Судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Старчикова Е.В.

при секретаре Б.,

с участием прокурора Ковалева Д.В.,

адвоката Наземцевой Л.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационные жалобы потерпевшей С и адвоката Наземцевой Л.Е. в интересах осужденного С. на приговор Центрального районного суда г. Новосибирска от 8 сентября 2025 года и апелляционное постановление Новосибирского областного суда 5 декабря 2025 года.

Заслушав выступление адвоката Наземцевой Л.Е., поддержавшей доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Ковалева Д.В., полагавшего необходимым судебные решения оставить без изменения, суд

приговором Центрального районного суда г. Новосибирска от 8 сентября 2025 года

С., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, не судимый

осужден по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы сроком 1 год, с удержанием 10% заработной платы в доход государства.

Апелляционным постановлением Новосибирского областного суда от 5 декабря 2025 года приговор Центрального районного суда г. Новосибирска от 8 сентября 2025 года изменен: зачтено в срок отбытия наказания время нахождения С. в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день за один день.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

С. признан виновным и осужден за умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Наземцева Л.Е. в интересах осужденного С. выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального и уголовного законов, что повлияло на исход дела.

Автор кассационной жалобы приводит суждения об отсутствии в действиях С. состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ поскольку ни органом предварительного следствия, ни судом не доказан общеопасный способ поджога, при этом показания допрошенных лиц, в частности свидетеля Ж., не содержат сведений об имевшейся угрозе распространения огня на другие объекты либо угрозе жизни и здоровью людей. Умыслом С. не охватывалось повреждение автомобиля общеопасным способом, а выводы суда об обратном считает предположительными и выходящими за рамки предъявленного С. обвинения.

Считает, что отсутствие в обвинительном заключении и приговоре конкретных признаков поджога как общеопасного способа совершения преступления исключает квалификацию действий осужденного С. по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Ссылаясь на имущественное положение потерпевшей, отсутствие признака значимости поврежденного имущества, соотношение причиненного ущерба и стоимости поврежденного автомобиля, стабильного заработка потеплевшей, ставит под сомнение выводы суда о причинении потерпевшей С значительного ущерба. Кроме того, подвергает сомнению достоверность заключения специалиста страховой компании о стоимости восстановительного ремонта автомобиля. Обращает внимание, что в нарушение требований закона при описании в приговоре преступного деяния, инкриминированного С., не указаны способ и механизм образования повреждения стекла передней левой двери автомобиля, которое образовалось в результате нетермического воздействия, следовательно, стоимость указанного стекла - N рубля не могла учитываться при определении общего размера материального ущерба от поджога автомобиля.

Полагает, что суд необоснованно отказал в прекращении уголовного дела в отношении С. в связи с примирением с потерпевшей в соответствии со ст. 25 УПК РФ, ссылаясь в числе прочего на поведение С. в судебном заседании, что не предусмотрено законом.

По мнению адвоката неудовлетворительное состояние здоровья С. препятствовало назначению ему наказания в виде принудительных работ.

С учетом изложенного, просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В кассационной жалобе потерпевшая С выражает несогласие с состоявшимися по делу судебными решениями ввиду существенного нарушения требований уголовного и уголовно-процессуального закона. Изложенные в приговоре и апелляционном постановлении выводы об отсутствии правовых оснований для прекращения уголовного дела за примирением сторон находит необоснованными и противоречащими требованиям закона. Принятые С. меры, направленные на восстановление нарушенных прав, считает достаточными для удовлетворения заявленного ею ходатайства о прекращении дела по указанному основанию. Отмечает, что С. является <данные изъяты>, принес извинения, которые ею приняты, признал вину, раскаялся, ранее не судим, впервые совершил преступление средней тяжести, имеет <данные изъяты>, материальный ущерб возмещен страховой компанией в рамках гражданско-правового договора. Указывает на отсутствие в законе запрета на прекращение уголовного дела при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ. Обращает внимание, что совершение поджога автомобиля было обусловлено только личными мотивами вследствие внутрисемейного конфликта. В этой связи делает вывод об отсутствии у С. умысла причинять вред интересам государства и общества. Просит отменить вынесенные судебные решения, уголовное дело прекратить на основании ст. 25 УПК РФ.

В возражениях на кассационные жалобы адвоката Наземцевой Л.Е. и потерпевшей С государственный обвинитель Артемова В.В. считает их доводы необоснованными и просит оставить их без удовлетворения, судебные решения - без изменения.

Проверив материалы уголовного дела и изложенные в кассационных жалобах доводы, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Таких нарушений по настоящему уголовному делу не допущено.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав осужденного на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется.

Из материалов уголовного дела усматривается, что предварительное и судебное следствия по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, привлечение С. к уголовной ответственности соответствует положениям гл. 23 УПК РФ.

Обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ.

Обвинительный приговор в отношении С. соответствует требованиям ст. 304, 307, 309 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа и других обстоятельств его совершения, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела.

Вопреки утверждению об обратном уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением требований ст. 14, 15, 240, 244, 252 УПК РФ, в пределах предъявленного С. обвинения. Судебное следствие по делу проведено с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводств, в том числе, принципов непосредственности, устности, состязательности и равноправия сторон, в ходе судебного разбирательства сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации предоставленных им прав и созданы необходимые условия для реализации предоставленных им прав, все ходатайства, заявленные сторонами, разрешены судом в установленном порядке.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность постановленного приговора, не имеется. Протокол судебного заседания по делу соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Суд первой инстанции, как того требуют положения ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с субъективным анализом доказательств, приведенным в жалобе и позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению состоявшихся судебных решений по делу.

Выводы суда о виновности С. в совершении инкриминированного ему преступления подтверждаются признательными показаниями самого осужденного С., данными как в ходе судебного, так и предварительного следствия об обстоятельствах совершения им преступления; показаниями потерпевшей С на стадии предварительного следствия, где она поясняла о принадлежности поврежденного в результате поджога <данные изъяты> автомобиля ей и о причинении ущерба в сумме N рублей N копеек, который для нее является значительным; свидетеля Ж., прибывшего на место происшествия по сообщению дежурного, принявшего меры по пожаротушению и установлению обстоятельств случившегося; свидетеля Н об обстоятельствах задержания С., а также письменными материалами дела, в том числе результатами проведенных по делу осмотров места происшествия, предметов (документов), в том числе диска с видеозаписью с камеры видеонаблюдения, где зафиксированы обстоятельства рассматриваемых событий, заключениями проведенных по делу экспертных исследований, а также другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, отсутствуют.

Все существенные противоречия, имеющиеся в показаниях потерпевшей, были устранены судом в ходе судебного следствия, в т.ч. путем оглашения и исследования показаний, данных на досудебной стадии производства по делу.

Отдав предпочтение показаниям потерпевшей С, данным ею в ходе предварительного следствия, где она сообщала о размере причиненного ущерба, установленной на основании заключения специалиста стоимости восстановительного ремонта, а также значительности причиненного ей ущерба, суд свои выводы надлежащим образом мотивировал.

Каких-либо причин для оговора С. допрошенными по делу лицами, либо наличия у них заинтересованности в исходе уголовного дела, как и убедительных данных, указывающих на недостоверность их показаний, принятых судом в качестве доказательств, не установлено.

Вопреки утверждению об обратном каждое юридически значимое обстоятельство установлено судом на основании совокупности доказательств по делу, полученных в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка, с приведением мотивов, руководствуясь которыми одни доказательства были признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Формулировок, которые бы действительно искажали правовое значение исследуемых событий и обстоятельств, имели взаимоисключающий смысл, либо влияли на существо выводов, судом не допущено.

Суд действовал в соответствии со своей компетенцией и в рамках ст. 252 УПК РФ, определяя круг относимых и подлежащих выяснению обстоятельств.

Судом исследованы все версии, выдвинутые в защиту С. и всем им дана надлежащая оценка в приговоре.

Все доводы, изложенные в жалобах, аналогичны позиции стороны защиты и потерпевшей С в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку исследованных судом доказательств. Эти доводы проверялись судом, результаты проверки отражены в приговоре, с указанием мотивов принятых решений, оснований не согласиться с которыми не имеется.

Фактов, свидетельствующих об изложении судом содержания доказательств таким образом, чтобы это искажало их суть и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено. Отсутствуют данные о том, что какие-либо важные для исхода дела доказательства были безосновательно отвергнуты судом, либо суд незаконным образом воспрепятствовал их представлению сторонами для исследования.

Установив, что осужденный, совершил поджог автомобиля, оснащенного горюче-смазочными материалами во дворе жилого дома в вечернее время в непосредственной близости от другого автомобиля, после поджога скрылся с места совершения преступления, что создавало реальную возможность и опасность причинения вреда жизни и здоровью людей, если бы возгорание не было предотвращено иными лицами, суд пришел к обоснованному выводу о том, что избранный осужденным способ повреждения чужого имущества является общеопасным в связи с реальностью угрозы распространения огня, своевременно локализованного прибывшими сотрудниками органов внутренних дел, в том числе свидетелем Ж Данные обстоятельства также подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, протоколом осмотра записей с камер видеонаблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, где установлено совершение действий осужденного по поджогу автомобиля на парковке жилого дома вблизи другого автомобиля.

Доводы защиты о том, что указанные выводы суда выходят за пределы предъявленного С. обвинения по причине его неконкретности и отсутствия в нем указания на характерные для общеопасного способа признаки, нельзя признать обоснованными.

