Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Благодатских Г.В.,

судей Кравченко Н.Н., Малолыченко С.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 42RS0040-01-2024-003204-55 по иску Й. к Д.А., Д.В., Администрации Кемеровского муниципального округа, Г. о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

по кассационной жалобе Д.А. на решение Кемеровского районного суда Кемеровской области от 9 декабря 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 23 апреля 2026 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Благодатских Г.В., судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

Й. обратился в суд с иском к Д.А., Д.В., Администрации Кемеровского муниципального округа, Г. о возмещении ущерба, причиненного пожаром.

Исковые требования мотивировал тем, что истцу принадлежит <данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру, расположенной по <адрес> Указанная квартира расположена в двухквартирном жилом доме. Второй половиной дома владеет ответчик Д.А.

Согласно справке Отдела надзорной деятельности и профилактической работы г. Кемерово, г. Березовского и Кемеровского района от 29 марта 2024 г. подтвержден факт возникновения пожара 10 марта 2024 г., в его жилом доме.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 20 марта 2024 г. в результате пожара сгорела и обрушилась по всей площади крыша жилого дома, веранда квартиры N выгорела изнутри по всей площади, в квартире частично прогорело потолочное перекрытие.

Постановлением от 20 марта 2024 г. в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ, отказано ввиду отсутствия события преступления. При этом, из постановления следует, что из потенциальных источников зажигания в зоне наибольших термических повреждений располагалась только находящаяся под напряжением электропроводка, что свидетельствует о возникновении пожара от источников зажигания электрической природы. Также в постановлении указано, что возгорание произошло из квартиры N, принадлежащей ответчику, и впоследствии возгорание перешло на его квартиру.

Ответчик самовольно менял электропроводку во всей своей квартире, не привлекая к работе необходимых специалистов.

Считает, что из-за действий ответчика произошел пожар, повлекший существенный материальный ущерб для истца. Он направил в адрес ответчика претензию с требованием выплаты причиненного пожаром ущерба, ответа на которую не последовало.

Уточнив исковые требования, истец просил суд взыскать с ответчиков солидарно в свою пользу ущерб, причиненный пожаром, в размере 1 600 000 рублей, расходы за заключение специалиста в размере 17 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины.

Решением Кемеровского районного суда Кемеровской области от 9 декабря 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда 23 апреля 2026 г., исковые требования Й. к удовлетворены частично.

С Д.А., Г. в солидарном порядке в пользу Й. взыскан ущерб, причиненный пожаром, в размере 1 600 000 рублей, расходы по оплате услуг специалиста 17000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 17000 рублей, а всего взыскано 1 634 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований Й. к Д.В., администрации Кемеровского муниципального округа - отказано.

В кассационной жалобе с учетом представленных дополнений Д.А. ставит вопрос об отмене постановлений суда первой и апелляционной инстанции в связи с нарушением норм материального и процессуального права, неверной оценкой доказательств по делу. Податель жалобы указывает что жилое помещение, расположенное по <адрес> находится в общей долевой собственности истца (<данные изъяты> доли в праве) и третьего лица В. (<данные изъяты> доли в праве), следовательно, истец был вправе требовать возмещение ущерба соразмерно его доле в праве на жилое помещение. Выразил несогласие с выводами суда о причине и месте возникновения пожара, поскольку протокол места происшествия от 12 марта 2024 г. составлен с нарушением закона, имеет противоречия. Кассатор указывает не назначение судом судебной пожарно-технической экспертизы. Полагает неверным установление по делу надлежащих ответчиков, ссылаясь на то, что жилое помещение, в котором произошел пожар, является выморочным имуществом.

В судебном заседании Й. возражал против доводов кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Суд кассационной инстанции таких нарушений при принятии обжалуемых судебных постановлений не усматривает, рассмотрение произведено в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Й. на основании договора купли-продажи <данные изъяты> доли квартиры от 30 мая 2013 г. является собственником жилого помещения - квартиры, расположенной по <адрес>

Собственником <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на указанное жилое помещение является В., привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. В ходе судебного разбирательства В. указывал, что на указанное жилое помещение он не претендует, с момента продажи доли <данные изъяты> доли Й. в указанном жилом помещении он не был, фактически указанное жилое помещение принадлежит Й., его вещей в доме нет.

Согласно техническому паспорту в отношении указанного жилого помещения, общая площадь составляет 53,6 кв. м, жилая площадь - 39,5 кв. м.

