и являлось ответственным лицом в случае нарушения требований пожарной безопасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 615 ГК РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Если арендатор пользуется имуществом не в соответствии с условиями договора аренды или назначением имущества, арендодатель имеет право потребовать расторжения договора и возмещения убытков (пункт 3 названной статьи).

Арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды (пункт 1 статьи 616 ГК РФ).

Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды (пункт 2 названной статьи).

Статьей 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" установлено, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества; руководители федеральных органов исполнительной власти; руководители органов местного самоуправления; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций; лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности; должностные лица в пределах их компетенции.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, указанная норма, определяющая круг лиц, на которых может быть возложена ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, не предполагает ее произвольного применения в части выбора лица, ответственного за нарушение указанных требований в каждом конкретном деле. Данное лицо устанавливается с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, требований нормативных и иных актов, должностных инструкций, условий договоров, которые закрепляют права и обязанности сторон по вопросу соблюдения требований пожарной безопасности, и т.д. Эти положения статьи допускают возможность возложения ответственности за нарушение требований пожарной безопасности как на собственников имущества, несущих, по общему правилу, бремя содержания принадлежащего им имущества, так и на иных лиц, уполномоченных владеть, пользоваться или распоряжаться этим имуществом (определение от 23 декабря 2014 года N 2906-О).

Согласно правовой позиции, сформулированной Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2006 года, ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор.

Поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность.

При этом если в договоре аренды указанный вопрос не урегулирован, то ответственность за нарушение требований пожарной безопасности может быть возложена как на арендатора, так и на арендодателя в зависимости от того, чье противоправное, виновное действие (бездействие) образовало состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена части 1 статьи 20.4 КоАП РФ.

При этом заключение собственником имущества договора, в силу которого другая сторона обязуется перед собственником содержать имущество в надлежащем состоянии, само по себе не освобождает собственника от ответственности за вред, причиненный третьим лицам ненадлежащим содержанием этого имущества. Заключение такого договора собственником и возникшее из этого договора обязательство не могут ограничивать право потерпевшего на возмещение ущерба собственником этого имущества и в том случае, когда такое обязательство предусматривает права третьих лиц в отношении лица, которому собственник поручил содержание его имущества. Иное означало бы, что собственник, заключив договор с любым лицом по своему усмотрению, фактически снимал бы с себя всякую ответственность за содержание и безопасное состояние этого имущества.

Таким образом, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 ноября 2018 года N 5-КГ18-227).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 июля 2023 года N 33-КГ23-4-К3, из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества. Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (статьи 64, 67, 68, 71, 168 АПК РФ).

При этом в силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение первоначальных исковых требований ООО Компания "Промэнерго" в материалы дела представлено заключение специалиста ООО Агентство "Эксперт-Информ" N 1-018-24 от 28 июня 2024 года, составленное на основании проведенного специалистом 12 марта 2024 года осмотра места пожара.

Согласно данному заключению:

1. Очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в помещении ангара, расположенного по адресу: г. Березовский, пос. Ленинский, 35, корп. 11, расположен в помещении насосной. В результате быстрого распространения горения по горючей изоляции электропроводов возник очаг горения в бытовом помещении на 2-м ярусе, с последующим распространением горения в помещение ангара.

2. Технической причиной пожара явилось тепловое проявление протекания электрического тока в результате аварийного режима работы электрической сети в помещении насосной.

3. Оплавления фрагмента медного электропроводника, изъятого во время дополнительного осмотра места происшествия, характерны для внешнего теплового воздействия пожара или токовой перегрузки во время пожара.

Кроме того, в рамках проверки сообщения о преступлении, связанного с пожаром по КРСП N 24.10650022.18 от 07 марта 2024 года, ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области проведено исследование. Перед специалистом поставлены следующие вопросы: 1) где расположен очаг пожара? 2) непосредственная (техническая) причина пожара? 3) имеются ли следы короткого замыкания или признаки аварийного режима работы на предоставленных фрагментов медных проводов?

Согласно техническому заключению N 52 от 25 марта 2024 года специалист пришел к следующим выводам:

1. На основании исследования предоставленных материалов проверки по пожару специалист считает, что в данном случае очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года 2024 года по адресу: Свердловская область, г. Березовский, п. Ленинский, 35, корпус 11, находился в южной части склада, в месте расположения бытового помещения.

