Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 июня 2026 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сулименко О.А.,

судей Абраменко Р.А., Фахретдинова Т.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Алимардановой А.Г.,

при участии:

от истца (путем использования системы веб-конференции): представитель Слугин И.А. по доверенности от 23.03.2026;

от ответчика (путем использования системы веб-конференции): представитель Пефтиев И.И. по доверенности от 02.08.2022;

от третьего лица: представитель не явился, надлежащим образом извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Альянс"

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.01.2026 по делу N А32-39688/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью "Альянс"

(ИНН: 2312128680, ОГРН: 1062312035565)

к индивидуальному предпринимателю Адиньяеву Сергею Ягутиловичу

(ИНН: 235400216061, ОГРНИП: 322237500408482)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "Гран-Арт"

(ИНН: 2312124164, ОГРН: 1062312007890)

о взыскании,

общество с ограниченной ответственностью "Альянс" (далее - ООО "Альянс"; общество; истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к индивидуальному предпринимателю Адиньяеву Сергею Ягутиловичу (далее - ИП Адиньяев С.Я.; предприниматель; ответчик) со следующими требованиями:

- взыскать ущерб, причиненный товару, оборудованию и основным средствам ООО "Альянс" в результате пожара, произошедшего 19.06.2023 в помещении аптеки "Социальная", расположенной по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, Новознаменский жилой район, ул. Андреевская, д. 41 в размере 3 923 011,11 руб.;

- взыскать переплату арендных платежей в размере 41 000 руб.;

- взыскать упущенную выгоду в размере 2 952 643,58 руб.;

- взыскать судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 120 000 руб. (с учетом уточнений первоначально заявленных требований, произведенных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; т. 2, л.д. 160 - 162).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.02.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО "Гран-Арт".

Решением суда от 19.01.2026 в иске отказано.

Решение мотивировано следующим. В представленном договоре аренды не отражена степень ответственности между сторонами договора за выполнение и соблюдение норм и правил пожарной безопасности в арендуемом помещении, в том числе не отражена ответственность за материальные убытки, причиненные в результате пожара на одну из заинтересованных сторон.

Из позиции ответчика следует, что арендатор после принятия помещения по договору производил подключение необходимого для осуществления коммерческой деятельности электрооборудования (монтаж кондиционера, прокладка камер видеонаблюдения). Пункт 2.3 договора устанавливает, что арендатор, в том числе, обязан в случае возникновения неполадок в работе инженерного оборудования и аварий, происшедших в процессе эксплуатации арендатором, устранять их последствия за свой счет.

В данном случае действия собственника помещения не привели к возникновению пожара и как следствие причинению ущерба арендатору, вина собственника помещения не установлена, ввиду чего, требования о взыскании ущерба и упущенной выгоды удовлетворению не подлежат.

Общество с ограниченной ответственностью "Альянс" обжаловало решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило решение отменить, иск удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы указывает следующее.

В п. 2.1 договора закреплены обязанности арендодателя, в том числе: предоставить помещение в состоянии, пригодном для использования, соответствующем техническим характеристикам и его назначению; обеспечить его постоянным снабжением электроэнергией; в случае возникновения неполадок в работе инженерного оборудования и аварий, произошедших не по вине арендатора, устранять аварии и их последствия за свой счет; за свой счет производить капитальный ремонт помещения.

Пунктом 2.3 договора, в свою очередь, определены обязанности арендатора, в том числе включающие в себя: использование помещения в соответствии с его назначением; поддержание его в исправном состоянии; производство внутреннего и текущего косметического ремонта помещения. Запрет перепланировок и переоборудования помещения, его неотделимых улучшений без согласия арендодателя закреплен также в п. 2.3.1 договора.

Условия договора соблюдены арендатором ООО "Альянс" в полном объеме.

Экспертизой установлен очаг пожара. Однако, надлежащая оценка установленному факту возникновения очага пожара не в пределах арендуемого ООО "Альянс" помещения, а в подкровельном пространстве, не являющемся зоной ответственности арендатора, судом не дана.

Кроме того, суд первой инстанции не принял во внимание пояснения истца относительно того, что ООО "Альянс" после принятия помещения по договору не производил подключение необходимого для осуществления коммерческой деятельности оборудования (монтаж кондиционера, прокладка камер видеонаблюдения). Указанные доводы ответчика, по мнению апеллянта, документально не подтверждены, в связи с чем не могли быть положены в основу решения суда первой инстанции.

Отсутствуют доказательства исправности электросети здания. Работы по замене и ремонту системы электроснабжения относятся к капитальному ремонту здания и являются, в соответствии с п. 2.1 договора обязанностью ответчика.

Необоснованно отклонены ходатайства истца об истребовании доказательств. Так, представителем истца 29.07.2025 заявлено ходатайство об истребовании доказательств: материалов дела N А32-59672/2022, содержащих сведения о факте неучтенного потребления ИП Адиньяевым С.Я. электроэнергии в нежилом помещении, расположенном по адресу: г. Краснодар, п. Новознаменский, ул. Андреевская, д. 39; сведений о регистрации в ОНД и ПР г. Краснодара УНДД и ПР ГУ МЧС России по Краснодарскому краю в 2019-2020 годах сообщения о преступлении по факту пожара, произошедшего в нежилом помещении, расположенном по адресу: г. Краснодар, п. Новознаменский, ул. Андреевская, д. 39, принадлежащем ИП Адиньяеву С.Я. В этот же день представителем истца заявлено ходатайство об истребовании у контрагентов ООО "Альянс" сведений о поставках товара в вышеуказанную аптеку. Той же стороной 09.10.2025 заявлено повторное ходатайство об удовлетворении ранее заявленного ходатайства об истребовании информации у контрагентов ООО "Альянс". Таким образом, фактически на разрешение суда представлено три ходатайства, которые, по мнению истца, имеют доказательственное значение для рассматриваемого дела. Между тем, по мнению апеллянта, судом неправомерно рассмотрено лишь одно из заявленных стороной истца ходатайств.

После произошедшего 19.06.2023 пожара арендатор был лишен возможности использовать помещение по назначению, ввиду приведения его огнем в негодность. В распоряжении арендодателя остался обеспечительный платеж в размере 30 000 руб., подлежащий возврату, а также 11 000 руб. арендной платы за период с 20.06.2023 по 31.06.2023.

В отзыве на апелляционную жалобу предприниматель Адиньяев С.Я. просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Указывает следующее.

Не является само по себе умышленным поведением действия ответчика как собственника имущества и/или выполнение обязательств по его содержанию в виде капитального/текущего ремонта. Однако, в случае, когда сторона договора выполняла свои обязательства явно с нарушением порядка и требований для такого действия, либо, осознавая последствия, допустила ненадлежащее выполнение или невыполнения обязательства, в таких случаях лицо, умышленно нарушившее соответствующее условие или обманувшее своего контрагента, обязано возместить причиненные ему убытки.

Арендатор принял во временное пользование нежилое помещение площадью 45 кв. м, оборудованное в том числе: электрооборудованием с прибором учета, водоснабжением, канализацией, пожарной сигнализацией, замками и запорными устройствами.

Согласно п. 2.3. договора аренды арендатор в случае возникновения неполадок в работе инженерного оборудования и аварий, происшедших в процессе эксплуатации арендаторам, обязан устранять их последствия за свой счет.

Причиной возгорания электропровода явилось короткое замыкание, которое могло произойти в результате эксплуатации нежилого помещения арендатором. Пожар произошел в подкровельном пространстве между подвесным потолком и основанием кровли в зоне, где располагалась проводка, которая обеспечивала электроэнергией электротехническое оборудование в помещении Социальная аптека. Истец после принятия помещения по Акту приема-передачи произвел ряд изменений: в помещении была возведена перегородка, произведен демонтаж и монтаж кондиционера, что подразумевает вмешательство в электропроводку при переносе кондиционера, прокладку трасс и кабелей в арендуемом помещении, установлено видеонаблюдение, что также несет дополнительную прокладку проводов и подключения электрооборудования.