На основании договора на передачу и продажу квартиры (части жилого дома) в собственность граждан от 14 октября 1992 г. ФИО1 являлись собственниками части жилого дома, общей площадью 35 кв. м, в том числе, жилой - 24 кв. м, расположенного по <адрес> Право собственности в установленном законом порядке на указанное жилое помещение оформлено не было. Однако, с момента приобретения указанного жилого помещения, они в нем проживали, несли бремя по его содержанию.

Согласно сведениям домовых (похозяйственных) книг Щегловского территориального управления администрации Кемеровского муниципального округа (архивный отдел управления протокола и документационного обеспечения администрации Кемеровского муниципального округа в отношении указанного жилого помещения за 1997-2001 г.г. (дело N 40, том N 9) в указанном жилом помещении проживали: <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

10 марта 2024 г. в 02 часа 56 минут в двухквартирном жилом доме, расположенном по <адрес> произошел пожар. В результате пожара крыша дома сгорела и обрушилась на всей площади, летняя кухня и веранда квартиры N сгорели полностью, веранда квартиры N выгорела изнутри по всей площади, в квартире N частично прогорело потолочное покрытие. Погибших и травмированных при пожаре нет.

20 марта 2024 г. дознавателем ОДиАП ОНДПР г. Кемерово, г. Березовского и Кемеровского района Л. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ ввиду отсутствия события преступления.

Согласно данному постановлению, осмотром места пожара установлено, что объектом пожара является жилой дом, расположенный по <адрес> Территории земельных участков квартир N обнесены забором, вход на территории участков осуществляется через калитки со стороны <адрес> расположенной с западной стороны от дома. Дом кирпичный, двухквартирный, крыша металлическая по деревянной обрешетке, потолочное перекрытие дощатое по деревянным балкам. Электроснабжение дома осуществляется от опоры линии электропередачи воздушным способом.

В результате пожара сгораемые строительные конструкции крыши дома, веранды квартиры N, летней кухни на территории квартиры N и веранды квартиры N огнем уничтожены практически полностью и обрушились, веранда квартиры N выгорела изнутри по всей площади, в потолочном перекрытии санузла, кухни, гостиной и комнаты образовались сквозные прогары. Места расположения веранды квартиры N, летней кухни на территории квартиры N, пол в квартире N и на веранде квартиры N 2 засыпана пожарным мусором. Зона наибольших термических повреждений сгораемых строительных конструкций сосредоточена на месте расположения веранды квартиры N В зоне наибольших термических повреждений, на северной стене веранды, в квартире N в центральной верхней части находится участок гофрированного метало-рукава, в котором имеются сквозные прогары, характер оплавления которых свидетельствует о термическом воздействии изнутри наружу. В месте расположения метало-рукава имеются фрагменты расплавленного алюминиевого сплава. Внутри метало-рукава остатков электропроводки не имеется. На земле среди пожарного мусора, на месте расположения веранды квартиры N, под местом нахождения участка гофрированного метало-рукава присутствует выгоревший металлический корпус электрощита. Внутри электрощита остатков электропроводки и электротехнических изделий не имеется. В зоне наибольших термических остатков электрических приборов не обнаружено. В ходе осмотра устройств и средств, применяемых при осуществлении поджогов, а также признаков наличия ЛВЖ и ГЖ обнаружено не было.

Из потенциальных источников зажигания в зоне наибольших термических повреждений располагалась только находящаяся под напряжением электропроводка, что свидетельствует о возникновении пожара от источника зажигания электрической природы.

Принимая во внимание вышеизложенное, сделан вывод, что причина пожара - возгорание горючих материалов в зоне очага пожара от тепловых проявлений электрического тока при аварийном режиме работы электросети.

Дознаватель ОДиАП ОНДПР г. Кемерово, г. Березовского и Кемеровского района Л. в судебном заседании 6 мая 2025 г. пояснил, что он выезжал на место пожара, произошедшего 10 марта 2024 г. по <адрес> Причиной возникновения пожара явилось нарушение целостности гофры электропроводки, которая находилась на веранде квартиры N указанного жилого дома. Визуально определить нарушение целостности электропровода сложно, поскольку он скрыт в коробе, данный факт может установить только специалист. Во время пожара в квартире N находился отец собственника квартиры, он не пострадал.

В части установления надлежащего ответчика по делу судом первой инстанции было установлено, что после смерти ФИО в жилом помещении, расположенном по <адрес>, остались проживать (ответчики)

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

После его смерти в квартире остались проживать ФИО что подтверждается сведениями, содержащимися в нехозяйственных книгах.

