Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Епифановой О.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Паршиной Л.Ю.,

защитника осужденного В. - адвоката Морозовой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Я.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой адвоката Морозовой Н.Н., с возражениями на нее государственного обвинителя Матвеевой А.В. на приговор Вачского межрайонного суда Нижегородской области от 15 января 2026 года, которым

В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167, ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ к наказанию:

- по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ (преступление от 16.02.2024) в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ (преступление, совершенное в период с 29.03.2024 по 30.03.2024) в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание назначено по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде 3 лет лишения свободы.

В соответствии с требованиями ст. 73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года.

Постановлено возложить обязанности в период испытательного срока: встать на учет и периодически являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных для регистрации, не менять постоянного места жительства либо места пребывания без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения.

В случае отмены В. условного осуждения и направления его в места лишения свободы для отбывания наказания, постановлено зачесть в срок отбывания наказания в виде лишения свободы период задержания В. по данному уголовному делу в порядке ст. 91 УПК РФ в период с 28.06.2024 по 29.06.2024 включительно.

Постановлено взыскать с В.:

в пользу ФИО30 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 68 686 рублей 18 копеек;

в пользу ФИО31 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 48 452 рубля 82 копейки;

в пользу ФИО32 денежные средства в счет возмещения материального ущерба в сумме 266 443 рубля;

в пользу потерпевшей ФИО33 денежные средства в счет компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей;

в пользу потерпевшей ФИО34 денежные средства в счет компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей.

Вопрос о судьбе гражданского иска ФИО34. в части возмещения материального ущерба, в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 309 УПК РФ передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, признано за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска.

Оплатить потерпевшей ФИО34. процессуальные издержки в сумме 75 000 рублей в качестве суммы, затраченной потерпевшей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего за счет средств Федерального бюджета.

Взысканы с В. в доход государства процессуальные издержки в размере 75 000 рублей, в качестве суммы выплаченной потерпевшей ФИО34. на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Арест, наложенный постановлением Нижегородского районного суда г. Н.Новгорода от 22.07.2024 на принадлежащий В. автомобиль марки "<данные изъяты>" с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, <данные изъяты> года выпуска, VIN <данные изъяты>, номер двигателя <данные изъяты>, сохранен до исполнения приговора в части удовлетворенных гражданских исков.

Арест, наложенный постановлением Нижегородского районного суда г. Н.Новгорода от 27.09.2024 на денежные средства, находящиеся на расчетном счете ФИО39., сохранен до принятия решения по уголовному делу в отношении ФИО39.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы уголовного дела, суд

В. признан виновным и осужден за два преступления - организация умышленного уничтожения чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В суде первой инстанции В. вину в совершении преступления, по факту организации умышленного уничтожения чужого имущества, совершенного путем поджога ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> не признал, по факту организации умышленного уничтожения чужого имущества, совершенного путем поджога бани, расположенной по адресу: <адрес> признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат Морозова Н.Н. выражает несогласие с вынесенным решением в части признания В. виновным в организации умышленного уничтожения чужого имущества совершенного путем поджога ДД.ММ.ГГГГ г. по адресу: <адрес>. Считает, что выводы суда в указанной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения, доказательств, подтверждающих наличие умысла, а также совершения В. действий, направленных на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога в материалах дела не содержится. Полагает, что инкриминируемое деяние в приговоре изложено с искажением фактических обстоятельств дела и отступления от указанного в ст. 14 УК РФ понятия преступления.

Обращает внимание на то, что суд, оценив показания ФИО39. и ФИО42., пришел к выводу о том, что именно В. организовал умышленное уничтожение имущества, принадлежащее ФИО34., ФИО30., ФИО31., ФИО32 путем поджога. Считает, что указанный вывод суда противоречит исследованным в суде доказательствам. Показания свидетелей, письменные доказательства, оглашенные показания ФИО39. и показания ФИО42., не содержат сведений об организации В. уничтожения имущества вышеуказанных лиц путем поджога.