Сведения о соблюдении арендатором в арендуемом помещении норм противопожарной безопасности отсутствуют.

В судебном заседании участвующие в деле лица дали суду пояснения относительно документов и материалов дела, настаивали на доводах апелляционной жалобы и отзыва на нее.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечило.

При названных обстоятельствах суд счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу по существу в соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьего лица.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы с учетом части 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав объяснения представителей истца и ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Рассмотрев ходатайство ответчика о проведении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

По смыслу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос.

При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств.

В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, апелляционный суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 N 13765/10 по делу N А63-17407/2009) судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, само по себе заявление участника процесса о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

При этом назначение и проведение судебной экспертизы представляет собой сложную многоступенчатую процедуру, требующую значительных временных, организационных и материальных затрат. При достаточности представленных в дело доказательств и отсутствии необходимости в специальных познаниях для анализа доказательств, назначение и проведение экспертизы приведет к необоснованному затягиванию арбитражного процесса и увеличению судебных издержек, что не отвечает целям процессуальной экономии.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что проведенная ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Краснодарскому краю пожарно-техническая судебная экспертиза отвечает на все поставленные перед экспертами вопросы. Противоречий в выводах проведенной экспертизы апелляционным судом не установлено.

Таким образом, признав, что основания для назначения экспертизы отсутствуют и проведение ее нецелесообразно, апелляционный суд пришел к выводу о том, что в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы надлежит отказать.

Суд апелляционной инстанции признает также несостоятельными доводы ответчика о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в истребовании доказательств, ввиду следующего.

Как указано в частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном указанным кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

Апелляционный суд отмечает, что в силу пункта 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребование доказательств является правом, а не обязанностью суда. При этом суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства. Отказ суда в истребовании дополнительных доказательств не является процессуальным нарушением.

Кроме того, на основании статьи 65, пункта 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в силу принципа состязательности арбитражного процесса институт истребования доказательств не распространяется на лиц, участвующих в деле; доказательства могут быть истребованы только у лиц, которые не участвуют в деле и не могут быть истребованы у сторон спора.

Процессуальный принцип состязательности сторон, закрепленный в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не предполагает возможность принуждения участвующих в деле лиц к представлению определенных доказательств, ввиду чего истребование документов у сторон спора действующим арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено.

Суд апелляционной инстанции полагает, что представленных в деле доказательств достаточно для всестороннего и полного рассмотрения спора.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что истребование информации из других арбитражных дел относительно возникшего пожара в ином помещении, принадлежащем арендодателю, а также информация о взыскании с арендодателя задолженности по неучтенному потреблению электроэнергии не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 66, 68, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд первой инстанции правомерно отклонил заявленное ходатайство об истребовании доказательств, поскольку с учетом подлежащих установлению по спору обстоятельств, счел возможным рассмотреть дело по представленным в него документам.

Между ООО "Альянс" (арендатор) и индивидуальным предпринимателем Адиньяевой Т.И. (арендодатель) заключен договор аренды нежилого помещения от 05.11.2020 N 05/11/2020 (далее - договор; т. 1, л.д. 36 - 39), в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель передает во временное возмездное пользование, а арендатор принимает по акту приема-передачи помещение, площадью 45 кв. м, в нежилом здании с кадастровым номером 23:43:0416058:411, находящемся по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Карасунский округ, пос. Знаменский, ул. Андреевская, 41.

Из акта приема-передачи следует, что арендодатель передал во временное возмездное владение и пользование, а арендатор принял по акту приема-передачи площадью 45 кв. м, в нежилом здании с кадастровым номером 23:43:0416058:411, находящемся по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Карасунский округ, пос. Знаменский, ул. Андреевская, 41, принадлежащем арендодателю на праве собственности помещение (т. 1, л.д. 38).

Из акта приема-передачи также следует, что помещение оснащено всем необходимым для осуществления арендатором своей деятельности в рамках договора аренды, в том числе электроснабжением с прибором учета, водоснабжением, канализацией, пожарной сигнализацией, замками и запорными устройствами.

Пунктом 1.2 договора установлен срок аренды с 23.11.2020 по 23.11.2025.

На основании пункта 3.1 договора арендатор обязуется ежемесячно уплачивать арендодателю арендную плату за пользование указанным помещением, не позднее 28 числа каждого отчетного месяца в размере 30 000 руб.

Из расписки от 05.11.2020 следует, что арендодатель Адиньяева Т.И. получила от директора ООО "Альянс" Комиссарова Г.Р. наличные денежные средства в сумме 60 000 руб. по договору аренды от 05.11.2020 N 05/11/2020 в качестве оплаты первого и последнего месяца аренды (т. 1, л.д. 40).

Из содержания искового заявления следует, что в связи со смертью 23.08.2021 Адиньяевой Т.И. нотариусом Краснодарского нотариального округа Тимохиной О.Г. 06.11.2021 открыто наследственное дело N 339/2021 к ее имуществу. Единственным наследником, обратившимся к нотариусу с заявлением о принятии наследства, является Адиньяев С.Я.

Таким образом, в соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи со смертью Адиньяевой Т.И. право собственности на принадлежащее ей имущество, в том числе на арендуемое обществом нежилое помещение, перешло по наследству к Адиньяеву С.Я., который стал арендодателем в рамках договора нежилого помещения от 05.11.2020 N 05/11/2020, о чем свидетельствует справка нотариуса Тимохиной О.Г. от 27.10.2022 исх. N 1510 (т. 1, л.д. 41).

19.06.2023 в здании, расположенном по адресу: г. Краснодар, Карасунский округ, пос. Знаменский, ул. Андреевская, 41, произошел пожар, что подтверждается справкой N 62786 от 28.06.2023 ГУ МЧС России по Краснодарскому краю (т. 1, л.д. 43).

Кроме того, как следует из рапорта об обнаружении признаков преступления, 19.06.2023 в 10 часов 14 минут от диспетчера ЦУКС Главного управления МЧС России поступила информация о пожаре, произошедшем по адресу: г. Краснодар, Карасунский округ, пос. Знаменский, ул. Андреевская, 41.

В ходе проверки было установлено, что произошло возгорание в помещениях продуктового магазина "Nova" и аптеки "Социальная аптека". В результате пожара пострадало оборудование, товар и б/у вещи, расположенные в помещении (т. 1, л.д. 25).

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта от 29.06.2023 N 170 по проведенной ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Краснодарскому краю пожарно-технической судебной экспертизе, непосредственной причиной возникновения пожара, послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления аварийного пожароопасного режима работы в электропроводнике, изъятом в ходе осмотра места происшествия в помещении "Социальной аптеки". Очаг пожара расположен на смежном участке, разделяющим помещение продуктового магазина "Nova" и "Социальную аптеку", преимущественно со стороны подкровельного пространства "Социальной аптеки". Горение из очага распространялось радиально в стороны в подкровельном пространстве по горючим материалам и конструкциям кровли, а также вертикально вниз в результате разрушения подвесного потолка в направлении разнономенклатурного товара (т. 1, л.д. 49 - 69; т. 3, л.д. 85 - 105).

В соответствии с техническим заключением от 07.09.2023 N 170/2 на представленном электропроводнике имеются признаки, характерные для электродугового оплавления, образовавшегося при незадымленной среде в присутствии значительного количества кислорода воздуха, в так называемых условиях до возникновения пожара, и последующего высокотемпературного отжига после короткого замыкания (т. 1, л.д. 70 - 77; т. 3, л.д. 106 - 113).

