Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Душкова С.Н.,

судей Дудусова Д.А., Тришканевой И.С.,

при секретаре - помощнике судьи С.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 2 июня 2026 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика (истца по встречному иску) Л. - В. на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 26 марта 2026 года по делу по иску акционерного общества "СОГАЗ" к Л. о признании недействительным договора добровольного страхования, встречному иску ФИО1 к акционерному обществу "СОГАЗ" о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, убытков, штрафа.

Заслушав доклад судьи Дудусова Д.А., пояснения представителя ответчика (истца по встречному иску) Л. - В. и представителя истца (ответчика по встречному иску) П.Е., судебная коллегия

Акционерное общество "СОГАЗ" (далее - АО "СОГАЗ", Страховая компания) обратилось в суд с иском к Л. о признании недействительным договора страхования, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен договор ипотечного страхования N, по которому осуществлялось страхование имущественных интересов страхователя, связанных с риском утраты (гибели) или повреждения недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый N. ДД.ММ.ГГГГ произошло событие, имеющее признаки страхового случая. ДД.ММ.ГГГГ Л. обратилась с заявлением о выплате страхового возмещения. Во исполнение условий договора страхования, ДД.ММ.ГГГГ ответчиком было представлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что фактически жилой дом жилищем ответчика не является, сдается в аренду посуточно, в день пожара гости заселились самостоятельно, печь топили самостоятельно, пожар возник в результате перекала печи. Полагает, что при заключении договора страхования страхователем были сообщены заведомо ложные сведения об объекте страхования, в результате чего страховщик при заключении договора был введен в заблуждение относительно предполагаемых целей использования помещения (объекта страхования), что имеет существенное значение для оценки страхового риска. Просил признать договор страхования N N от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ принят к производству суда встречный иск Л. о взыскании с ответчика страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, убытков, штрафа.

Указывая, что страховой случай, предусмотренный договором страхования от ДД.ММ.ГГГГ, наступил ДД.ММ.ГГГГ, Л. ДД.ММ.ГГГГ обратилась с заявлением о выплате страхового возмещения, на свое заявление ДД.ММ.ГГГГ она получила отказ. В предусмотренный законом 25-дневный срок АО "СОГАЗ" свои обязательства не выполнил, событие страховым случаем не признал, в связи с чем, просила взыскать в свою пользу со страховщика: страховое возмещение в размере 6 009 924, 74 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 147 366,65 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также, по день вынесения решения суда и далее, до дня фактического исполнения обязательства, неустойку в размере 18 510, 57 руб., убытки в размере 63 053, 90 руб., штраф 3 014 217, 66 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 42 671, 98 руб..

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) П.Е., требования поддержал в полном объеме, по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что при заключении договора ипотечного страхования ответчик ввела страховщика в заблуждение относительно целей использования объекта страхования, что имеет существенное значение для оценки страховщиком страхового риска по договору. При страховании лицо подает заявление на получение выплаты, им заполняется анкета, выясняются страховые риски. С учетом документов, которые были представлены страхователем: план-схема земельного участка, помещения, с учетом пояснений страхователя, был составлен страховой договор. Страхователь, при заполнении анкеты, скрыл факт нахождения в доме источника открытого огня, что является повышенным риском возникновения страхового случая, также был скрыт факт того, что данное помещение используется в коммерческих целях. Полагает, что сокрытие данной информации являлось умышленным, поскольку это привело к снижению суммы страховой премии. Также указал, что страхование домов с печным отоплением предусмотрено, однако, в случае, если бы Л. указала на наличие печного отопления, размер страховой премии был бы увеличен. Полагает, что истцом не пропущен срок исковой давности для обращения в суд, поскольку, о фактах, послуживших основанием для обращения в суд за признанием страхового полиса недействительным истцу стало известно, когда Л. предоставила страховщику постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 7 октября 2025, с этой даты начал течь срок для обращения в суд. Довод ответчика (истца по встречному иску) о том, что срок давности должен течь с момента заключения договора страхования, поскольку, при его заключении и в период его действия страховщик якобы мог проверить достоверность информации об объекте страхования, не обоснован, поскольку ни законом, ни правилами страхования на страховщика не возлагается обязанность по проверке страхуемого имущества в сети "Интернет", отсутствие такой проверки не может быть расценено как недостаточная осмотрительность, поскольку при заключении договора страхования именно страхователем представляется информация об объекте.