2. На основании исследования представленных материалов проверки по пожару специалист считает, что причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного (пожароопасного) режима работы электросети и/или электрооборудования, на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара.

3. На предоставленном фрагменте имеются признаки протекания аварийного пожароопасного режима работы, характерного как для короткого замыкания, так и для токовой перегрузки.

В последующем ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области в рамках той же проверки вновь было поручено проведение исследования. Перед специалистом поставлены следующие вопросы: 1) где расположен очаг пожара? 2) непосредственная (техническая) причина пожара?

Согласно заключению эксперта N 291.1 от 03 сентября 2024 года специалист пришел к следующим выводам:

1) Очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года по адресу Свердловская область, г. Березовский, п. Ленинский, 35, корпус 11, находился в южной части склада, в месте расположения бытового помещения.

2) Причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного (пожароопасного) режима работы электросети и/или электрооборудования, на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара.) на сгораемые материалы в очаге пожара.

В рассматриваемом случае между сторонами возник спор относительно очага возгорания и причин пожара.

Определением от 02 марта 2025 года по настоящему делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам частного судебно-экспертного учреждения "Константа плюс" Соболеву Г.А., Моисееву В.В. Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1. Определить, расположение очага пожара, произошедшего 07 марта 2024 года по адресу Свердловская обл., г. Березовский, пос. Ленинский, д. 35, корп. 11?

2. Определить непосредственную причину пожара?

3. Определить имеются ли следы коротких замыканий или признаки аварийного режима работы на представленных фрагментах медных проводов?

В материалы дела поступило заключение экспертов N 2025/1-003 от 27 августа 2025 года.

Экспертами даны следующие ответы на поставленные вопросы:

По вопросу N 1: На представленных фрагментах медных токопроводящих жил имеются следы короткого замыкания (КЗ) и признаки аварийной работы электропроводки. Провести более детальное исследование инструментальными методами не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части.

По вопросу N 2: Очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в складском помещении по адресу: Свердловская область, г. Березовский, пос. Ленинский, 35, корпус 11, находился в южном углу ангара, в месте расположения насосной станции.

По вопросу N 3: Причиной пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в складском помещении по адресу: Свердловская область, г. Березовский, пос. Ленинский, 35, корпус 11, является аварийный режим работы электрооборудования, вызванный большим переходным сопротивлением, возникшим в результате соединения медного и алюминиевого электропроводов между собой при помощи скрутки.

07 ноября 2025 года эксперты допрошены в судебном заседании суда первой инстанции, стороны и суд задали интересующие их вопросы.

Как следует из представленного заключения исходя из морфологических признаков представленных на экспертизу объектов данная проволока диаметром 1,5 мм из металла красного цвета является фрагментами медных токопроводящих жил проводов (кабелей) электротехнического назначения. Изоляционные материалы на поверхности токопроводящих жил отсутствуют.

На поверхности медных токопроводящих жил имеются наслоения вещества черного цвета, а именно - оксида меди (II) - CuO; вещества красного цвета, а именно - закиси меди - оксида меди (I) - Cu2O; восстановленной меди красного цвета - Cu. Токопроводящие жилы - на изгиб хрупкие и ломаются в два-три перегиба. Все вышеизложенное свидетельствует о том, что данные токопроводящие жилы находились длительное время в зоне повышенных температур, то есть подвергались термической обработке. Наличие закиси меди Cu2O свидетельствует о том, что нагрев происходил в условиях недостатка кислорода, а наличие восстановленной меди - о том, что в атмосфере присутствовал, вероятнее всего, угарный газ СО (формула химической реакции - Cu2O + СО = 2Си + СО2).

Все это свидетельствует о том, что представленные на экспертизу токопроводящие медные жилы длительное время находились в зоне активного горения, то есть пожара.

На одном из концов токопроводящей жилы обнаружено наплавление в виде шарика неправильной формы примыкающий к нему участок проводника, который имеет следы произвольного, случайным образом ориентированного оплавления; диаметр проводника при этом в каждом месте на протяжении этого участка - разный (фото NN 4. 6, 7 фотоиллюстрационной таблицы).