Указанные экспертные заключения даны в рамках проведенной ОНД и ПР ПО г. Краснодара УНД и ПР ГУ МЧС России по Краснодарскому краю проверки в порядке статей 144 - 145 УПК РФ. Должностные лица, проводившие экспертные исследования, об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения эксперта предупреждены (т. 3, л.д. 85, 106).

Дознавателем ОНД и ПР ПО г. Краснодара УНД и ПР ГУ МЧС России по Краснодарскому краю 26.03.2024 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в соответствии с которым констатировано отсутствие события преступления, предусмотренного статьей 168 УК РФ (т. 1, л.д. 78 - 80; т. 3, л.д. 118 - 119).

Истец указывал в исковом заявлении, что в результате пожара уничтожено имущество общества, а именно: товарные остатки, фармацевтическая мебель, торговое оборудование, оргтехника.

Обществом в соответствии с приказом от 19.06.2023 N 5 в связи с произошедшим пожаром инициировано проведение инвентаризации в структурном подразделении Аптека "Социальная", расположенной по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Новознаменский жилой район, ул. Андреевская, д. 41.

В соответствий с актом по результатам инвентаризации от 19.06.2023 N 1 при пожаре уничтожены товарные остатки на сумму 2 998 011,11 руб. (т. 1, л.д. 48 - 151; т. 2, л.д. 1 - 13).

Согласно акту по результатам инвентаризации от 19.06.2023 N 2 при пожаре уничтожены фармацевтическая мебель, торговое оборудование, оргтехника стоимостью 925 000 руб. (т. 1, л.д. 14 - 15).

Таким образом, как следует из искового заявления, прямой ущерб, причиненный ООО "Альянс", составил 3 923 011,11 руб.

Кроме того, арендодателем не возвращена переплата арендных платежей в сумме 41 000 руб.

03.08.2023 арендатором в адрес арендодателя направлено уведомление, в рамках которого истец уведомил ответчика о произошедшем пожаре и предложил заключить дополнительное соглашение о расторжении договора аренды (т. 1, л.д. 42, 44 - 45).

В рамках досудебного урегулирования спора истцом 18.03.2024 в адрес ответчика направлена досудебная претензия от 15.03.2024.

Неисполнение ответчиком требований, изложенных в претензии, послужило основанием для обращения истца с иском в арбитражный суд.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При предъявлении требования о взыскании убытков на основании статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцу надлежит доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к данному виду гражданско-правовой ответственности: факт причинения вреда и его размер; противоправность действий причинителя вреда; причинно-следственную связь между противоправными действиями и убытками; наличие вины причинителя вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отказывая в иске, суд первой инстанции исходил из того, что в представленном договоре аренды не отражена степень ответственности между сторонами договора за выполнение и соблюдение норм и правил пожарной безопасности в арендуемом помещении, в том числе не отражена ответственность за материальные убытки, причиненные в результате пожара на одну из заинтересованных сторон. Из позиции ответчика следует, что арендатор после принятия помещения по договору производил подключение необходимого для осуществления коммерческой деятельности электрооборудования (монтаж кондиционера, прокладка камер видеонаблюдения). Пункт 2.3 договора устанавливает, что арендатор, в том числе, обязан в случае возникновения неполадок в работе инженерного оборудования и аварий, происшедших в процессе эксплуатации арендатором, устранять их последствия за свой счет. В данном случае действия собственника помещения не привели к возникновению пожара и как следствие причинению ущерба арендатору, вина собственника помещения не установлена, ввиду чего, требования о взыскании ущерба и упущенной выгоды удовлетворению не подлежат.

Между тем, суд первой инстанции не учел следующее.

Из заключения эксперта от 29.06.2023 N 170 ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Краснодарскому краю (далее - заключение эксперта от 29.06.2023) следует, что в процессе осмотра объекта пожара были обнаружены фрагменты медных токоведущих жил с визуальными признаками, характерными аварийному пожароопасному режиму работы, которые были упакованы в два полимерных пакета (т. 3, л.д. 88).

Пакет N 1 был изъят из торгового помещения "магазин NOVA", расположенного по адресу: г. Краснодар, п. Новознаменский, ул. Андреевская, д. 41.

Исследовав представленный образец проводки, эксперт установил, что оплавление электропроводника, извлеченного из пакета N 1, электродуговым не является, и возникло в результате внешнего температурного воздействия со стороны окружающей среды, вероятно в результате температуры пожара (т. 3, л.д. 90).

Далее экспертом были исследованы электропроводники, находящиеся в пакете N 2 и извлеченные из торгового помещения "Социальная аптека", расположенного по адресу: г. Краснодар, п. Новознаменский, ул. Андреевская, д. 41.

Исследовав представленный образец проводки, эксперт установил, что оплавления электропроводника, извлеченного из пакета N 2, являются локальными, оплавления имеют округлую форму, поверхность оплавления гладкая, что может быть характерно для электродугового оплавления (т. 3, л.д. 92).

В заключении эксперта от 29.06.2023 отдельно отмечено, что электродуговые оплавления могут формироваться в различных условиях - до возникновения пожара в не задымленной среде и соответственно иметь прямое отношение к возникновению пожара, и в условиях пожара, в задымленной среде при дефиците воздуха и быть следствием теплового воздействия пожара на изоляцию электропроводников (т. 3, л.д. 92).

При коротком замыкании оплавления носят локальный характер и имеют округлую и остроконечную формы, вид косого среза или кратера. Сечение проводника может изменяться вблизи места оплавления на небольшом участке. При коротком замыкании на поверхности оплавления газовые раковины и поры отсутствуют (т. 3, л.д. 92).

С целью более точного установления природы оплавления токоведущих жил проводника, извлеченного из пакета N 2, и момента его возникновения, оплавленные участки были исследованы методом металлографического анализа, что подтверждается техническим заключением N 170/2 от 07.09.2023 (т. 3, л.д. 106 - 113).

В результате проведенного исследования проводника, извлеченного из пакета N 2, экспертом в техническом заключении N 170/2 от 07.09.2023 было установлено, что на электропроводнике имеются признаки, характерные для электродугового оплавления, образовавшегося при незадымленной среде в присутствии значительного количества кислорода воздуха, в так называемых условиях до возникновения пожара, и последующего высокотемпературного отжига после короткого замыкания (т. 3, л.д. 113).

Таким образом, экспертными заключениями было подтверждено, что причиной пожара являлось короткое замыкание, о чем свидетельствуют признаки электродугового оплавления на электропроводнике (пакет N 2), извлеченном из торгового помещения "Социальная аптека", расположенного по адресу: г. Краснодар, п. Новознаменский, ул. Андреевская, д. 41.

Исследуя вопрос N 2 (место расположения очага пожара и путей распространения горения от очага), эксперт пришел к выводу, что наибольшее температурное воздействие на металлическую поверхность кровельных ферм происходило со стороны внутреннего пространства запотолочной зоны помещения "Социальная аптека" (т. 3, л.д. 101).

Учитывая местоположение очага пожара, эксперт пришел к выводу о том, что горение из очага распространялось радиально в стороны в подкровельном пространстве по горючим материалам и конструкциям кровли, а также вертикально вниз в результате разрушения подвесного потолка в направлении разнономенклатурного товара (т. 3, л.д. 102).

Таким образом, очаг пожара расположен на смежном участке, разделяющем помещение продуктового магазина "Nova" и "Социальную аптеку", преимущественно со стороны подкровельного пространства "Социальной аптеки". Горение из очага распространялось радиально в стороны в подкровельном пространстве по горючим материалам и конструкциям кровли, а также вертикально вниз в результате разрушения подвесного потолка в направлении разнономенклатурного товара (т. 3, л.д. 102).