В суд от представителя АО "СОГАЗ" С.Н. поступил отзыв на возражения ответчика, в котором она указала, что доводы ответчика о том, что жилое помещение использовалось как личное, являются несостоятельными и опровергаются представленными в материалы дела сведениями о сдаче данного дома посуточно в аренду. Л. не только не имела намерений проживать в страхуемом объекте, но и уже на дату заключения договора страхования активно осуществляла его сдачу в аренду, о чем умышленно не сообщила страховщику. Ссылалась на результаты процессуальной проверки по факту пожара, происшедшего 9 августа 2025, из которых следует, что фактически жилой дом жилищем ответчика не является, сдается ею в аренду посуточно на основании договоров аренды, о чем указано самой Л., предупрежденной уполномоченным лицом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в соответствии с положениями УК РФ, что нашло свое отражение в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 7 октября 2025. Факт оплаты ответчиком коммунальных услуг не может являться доказательством факта проживания в доме, поскольку оплата электроэнергии, факт пользования которой сам по себе никем не оспаривается, является обязанностью Л. как собственника помещения. Позиция ответчика о том, что она не заполняла документы при заключении договора страхования, является недопустимой, поскольку, на заявлении стоит ее подпись, она знакомилась с содержанием заполняемых ею документов. Указание ответчика на то, что страховщик ненадлежащим образом действовал при изучении принимаемого на страхование объекта, не соответствует действительности, так как, при заключении договора страхования Л. была представлена анкета, в которой, она должна была указать сведения, в том числе, о факторах риска, которые поименованы в правилах страхования, однако, Л. сообщила недостоверные сведения, предоставила необходимые документы на объект, в связи с чем, у страховщика не было сомнений в их правильности. В случае предоставления ответчиком достоверных и полных сведений относительно страхуемого имущества, страховой тариф был бы применен по повышенной ставке. Также указала, что ссылка ответчика на онлайн-калькулятор на сайте АО "СОГАЗ" является несостоятельной, поскольку, страховая компания реализует большое количество страховых продуктов с совершенно разными тарифными ставками, применяемыми с учетом целей страхования и характеристик страхуемого объекта. Размер страховой премии в каждом случае рассчитывается индивидуально.

Возражая против удовлетворения встречных исковых требований Л., представитель ответчика АО "СОГАЗ" С.Н. указала, что Л. является ненадлежащим истцом по встречным исковым требования, поскольку, согласно п 2.2 Полиса страхования, выгодоприобретателем по договору является ПАО "Сбербанк России", в связи с чем, выплата страхового возмещения может быть произведена только в пользу ПАО "Сбербанк", но не в пользу истца. Кроме того, к правоотношениям, возникшим между Л. и АО "СОГАЗ", не применимы нормы Закона "О защите прав потребителей", так как Л. по сведениям ЕГРИП является индивидуальным предпринимателем, спорное имущество использовалось для сдачи в посуточную аренду, как "Гостевой дом Тайга". В случае удовлетворении требований, заявила о чрезмерности и завышенности неустойки и штрафа, просила применить положения ст. 333 ГК РФ.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) Л. - В., в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований АО "СОГАЗ". Пояснил, что договор страхования является действительным, поскольку, заключался в отношении объекта, который используется ответчиком и его семьей в личных целях, на момент заключения договора страхования, сдача дома в аренду не планировалась, сдача имела разовый характер. При заполнении анкеты, Л. указала правдивые сведения, так как сдача дома в аренду не планировалась, в противном случае при увеличении страхового риска, страховщик вправе требовать расторжения договора страхования. Информацию о наличии печи (камина) в доме при заключении страховщик у нее не выяснял, намерений скрывать эту информацию она не имела. При заключении договора анкету заполнял специалист, информация о доме, скорее всего, была взята специалистом из представленных ею документов о страхуемом объекте. С правилами комплексного страхования ее никто не знакомил, о них она узнала лишь в ходе рассмотрения настоящего дела судом. Полагает, что при заключении договора страхования, страховщик мог самостоятельно собрать информацию об объекте страхования во избежание страховых рисков, убедившись в ее достоверности, чего страховщиком не было сделано. Представленные суду расчеты страховых рисков, а также, расчеты страховых рисков с учетом сведений о наличии печи и сдачи в аренду жилья не могут свидетельствовать о намеренном введении Л. в заблуждение страховщика, поскольку, эти расчеты при заключении договора страхования ей не предъявлялись, ей не разъяснялось, что в зависимости от характеристики страхуемого имущества может быть изменен размер страховой премии. Разница в размере страховых премий по заключенному с ней договору и по договору с указанием в нем информации о наличии в доме печи и планируемой сдаче жилья в аренду, составляет 2 868, 64 руб., согласно расчетам истца, эта разница является незначительной и не свидетельствует о намерении Л. ввести страховщика в заблуждение. Просил в удовлетворении первоначального иска отказать, так как истцом не сообщалась заведомо ложная информация при заключении договора ипотечного страхования. Также, полагает, что АО "СОГАЗ" пропущен срок исковой давности для обращения в суд, поскольку, при надлежащей осмотрительности, истец мог узнать о неполноте данных об объекте страхования в момент заключения договора страхования, срок исковой давности истек 1 октября 2025, иск направлен в суд 8 декабря 2025.