Из обвинения следует, что С. умышленно повредил имущество путем поджога. По смыслу уголовного закона сам способ уничтожения или повреждения имущества путем поджога отнесен к общеопасному.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении и повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", общеопасный способ умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества отсутствует только в том, случае, когда уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня имело место в условиях, исключающих распространение огня на другие объекты, а также исключающих возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей и чужому имуществу.

Достоверно установив на основании совокупности представленных доказательств наличие такой угрозы, суд пришел к правильному выводу о том, что избранный осужденным способ повреждения имущества является общеопасным. Формулируя такой вывод суд, вопреки утверждению об обратном, не вышел за пределы предъявленного С. обвинения.

При решении вопроса о значительности ущерба, причиненного в результате повреждения осужденным автомобиля суд, верно, с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", исходил из размера реального материального ущерба, установленного на основании заключения эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ, значимости этого имущества для потерпевшей, ее материального положения. Данных, свидетельствующих о недостоверности представленного потерпевшей заключения, из материалов уголовного дела не усматривается. Оснований для снижения суммы причиненного ущерба, в том числе и по той причине, что стекло передней левой двери автомобиля повреждено в результате нетермического воздействия, не имеется. Судом достоверно установлено, что указанное стекло было повреждено С. с целью беспрепятственного поджога салона автомобиля.

Повторяемые в кассационной жалобе защитником доводы о незначительности для потерпевшей причиненного ущерба проверялись судами первой и апелляционной инстанций и обоснованно отвергнуты. Оснований не согласиться с изложенными в обжалуемых судебных решениях выводами не имеется.

Действия С. правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 167 УК РФ. Выводы суда по вопросу уголовно-правовой оценки содеянного соответствуют установленным обстоятельствам, все признаки инкриминированного С. преступления получили объективное подтверждение. Оснований для иной юридической оценки действий осужденного, как и для его оправдания, вопреки доводам кассационной жалобы, не имеется.

Вопреки доводам жалоб, решение об отказе в прекращении уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ - в связи с примирением сторон, судом принято обоснованно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Такая же позиция нашла отражение в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда при оценке возможности прекращения уголовного дела следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон и постановляя приговор, а суд апелляционной инстанции, обоснованно с ним соглашаясь, приняли во внимание конкретные обстоятельства дела, данные о личности С., который повредил автомобиль потерпевшей путем поджога, с применением открытого огня, в условиях, грозящих его распространением на другие объекты и возникновением угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, при этом какого-либо личного участия в возмещении потерпевшей причиненного ущерба не принимал, стоимость восстановительного ремонта автомобиля была возмещена в полном объеме страховой компанией.

Как правильно отмечено в обжалуемых судебных решениях, указанные обстоятельства не позволяют сделать вывод о достаточности принятых осужденным С. мер в виде принесения извинений потерпевшей, направленных на восстановление нарушенных прав, а достигнутое с потерпевшей примирение не повлекло уменьшение степени общественной опасности содеянного и личности самого С.

Учитывая все установленные по делу обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что прекращение уголовного дела в отношении С. в связи с примирением с потерпевшей целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства соответствовать не будет и пришли к обоснованному выводу о невозможности прекращения уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ, мотивировав свое решение. Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов судов.

Наказание С. назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также смягчающих наказание обстоятельств.

Все установленные по делу смягчающие обстоятельства судом учтены. Требования ч. 1 ст. 62 УК РФ соблюдены.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения, при назначении осужденному наказания, положений ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ в приговоре мотивированы и сомнений в своей обоснованности у суда кассационной инстанции не вызывают.

Назначив наказание в виде лишения свободы, суд учел данные о личности С. и иные подлежащие учету данные, обоснованно применил положения ст. 53.1 УК РФ и заменил назначенное наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

Препятствий для отбывания С. наказания в виде принудительных работ и предусмотренных законом ограничений судом правильно не установлено. Оснований считать назначенное осужденному наказание несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, в том числе по доводам, изложенным в кассационных жалобах, не имеется.

Судом апелляционной инстанции материалы уголовного дела рассмотрены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Все доводы апелляционных жалоб адвоката, в том числе аналогичные изложенным в кассационной жалобе, рассмотрены в полном объеме и получили надлежащую оценку в решении суда апелляционной инстанции, с указанием мотивов принятого решения. Апелляционное постановление соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, которые бы повлияли на исход дела, судебными инстанциями не допущено. Оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного постановления не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, суд

кассационную жалобу адвоката Наземцевой Л.Е. в интересах осужденного С., кассационную жалобу потерпевшей С на приговор Центрального районного суда г. Новосибирска от 8 сентября 2025 года и апелляционное постановление Новосибирского областного суда 5 декабря 2025 года оставить без удовлетворения.