Исследуя вопрос N 1 (какова непосредственная причина возникновения пожара), эксперт пришел к следующим выводам.

Квалификационных признаков поджога, таких как наличие в очаговой зоне устройств и приспособлений для поджога или их остатков; наличие остатков инициаторов горения; наличие на месте пожара нескольких изолированных друг от друга очагов пожара, по представленным материалам проверки обнаружено не было (т. 3, л.д. 103).

Кроме того, поскольку очаг пожара установлен в запотолочном пространстве, где в качестве горючих элементов находились деревянные конструкции обрешетки кровли и подвесного потолка, не склонные воспламеняться от тлеющего табачного изделия, а также ввиду того, что доставка источника зажигания малой мощности в очаговую зону крайне маловероятна и практически невозможна, эксперт посчитал целесообразным исключить причастность к возникновению пожара источника зажигания малой мощности (например, тлеющего табачного изделия) (т. 3, л.д. 103).

Поскольку объект пожара электрифицирован (протокол осмотра места происшествия, л.д. 5 - 10), при этом, потенциальную пожарную опасность в очаговой зоне представляла электрическая сеть, эксперт посчитал целесообразным рассмотреть версию возгорания горючей нагрузки в зоне очага пожара от источника зажигания электротехнического происхождения (т. 3, л.д. 103).

Учитывая выводы технического заключения N 170/2 от 07.09.2023, эксперт пришел к выводу о том, что предоставленный на исследование фрагмент электропроводника с признаками протекания аварийного пожароопасного режима работы был изъят из помещения "Социальной аптеки" согласно схемы места пожара (рисунок 1, л.д. 23) (т. 3, д. д. 104).

Экспертом также отдельно отмечено, что основной причиной короткого замыкания в электроэнергетических системах являются нарушения изоляции токоведущих частей в процессе эксплуатации из-за теплового старения изоляционных материалов, перенапряжения сети, механических повреждений и воздействия окружающей среды (т. 3, л.д. 104).

В заключении эксперт также отметил, что пожар мог произойти из-за такого аварийного режима работы электросети, как первичное короткое замыкание, признаки которого были обнаружены на фрагменте электропроводника, извлеченного из пакета N 2 и изъятого в помещении "Социальной аптеки" (протокол осмотра места происшествия, л.д. 8-9) (т. 3, л.д. 105).

Таким образом, эксперт пришел к выводу о том, что непосредственной причиной возникновения пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления аварийного пожароопасного режима работы в электропроводнике, извлеченном из пакета N 2 и изъятого согласно схеме (рисунок 1, л.д. 23), а также информации из ПОМП (протокола осмотра места происшествия) от 19.06.2023 (л.д. 8-9) в помещении "Социальной аптеки" (т. 3, л.д. 105).

Учитывая разъяснения, изложенные в п. 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", а также положения статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса, суд апелляционной инстанции принимает заключение эксперта N 170 от 29.06.2023, а также техническое заключение N 170/2 от 07.09.2023, выполненные ФГБУ "СЭУ ФПС ИПЛ по Краснодарскому краю", в качестве относимого и допустимого доказательства по данному делу, поскольку вышеуказанными заключениями эксперта сделаны выводы о причинах возникновения пожара и место расположения очага пожара.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд приходит к выводу, что эксперт на момент составления заключения обладал необходимыми специальными знаниями в соответствии с требованиями действующего законодательства, выполнил заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Федерального закона N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств.

Поскольку из материалов дела не следует, что экспертом были использованы недопустимые с точки зрения закона методы исследования, постольку у суда отсутствуют основания для вывода о недопустимости заключения эксперта, а равно недостоверности содержащихся в нем выводов.

Данное заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанных в их результате выводов и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.

У суда первой инстанции отсутствовали основания не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями и проводившим соответствующие исследования в рамках рассмотрения данного дела, в связи с чем, судом первой инстанции заключение обоснованно принято в качестве надлежащего и допустимого доказательства по настоящему делу.

Между тем, рассматривая вопрос о наличии вины в действиях ответчика (арендодателя) суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

Статьей 38 ФЗ от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" установлено, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества; руководители федеральных органов исполнительной власти; руководители органов местного самоуправления; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций; лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности; должностные лица в пределах их компетенции.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, указанная норма, определяющая круг лиц, на которых может быть возложена ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, не предполагает ее произвольного применения в части выбора лица, ответственного за нарушение указанных требований в каждом конкретном деле. Данное лицо устанавливается с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, требований нормативных и иных актов, должностных инструкций, условий договоров, которые закрепляют права и обязанности сторон по вопросу соблюдения требований пожарной безопасности, и т.д. Эти положения статьи допускают возможность возложения ответственности за нарушение требований пожарной безопасности как на собственников имущества, несущих, по общему правилу, бремя содержания принадлежащего им имущества, так и на иных лиц, уполномоченных владеть, пользоваться или распоряжаться этим имуществом (определение от 23.12.2014 N 2906-О).

Согласно правовой позиции, сформулированной Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2006 года, ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор.

Поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность.

Если в договоре аренды указанный вопрос не урегулирован, то ответственность за нарушение требований пожарной безопасности может быть возложена как на арендатора, так и на арендодателя в зависимости от того, чье противоправное, виновное действие (бездействие) образовало состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена части 1 статьи 20.4 КоАП РФ.

В п. 2.1 договора закреплены обязанности арендодателя, в том числе: предоставить помещение в состоянии, пригодном для использования, соответствующем техническим характеристикам и его назначению; обеспечить его постоянным снабжением электроэнергией; в случае возникновения неполадок в работе инженерного оборудования и аварий, произошедших не по вине арендатора, устранять аварии и их последствия за свой счет; за свой счет производить капитальный ремонт помещения.

Пунктом 2.3 договора, в свою очередь, определены обязанности арендатора, в том числе включающие в себя: использование помещения в соответствии с его назначением; поддержание его в исправном состоянии; производство внутреннего и текущего косметического ремонта помещения. Запрет перепланировок и переоборудования помещения, его неотделимых улучшений без согласия арендодателя закреплен также в п. 2.3.1 договора.

Таким образом, из представленного в материалы дела договора аренды не следует, что ответственность за нарушение правил пожарной безопасности в рамках исполнения договора аренды возложена на арендодателя или арендатора.

В то же время заключение собственником имущества договора, в силу которого другая сторона обязуется перед собственником содержать имущество в надлежащем состоянии, само по себе не освобождает собственника от ответственности за вред, причиненный третьим лицам ненадлежащим содержанием этого имущества. Заключение такого договора собственником и возникшее из этого договора обязательство не могут ограничивать право потерпевшего на возмещение ущерба собственником этого имущества и в том случае, когда такое обязательство предусматривает права третьих лиц в отношении лица, которому собственник поручил содержание его имущества. Иное означало бы, что собственник, заключив договор с любым лицом по своему усмотрению, фактически снимал бы с себя всякую ответственность за содержание и безопасное состояние этого имущества.

Таким образом, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.11.2018 N 5-КГ18-227).

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества.

Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

Указанная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2023 N 33-КГ23-4-К3.

Определением от 08.04.2026 суд апелляционной инстанции обязывал ИП Адиньяева С.Я. представить доказательства ввода в эксплуатацию здания, в котором находится арендуемое помещение в соответствии с разрешительной документацией, технический паспорт; доказательства того, что монтаж и ввод в эксплуатацию электросети здания, в котором произошел пожар, выполнен в соответствии с проектной и исполнительной документацией, а сами работы выполнены специализированной организацией, сведения о проведении пожарного надзора в отношении здания.

Предпринимателю также предложено было представить обоснование того, что эксплуатация арендатором помещения с нарушениями привела к недопустимому риску и возникновению пожара.