Просил удовлетворить встречные исковые требования о взыскании с ответчика страхового возмещения, поскольку в соответствии с полисом страхования, пожар является страхом риском, факт пожара подтвержден документально, на страховщике лежит обязанность по выплате страхового возмещения. Поскольку, в срок, предусмотренный правилами страхования, ответчик не принял решение о выплате страхового возмещения, с него подлежат взысканию неустойка и штрафные санкции, в соответствии с Законом "О защите прав потребителей", проценты по ст. 395 ГК РФ. Доводы истца о том, что Л. является ненадлежащим истцом, считает необоснованными, так как, подлежащая выплате страховая сумма превышает размер обязательств Л. перед банком, кроме того банк не выразил намерение на предъявление требований к страховщику.

От представителя третьего лица - ПАО "Сбербанк" поступили возражения на встречное исковое заявление, согласно которым, банк возражает против требований Л., указывая, что выгодоприобретателем по спорному договору страхования является Банк (ПАО "Сбербанк"), задолженность Л. по состоянию на 13 марта 2026 составляет 5 507 842, 35 руб. Полагает, что требования могут быть удовлетворены при изменении просительной части иска о взыскании страхового возмещения в пользу банка в счет погашения задолженности по кредиту.

Ответчик (истец по встречному иску) Л., представитель третьего лица ПАО "Сбербанк" в зал судебного в заседания не явились. На основании статьи 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в их отсутствие.

Суд постановил решение об удовлетворении исковых требований акционерного общества "СОГАЗ". Признал недействительным договор добровольного страхования N, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между АО "СОГАЗ" и Л. Встречные исковые требования Л. к АО "СОГАЗ" о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, убытков и штрафа оставил без удовлетворения.

С решением суда не согласился представитель ответчика (истца по встречному иску) Л. - В.

В апелляционной жалобе просит решение суда отменить, как принятое при неправильном применении норм материального права и с существенными нарушениями норм процессуального права, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении первоначального иска, удовлетворив встречные исковые требования Л.

Указал, что суд неправильно распределил бремя доказывания по делу, возложив на ответчика обязанность доказывания отсутствия у нее умысла на обман страховщика.

Суд неправильно установил фактические обстоятельства по делу, сделав выводы о регулярной сдаче страхователем дома в аренду, которые не подтверждены доказательствами по делу, не опровергнув при том доводы ответчика о его фактическом проживании в доме.