Данные признаки свидетельствуют о том, что данный участок токопроводящей жилы находился в зоне нагрева при температуре, близкой к температуре плавления меди, которая составляет 1083°C. По этой причине на данном участке медного проводника отсутствуют (или утрачены в процессе отжига при высоких температурах) какие-либо признаки, свидетельствующие о том, что в этом месте было короткое замыкание (КЗ) или аварийная работа электропроводки.

На концах двух проводников обнаружены локальные оплавления, которые свидетельствуют о том, что в этом месте токопроводящей жилы произошло короткое замыкание.

Провести дальнейшее более подробное исследование методами рентгеноструктурного (фазового) и металлографического анализа не представляется возможным ввиду утраты дифференцирующих признаков при отжиге (длительном нагреве) токопроводящих жил.

При исследовании 2 вопроса экспертом отмечено, что из физико-химических свойств процесса горения известно, что в месте первоначального возникновении горения (очаге пожара) горение происходит более длительное время и при более высоких температурах, что получает свое отражение на состоянии конструкций, предметов и материалов после пожара. Из очага пожара горение, вследствие тепловых конвекционных потоков, как правило, распространяется, прежде всего, конусообразно вверх и радиально, оставляя на конструкциях, предметах и материалах характерные повреждения.

При определении очага пожара необходимо руководствоваться общими признаками и закономерностями динамики развития горения. К числу общих признаков относятся зоны развития пожара, так как они являются постоянно существующими за время развития данного явления развивается пожар.

Одним из наиболее характерных признаков очага пожара является "очаговый конус". Под "очаговым конусом" понимается совокупность признаков и следов горения отображаемых на вертикальных и горизонтальных поверхностях ограждающих конструкций и частей строений, имеющих форму конуса, обращенного вершиной вниз, т.е. в сторону первоначального места возникновения горения. Данная форма определяется восходящим потоком газообразных продуктов горения (конвективной колонкой), имеющим тенденцию к расширению при подъеме. Соответственно, указанные зоны развития пожара могут отражать присущие данной зоне следовые признаки в виде проекций "очагового конуса".

В исследуемом случае, исходя из протокола осмотра места происшествия от 08 марта 2024 года, наибольшие термические повреждения наблюдаются внутри здания, а именно в южном углу. В данном месте наблюдается полное уничтожение бытового помещения, находившееся на втором уровне антресоли. Из заключения специалиста ООО Агентства "Эксперт-Информ" Алексеева С.Г. N 1-018-24 от 28 июня 2024 года следует, что очаг пожара... расположен в помещении насосной" (расположенной на первом уровне под антресолью), также следует, что наибольшие термические повреждения сосредоточены в южном углу ангара, в месте расположения бытового помещения и насосной. Более конкретное место очага пожара определить по представленным документам не представляется возможным.

При расследовании обстоятельств пожара было установлено, что последним, кто покинул складское помещение, был гр. Шнайдер И.А., но он покинул склад в дневное время, в то время как пожар произошел в промежуток времени с 21:00 час до 21:40 час. Первым, кто обнаружил загорание по запаху и дыму с наружной стороны склада, был гр. Фатхуллоев А.С., но в помещение он попасть не мог, т.к. оно было закрыто. Поэтому его показания малоинформативны, но подтверждают очаговую зону.

Таким образом, из представленных документов, фотоматериалов и показаний свидетеля следует, что очаг пожара располагался в южном углу ангара, в месте расположения бытового помещения и насосной.

При определении непосредственной причины возгорания, по методологии установления причины пожара, необходимо, в первую очередь, установить очаг возгорания, а затем в очаге пожара установить источник зажигания и охарактеризовать его воздействие на окружающие материалы.

Исходя из вышеизложенных исследований по второму вопросу, где установлено, что очаг пожара находился в южном углу ангара, в месте расположения бытового помещения и насосной, принимая во внимание обстановку и обстоятельства, предшествующие моменту возникновения пожара экспертом сделан вывод о том, что на представленных фрагментах медных токопроводящих жил имеются следы короткого замыкания (КЗ) и признаки аварийной работы электропроводки. Очаг пожара, произошедшего 07 марта 2024 года в складском помещении по адресу: Свердловская область, г.

Березовский, пос. Ленинский, 35, корпус 11, находился в южном углу ангара, в месте расположения насосной станции. Причиной пожара является аварийный режим работы электрооборудования, вызванный большим переходным сопротивлением, возникшим в результате соединения медного и алюминиевого электропроводов между собой при помощи скрутки.