Ответчики Д.А., Г. состоят на регистрационном учете по указанному адресу, согласно паспортными данными Д.А., сведениями регистрационного досье в отношении Г., а также данных похозяйственных книг.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 34, 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценив представленные в дело доказательства, в том числе показания допрошенных в ходе рассмотрения дела эксперта, свидетеля, пришел к выводу о том, что после смерти ФИО1 ответчики Д.А. и его брат Г. совершили действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, сохранили регистрацию по месту жительства в спорном жилом помещении, несли бремя по его содержанию, и следовательно они являются надлежащими ответчиками по делу, которые не исполнили надлежащим образом требования, возложенные на них, как собственников жилого помещения, в том числе требования, в части касающейся содержания электропроводки, предусмотренные Правилами противопожарного режима в Российской Федерации, в результате чего произошло возгорание, вследствие тушения которого истцу причинен ущерб.

Определяя размер ущерба, суд первой инстанции, учитывая заключение специалиста К. N 67 от 25 мая 2025 г., пришел к выводу о взыскании с ответчиков в пользу истца в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, 1 600 000 рублей, включая перечень ремонтных работ и стоимость материалов, отраженных в локальной смете N 1 от 25 мая 2025 г., возложив на ответчиков обязанность по возмещению истцу данной суммы в солидарном порядке.

На основании статьи 98 ГПК РФ судом также взысканы с ответчиков в пользу истца расходы на оплату заключения об определении размера ущерба, а также на оплату государственной пошлины.

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции при проверке судебного решения в апелляционном порядке, установив аналогичные обстоятельства, согласилась с выводами суда первой инстанции, оставив решение суда без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции соглашается с обоснованностью выводов суда первой и апелляционной инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы в оспариваемых судебных актах.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

По смыслу приведенных норм права бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества.

Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

Отсутствие вины может обосновываться обстоятельствами, не зависящими от собственника имущества и не связанными с нарушением им правил пожарной безопасности, например, возгоранием вследствие стихийного бедствия или злоумышленного поджога третьих лиц. В последнем случае установление этого лица органами предварительного следствия и наличие обвинительного приговора в отношении его не является обязательным.

Однако в любом случае обязанность доказать эти обстоятельства в силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации должна быть возложена на ответчика.

Доводы кассационной жалобы о несогласии с выводами судов об установлении причины возникновения пожара, о наличии иных источников и очагов пожара, в результате которого был причинен ущерб имуществу истца, опровергаются установленными по делу обстоятельствами и представленными доказательствами, получившими надлежащую правовую оценку судами нижестоящих инстанций.

Размер ущерба не оспорен ответчиками, доказательств иной суммы ущерба в материалы дела не представлено.

Доводы кассатора о том, что Д.А. наследство не принимал, в связи с чем является ненадлежащим ответчиком по делу, опровергается материалами дела и установленными обстоятельствами.

В соответствии с пунктом 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

Верно применив вышеуказанные нормы права, оценив представленные по делу доказательства, суды первой и апелляционной инстанций, учитывая, что ответчики сохранили регистрацию по месту жительства в спорном жилом помещении, несли бремя по его содержанию, достоверно установили фактическое вступление в наследство Д.А. и Г. после смерти ФИО1 по праву представления и правомерно признали Д.А. и Г. надлежащими ответчиками по делу. При рассмотрении дела доказательств отказа от принятия наследства ответчиками не представлено.

Довод кассационной жалобы о том, что судом необоснованно взыскан ущерб в пользу только истца не является основанием для отмены судебных актов, поскольку другой сособственник квартиры <адрес> В. к участию в деле привлечен в качестве третьего лица, возражений относительно заявленных требований не высказывал.

Из материалов дела усматривается, что нарушения требований статей 56, 59, 60, 67 ГПК РФ при оценке судом доказательств допущено не было. Выводы суда первой и апелляционной инстанции мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты, каких-либо нарушений норм материального или процессуального права со стороны судов не усматривается.

Иные доводы кассационной жалобы аналогичны позиции стороны ответчика, которая была предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, этим доводам дана надлежащая правовая оценка в обжалуемых актах, по существу они направлены на переоценку обстоятельств дела и оспаривание правильности выводов суда по ним. Данные доводы не могут повлечь пересмотр обжалуемых судебных постановлений, поскольку действующим гражданским процессуальным законодательством суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия по переоценке установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств дела и представленных участвующими в деле лицами доказательств.

С учетом изложенного, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит предусмотренных статьей 379.7 ГПК РФ оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены вступивших в законную силу судебных актов.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции,

решение Кемеровского районного суда Кемеровской области от 9 декабря 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 23 апреля 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Д.А. без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 9.07.2026