Кроме того, предпринимателю необходимо было представить пояснения относительно ненадлежащего исполнения принятых обществом на себя обязательств по договору аренды; является ли установка кондиционера, а также возведение перегородки достаточным условием для возникновения вреда; доказательства внесения изменений в схему электроснабжения арендатором; доказательства применения к арендатору мер гражданско-правового, организационного характера ввиду самовольного вмешательства в систему электроснабжения.

В представленных пояснениях от 29.04.2026 (поданы через систему подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр") предприниматель ссылается на то, что нежилое здание с кадастровым номером 23:43:0416058:411, площадью 287,2 кв. м расположенное на земельном участке с кадастровым номером 23:43:0000000:20625 по адресу: г. Краснодар, Новознаменский жилой район, ул. Андреевская, 41 возведено собственником хозяйственным способом.

Право собственности на нежилое строение с кадастровым номером 23:43:0416058:411 было зарегистрировано за собственником в упрощенном порядке на основании технического плана и декларации.

По мнению ответчика, отсутствие разрешения на строительство/ввод в эксплуатацию не свидетельствует о невозможности его использования по назначению и не является нарушением обязательств перед арендатором. Кроме того, отсутствие разрешения на ввод в эксплуатацию само по себе не является основанием для запрета на осуществление деятельности, а, следовательно, не может служить основанием для возложения ответственности за вред, причиненный в результате пожара, возникшего по иным причинам. Более того, отсутствие разрешения на ввод объекта в эксплуатацию не является безусловным доказательством вины собственника в причинении вреда и не находится в причинно-следственной связи с возникновением пожара.

Ответчик указывает, что согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы АНО "Исследовательский центр судебных экспертиз" А.В. Васильченко от N 17.09.-ИЦСЭ от 08.09.2021, проведенной по делу N А32-8012/2021, предметом которого являлось исследование в том числе спорного объекта с кадастровым номером 23:43:0416058:411, эксперт пришел к выводу, что объект является нежилым зданием, предназначенным для социального и сервисного обслуживания населения, соответствует правоустанавливающей и технической документацией, соответствует требованиям действующего градостроительного, строительного, санитарно-гигиенического, противопожарных норм и правил, в том числе в части обеспечения сейсмобезопасности и расположения относительно соседних объектов. В повседневной эксплуатации строение угрозу жизни и здоровью граждан не создает (выдержки из выводов заключения эксперта АНО "Исследовательский центр судебных экспертиз" А.В. Васильченко от N 17.09.-ИЦСЭ от 08.09.2021).

Кроме того, предпринимателем представлен технический план на здание, расположенное по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, Новознаменский жилой район, ул. Андреевская, д. 41, а также выдержи из проведенных судебных экспертиз по делу N А32-8012/2021.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными доводами ответчика ввиду следующего.

Проверка добросовестности участвующего в деле лица осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из пояснений ответчика следует, что предпринимателем использована упрощенная процедура согласования возведения объектов индивидуального жилищного строительства (статья 51.1 ГрК РФ), рассчитанная на добросовестных участников гражданского оборота и к строительству торговых центров, офисных зданий неприменимая.

При этом разрешение на строительство нежилого здания в соответствии с частью 1 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации получено не было.

Поскольку застройка произведена без разрешительной документации, то это означает, что проектирование и возведение нежилого торгового здания велись без учета требований Свода правил "Общественные здания и сооружения. СНиП 31-062009" (утв. приказом Минрегиона России от 29.12.2011 N 635/10) и других специализированным норм и правил, и без осуществления строительного контроля (ч. 1 ст. 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Наряду с этим ответчик не доказал, что строение проектировалось специализированным учреждением, возводилось квалифицированным подрядчиком или трудовым коллективом, при надлежащем строительном контроле, а его приемка и введение в эксплуатацию произведены в порядке, установленном Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Устанавливая обязательные для всех строительные нормы и правила (своды правил), законодатель преследует цель защитить жизнь и здоровье граждан, имущество физических или юридических лиц, государственное или муниципальное имущество, обеспечить охрану окружающей среды, жизни и здоровья животных и растений, предупредить действия, вводящие в заблуждение приобретателей, обеспечить энергетическую эффективность зданий и сооружений (статья 1 Федерального закон от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений"). Однако ответчик не обеспечил достижение названной цели.

Возводя в нарушение установленного порядка торговое здание, предприниматель принял на себя все возможные риски своего противоправного поведения, включая риски возмещения убытков вследствие произошедшего пожара.

Также предприниматель был не лишен возможности представить доказательства соблюдения строительных норм и правил при рассмотрении настоящего дела.

Довод предпринимателя о том, что в конструкцию здания в части электроснабжения были внесены изменения арендатором, что привело к пожару, судебная коллегия отклоняет как не подтвержденный доказательствами.

Ответчик, как собственник имущества, действуя добросовестно при исполнении своих обязанностей арендодателя, обязан был требовать от арендатора соблюдения принятых на себя обязательств по договору аренды и при выявлении случаев неисполнения условий договоров аренды вправе был применить к арендатору меры гражданско-правового воздействия. Однако из материалов дела не следует, что ответчик применил к арендатору меры воздействия с целью выполнения обязательств по договору.

При этом арбитражный апелляционный суд считает, что приведение зданий (помещений) в соответствие с требованиями законодательства о пожарной безопасности не должно зависеть от желания либо нежелания арендаторов выполнять эти требования, поскольку эксплуатация объекта с нарушением указанных требований пожарной безопасности ведет к недопустимому риску для их жизни или здоровья людей при возникновении пожара, а собственник объекта недвижимости обязан распоряжаться таким имуществом способами, не допускающими возможность наступления таких событий.

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о том, что ответчик, как собственник имущества, не исполнил установленные законодательством требования пожарной безопасности и передал помещения в аренду, при этом не требовал от арендатора исполнения таких требований для целей эксплуатации переданного в пользование имущества, в то время как при соблюдении собственником правил пожарной безопасности распространение пожара и продуктов горения было бы исключено или значительно снижено.

Ответчик мог и должен был исполнить установленные законом требования в части противопожарной безопасности при их неисполнении арендаторами, с возможным последующим возложением расходов на его контрагентов с учетом условий договоров, чего им сделано не было, в связи с чем, собственник в данном случае не мог быть полностью освобожден от ответственности за возникновение пожара.

Вместе с тем, материалы дела не содержат безусловных доказательств того, что причиной возникновения пожара явились исключительно виновные действия ответчика или истца.

Если лицо, требующее возмещение вреда, причиненного пожаром в здании, докажет, что вред его имуществу причинен в результате совокупности действий (бездействия) как непосредственного виновника возникновения пожара (лица, в результате действий которого произошло возгорание), так и собственника здания, поскольку при соблюдении последним правил пожарной безопасности распространение пожара и продуктов горения было бы исключено или значительно снижено, то собственник здания на основании части 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть привлечен к солидарной ответственности вместе с непосредственным виновником пожара.

Бремя ответственности за нарушение правил пожарной безопасности лежит как на собственнике имущества, так и на лицах, уполномоченных владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

В то же время передача помещений в аренду не освобождает собственника от обязанности по соблюдению требований пожарной безопасности, при этом арендатор также не освобождается от обязанности по соблюдению требований пожарной безопасности (определение Верховного Суда РФ от 06.04.2020 N 308-ЭС20-2556 по делу N А53-22449/2018).

Рассматривая вопрос о наличии вины в возникновении пожара в действиях истца (арендатора), суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

Определением от 08.04.2026 суд апелляционной инстанции обязывал общество представить отзыв на довод о перепланировке помещения, о внесении изменений в систему электроснабжения здания.

В представленных 29.04.2026 пояснениях истец указывал следующее.