Проанализировав заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что исследование экспертами проведено объективно, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, заключение экспертов основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Экспертное заключение соответствует требованиям процессуального законодательства, отражает все предусмотренные законом сведения, основано на материалах дела, отсутствуют основания не доверять выводам экспертов, поскольку они согласуются с обстоятельствами дела и иными доказательствами по делу.

Учитывая, что вопросы ответчика о неясности и неполноте заключения эксперта устранены путем допроса экспертов в судебном заседании, суд первой инстанции обоснованно принял заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства по делу.

Выраженные ответчиком сомнения в обоснованности выводов эксперта сами по себе не являются обстоятельством, исключающим доказательственное значение данного заключения. Специфика заключения эксперта как доказательства по делу состоит в том, что с его помощью устанавливаются обстоятельства дела, требующие специальных знаний, которыми ни суд, ни лица, участвующие в деле, не обладают.

Несогласие ответчика с выводами экспертизы не свидетельствует о какой-либо порочности (недостаточной полноте или ясности) экспертизы.

Таким образом, вопреки мнению ООО "ПЛК", очаг пожара находился не в бытовке, а в помещении насосной под бытовкой, а причиной пожара является аварийный режим работы электрооборудования, вызванный большим переходным сопротивлением, возникшим в результате соединения медного и алюминиевого электропроводов между собой при помощи скрутки.

В силу части 1 статьи 6 ФЗ от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной, если в полном объеме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", и пожарный риск не превышает допустимых значений, установленных указанным Законом.

В соответствии с частью 1 статьи 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества (абзац 2 части 1 статьи 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ), а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций (абзац 5 части 1 статьи 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ).

При этом под требованиями пожарной безопасности понимаются специальные условия социального и (или) технического характера, установленные в целях обеспечения пожарной безопасности законодательством Российской Федерации, нормативными документами или уполномоченным государственным органом; под нормативными документами по пожарной безопасности понимаются национальные стандарты, своды правил, содержащие требования пожарной безопасности (нормы и правила), правила пожарной безопасности, а также действовавшие до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов нормы пожарной безопасности, стандарты, инструкции и иные документы, содержащие требования пожарной безопасности; под нарушением требований пожарной безопасности невыполнение или ненадлежащее выполнение требований пожарной безопасности (статья 1).

Как уже указывалось ранее, по смыслу статьи 210 ГК РФ собственник имущества несет ответственность за содержание принадлежащего имущества, включая соблюдение в нем требований пожарной безопасности, отвечает за техническое состояние принадлежащих ему нежилых помещений, в том числе тех помещений, где располагался очаг пожара, несет бремя содержания своего имущества, должен обеспечить его сохранность и надлежащее состояние, и на нем лежит бремя доказывания отсутствия вины.

Таким образом, на ответчике, ООО "ПЛК", лежит бремя доказывания своей невиновности в произошедшем пожаре, что в рассматриваемом случае в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком не осуществлено, доказательств, с достоверностью свидетельствующих об отсутствии его вины (в гражданско-правовом понимании) в возгорании, ответчиком не представлено.

При этом, как указывает ООО "ПЛК", производственно-складское помещение обладает признаками капитальности.

Вместе с тем, разрешение на возведение данного объекта отсутствует. Данный объект не введен в установленном порядке в эксплуатацию, не поставлен на кадастровый учет.

Схема электроснабжения в названном объекте также отсутствует.

Ссылка ООО "ПЛК" на то, что субарендатор ООО Компания "Промэнерго" привлечено к административной ответственности за нарушение требований противопожарной безопасности, отклоняется судом.

Действительно, постановлением N 92/66-007-2024/0295ад от 11 июня 2024 года ООО Компания "Промэнерго" признано виновным в нарушении требований пожарной безопасности (часть 1 статьи 20.4 КоАП РФ) и организации назначено наказание в виде штрафа в размере 150 500 руб. В ходе производства по данному административному делу было установлено, что ООО Компания "Промэнерго" были допущены следующие нарушения установленных требований в области пожарной безопасности: возведена антресоль (бытовка) в южной части здания склада, над помещением насосной станции (нарушение пункта 16 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не определена категория по взрывопожарной и пожарной опасности производственных и складских помещений зданий, с обозначением их на входных дверях в здание склада (нарушение пункта 12 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не определен порядок и сроки обучения лиц мерам пожарной безопасности, лица допускаются к работе без прохождения обучения мерам пожарной безопасности (нарушение пункт 3 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года); не обеспечено техническое обслуживание и исправное состояние систем автоматической пожарной сигнализации (нарушение пункт 54 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства N 1479 от 16 сентября 2020 года). Таким образом, ООО Компания "Промэнерго" допустило грубые нарушения требований пожарной безопасности, которые, в конченом счете, привели к пожару в складе, принадлежащем ООО "ПЛК".