Полагал, что суд неправильно применил нормы о недействительности сделки под влиянием обмана, сделка может быть признана таковой, лишь тогда, когда условия, на которые ссылается страховщик, находятся в причинной связи с решением страховщика заключить договор страхования или определили его условия. В данном случае, такие условия, как наличие печи и характер использования объекта не определяли условия договора страхования и не находились в причинной связи с решением страховщика о заключении договора. Страховщик не доказал, что сведения о наличии в доме печи и намерении сдавать дом в аренду были оговорены при заключении договора в качестве его существенных условий. Более того, подпись Л. в заявлении на страхование не означает, что содержащиеся в нем сведения сообщены самой Л.

При этом, суд не дал надлежащей оценки тому, что договор страхования был оформлен за 10 минут при помощи специалиста - работника страховщика, что лишило страхователя возможности ознакомиться со всеми документами, в том числе, с Правилами комплексного ипотечного страхования (на 97 листах), страховыми тарифами, текстом договора страхования, иными документами. Указывает на то, что такое быстрое оформление договора послужило причиной невнимательности страхователя при прочтении и подписании договора, которая судом расценена как обман страховщика. Об этом же свидетельствует и небрежность, допущенная страховщиком, при составлении документов о страховании.

Таким образом, полагает не доказанным сам факт обмана со стороны страхователя и, тем более, его умысел на совершение такого обмана.

Не соглашаясь с решением суда, указал, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2024 N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества", существенность обстоятельств для определения вероятности наступления страхового случая и возможных убытков от его наступления должна оцениваться судом исходя из реального влияния представленных и не представленных страхователем сведений на принятие страховщиком решения о заключении договора или определение его условий (объем страхового покрытия, размер страховой премии и др.). При этом следует учитывать, какие сведения обычно принимаются во внимание страховщиком при страховании аналогичных рисков. Суд существенность этих обстоятельств не установил, положив в основу своего решения расчеты размеров страховой премии, представленные истцом. Истец заявил, что сообщение страхователем недостоверных сведений было вызвано его желанием снизить размер страховой премии. Суд не учел, что страхователю не вручались варианты расчета размера страховой премии в зависимости от наличия или отсутствия в доме печи и сдачи дома в аренду, не разъяснялось, что данные факторы изменяют размер страховой премии; примененные истцом коэффициенты, были использованы им произвольно, не в соответствии с представленными в суд документами.

Таким образом, суд формально оценил наличие в договоре страхования сведений, не соответствующих действительности, без всестороннего исследования обстоятельств дела по существу.

Более того, судом не были оценены надлежащим образом доводы ответчика о том, что страховщик имел возможность осмотреть дом при заключении договора страхования и в период его действия, то есть, являясь экономически более сильной стороной, не совершил всех требуемых от него разумных действий. Считает, что не совершив таких действий, страховщик проявил свою заинтересованность в сохранении сделки, в связи с чем, на основании п. 2 ст. 166 ГК РФ, не вправе заявлять требования о признании сделки недействительной.

Полагает, что вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности страховщика. Доводы о применении положений статей 1, 10, 169 ГК РФ ответчиком заявлялись, однако, судом первой инстанции надлежащей оценки суда не получили, суд при принятии решения не применил принципы добросовестности и защиты экономически слабой стороны.

Полагает, что суд необоснованно не применил норму абз. 2 п. 3 ст. 944 ГК РФ о невозможности оспаривания договора страхования по тому обстоятельству, которое уже отпало на момент предъявления иска, поскольку, сдача дома в аренду на момент предъявления иска прекратилась.

Также указывает, что суд неправильно применил нормы ГК РФ об исковой давности, не учтя, что данный срок исчисляется не только с момента, когда лицо узнало об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но и с даты, когда лицо должно было узнать о данных обстоятельствах. В данном случае, страховщик должен был узнать о наличии в доме печи и сдаче его в аренду в момент заключения договора.

В своих письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель истца АО "СОГАЗ" С.Н. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила оставить решение суда без изменения.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) Л. - В. в суде апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержал; представитель истца АО "СОГАЗ" П.Е. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил оставить решение суда без изменения.