Перепланировку арендуемого у ИП Адиньяева С.Я. помещения ООО "Альянс" никогда не производило ввиду отсутствия необходимости в таковой. Арендованное помещение в полной мере отвечало необходимым требованиям к осуществлению обществом розничной аптечной торговли. Требуемое зонирование торгового помещения произведено за счет корпусной мебели, заказанной ООО "Альянс" у ИП Заводновой С.М. В рамках договора на изготовление торговой мебели от 30.06.2020 N 124/220 по индивидуальному проекту согласно нижеприведенной спецификации от 14.11.2020 с учетом площади арендованного помещения.

О том, что в арендуемом под аптеку помещении ООО "Альянс" не производилась перепланировка, также прямо свидетельствует протокол осмотра места происшествия в рамках проведенной ОНД и ПР ПО г. Краснодара УНД и ПР ГУ МЧС России по Краснодарскому краю проверки в порядке ст. ст. 144 - 145 УПК РФ (КРСП N 89 от 19.06.2023). Так, в протоколе осмотра указано, что фактов наличия каких-либо капитальных стен/некапитальных перегородок в ходе осмотра места происшествия не зафиксировано.

Апелляционный суд признает доводы общества об отсутствии перепланировки обоснованными, поскольку представленные в материалы дела фотографии потолка не свидетельствуют о том, что ответчиком было произведено изменение потолка (т. 4, л.д. 79 - 83).

Между тем, как следует из заключений эксперта, на фрагменте электропроводника, представленного на экспертизу, были обнаружены признаки, характерные для короткого замыкания, образовавшегося при аварийном режиме работы электропроводника.

Факт наличия электродуговых оплавлений свидетельствует о том, что проводник находился под напряжением.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлены доказательства того, что сеть не была перегружена и электропроводники не работали в аварийном режиме.

Апелляционный суд отмечает, что надежность и устойчивость электроснабжения после точки поставки обеспечивается потребителем, который обязан обеспечить техническое состояние и безопасность эксплуатируемых электрических сетей, приборов и оборудования (пункт 1 статьи 543 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец не обеспечил надлежащую эксплуатацию в арендуемом помещении оборудования, допустил аварийный пожароопасный режим работы, что привело к перегрузке электрических сетей, нарушил порядок установки и эксплуатации оборудования.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что, осуществляя деятельность в арендованном помещении, общество обязано соблюдать требования пожарной безопасности.

Помещения были приняты истцом в аренду, что подтверждается актом приема передачи от 05.11.2020 (приложение N 1 к договору; т. 1, л.д. 38).

Общество, являясь профессиональным участником предпринимательской деятельности, как того требуют обычаи делового оборота, действуя при должной степени заботливости и осмотрительности, должно было принять меры к выяснению всех сведений, имеющих значение для соблюдений требований законодательства, не лишено было права узнать у арендодателя порядок пользования электроэнергией в помещении, а также порядок обесточивания арендуемого помещения, в том числе, до подписания договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Правила пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно применяются и в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства независимо от своей вины (пункт 2 данной статьи).

Неблагоприятные последствия не могут возлагаться только на одного должника, если судом будет установлено, что они возникли в определенной степени вследствие поведения кредитора, имевшего возможность принять разумные меры по устранению причин возникновения или увеличения размера убытков, но не предпринявшего таких мер.

Приведенные положения законодательства свидетельствуют о том, что в содержание обязанности кредитора по уменьшению (недопущению увеличения) убытков входит совершение исключительно разумных, экономически целесообразных действий, направленных на удовлетворение собственного имущественного интереса.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что истец, как арендатор и фактический пользователь помещения аптеки, мог и должен был обеспечить безопасность такого использования в соответствии с требованиями законодательства и условий договора аренды, чего им также сделано не было, соответствующих претензий в адрес собственника не направлялось, в связи с чем, истец также не может быть освобожден от ответственности за возникновение пожара, учитывая при этом и установленный судом факт наличия вины истца в его возникновении.

Принимая во внимание изложенное, учитывая установленные обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, учитывая, что факт нарушения правил пожарной безопасности как со стороны ООО "Альянс", так и со стороны ИП Адиньяева С.Я. состоит в причинно-следственной связи с возникновением, распространением и развитием пожара, суд полагает возможным в данном случае применить пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, которым предусмотрено уменьшение ответственности должника в том случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон и возложить на истца и ответчика убытки в равных долях.

Из материалов дела следует, что истцом заявлено требование о взыскании ущерба, причиненного товару, оборудованию и основным средствам ООО "Альянс" в результате пожара, произошедшего 19.06.2023 в помещении аптеки "Социальная", расположенной по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, Новознаменский жилой район, ул. Андреевская, д. 41 в размере 3 923 011,11 руб.

Указанный ущерб в сумме 3 923 011,11 руб. истец подтверждает следующими представленными в материалы дела доказательствами:

- Акт N 1 по результатам инвентаризации за 19.06.2023 (т. 1, л.д. 48 - 151; т. 2, л.д. 1 - 13), которым подтверждена стоимость утраченного товара на сумму 2 998 011,11 руб.;

- Акт N 2 по результатам инвентаризации за 19.06.2023 (т. 2, л.д. 14 - 15), которым подтверждена стоимость утраченного оборудования и мебели на сумму 925 000 руб.;

- Товарные накладные, счета на оплату и платежные поручения, договор на изготовление торговой мебели, подтверждающие факт несения расходов на имущество (т. 4, л.д. 10 - 72).

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств того, что товар или мебель/оборудование не были повреждены при пожаре, либо доказательств отсутствия товара в торговом помещении в момент пожара, ответчиком не представлено.

Между тем, суд апелляционной инстанции установил, что ущерб, причиненный в результате уничтожения фармацевтической мебели, торгового оборудования и орхтехники подтверждаются лишь частично следующими платежными поручениями (далее - ПП), представленными в материалы дела:

- ПП N 57 от 06.07.2020 на сумму 295 000 руб. (назначение платежа: "Оплата по договору N 124/2020 от 30.06.2020, счет N 15 от 30.06.2020; мебель; т. 4, л.д. 22);

- ПП N 90 от 13.08.2020 на сумму 10 000 руб. (назначение платежа: "Оплата по договору N 124/2020 от 30.06.2020, счет N 15 от 30.06.2020; мебель; т. 4, л.д. 23);

- ПП N 94 от 01.09.2020 на сумму 15 000 руб. (назначение платежа: "Оплата по договору N 124/2020 от 30.06.2020, счет N 15 от 30.06.2020; мебель; т. 4, л.д. 24);

- ПП N 184 от 14.12.2020 на сумму 114 590 руб. (назначение платежа: "Остаточный платеж по счету N 28 от 14.11.2020; мебель; т. 4, л.д. 25);

- ПП N 1652 от 21.10.2021 на сумму 81 038 руб. (назначение платежа: "Оплата за холодильник по счету N 243 от 20.10.2021; т. 4, л.д. 27);

- ПП N 149 от 03.11.2020 на сумму 16 700 руб. (назначение платежа: "Оплата по счету N ПТ-2037 от 03.11.2020; терминал Verifone; т. 4, л.д. 29);

- ПП N 1261 от 24.08.2021 на сумму 12 400 руб. (назначение платежа: "Оплата за кулер и воду Счет N 339301 от 23.08.2021; т. 4, л.д. 31);

- ПП N 84 от 30.07.2020 на сумму 4 120 руб. (назначение платежа: "Оплата по Счет-договору N U7258190 от 29.07.2020; батарея для ИБП АРС APCRBC110 12В 7Ач; т. 4, л.д. 36);

- ПП N 24 от 18.05.2020 на сумму 13 620 руб. (назначение платежа: "Оплата по счету N U4715583 от 15.05.2020; автоподатчик Kyocera для TASKalfa; т. 4, л.д. 41);