Указывает, что по делу была проведена амбулаторная судебная психиатрическая первичная экспертиза на ФИО39., который согласно заключению хроническим и временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики не страдает, признаки алкоголизма и наркомании не обнаруживает. Свою вину в совершении инкриминируемом ему деянии признает, открыто заявляет, что раскаивается в содеянном. Поясняет, что хотел причинить материальный вред потерпевшему, так как считает, что потерпевший должен был ответить за свои слова. Испытуемый подчеркивает, что он специально сделал все так, чтобы не пострадали посторонние люди и их имущество, сам вызвал пожарную службу. В связи с этим считает, что вменяемые В. обстоятельства организации поджога в тамбуре жилого дома N <данные изъяты> по <адрес> не подтверждаются как совокупностью допустимых и достоверных доказательств, так и отдельными доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела, а напротив исследованные судом доказательства стороны обвинения свидетельствуют о непричастности В. и об отсутствии оснований для квалификации действий в указанной части по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Считает, что в обвинительном заключении и приговоре содержатся два взаимоисключающих друг друга суждения о фактической стороне содеянного и правовой оценки действий В. и ФИО42. Указывает, что по версии следствия, в обвинительном заключении указывается, что доказана вина В., в то же время вина ФИО42., в качестве лица, занимавшегося приисканием исполнителя для вменяемого В. преступления следователем исключена. Полагает, что указанное также свидетельствует о незаконности признания В. виновным в указанной части.

Считает, что в действиях ФИО39. имел место эксцесс исполнителя.

Стороной обвинения не представлено доказательств, отвечающих требованиям достоверности, относимости и допустимости, свидетельствующих о наличии умысла у В. направленного на уничтожение имущества, принадлежащего ФИО34., ФИО30., ФИО31., ФИО32 путем поджога, а также доказательства противоправности его действий по факту поджога во внутреннем объеме тамбура кв. N N, N, N жилого дома N <данные изъяты> по <адрес>.

Просит приговор в указанной части отменить, оправдать В. в указанной по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за его непричастностью и за отсутствием в его действиях состава преступления, а также отменить решение о взыскании денежных средств с В. в пользу ФИО30., ФИО31., ФИО32 и ФИО34.

Считает, что вывод суда о наличии в действиях В. признака значительности ущерба, причиненного ФИО34., ФИО30., ФИО31., ФИО32 также является необоснованным. Полагает, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства, подтверждающие повреждение в результате пожара двери в кв. N N и соответственно причинение значительного ущерба ФИО30. в сумме 54225,29 рублей. Достоверно установлено, что дверь в кв. N в результате пожара не пострадала. Отсутствуют доказательства права собственности на квартиру ФИО30., ФИО31. Отсутствуют доказательства о причинении имущественного ущерба. Просит отказать в удовлетворении требований ФИО30. и ФИО31.

Указывает, что необоснованно действия В. квалифицированы по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ по факту организации умышленного уничтожения чужого имущества, совершенного путем поджога хозяйственной постройки - бани по адресу: <адрес>.

Каких-либо признаков общеопасного способа уничтожения хозяйственной постройки-бани не установлено и в предъявленном обвинении не указаны обстоятельства, свидетельствующие, что избранный способ уничтожения чужого имущества был сопряжен с угрозой жизни и здоровью людей либо угрозой повреждения или уничтожения иного чужого имущества.

Вывод суда о причинении ФИО33. ущерба в сумме 1 729 763 рубля в размере стоимости восстановительного ремонта бани является необоснованным, поскольку В. вменено уничтожение, а не повреждение бани, что подлежит исключению из приговора.

Считает, что вина осужденного по предъявленному обвинению не доказана и приговор является несправедливым, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, не в полной мере учтены смягчающие обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Просит отменить приговор Вачского межрайонного суда Нижегородской области от 15 января 2026 года и оправдать В. по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ по факту поджога во внутреннем объеме тамбура кв. N N, N, N жилого дома N <данные изъяты> по ул. <адрес>, смягчить наказание по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ по факту поджога хозяйственной постройки - бани по адресу <адрес>.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Матвеева А.В. полагает, что доводы апелляционной жалобы несостоятельны и не подлежат удовлетворению. Указывает, что судебное разбирательство проведено объективно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов состязательности и равноправия сторон. Вина осужденного В. подтверждена совокупностью доказательств, собранных в ходе проведенного следствия. Считает, что судом дана оценка всем исследованным доказательствам. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Стороны в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 389.11 УПК РФ извещены о месте, дате и времени судебного заседания суда апелляционной инстанции надлежащим образом.

Оснований согласно ст. 389.12 УПК РФ для обязательного участия не явившихся лиц в заседании суда апелляционной инстанции не усматривается.

В суде апелляционной инстанции:

адвокат Морозова Н.Н. поддержала доводы апелляционной жалобы, просила оправдать В. за непричастностью по факту поджога во внутреннем объеме тамбура, отказать в удовлетворении гражданских исков. По факту поджога хозяйственной постройки - бани, оспаривает общеопасный способ уничтожения хозяйственной постройки-бани, сумму ущерба, просит смягчить наказание;

прокурор Паршина Л.Ю. просила приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела с учетом апелляционной жалобы, возражений, а также доводов участников процесса в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина В. в совершении преступлений, указанных в приговоре, в ходе судебного разбирательства установлена в полном объеме и подтверждена совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных в суде и приведенных в приговоре.