Между тем, как установлено судом, очаг пожара находился не в неправомерно возведенной ООО Компания "Промэнерго" бытовке, а в помещении насосной, находящемся исключительно в сфере ответственности ООО "ПЛК".

Из материалов дела не следует, что иные нарушения ООО Компания "Промэнерго" требований пожарной безопасности, выявленные в рамках названного административного дела, являлись причиной произошедшего пожара.

Судебное заседание в суде апелляционной инстанции откладывалось, в том числе, для представления сторонами пояснений относительно обстоятельств, способствовавших распространению пожара (если таковые имелись) а, соответственно, увеличению ущерба, с предоставлением подтверждающих доказательств; относительно того, кто и с какой периодичностью производил ремонт проводки в здании склада, в том числе в помещении насосной, осмотр электропроводки и электроприборов, с предоставлением подтверждающих доказательств.

ООО "ПЛК" представлены пояснения, согласно которым при пожаре имела место совокупность обстоятельств, способствовавших его распространению, что привело к увеличению ущерба ООО "ПЛК". Так, в здании склада ООО "ПЛК" еще в 2013 году была установлена автоматическая система пожарной сигнализации. В нарушение условий договора субаренды указанная пожарная сигнализация никем не обслуживалась и в момент возникновения пожара сигнал не прошел на пост охраны. По указанной причине пожар был обнаружен подсобным работником только тогда, когда бытовое помещение (антресоль) было охвачена огнем, а на улице стоял запах дыма. В здании склада в нарушение условий договора аренды (склад сдавался в аренду под оборудование) находились транспортные средства (автомобили и мотоциклы) с наличием легковоспламеняющихся жидкостей (бензина) и огнеопасных веществ (покрышки колес). Данные материалы способствовали распространению огня. Также в нарушение условий договора аренды в здании склада находилось не оборудование, а легковоспламеняемые вещества - пленка полиэтиленовая, пленка-стрейч. Данные материалы способствовали распространению огня. ООО "ПЛК" также пояснило, что в ООО "ПЛК" и в ООО "Мебель-Комфорт" назначен ответственный за ведение и эксплуатацию электрохозяйства, имеющий соответствующее образование.

Между тем, как указывает само ООО "ПЛК", производственно-складское помещение обладает признаками капитальности, однако разрешение на возведение данного объекта отсутствует, объект не введен в установленном порядке в эксплуатацию, не поставлен на кадастровый учет.

Ссылка ответчика на нахождение в помещении легковоспламеняющихся жидкостей в связи с нахождением в помещении автомобилей и мотоциклов, что способствовало распространению огня, является лишь предположением ответчика и не подтверждена документально.

То обстоятельство, что в помещении истцом хранились легковоспламеняемые вещества - пленка полиэтиленовая, пленка-стрейч, с учетом выводов судебной экспертизы не свидетельствует о наличии вины ООО Компания "Промэнерго" в произошедшем пожаре.

Кроме того, по условиям заключенных договоров аренды и договоров субаренды, вопреки утверждению ответчика, ООО Компания "Промэнерго" не было ограничено в характере использования производственно-складского помещения, в подлежащих складированию и хранению в помещении предметах.

При этом в судебном заседании представитель ООО "ПК" подтвердил, что поддержание проводки в исправном состоянии осуществлялось ООО "ПЛК".

Ссылка ООО "ПЛК" на то, что на ООО Компания "Промэнерго" лежала обязанность по обслуживанию установленной в помещении пожарной сигнализации, не подтверждена им документально.

При этом договорами аренды и субаренды предусмотрено, что арендодатель вправе проводить проверки с целью соблюдения условий договора. Добросовестно осуществляя свои правомочия собственника помещения, ООО "ПЛК" имело возможность как минимум при заключении новых договоров аренды производить осмотр принадлежащего ему помещения и контролировать исполнение арендатором своих обязанностей, если выявлены их нарушения.