- ПП N 177 от 09.12.2020 на сумму 10 080 руб. (назначение платежа: "Оплата за ИБП по счет-договору N V2155467 от 09.12.2020; ИБП АРС Back-UPS BE850G2-RS 850ВА; т. 4, л.д. 45);

- ПП N 23 от 15.05.2020 на сумму 35 550 руб. (назначение платежа: "Оплата по счет-договору N U4713328 от 15.05.2020; МФУ лазерный Kyocera TASKalfa 1801; т. 4, л.д. 49);

- ПП N 1114 от 03.08.2021 на сумму 200 руб. (назначение платежа: "Оплата по счет-договору N Е0538622 от 02.08.2021; вентилятор DEEPCOOL XFAN 60; т. 4, л.д. 53);

- ПП N 1115 от 03.08.2021 на сумму 46 340 руб. (назначение платежа: "Оплата по счет-договору N Е0538476 от 02.08.2021; компьютер; т. 4, л.д. 60);

- ПП N 1118 от 04.08.2021 на сумму 9 360 руб. (назначение платежа: "Оплата по счет-договору N Е0627560 от 04.08.2021; коммутатор; т. 4, л.д. 64);

- ПП N 77 от 20.07.2020 на сумму 41 700 руб. (назначение платежа: "Оплата за ККМ Атол, принтер этикеток по счету N SYUT-005018 от 14.07.2020; т. 4, л.д. 72).

Таким образом, истцом подтверждены убытки в части 705 698 руб.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию ущерб, причиненный:

- товарным остаткам на сумму 1 499 005,56 руб. (2 998 011,11 руб. / 2);

- оборудовании и мебели на сумму 352 849 руб. (705 698 руб. / 2).

Кроме того, истцом было заявлено требование о взыскании переплаты арендных платежей в размере 41 000 руб.

Пунктом 3.1. договора аренды предусмотрено, что при заключении договора арендатор оплачивает арендодателю арендную плату за первый месяц и обеспечительный платеж за последний месяц в общей сумме 60 000 руб.

Факт передачи денежных средств в размере 60 000 руб. в качестве оплаты первого и последнего месяца аренды подтверждается представленной в материалы дела распиской от 05.11.2020 (т. 1, л.д. 40).

Кроме того, перечисление арендной платы за июнь 2023 года подтверждается платежным поручением N 847 от 03.06.2023 (т. 5, л.д. 115).

Согласно пункта 1 статьи 381.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при наступлении обстоятельств, предусмотренных Договором, сумма обеспечительного платежа засчитывается в счет исполнения соответствующего обязательства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 381.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае ненаступления в предусмотренный Договором срок обстоятельств, указанных в абзаце втором п. 1 настоящей статьи, или прекращения обеспеченного обязательства обеспечительный платеж подлежит возврату, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что пожар произошел 19.06.2023 в здании, расположенном по адресу: г. Краснодар, Карасунский округ, пос. Знаменский, ул. Андреевская, 41, что подтверждается справкой N 62786 от 28.06.2023 ГУ МЧС России по Краснодарскому краю (т. 1, л.д. 43).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что на стороне ответчика образовалась переплата арендных платежей в июне 2023 года, поскольку истец пользовался помещением лишь 19 из 30 дней, соответственно, размер переплаты арендных платежей за июнь составляет 11 000 руб.

Таким образом, учитывая невозможность использования помещения после произошедшего пожара, с ответчика подлежит взысканию переплата арендных платежей в размере 41 000 руб. (30 000 руб. обеспечительный платеж, который подлежит возврату + 11 000 руб. переплата арендных платежей за июнь 2023 года).

Кроме того, истцом было заявлено требование о взыскании упущенной выгоды в размере 2 952 643,58 руб.

Рассмотрев указанное требование, апелляционный суд приходит к выводу о том, что оно не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статьям 15 и 393 Гражданского кодекса в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", далее - постановление Пленума N 7).

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума N 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса).

Таким образом, основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между причиненными убытками и действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

Объективная сложность доказывания убытков и их размера, равно как и причинно-следственной связи не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданских правоотношений при необоснованном посягательстве на их права.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 5 постановления Пленума N 7, пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", далее - постановление Пленума N 25).

В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и сделанных приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункты 4, 5 статьи 393 Гражданского кодекса, пункты 3 - 5 постановления Пленума N 7).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 14 постановления Пленума N 25, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена кредитором вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

При предъявлении исковых требований о взыскании упущенной выгоды истцу необходимо представить доказательства реальности получения дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и пр.).

Само по себе указание лицом на наличие у него имущественных потерь без представления доказательств, объясняющих их характер и состав, не может быть признано достаточным доказательством возникновения убытков.

Кредитору (потерпевшему), заявляющему о возникновении упущенной выгоды в связи с осуществлением им той или иной экономической деятельности, необходимо доказать, что в рамках этой деятельности у него имелась как таковая возможность получения дохода в определенном размере, а поведение ответчика явилось адекватной причиной, в связи с наступлением которой указанная возможность не могла быть реализована.

Допустимым является не только расчет упущенной выгоды, учитывающий сделанные истцом приготовления к использованию имущества для исполнения конкретных договорных обязательств перед третьими лицами, но и расчет, основанный на учете среднего дохода потерпевшего, извлекаемого им при обычных условиях гражданского оборота, поскольку в последнем случае сумма упущенной выгоды является установленной с разумной степенью достоверности.

Вместе с тем, расчет общества "Альянс", основанный на величине реализационной наценки на товар, являющейся прибылью общества за предыдущий период работы аптек, не является достоверным ввиду следующего.

Именно на кредиторе лежит бремя доказывания размера убытков, в том числе себестоимости спорных товаров (реальный ущерб) и рыночной стоимости спорных товаров (для определения упущенной выгоды).

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации, под прибылью понимаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

Истец упущенную прибыль подтверждает лишь представленной в материалы дела информацией о показателях работы аптек за период с 01.06.2022 по 30.06.2023 (т. 2, л.д. 16 - 24).

Учитывая изложенное, апелляционный суд признает несостоятельной позицию истца в распространении предыдущего периода работы аптек (с 01.06.2022 по 30.06.2023) на будущие периоды (с 01.07.2023 по 30.06.2024), поскольку формирование прибыли зависит от многих факторов.

Так, апелляционный суд отмечает, что размер реализованной наценки у общества "Альянс" зависит не только от конкретной партии закупленного товара, но и от условий ведения коммерческой деятельности в месте его реализации (место расположения аптечного пункта, проходимость, транспортная доступность, наличие поблизости конкурирующих аптек и т.д.), а потому для правильного отражения реального финансового результата расчет фактической суммы реализованной наценки должен производиться исходя из цены реализации единицы каждого конкретного товара, предусмотренной учетной политикой предприятия.

По смыслу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждая хозяйственная операция подлежит оформлению первичным учетным документом, поэтому доказательством отпуска (получения) товарно-материальных ценностей является документ (накладная, товарно-транспортная накладная, акт приема-передачи и др.), содержащий дату его составления, наименование организации, содержание и измерители хозяйственной операции в натуральном и денежном выражении, а также подписи уполномоченных лиц, передавших и принявших имущество.

Между тем, истцом, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлены акты сверки с поставщиками товара, а также подробный расчет упущенной выгоды, содержащий данные о реализационной наценке на каждый из товаров.

Учитывая изложенное, в удовлетворении требований о взыскании упущенной выгоды правомерно отказано судом первой инстанции.

Из материалов дела следует, что истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 120 000 руб.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1). Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 2).

В силу части 2 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление по вопросу о судебных расходах, понесенных в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде первой, апелляционной, кассационной инстанций, рассмотрением дела в порядке надзора, не разрешенному при рассмотрении дела в соответствующем суде, может быть подано в арбитражный суд, рассматривавший дело в качестве суда первой инстанции, в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта, принятием которого закончилось рассмотрение дела по существу.