Представленные стороной обвинения доказательства, признанные судом допустимыми, являются достоверными и достаточными, согласуются между собой; проанализированы в приговоре суда, выводы которого мотивированы.

Объективная и субъективная стороны совершенных В. преступлений установлены судом на основе всестороннего анализа показаний допрошенных по делу лиц, заключений экспертиз, протоколов следственных и процессуальных действий, иных письменных материалов дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы вина В. установлена на основе всестороннего анализа представленных доказательств.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, приходит к выводу, что установленные фактические обстоятельства по организации умышленного уничтожения чужого имущества потерпевшим ФИО34., ФИО30., ФИО31. и ФИО32", совершенные путем поджога ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, тамбура квартир N N, N, N, которые повлекли причинение значительного ущерба ФИО34., ФИО30., ФИО31., подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, проверенных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, которые приведены в приговоре:

- показаниями потерпевших ФИО34., ФИО30., ФИО31. и представителя потерпевшего ФИО83., согласно которых ДД.ММ.ГГГГ в тамбуре квартир NN <адрес> произошел пожар, при этом причинен ущерб потерпевшей ФИО34 в сумме 51 230 рублей 97 копеек, потерпевшей ФИО30. в сумме 68 686 рублей 18 копеек, потерпевшему ФИО31. в сумме 48 425 рублей 82 копейки, ФИО32 в сумме 266 443 рубля;

- согласно заключению эксперта N<данные изъяты> от <данные изъяты> очаг пожара находился во внутреннем объеме тамбура квартир NN N на 10-м этаже в 1-м подъезде 14-ти этажного жилого дома N <адрес>, а именно на поверхности нижней части входной двери и под ней квартиры NN; пожар произошел вследствие применения источника открытого огня (например, пламя факела, спички и т.п.) с использованием горючих, легкогорючих жидкостей (например бензин и т.п.) (л.д. 41-49 т. 2);

- показаний потерпевшей ФИО34. и свидетеля ФИО89., согласно которых ДД.ММ.ГГГГ на лестничной клетке подъезда дома в котором они проживают, как потерпевшая, так и свидетель увидели лицо N 1, которого, в свою очередь сфотографировал свидетель ФИО89. При этом лицо N 1 сказал ФИО89., что пришел передать "привет" ФИО34 от бывшего мужчины;

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии, где свидетель ФИО89. опознал лицо N 1, который ДД.ММ.ГГГГ находился на лестничной площадке 10-го этажа у квартиры NN по адресу: <адрес> и передал "привет" ФИО34 от бывшего мужчины (л.д. 232-236 т. 8);

- показаниями лица N 1, согласно которых он по предложению ФИО42. ДД.ММ.ГГГГ совершил поджог двери квартиры NN <адрес> за вознаграждение в сумме 100 000 рублей. Также лицо N 1 показало, что со слов ФИО42., заказчик просил навредить своей бывшей любовнице, оставляя способ совершения противоправных действий за исполнителем. При этом перед совершением, ДД.ММ.ГГГГ, описанных лицом N 1 действий, последний ДД.ММ.ГГГГ приезжал в <адрес> по адресу места жительства любовницы заказчика, который ему передал ФИО42., чтобы осмотреть адрес. И именно в этот день, у Лица N 1, когда он поднялся к кв. NN, на 10-м этаже произошел конфликт со ФИО89.;

- показаниями свидетеля ФИО42., который по просьбе В. приискал лицо N 1, который за денежное вознаграждение в сумме 100 000 рублей согласился "навредить" бывшей любовнице В. И после совершении лицом N 1 поджога двери квартиры ФИО34., свидетель ФИО42. сообщил об этом В., что устроило В., и В. впоследствии передал лицу N 1 через ФИО42. вознаграждение в указанной выше сумме;

- протоколами осмотра предметов (документов), согласно которых была осмотрена детализация телефонных соединений между абонентскими номерами, используемыми В. и свидетелем ФИО42., лицом N 1 и свидетелем ФИО42., как в период, предшествовавший совершению преступных действий и в день совершения преступления, так и в период после поджога двери квартиры ФИО34. (л.д. 86-91, л.д. 225-230 т. 7);

- заключениями экспертиз по стоимости восстановительного ремонта, поврежденного имущества, согласно которых причинен ущерб потерпевшей ФИО34. в сумме 51 230 рублей 97 копеек; потерпевшей ФИО30. в сумме 68 686 рублей 18 копеек; потерпевшему ФИО31. в сумме 48 425 рублей 82 копейки; ФИО32 в сумме 266 443 рубля (л.д. 22-29 т. 3, л.д. 89-93 т. 2, л.д. 217-224 т. 3, л.д. 26-28 т. 4, л.д. 100-101 т. 4, л.д. 145-146 т. 4, л.д. 191-192 т. 4, л.д. 237-238 т. 4, л.д. 93-101 т. 5, л.д. 153-154 т. 5, л.д. 201-202 т. 5);

- иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, приведенными в приговоре, которые не содержат в себе каких-либо существенных противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, получены в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, согласуются между собой и в своей совокупности полностью уличают В. в содеянном.