Ответчик (истец по встречному иску) Л., представитель третьего лица - ПАО "Сбербанк" в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте разбирательства по делу извещены надлежащим образом. В связи с этим судебная коллегия на основании положений ст. 167, 327 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав представителей сторон и изучив материалы дела, проверив в соответствии с требованиями частей 1 и 2 статьи 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность судебного постановления, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела между ПАО Сбербанк и Л. заключен кредитный договор N- НКЛ от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым, кредитор предоставляет заемщику кредит в сумме 6 000 000 руб. на срок 360 месяцев, под 8,00% годовых, цель кредита - индивидуальное строительство жилого дома (л.д. 22-28, том 1).

ДД.ММ.ГГГГ между АО "СОГАЗ" и Л. заключен договор(полис) ипотечного страхования N, по которому осуществлялось страхование имущественных интересов страхователя (выгодоприобретателя), связанные с риском утраты (гибели) или повреждения недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый N. (п. 1.3 - 1.4 полиса страхования) (л.д. 13-15, том 1).

ДД.ММ.ГГГГ, в результате пожара уничтожен дом, расположенный по адресу: <адрес>, принадлежащий на праве собственности Л.

ДД.ММ.ГГГГ Л. обратилась в АО "СОГАЗ" с заявлением о наступлении страхового случая - пожара. ДД.ММ.ГГГГ АО "СОГАЗ" уведомило Л. о принятии решения о проведении осмотра места события и направлении с этой целью представителя, предложено представить дополнительные документы. ДД.ММ.ГГГГ произведен осмотр места происшествия, о чем составлен акт осмотра N. ДД.ММ.ГГГГ Л. предоставила АО "СОГАЗ" полный пакет документов, необходимых для принятия решения о выплате страхового возмещения, в том числе, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ АО "СОГАЗ" уведомило Л. о рассмотрении представленных документов, направлении иска в суд о признании полиса недействительным.

Обращаясь с таким иском в суд, АО "СОГАЗ" указало, что фактически при подписании договора страхования ответчиком были представлены недостоверные сведения о целях использования объекта страхования, в результате чего, страховщик при заключении договора был введен в заблуждение относительно предполагаемых целей использования помещения (объекта страхования), что имеет существенное значение для оценки страхового риска.

Не соглашаясь с требованиями истца, Л. обратилась в суд со встречным иском, в котором указала, что договор страхования является действительным, страховой случай наступил, в связи с чем, на страховщике лежит обязанность произвести выплату страхового возмещения, убытков, неустойки.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными в решении нормами действующего законодательства и разъяснениями Пленумов Верховного Суда Российской Федерации о порядке их применения, установил, что Л. представила страховщику не соответствующие действительности, имеющие существенное значение при заключении договора страхования сведения о том, что объект страхования используется в личных целях, указал, что использование объекта страхования являлось существенным для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), в связи с чем, пришел к выводу об удовлетворении требований истца о признании договора страхования N от 1 октября 2024 недействительным и об отказе в удовлетворении встречного иска.

Проверив дело в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного решения суда, поскольку изложенные в нем выводы основаны на правильном определении круга имеющих значение для дела обстоятельств, являются правильными по существу, исходя из содержания норм права, регулирующих спорные отношения и установленных судом доказательств.

Согласно ст. ст. 2, 3 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", страхование - отношения по защите интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

Страховая деятельность (страховое дело) - сфера деятельности страховщиков по страхованию, перестрахованию, взаимному страхованию, а также страховых брокеров по оказанию услуг, связанных со страхованием, с перестрахованием. Целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев.

Добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом и федеральными законами и содержат положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения (п. 3)

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

По требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 приведенного закона страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам. (п. 2)

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п. 1 ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930) (подпункт 1 пункта 2 статьи 929 ГК РФ).

Согласно п. 1 - 2 ст. 930 ГК РФ, имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. Договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен.

В силу п. 1 ст. 944 ГК РФ, при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса. (п. 3 ст. 944 ГК РФ).

Выражая несогласие с решением суда, апеллятор указал на неправильное установление судом фактических обстоятельств по делу, что выразилось в выводах суда о регулярной сдаче страхователем дома в аренду.