Согласно пункту 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание такие факторы, как нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Суд также оценивает соразмерность расходов применительно к характеру оказанных услуг, их необходимость для целей восстановления нарушенного права.

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 N 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах" разъяснено, что лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также следует, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10).

Независимо от способа определения размера вознаграждения (почасовая оплата, заранее определенная твердая сумма гонорара, абонентская плата, процент от цены иска) и условий его выплаты (например, только в случае положительного решения в пользу доверителя) суд, взыскивая фактически понесенные судебные расходы, оценивает их разумные пределы в силу возложенной на суд в соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по установлению баланса между правами лиц, участвующими в деле.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о взыскании судебных расходов необходимо оценить их разумность, соразмерность и относимость к делу, а также установить факт документального подтверждения произведенных стороной расходов. Определение разумных пределов расходов на оплату услуг представителя является оценочным понятием и конкретизируется с учетом правовой оценки фактических обстоятельств рассматриваемого дела.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование понесенных затрат на оплату услуг представителя истец представил следующие документы: договор оказания юридических услуг от 01.03.2024 N 1595 (т. 2, л.д. 92 - 93), а также квитанцию к приходно-кассовому ордеру от 01.03.2024 N 1595 на сумму 200 000 руб. (т. 2, л.д. 94).

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт несения ответчиком расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов (представителей); имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела (пункт 20 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"),

Таким образом, при решении вопроса о распределении судебных расходов и определении размера подлежащей взысканию суммы в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя необходимо принимать во внимание фактически совершенные представителем действия, в рамках заключенного с участником процесса соглашения об оказании услуг, а также сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов (представителей), имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

В рассматриваемом случае, давая оценку разумности понесенных обществом расходов на оплату услуг представителя, суд руководствуется Мониторингом гонорарной практики в адвокатской палате Краснодарского края, согласно которому минимальный размер гонорара за оказание адвокатами правовой помощи в виде участия в качестве представителя доверителя в арбитражных судах в каждой инстанции и в иных органах разрешения конфликтов - 65 000 руб., либо 4500 руб. за час работы. Минимальный размер гонорара за оказание адвокатами правовой помощи за составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера - 7 000 руб.; при необходимости сбора доказательств, ознакомления с дополнительными документами - 10 000 руб.

При этом, сложившаяся в регионе гонорарная практика по оплате услуг представителей в арбитражном процессе (в том числе адвокатов) является одним, но не единственным критерием, с учетом которого суд должен установить соразмерность взыскиваемых расходов на оплату услуг представителя.

Для установления разумности понесенных расходов суд должен оценивать их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг и характеру услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и разумности для целей восстановления нарушенного права.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четких критериев их определения применительно к тем или иным категориям дела не предусмотрены. Размер понесенных расходов определяется каждый раз индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела.

Согласно сложившейся судебной практике при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя принимаются во внимание: относимость расходов к делу; объем и сложность выполненной работы; нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; соразмерность стоимости таких же услуг, оказываемых другими юридическими фирмами того же рейтингового уровня по критериям известности, открытости, качества услуг; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения дела; другие обстоятельства, свидетельствующие о разумности этих расходов.

Вместе с тем, при определении разумных пределов суммы расходов на оплату услуг представителя лица, участвующего в деле, арбитражными судами могут быть приняты во внимание и иные обстоятельства, в том числе поведение лиц, участвующих в деле, их отношение к процессуальным правам и обязанностям в соответствии с частью 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что институт возмещения судебных расходов не должен являться необоснованным препятствием для обращения в суд с целью защиты нарушенного права, но в то же время выполняет роль одного из средств предотвращения сутяжничества, а также то, что правоотношения, существующие между заявителем и ответчиком, находятся в ситуации неопределенности до момента вынесения окончательного судебного акта по делу, на суде лежит обязанность установления баланса в рисках сторон относительно понесенных ими судебных расходов. Следовательно, несмотря на вынесение судебного акта в пользу одной из сторон, на нее может быть также возложено несение бремени части судебных расходов. В соответствии с вышеизложенным подтверждение одного лишь факта несения судебных расходов является недостаточным для признания таких расходов соразмерными.

Оценив проделанный представителем истца объем работы, суд апелляционной инстанции полагает, что разумным пределом затрат на оплату юридических услуг в рамках рассмотрения дела в суде первой инстанции является сумма 60 000 руб., которая, с учетом пропорционального распределения судебных расходов, подлежит взысканию с ответчика в сумме 16 422 руб.

Мотивированных возражений в части установленной к возмещению суммы расходов на оплату услуг представителя не приведено.

Судебные расходы подлежат распределению в соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что истцом было заявлено ходатайство об уточнении исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.04.2024 по 11.07.2024 в размере 138 632,08 руб., а также до момента фактического исполнения обязательства (т. 2, л.д. 161).

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации при отказе истца от иска до принятия решения судом первой инстанции возврату истцу подлежит 70 процентов суммы уплаченной им государственной пошлины.

Учитывая изложенное, истцу подлежит возврату из федерального бюджета государственная пошлина по иску в размере 799,54 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.12.2014 N 2777-О, если иск удовлетворен частично, то это одновременно означает, что в части удовлетворенных требований арбитражный суд подтверждает правомерность заявленных требований, а в части требований, в удовлетворении которых отказано, арбитражный суд подтверждает правомерность позиции ответчика, отказавшегося во внесудебном порядке удовлетворить такие требования истца в заявленном объеме. Соответственно, в случае частичного удовлетворения иска и истец, и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве вправе требовать присуждения понесенных ими судебных расходов, но только в части, пропорциональной соответственно или объему удовлетворенных арбитражным судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых арбитражным судом было отказано.

Из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановление Пленума N 1) следует, что судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном в том числе главой 9 Кодекса. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Учитывая частичное удовлетворение исковых требований по иску (на 27,3%) с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску в размере 15 634,8 руб.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением апелляционной жалобы, распределяются по правилам, установленным статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание частичное удовлетворение апелляционной жалобы (на 72,63%), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 21 789 руб.

Согласно пункту 2 абзаца 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Оценив в совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исковое заявление общества подлежит частичному удовлетворению, в связи с чем решение суда первой инстанции подлежит отмене в порядке пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

в удовлетворении ходатайства индивидуального предпринимателя Адиньяева С.Я. о назначении пожарно-технической экспертизы - отказать.

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.01.2026 по делу N А32-39688/2024 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Адиньяева Сергея Ягутиловича (ИНН: 235400216061, ОГРНИП: 322237500408482) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Альянс" (ИНН: 2312128680, ОГРН: 1062312035565) ущерб, причиненный товару, оборудованию и основным средствам в сумме 1 851 854 (Один миллион восемьсот пятьдесят одна тысяча восемьсот пятьдесят четыре) руб. 56 коп., переплату арендных платежей в сумме 41 000 (Сорок одна тысяча) руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску в размере 15 634 (пятнадцать тысяч шестьсот тридцать четыре) руб. 8 коп., судебные расходы по оплате услуг представителя в суде первой инстанции в размере 16 422 (Шестнадцать тысяч четыреста двадцать два) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Альянс" (ИНН: 2312128680, ОГРН: 1062312035565) из федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 799 (Семьсот девяносто девять) руб. 54 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Адиньяева Сергея Ягутиловича (ИНН: 235400216061, ОГРНИП: 322237500408482) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Альянс" (ИНН: 2312128680, ОГРН: 1062312035565) государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 21 789 (Двадцать одна тысяча семьсот восемьдесят девять) руб.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа через Арбитражный суд Краснодарского края в течение двух месяцев со дня его принятия.