При оценке допустимости доказательств судом учтены требования ст. ст. 74, 75 УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении указанного преступления, вопреки утверждению автора апелляционной жалобы, доводов защиты изложенных в суде апелляционной инстанции, оспаривающей виновность, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые подробно приведены в приговоре.

Тщательно оценив, в совокупности, добытые по делу доказательства, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного осужденным В. преступления и обоснованно пришел к выводу о его виновности.

Сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевших, представителя потерпевшего, а также свидетелей обвинения при даче показаний в отношении осужденного, о наличии оснований для оговора, равно как и данных, ставящих показания под сомнение, не установлено.

Показания указанных лиц, правильно приняты судом во внимание, в той части, в которой они не противоречили собранным доказательствам по делу, которые были получены в ходе предварительного расследования с соблюдением требований УПК РФ, предъявляемых к допросу, не вызывающие сомнения с точки зрения их достоверности и соответствия закону.

Сообщенные сведения лицом N 1 при проведении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, не являются показаниями при допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу в соответствии с требованиями статей 187 - 191 УПК РФ, поэтому не могут быть приняты во внимание.

Все незначительные противоречия в допросах потерпевших, представителя потерпевшего, свидетелей и иных доказательствах, судом были выявлены и устранены путем сопоставления со всеми доказательствами по уголовному делу.

При этом суд оценивал результаты экспертных заключений во взаимосвязи с другими доказательствами и обоснованно исходил из того, что заключения экспертов не имеет заранее установленной силы, не обладают преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, были оценены судом по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Позиция В. судом расценена, как способ защиты, оснований не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Из материалов уголовного дела усматривается, что в ходе судебного разбирательства были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда в приговоре соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами и не содержат существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности В. во вмененном ему преступлении по организации умышленного уничтожения чужого имущества, совершенные путем поджога ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, тамбура квартир N N.

Наличие постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО42., не опровергает и не ставит под сомнение доказанность вины В.

Судом установлено, что именно ФИО42. по просьбе В. приискал лицо N 1, который за денежное вознаграждение в сумме 100 000 рублей согласился на активные умышленные действия в виде запугивания, угроз и оказания морального давления к ФИО34. Способ морального давления на ФИО34. в виде поджога двери квартиры последней, совершенный ДД.ММ.ГГГГ В. понравился, за что он передал денежное вознаграждение в сумме 100 000 рублей, то есть В. был согласен на такой способ по оказанию морального давления на ФИО34., при активных умышленных действиях направленных на уничтожение имущества ФИО34. путем поджога, то есть общеопасным способом.

Несостоятельны доводы защиты относительно отсутствия причинения значительного ущерба, поскольку квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба гражданину" нашел свое объективное подтверждение, ущерб потерпевшей ФИО34. в сумме 51 230 рублей 97 копеек, потерпевшей ФИО30. в сумме 68 686 рублей 18 копеек, потерпевшему ФИО31. в сумме 48 425 рублей 82 копейки, превышает минимальный порог, установленный п. 2 Примечания к ст. 158 УК РФ, а также с учетом имущественного положения потерпевших, что несомненно является значительным.

Заключениями экспертиз по стоимости восстановительного ремонта, поврежденного имущества, причинен ущерб потерпевшей ФИО34. в сумме 51 230 рублей 97 копеек; потерпевшей ФИО30 в сумме 68 686 рублей 18 копеек; потерпевшему ФИО31. в сумме 48 425 рублей 82 копейки; ФИО32 в сумме 266 443 рубля.

Так, из показаний потерпевшей ФИО34. следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ее среднемесячная заработная плата составляла около 150 000 рублей, также у нее имелись кредитные обязательства на сумму около 100 000 рублей в месяц. Ущерб, указанный в обвинении, причиненный ей в результате пожара, для нее является значительным.

Из показаний потерпевшей ФИО30. следует, что данный ущерб для нее является значительным, она замужем, имеется один несовершеннолетний ребенок, она нигде не работает, является домохозяйкой. Их семью обеспечивает муж. Доход мужа составляет около 300 000 рублей ежемесячно. Есть кредиты и ипотека, оформлены на мужа.