В целях оценки доводов сторон суд первой инстанции истребовал и исследовал материалы доследственной проверки по фату пожара, происшедшего ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением дознавателя ОНДПР по <адрес> и <адрес> УНДПР ГУ МЧС России по <адрес> отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о пожаре, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в действиях Л. состава преступления, предусмотренного ст. 219 УК РФ. В ходе проверки установлено, что возгорание произошло по причине нарушения правил пожарной безопасности; а именно: собственник жилого помещения Л. ДД.ММ.ГГГГ сдала его в посуточную аренду, в качестве гостевого домика, в котором было расположено отопительное оборудование, с нарушениями требований нормативных документов по пожарной безопасности, что послужило причиной возгорания. Давая в ходе проверки пояснения, Л. указала, что данное помещение не является жилищем, печь в доме устанавливалась в июле 2024, с августа 2024 периодически топилась. Из пояснений опрошенных в ходе проверки П.Д., П.К., следует, что указанный гостевой дом ими снимался в аренду не единожды, в день пожара баня протапливалась самостоятельно гостями.

Также из постановления следует, что согласно техническому заключению N, непосредственной причиной пожара явилось загорание горючих материалов от высоконагретых элементов печного отопления в виде дымовой трубы. Согласно техническому заключению N, печное отопление в здании бани по указанному адресу имеет нарушения требований пожарной безопасности. Указанные нарушения могли находиться в причинно-следственной связи с возникшим пожаром. (л.д. 36-40, том 1).

Также, стороной истца были представлены скрин-шоты объявлений о продаже жилых домов на территории, где расположен дом Л., из которых следует, что жилые дома могут быть оборудованы также электрическим отоплением; сведения о сдаче в аренду спорного жилого помещения, именуемого "домом отдыха "Тайга", датированные в том числе ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; скрин-шоты записи от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которой следует, что "наша база отдыха сгорела, и на данный момент мы закрываемся"; скрин-шоты отзывов об отдыхе в "Доме отдыха "Тайга" по указанному адресу. (л.д. 16-22, том 2).

Из имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРИП следует, что Л. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет виды деятельности по строительству жилых и нежилых зданий, покупке и продаже собственного недвижимого имущества, аренде и управлению собственным или арендованным недвижимым имуществом (л.д. 13-15, том 2).

С учетом вышеприведенных доказательств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что на момент заключения договора страхования Л. с лета 2024 регулярно сдавала в посуточную аренду объект страхования, давая об этом объявления на информационных сайтах. Из содержания указанных объявлений и отзывов об отдыхе в данном доме, также следует, что на момент заключения договора страхования печное отопление уже было установлено в доме и фактически использовалось.

Не соглашаясь с решением суда апеллятор указал, что суд нарушил ее права, как экономически более слабой стороны по делу, возложив на нее бремя доказывания отсутствия у нее умысла на обман, дав неверную оценку порядку заключения договора страхования и его условий.

Судебная коллегия с данными доводами не соглашается, исходя из следующего.

Как было указано выше, Л. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, занимается деятельностью по строительству жилых и нежилых зданий, покупке и продаже собственного недвижимого имущества, аренде и управлению собственным или арендованным недвижимым имуществом и фактически такую деятельность осуществляет.

При таких обстоятельствах, доводы ответчика (истца по встречному иску) о том, что она являлась более слабой стороной в отношениях страхования и, ее права подлежат повышенной защите в соответствии с Законом о защите прав потребителей, не основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

Утверждая о недоказанности факта обмана со стороны страхователя и наличия у нее такого умысла, апеллятор указывает, что сведения о наличии в доме печи и намерении сдавать дом в аренду не были оговорены при заключении договора в качестве его существенных условий. Само наличие подписи Л. в заявлении на страхование не подтверждает факта обмана, поскольку, договор страхования был оформлен за 10 минут при помощи специалиста - работника страховщика, что лишило ее возможности внимательно ознакомиться со всеми документами.

Судебная коллегия отклоняет вышеперечисленные доводы по следующим основаниям.