При этом истец ООО Компания "Промэнерго" представил пояснения, в которых указал, что под спорным помещением располагался противопожарный водоем, предназначенный для тушения пожаров. Вода из этого водоема использовалась ООО "ПЛК" не по назначению (для обеспечения водой и теплом данного помещения), при этом был полностью перекрыт доступ к пожарному гидранту. В момент пожара пожарные не смогли подключиться к пожарному гидранту, так как к нему не было доступа, и воду пришлось привозить из других мест, что усугубило распространение пожара и сгорело все производственно-складское помещение.

Бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

Доказательств поддержания имущества в надлежащем состоянии ответчиком по первоначальному иску в материалы дела не представлено.

В настоящее время, как подтвердил ответчик, спорный объект отсутствует ввиду его демонтажа.

Принимая во внимание, что истцом ООО Компания "Промэнерго" в рассматриваемом случае доказана вся необходимая совокупность условий для применения гражданско-правовой меры ответственности в виде взыскания ущерба, а именно доказано, что виновные действия (бездействие) ответчика в совокупности обусловили возникновение пожара, в результате которого было уничтожено имущество истца, доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшим ущербом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об обоснованности исковых требований о взыскании ущерба, причиненного в результате пожара.

Оснований для вывода о наличии вины ООО Компания "Промэнерго" в произошедшем пожаре, у суда не имеется.

В подтверждение размера убытков ООО Компания "Промэнерго" представлена оценка, согласно которой рыночная стоимость утраченного имущества округленно составляет 1 261 700 руб.

ООО "ПЛК" заявлено о фальсификации представленных истцом в материалы дела копий приказа о проведении инвентаризации от 08 марта 2024 года, акта инвентаризации имущества от 09 марта 2024 года.

От проведения по делу судебной экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации ответчик отказался, просил рассмотреть данное заявление по имеющимся в материалах дела документам.

Истцом в материалы дела также представлены товарные накладные N 6 от 01 марта 2024 года, N 7 от 04 марта 2024 года, N 8 от 06 марта 2024 года, УПД N 113 от 09 октября 2023 года, накладная на отпуск материалов на сторону N 11 от 13 сентября 2023 года, товарно-транспортная накладная от 30 октября 2023 года.

Кроме того, ответчик в судебном заседании признал факт уничтожения части имущества истца, в результате пожара на складе, не оспаривая данное обстоятельство.

Суд первой инстанции предлагал сторонам рассмотреть возможность назначения по делу соответствующей судебной экспертизы, однако лица, участвующие в деле, от назначения судебной экспертизы отказались.

Доводы, приведенные ответчиком в обоснование заявления о фальсификации, однозначно не свидетельствуют о фальсификации документов, основаны на предположениях ответчика, несоответствие акта истца утвержденной формы также не свидетельствует о ее не проведении.

Контррасчет убытков и соответствующих доказательств ответчиком не представлено (статья 65, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

При этом в состав убытков ООО Компания "Промэнерго" включено лишь то имущество, которое ему принадлежало, и не включено имущество, принадлежащее третьим лицам, а также не включено имущество, находившееся в бытовке.

Таким образом, истцом доказаны наличие и размер убытков, причинно-следственная связь возникновения убытков.

Вывод суда первой инстанции согласуется с положениями, закрепленными в части 1 статьи 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" в части возложения ответственности за нарушение требований пожарной безопасности на собственника имущества.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции правомерно удовлетворены первоначальные исковые требования ООО Компания "Промэнерго" в части взыскания убытков и отказано в аналогичных встречных исковых требованиях ООО "ПЛК".

Истцом ООО Компания "Промэнерго" также заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 12 479,11 руб. на сумму ущерба.

Между тем, в силу пункта 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Таким образом, обязанность ответчика уплатить проценты за пользование чужими денежными средствами может возникнуть только со дня вступления в законную силу решения суда об удовлетворении требования истца о возмещении убытков в случае невыплаты должником суммы убытков.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными предусмотренных статьей 395 ГК РФ не подлежат удовлетворению.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Оснований для его отмены, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции незаконно и необоснованно признал заключение экспертов ЧСЭУ "Константа Плюс" Моисеева В.В. и Соболева Г.П. в качестве допустимого доказательства по делу, что проведенная по делу экспертиза является неполной, недостоверной, ненаучной и необъективной, что исключает ее использование в качестве доказательства по делу, что заключение экспертов противоречит первичному доказательству по делу - протоколу осмотра места происшествия, из которого прямо следует, что наибольшие повреждения имеются в южной части помещения, в месте расположения бытового помещения, где наблюдается полное уничтожение помещения, отклоняются судом.