Утверждение защиты относительно того, что потерпевшая ФИО30. пользуется дверью, не может свидетельствовать об отсутствии причиненного ей ущерба, так как из показаний ФИО30. следует, что до момента пожара повреждений у двери не было, находилась в исправном состоянии. Из заключения эксперта следует, что полное устранение дефектов входной двери невозможно, поскольку она не подлежит восстановлению, стоимость входной двери (с учетом стоимости дверного блока), 54 225,29 руб., с выводами данной оценки потерпевшая была ознакомлена и каких-либо возражений не поступало.

Из показаний потерпевшего ФИО31. следует, что причиненный ущерб является для него значительным, он женат, на иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, его ежемесячный доход составляет около 300 000 рублей, у него имеется две ипотеки, за которые ежемесячно платит по 68 000 рублей, платить осталось около 15 лет.

Таким образом, суд обоснованно принял во внимание не только стоимость уничтоженного имущества, восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевших ФИО34., ФИО30. в сумме 68 686 рублей 18 копеек, ФИО31., но и учел имущественное положение каждого из потерпевших, оценивая которое исходил из исследованных в судебном заседании данных о материальном положении потерпевших, размере их заработной платы, наличии иждивенцев и их числе, совокупном доходе членов семьи, с которыми потерпевшие ведут совместное хозяйство, а также принял во внимание иные значимые обстоятельства, что в полной мере отвечает требованиям п. 2 примечания к ст. 158 УК РФ и правовой позиции, закрепленной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 (ред. от 18.10.2012) "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем".

Получение иных доказательств, в том числе свидетельств о праве собственности на квартиру, в данном случае не было необходимости, поскольку имеющиеся доказательства достаточны для рассмотрения дела, представлены достаточные доказательства подтверждающие, что ущерб причинен именно ФИО34., ФИО30., ФИО31, ФИО32.

Действия осужденного В. по данному преступлению квалифицированы верно по ч. 3 ст. 33 ч. 2 ст. 167 УК РФ как организация умышленного уничтожения чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, приходит к выводу, что установленные фактические обстоятельства по организации умышленного уничтожения чужого имущества в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ путем поджога бани, расположенной по адресу: <адрес>, что повлекло причинение значительного ущерба ФИО33., подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, проверенных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, которые приведены в приговоре:

- показания потерпевшей ФИО33. и свидетеля ФИО139. согласно которых, в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ года произошло возгорание бани, расположенной на земельном участке около <адрес>;

- показания лица N 2, из которых следует, что в ДД.ММ.ГГГГ года к нему обратился В. с просьбой помочь создать неприятности какому-то человеку. В частности, В. попросил его сжечь нежилую постройку, бытовку за денежное вознаграждение в сумме 100 000 рублей, но лицо N 2 отказался. В свою очередь, на указанное предложение согласился лицо N 3, которому В. через лицо N 2 передал денежные средства, карту и адрес нахождения нежилой постройки;

- показания лица N 3 и лица N 4, которые указали, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, совместно, за денежное вознаграждение совершили поджог бани в одном из населенных пунктов <адрес>;

- протокол осмотра предметов (документов) детализации телефонных соединений между абонентскими номерами, из которых следует о наличии взаимоотношений между В. и лицом N 2, как в период, предшествовавший совершению преступных действий и в день совершения преступления, так и в период после поджога бани ФИО33. (л.д. 96-106 т. 7);

- протокол осмотра предметов (документов) детализации телефонных соединений между абонентскими номерами, которыми пользовался лицо N 3 и лицо N 2, имелись телефонные соединения за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, также установлено, что аб. номер N, которыми пользовался лицо N 3 ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> фиксировал сигнал базовых станций, расположенных в <адрес> (л.д. 16-21 т. 13);

- заключение эксперта NN от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого следует, что очаг пожара находился на наружной поверхности бревенчатой стены бани, и/или на участке дощатой стены веранды, расположенной в той же плоскости, что и бревенчатая стена бани, и являющейся ее продолжением. Наиболее вероятной причиной пожара является искусственно инициированное горение (поджог) (л.д. 130-136, 147-149 т. 11);

- заключение эксперта NN от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого рыночная стоимость бани, расположенной по адресу: <адрес>, на момент совершения поджога ДД.ММ.ГГГГ, при условии ее нахождения до пожара в "удовлетворительном" техническом состоянии с износом 21%, в ценах на ДД.ММ.ГГГГ, без учета стоимости земельного участка под ней, составляет 563 893,00 (Пятьсот шестьдесят три тысячи восемьсот девяноста три рубля 00 копеек).