Так, в договоре и в иных документах имеется личная подпись Л., что стороной ответчика в судебном заседании не оспаривалось.

Тот факт, что при заключении договора страхования сведения в анкету вносились специалистом на основании представленных ею документов и пояснений, при наличии в документах подписей Л. не опровергает доводов истца о том, что Л. ознакомилась с их содержанием и подтвердила своей подписью соответствие их действительности.

Доказательств того, что Л. при подписании договора страхования действовала в каких-либо особых, неблагоприятных условиях, препятствующих ей ознакомиться с содержанием договора и иных документов и выразить свою волю, в суд не представлено.

Таким образом, Л., подписав указанные документы, полностью подтвердила их содержание.

В силу п. 1 ст. 944 ГК РФ, при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Пунктом 1.5 договора (полиса страхования) установлены страховые случаи (риски), случаи освобождения страховщика от страховой выплаты и отказа в страховой выплате, в частности пожар (п. 3.3.1.1. Правил комплексного ипотечного страхования АО "СОГАЗ"). Размер страховой суммы - 6 009 924, 74 руб. (п. 1.6 Полиса). Выгодоприобретатель по договору - ПАО Сбербанк (п. 2.4 Договора). Неотъемлемой частью полиса страхования являются Правила комплексного ипотечного страхования АО "СОГАЗ" в редакции от 26 декабря 2023.

Согласно п. 8.2. Правил комплексного ипотечного страхования АО "СОГАЗ", при заключении договора страхования страхователь (застрахованное лицо) обязан(о) сообщить страховщику все известные страхователю (застрахованному лицу) обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в заявлении на страхование, договоре страхования или в его письменном запросе. Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь (застрахованное лицо) сообщил(о) заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, страховщик вправе потребовать признания договора страхования недействительным и применения последствий в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением случая, когда обстоятельства, о которых умолчал страхователь (застрахованное лицо), уже отпали. (п. 8.2.2).

При заключении договора страхования страховщик имеет право ознакомиться с состоянием объекта страхования (по документам и/или путем осмотра), а при необходимости - организовать проведение соответствующей экспертизы с целью: проверки его состояния, условий эксплуатации и содержания (фактическое наличие, местонахождение, материалы конструктивных элементов, внутренней и внешней отделки, наличие и вид инженерного оборудования, состояние и эксплуатационно-технические характеристики, наличие факторов, представляющих опасность для страхуемого имущества), оценки страхового риска, установления действительной стоимости страхуемого имущества, проверки соответствия заявленной и действительной стоимости имущества. Страхователь обязан обеспечить страховщику возможность проведения такого осмотра (экспертизы). (п. 8.3.2.)

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Таким образом, сообщение страховщику заведомо ложных сведений и намеренное умолчание о сведениях, имеющих существенное значение, при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика и того, что заведомо ложные сведения и сведения, о которых умолчал страхователь, касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений или умолчании о существенных сведениях лежит на страховщике.

Из приложения к заявлению на ипотечное страхование следует (отмечено галочками), что Л. просит застраховать жилой дом (п. 1), из дерева (п. 7 - 9), источников повышенной пожарной опасности не имеется (п. 18), системы и средств пожарной безопасности не имеется (п. 20), которые не планируется сдавать в аренду (п. 26) (л.д. 19-20, том 1).

Таким образом, в силу п. 1 ст. 944 ГК РФ, вышеперечисленные обстоятельства являются существенными, поскольку они были определенно оговорены страховщиком в стандартной форме-анкете, являющемся приложением к договору.

В силу прямого указания п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Судебная коллегия соглашается как с выводами суда первой инстанции об умышленном характере сообщения заведомо ложных сведений Л. при заключении договора, о существенном характере данных сведений, так и о наличии правовых оснований для признания договора недействительным.

Таким образом, доводы апеллятора о том, что суд первой инстанции формально оценил наличие в договоре страхования сведений, не соответствующих действительности, без всестороннего исследования обстоятельств дела по существу, противоречат материалам дела.