Представленное суду заключение экспертов, составленное по результатам судебной экспертизы, вопреки доводам ООО "ПЛК", соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, представляет собой объективное и обоснованное исследование, содержит подробное описание проведенных исследований. Выводы экспертов основаны на комплексе представленных в их распоряжение документов, не содержат противоречий; ответы на поставленные вопросы изложены четко и однозначно, в заключении содержатся подробное описание проведенных исследований и ответы на поставленные вопросы. Заключение выполнено в соответствии с положениями норм процессуального закона, экспертиза проведена компетентными экспертами, обладающими необходимыми специальными познаниями в области экспертного исследования и квалификацией, что подтверждено представленные в дело документами.

Заключение судебной экспертизы носит утвердительный, а не вероятностный характер, основано на достаточном исследовании материалов, выводы экспертов должным образом мотивированы. Доказательств некомпетентности экспертов, нарушения экспертами законодательства при проведении экспертизы в материалах дела не имеется.

Методика проведения судебной экспертизы определяется экспертным учреждением и относится к области специальных знаний, то есть не входит в компетенцию арбитражного суда, разрешающего вопрос о ее назначении.

Выраженные ответчиком сомнения в обоснованности выводов эксперта сами по себе не являются обстоятельством, исключающим доказательственное значение данного заключения. Специфика заключения эксперта как доказательства по делу состоит в том, что с его помощью устанавливаются обстоятельства дела, требующие специальных знаний, которыми ни суд, ни лица, участвующие в деле, не обладают.

Принимая во внимание наличие в материалах дела расписки экспертов о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 55 АПК РФ, документов, подтверждающих наличие у экспертов необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, учитывая отсутствие в экспертном заключении противоречивых выводов, а также полноту ответов на поставленные перед экспертом вопросы, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о принятии указанного заключения в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Приводимые заявителем апелляционной жалобы аргументы не снижают доказательное значение заключения судебной экспертизы как письменного доказательства (статьи 64, 75 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что несогласие заявителя жалобы с выводами экспертизы не свидетельствует о какой-либо порочности (недостаточной полноте или ясности) экспертизы.

Таким образом, поскольку экспертное заключение является полным, мотивированным и не содержит противоречий, экспертами соблюдены стандарты оценки в части методологии, экспертиза проведена компетентными лицами, имеющими значительный стаж экспертной работы, которые были предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, посчитал достоверной оценку, проведенную в рамках настоящего дела.

Довод заявителя жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права при проверке его заявления о фальсификации доказательств, поскольку суд не назначил экспертизу по данному вопросу, не отразил результаты рассмотрения заявления в протоколе судебного заседания, а изложил выводы по данному заявлению лишь в решении суда, отклоняется судом.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания (часть 2 названной статьи).

Таким образом, вопреки мнению ООО "ПЛК", проведение экспертизы является лишь одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств и от данного способа проверки ответчик сам отказался.

Вопреки мнению ответчика, у суда отсутствует обязанность в отсутствие согласия лиц, участвующих в деле, на проведение экспертизы и в отсутствие ее финансирования назначать соответствующую экспертизу.

По смыслу статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В рассматриваемом случае заявление о фальсификации проверено судом первой инстанции путем сопоставления документов, о фальсификации которых заявлено ответчиком, с иными имеющимися в деле доказательствами и в результате проверки суд пришел к выводу о необоснованности заявления о фальсификации.

То обстоятельство, что результат рассмотрения заявления о фальсификации не был отражен судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 161 АПК РФ, не является безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, поскольку само по себе данное обстоятельство не привело к принятию по делу неправильного судебного акта (часть 3 статьи 270 АПК РФ).

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы отклоняются судом, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, выражают несогласие заявителя с принятым судебным актом, что само по себе не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Таким образом, апелляционная жалоба ответчика, ООО "ПЛК", удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя, ООО "ПЛК".

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 февраля 2026 года по делу N А60-42402/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.