Помещение бани с пристроенными к нему хозяйственными постройками, рыночную стоимость как "помещение бани", после повреждения его огнем в результате поджога, не имеет (равна нулю), по причине значительных термических повреждений, в результате которых дальнейшая эксплуатация объекта по назначению невозможна (л.д. 178-184 т. 11);

- заключение эксперта NN от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, стоимость восстановительного ремонта помещения бани с пристроенными к нему хозяйственными постройками, расположенного по адресу: <адрес>, в ценах на момент пожара ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 729 763,00 руб. (Один миллион семьсот двадцать девять тысяч семьсот шестьдесят три рубля 00 копеек) (л.д. 225-231 т. 11);

- исследование эксперта NN от ДД.ММ.ГГГГ об установлении рыночной стоимости имущества, согласно выводам которого рыночная стоимость имущества, уничтоженного в результате пожара составляет 16 930 рублей (л.д. 49-60 т. 12);

- иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, приведенными в приговоре, которые не содержат в себе каких-либо существенных противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, получены в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, согласуются между собой и в своей совокупности полностью уличают В. в содеянном.

При оценке допустимости доказательств судом учтены требования ст. ст. 74, 75 УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении указанного преступления, вопреки утверждению автора апелляционной жалобы, доводов защиты изложенных в суде апелляционной инстанции, оспаривающей квалификацию действий виновного, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые подробно приведены в приговоре.

Тщательно оценив, в совокупности, добытые по делу доказательства, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного осужденным В. преступления и обоснованно пришел к выводу о его виновности.

Сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевшей, а также свидетелей обвинения при даче показаний в отношении осужденного, о наличии оснований для оговора, равно как и данных, ставящих показания под сомнение, не установлено.

Показания указанных лиц, правильно приняты судом во внимание, в той части, в которой они не противоречили собранным доказательствам по делу, которые были получены в ходе предварительного расследования с соблюдением требований УПК РФ, предъявляемых к допросу, не вызывающие сомнения с точки зрения их достоверности и соответствия закону.

Все незначительные противоречия в допросах потерпевшей, свидетелей и иных доказательствах, судом были выявлены и устранены путем сопоставления со всеми доказательствами по уголовному делу.

При этом суд оценивал результаты экспертных заключений во взаимосвязи с другими доказательствами и обоснованно исходил из того, что заключения экспертов не имеет заранее установленной силы, не обладают преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, были оценены судом по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Позиция В., который частично признал свою вину, является способом защиты, оснований для переквалификации его действий на ч. 1 ст. 167 УК РФ, суд не нашел, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Из материалов уголовного дела усматривается, что в ходе судебного разбирательства были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств.

Выводы суда в приговоре соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами и не содержат существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности В. во вмененном ему преступлении, по организации умышленного уничтожения чужого имущества, совершенные в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ путем поджога бани, расположенной по адресу: <адрес>, что повлекло причинение значительного ущерба ФИО33.

Вопреки доводам защиты судом правильно квалифицированы действия осужденного В. как организация умышленного уничтожения чужого имущества, поскольку судом установлено, что по просьбе В. по оказанию содействия в умышленном уничтожении имущества, либо приискании непосредственного исполнителя уничтожения путем поджога за 100 000 рублей лицо N 2 приискал лицо N 3, который согласился совершить поджог, также сам предложил своему знакомому лицу N 4 за денежное вознаграждение совершить поджог бани, затем лицо N 3 и лицо N 4 совершили поджог бани на территории земельного участка в населенном пункте <адрес>, в результате чего огнем уничтожено: баня, с пристроенными к ней хозяйственными постройками и имущество, находящееся в помещении бани, принадлежащее ФИО33., причинив при этом значительный материальный ущерб ФИО33. на общую сумму 1 746 693 рубля.

Согласно выводам экспертиз дальнейшая эксплуатация объекта по назначению невозможна - помещение бани с пристроенными к нему хозяйственными постройками, после повреждения его огнем в результате поджога. В связи с чем суд обоснованно принял во внимание стоимость помещения бани с пристроенными к нему хозяйственными постройками в ценах на момент пожара ДД.ММ.ГГГГ 1 729 763,00 рубля, то есть для восстановления объекта, который необходимо демонтировать и возвести новое строение. Также обоснованно учтена рыночная стоимость имущества находящегося в помещении бани, уничтоженного в результате пожара, которая составляет 16 930 рублей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении и повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, совершенного путем поджога отсутствует только в том, случае, когда повреждение отдельных предметов с применением огня имело место в условиях, исключающих распространение огня на другие объекты, а также исключающих возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей и чужому имуществу.