Судебная коллегия не принимает доводов апеллятора о том, что страховщик имел возможность осмотреть дом при заключении договора страхования и в период его действия, то есть, являясь экономически более сильной стороной, не совершил всех требуемых от него разумных действий и в силу п. 2 ст. 166 ГК РФ, не вправе заявлять требования о признании сделки недействительной.

Так, обязанность страхователя сообщить страховщику необходимые сведения предусмотрена ст. 944 ГК РФ, исходя из принципа добросовестности участников гражданских правоотношений, страховщик полагал данные сведения соответствующими действительности.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2025 N 53-КГ25-16-К8, то обстоятельство, что страховщик не воспользовался своим правом осмотреть объект страхования перед заключением договора страхования, не освобождает страхователя от исполнения возложенной на него обязанности по сообщению страховщику реальных характеристик объекта страхования и всех обстоятельств, имеющих существенное значение при заключении договора страхования.

Доказательств обратного, с достоверностью указывающих на то, что страховой компании было известно о состоянии страхуемого объекта на дату заключения рассматриваемого договора страхования, в материалы дела не представлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно не применил норму абз. 2 п. 3 ст. 944 ГК РФ о невозможности оспаривания договора страхования по тому обстоятельству, которое уже отпало на момент предъявления иска, поскольку, сдача дома в аренду на момент предъявления иска прекратилась, судебной коллегией не принимается, поскольку, данные обстоятельства действовали в течение всего периода действия договора страхования и отпали только по причине прекращения существования самого объекта страхования.

Не соглашаясь с решением суда, апеллятор указал, что суд неправильно применил нормы ГК РФ об исковой давности, не учел, что данный срок может начать свое исчисление не только с момента, когда лицо узнало об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но и с даты, когда лицо должно было узнать о данных обстоятельствах. В данном случае, страховщик должен был узнать о наличии в доме печи и сдаче его в аренду в момент заключения договора.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ) либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применяем норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений ст. 56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Согласно ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Договор страхования заключен сторонами 1 октября 2024, 12 августа 2025 Л. обратилась в АО "СОГАЗ" с заявлением о наступлении страхового события.

Согласно п. 2.5.2.1 договора (полиса) ипотечного страхования страховщик обязан рассмотреть все необходимые документы и сведения указанные в п. 12.3 Правил в течение 25 дней со дня их получения.

В п. 12.3 Правил комплексного страхования определено, что для получения страховой выплаты страхователь (застрахованное лицо) или выгодоприобретатель должны представить страховщику следующие документы (в зависимости от конкретного случая перечень документов может быть сокращен страховщиком): в том числе, в случае гибели или повреждения застрахованного имущества (п. 3.3.1 настоящих Правил): документы из компетентных органов (пожарного надзора (охраны), государственной или муниципальной аварийной службы, коммунальной службы, управляющей компании, ГИБДД, государственного органа, осуществляющего надзор и контроль за состоянием окружающей среды и т.п. в зависимости от произошедшего страхового случая), подтверждающие факт наступления и дату события, причину ущерба застрахованному имуществу.

АО "СОГАЗ", обращаясь в суд с настоящим иском, указало, что застрахованный объект использовался ответчиком не в личных целях, а для сдачи в аренду, в доме была устранена печь, не соответствующая нормативам, о чем истцу стало известно только при предоставлении Л. полного пакета документов, в соответствии с правила комплексного страхования.

Как следует из материалов выплатного дела, полный пакет документов, в том числе постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, был предоставлен в АО "СОГАЗ" 27 октября 2025. Следовательно, об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 1 ст. 181 ГК РФ) истцу стало известно только 27 октября 2025.

Настоящий иск был подан в суд 8 декабря 2025, то есть, в пределах установленного п. 1 ст. 181 ГК РФ срока исковой давности.

Другие доводы апелляционной жалобы основаны на ошибочном толковании приведенных в жалобе положений законодательных актов, не свидетельствуют о том, что при рассмотрении данного дела судом были допущены нарушения норм права, которые могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда, по настоящему делу не допущено.

Таким образом, решение суда вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, является законным и обоснованным.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 26 марта 2026 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика (истца по встречному иску) Л. - В. - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 июня 2026 года.