Из буквального толкования приведенных разъяснений Верховного Суда РФ не следует, что обязательным условием квалификации уничтожения чужого имущества путем поджога является наличие угрозы распространения огня на имущество иных лиц, кроме потерпевшего, а потому для оценки избранного виновным способа совершения преступления на предмет отнесения его к числу общеопасных, существенное значение имеют условия, когда наряду с непосредственным предметом посягательства под угрозой уничтожения, повреждения находилось и то имущество, которое целью преступления не являлось.

Вопреки доводам защиты судом верно установлено и подробно мотивировано, что действия по поджогу бани создавали реальную угрозу распространения огня и причинения вреда чужому имуществу, жизни и здоровью людей, тем самым носили общеопасный характер.

Преступные действия совершены путем поджога бани потерпевшей ФИО33. в ночное время, в населенном пункте, в жилой застройке и на незначительном удалении, в том числе, и от дома потерпевшей, при котором не исключено распространение огня на другие объекты, расположенные в непосредственной близости, что создавало реальную угрозу распространения огня и причинения вреда чужому имуществу, жизни и здоровью людей.

Факт того, что в связи с оперативным прибытием пожарного расчета на место пожара, который был своевременно локализован, не исключает способа уничтожения имущества, а именно путем поджога, который, как выше было указано, сам по себе, с учетом конкретных фактических обстоятельств по настоящему делу, правильно установленных судом первой инстанции, относится к общеопасному.

Нашел свое объективное подтверждение квалифицирующий признак "с причинением значительного ущерба гражданину" поскольку причиненный ущерб потерпевшей ФИО33. в сумме 1 746 693 рубля, превышает минимальный порог, установленный п. 2 Примечания к ст. 158 УК РФ, а также с учетом имущественного положения потерпевшей, которая является пенсионером, ежемесячный доход составляет 25 000 рублей, что несомненно является значительным и в полной мере отвечает требованиям п. 2 примечания к ст. 158 УК РФ и правовой позиции, закрепленной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 (ред. от 18.10.2012) "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем".

Действия осужденного В. по данному преступлению квалифицированы верно по ч. 3 ст. 33 ч. 2 ст. 167 УК РФ как организация умышленного уничтожения чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога.

Оснований для переквалификации действий осужденного по преступлениям предусмотренным ч. 3 ст. 33 ч. 2 ст. 167, ч. 3 ст. 33 ч. 2 ст. 167 УК РФ, оправдания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оценка доказательств не в пользу стороны защиты, а также несогласие той либо иной стороны по делу с принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о необъективности суда, нарушении им принципов состязательности и равноправия сторон.

Доводы апелляционной жалобы, по существу сводятся к переоценке доказательств, что не может повлиять на законность и обоснованность приговора, поскольку данная судом первой инстанции оценка является объективной, всесторонней и соответствует требованиям закона. Каких-либо оснований сомневаться в достоверности выводов суда, а также для переоценки положенных в основу приговора доказательств, не имеется.

Судебное разбирательство проведено объективно, в точном соответствии с требованиями УПК РФ, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, а также на стадии досудебного производства по делу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Назначая В. наказание, в соответствии ст. ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности каждого из совершенных преступлений, отнесенных к категории средней тяжести, роли осужденного в преступлениях, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие его наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также на достижение целей наказания, в том числе восстановление социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание В. судом верно признаны по всем преступлениям в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ его состояние здоровья, состояние здоровья членов его семьи, пенсионный возраст, наличие благодарностей, а по преступлению, совершенному в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, частичное признание вины, принятие мер к возмещению ущерба.

Все известные по делу обстоятельства, смягчающие наказание осужденному, были учтены судом при назначении наказания.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание В., судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при назначении наказания В. суд учел всю совокупность данных о личности осужденного, наличие по делу смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Каких-либо данных, характеризующих личность осужденного В., не учтенных судом при назначении наказания, в материалах уголовного дела не имеется.

Суд подробно мотивировал свои выводы относительно отсутствия оснований для применения к В. положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции никаких исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, по делу не усматривает, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется.

Мотивы, на основании которых суд пришел к выводу о назначении осужденному В. наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, в приговоре приведены.

Судом мотивированно и в рамках закона назначено наказание В. по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, применен принцип частичного сложения наказаний.

Размер испытательного срока установленного судом соответствует требованиям закона, не является минимальным или максимально возможным, установлен с возложением обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ, способствующих исправлению В.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное В. наказание, справедливым и соразмерным содеянному, которое не является максимальным и которое нельзя признать чрезмерно суровым или несправедливым, так как оно соответствует общественной опасности совершенных им преступлений и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Гражданские иски ФИО30., ФИО31., представителя ФИО32 о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, согласно ст. 1064 ГК РФ, оснований для апелляционного вмешательства не имеется, соответствует размеру установленного судом причиненного ущерба, который подтверждается представленными доказательствами и не был возмещен.

Гражданские иски потерпевших ФИО33., ФИО34. в части взыскания морального вреда разрешены в соответствии с требованиями закона и обстоятельствами, установленными в судебном заседании. Размер компенсации морального вреда потерпевшим, определена, верно, согласно положениям ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ.

Решением суда о передаче вопроса о размере возмещения материального ущерба потерпевшей ФИО33. для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, лишения или ограничения гарантированных УПК РФ, прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было, за потерпевшей признано право на удовлетворение заявленного ей гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства, о чем указано в резолютивной части приговора, а вывод о невозможности рассмотрения иска в рамках уголовного судопроизводства надлежащим образом мотивирован.

С учетом принятого решения по гражданским искам, судом правильно принято решение о сохранении ареста на имущество осужденного до исполнения приговора в части удовлетворенных гражданских исков.

Судьба вещественных доказательств в приговоре разрешена в соответствии со ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы.

Вместе с тем в соответствии с ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Согласно приговору заявление потерпевшей ФИО34. о возмещении расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего на участие по уголовному делу удовлетворено частично. Процессуальные издержки в виде оплаты услуг представителя потерпевшего ФИО34. - адвоката Шарыгина Я.А. в сумме 75 000 рублей постановлено возместить за счет средств федерального бюджета. Постановлено взыскать с В. в доход государства процессуальные издержки в размере 75 000 рублей, в качестве суммы выплаченной потерпевшей ФИО34. на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Исходя из положений ст. 131, 132 УПК РФ, суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, являются процессуальными издержками и в последующем могут быть взысканы с осужденного.

В соответствии с п. 22(3) Постановления Правительства РФ от 01.12.2012 N 1240 "О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации" (вместе с "Положением о возмещении процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации"), расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения его представителю, возмещаются за счет средств федерального бюджета в ходе досудебного производства в размерах, обоснованных подтверждающими документами, но не превышающих значений, указанных в пп. "а", "б", "в", "г" данного пункта, определенные за один день участия в производстве по делу, исходя из конкретной категории уголовного дела.

Согласно заявлению потерпевшая ФИО34. просила взыскать понесенные ей процессуальные издержки, в связи с оплатой работы представителя адвоката Шарыгина Я.А. в сумме 75 000 рублей и расходов в размере 20 000 рублей в результате проведенной оценки, о чем были представлены документы (договор N N от ДД.ММ.ГГГГ, акт выполненных работ, кассовый чек N 2 от ДД.ММ.ГГГГ на 20 000 рублей, квитанции серия НК N N от ДД.ММ.ГГГГ на 30 000 рублей, серия НК N N от ДД.ММ.ГГГГ на 20 000 рублей, серия НК N N от ДД.ММ.ГГГГ на 10 000 рублей, серия НК N N от ДД.ММ.ГГГГ на 15 000 рублей).

Суд постановил процессуальные издержки в виде оплаты услуг представителя потерпевшего ФИО34. - адвоката Шарыгина Я.А. в сумме 75 000 рублей возместить за счет средств федерального бюджета.

Вместе с тем процессуальные издержки, возникшие на этапе предварительного следствия, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета государственным органом, наделенным полномочиями по производству дознания и предварительного следствия, оплата процессуальных издержек, понесенных на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции через Управление Судебного департамента в Нижегородской области, а апелляционной инстанции, осуществляется финансовой службой Нижегородского областного суда.

Таким образом, суд не разграничил в приговоре денежные средства, выплаченные за участие представителя на предварительном расследовании, и денежные средства, выплаченные за участие представителя в суде, а также не определил размер оплаты в ходе досудебного производства с учетом значений, приведенных в п. 22(3) Положения, утвержденного постановлением Правительства РФ N 1240 от 01 декабря 2012 года.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона, является существенным, которое не может быть устранено судом апелляционной инстанцией, что влечет отмену приговора в части взыскания потерпевшей ФИО34. процессуальных издержек, с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. ст. 396, 399 УПК РФ, в этот же суд, но иным составом суда.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по данному уголовному делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

Приговор Вачского межрайонного суда Нижегородской области от 15 января 2026 года в отношении В., в части взыскания потерпевшей ФИО34. процессуальных издержек - отменить, передать данный вопрос на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. ст. 396, 399 УПК РФ, в этот же суд, но иным составом суда.

В остальной части обжалуемый приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Морозовой Н.Н - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции (г. Саратов), в течение шести месяцев со дня его вынесения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.