Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Смирновой С.А.,

судей Мокина Ю.В., Ельмеевой О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи гражданское дело N 24RS0002-01-2024-003300-97 по иску К.Л., К.А., К.С. к публичному акционерному обществу "Россети Сибирь" о защите прав потребителя, возмещении материального ущерба

по кассационной жалобе К.Л. на решение Ачинского городского суда Красноярского края от 11 июля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 26 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Мокина Ю.В., выслушав объяснения К.Л., поддержавшей доводы кассационной жалобы, объяснения представителя публичного акционерного общества "Россети Сибирь" - Питецкого В.К., возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы,

К.Л., К.А. обратились в суд с иском к публичному акционерному обществу "Россети Сибирь" (далее - ПАО "Россети Сибирь") о защите прав потребителей, возмещении материального ущерба.

Требования мотивированы тем, что им на праве общей долевой собственности (по 1/3 доли каждому) принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 104,7 кв. м, в котором 4 февраля 2019 г. произошло возгорание, в результате чего огнем уничтожена кровля и потолочное перекрытие дома, повреждена мебель, бытовая техника и домашние вещи. Ими в день пожара по телефону было осуществлено пять вызовов сотрудников МЧС, из которых зафиксирован лишь один. По факту возгорания Отделом надзорной деятельности и профилактической работы по г. Ачинску и Ачинскому району ГУ МЧС России по Красноярскому краю им была выдана справка от 7 февраля 2019 г., более никаких документов предоставлено не было. До настоящего времени причины возгорания жилого дома достоверно не установлены. 14 февраля 2019 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку умышленного поджога не установлено, следов легковоспламеняющихся, горючих жидкостей, нефтепродуктов и прочего не обнаружено и, следовательно, вероятнее всего причиной возгорания дома могло послужить короткое замыкание в электросети или перепад напряжения. 15 января 2016 г. ответчиком составлен акт об осуществлении технологического присоединения, в соответствии с которым ответчик оказал услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (энергетических установок) указанного жилого дома. Ввод питающего кабеля проходил через кровлю дома к прибору учета, установленному на веранде, а далее от прибора учета по кровле в котельную, где установлен распределительный щит, от которого осуществлялась проходящая по кровле разводка по всему дому. При этом, напряжение в электросети дома зачастую было повышенным, для стабилизации напряжения и эксплуатации электроприборов ими применялись стабилизаторы. 4 февраля 2019 г. в дневное время произошло отключение электроэнергии, после чего К.С. услышала треск на улице и, выглянув в окно, обнаружила открытое горение снаружи на кровле дома. По мнению истцов, о произошедшем перепаде напряжения свидетельствуют оплавления каплевидной формы, характерные для токов короткого замыкания, в то время как других следов возгорания в очаговой зоне не обнаружено. Полагают, что из-за ненадлежащего обеспечения ответчиком качества поставляемой электрической энергии им причинен материальный ущерб.

С учетом уточнения требований просили взыскать с ответчика в свою пользу сумму материального ущерба в размере 5 200 000 руб.

Третье лицо К.С. обратилась в суд с самостоятельным иском к ПАО "Россети Сибирь", указав, что она является собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по вышеуказанному адресу, в связи с чем также просит взыскать с ответчика в ее пользу сумму материального ущерба в размере 5 200 000 руб.

Определением суда от 10 сентября 2024 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ПАО "Красноярскэнергосбыт".

Решением Ачинского городского суда Красноярского края от 11 июля 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Взыскано с К.Л., К.А., К.С. в пользу ФГБУ "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Новосибирской области возмещение затрат на проведение судебной экспертизы в сумме 76 339,20 руб. в равных долях, по 25 446,40 руб. с каждого.

Взыскано с К.Л., К.А., К.С. в пользу АНО "Центральное бюро судебных экспертиз N 1" по Новосибирской области возмещение затрат на проведение судебной экспертизы в сумме 98 790 руб. в равных долях, по 32 930 руб. с каждого.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 26 ноября 2025 г. решение Ачинского городского суда Красноярского края от 11 июля 2025 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе К.Л. ставит вопрос об отмене вышеуказанных постановлений как принятых с нарушением норм материального и процессуального права.

Относительно доводов кассационной жалобы возражений не представлено.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не явились. Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, руководствуясь частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит их не подлежащими удовлетворению.

Статья 379.6 ГПК РФ предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных постановлений, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно положениям части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений с учетом доводов кассационной жалобы при разрешении дела судами первой и апелляционной инстанции не допущено.

Судами установлено и следует из материалов дела, К.А., К.Л., К.С. на праве общей долевой собственности (по 1/3 доли каждому) принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 104,7 кв. м.

Гарантирующим поставщиком электроэнергии в жилой дом по указанному адресу является ПАО "Красноярскэнергосбыт", а сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии в точку поставки потребителей (истцов), является ПАО "Россети Сибирь".

19 февраля 2013 г. между ОАО "МРСК Сибири" (сетевая организация) и ФИО8 был заключен договор N об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя электроустановок жилого дома, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства с учетом следующих характеристик: максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств - 5,0 кВт; категория надежности - 3; класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение, - 0,23 кВт.

Пунктом 13 данного договора предусмотрено, что заявитель несет балансовую и эксплуатационную ответственность в границах своего участка, а сетевая организация - до границ участка заявителя.

ФИО8 выданы технические условия для присоединения к электрическим сетям жилого дома по <адрес>.

Из акта N разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон от 19 февраля 2013 г. следует, что на балансе заявителя находится ВЛИ-0,22 кВ. СИП 2 х 16 мм2, длиной 46 м от изоляторов опоры N до выносного шкафа учета; выносной шкаф с прибором учета на фасаде строящегося жилого дома; все электрооборудование и электроосвещение строительной площадки жилого дома по адресу <адрес>. Контроль над фактической совмещенной нагрузкой осуществляется прибором учета: N, класс точности 1,0 в выносном шкафу на фасаде строящегося жилого дома.

10 ноября 2015 г. между ФИО8 и К.Л. A.IO. заключен договор уступки права (требования) по договору на осуществление технологического присоединения к электрическим сетям N от 20 января 2012 г., о чем сетевая организация ПАО "МРСК Сибири" (после реорганизации - ПАО "Россети Сибирь") была уведомлена.

4 февраля 2019 г. в 15 час. 23 мин. произошло возгорание указанного жилого дома, в результате чего огнем уничтожена кровля и веранда жилого дома, повреждено потолочное покрытие, наружные стены дома, мебель и домашние вещи.

В своих объяснениях, данных 5 февраля 2019 г. при проведении проверки по факту пожара, К.А. сообщил о том, что для монтажа уличного освещения, освещения в гараже и освещения веранды им были привлечены наемные работники, которые на кровле дома обнаружили проблемные участки в электрическом кабеле, а именно: соединение токоведущих жил скрутками, изолированных изоляционной лентой. Были проведены работы по устранению проблемных участков, пайка проводов и установка зажимов, замена кабеля и проводов при этом не проводилась. Ввод питающего кабеля в дом осуществлялся через кровлю, далее кабель проходил к электросчетчику, установленному на веранде дома, а далее от счетчика по кровле в котельную, где установлен распределительный щит, от которого осуществлялась разводка по всему дому. В доме периодически мигал свет, зачастую напряжение в электрической сети было повышенным, в связи с чем для стабилизации напряжения и эксплуатации бытовых электроприборов применялись стабилизаторы.

Из письменных объяснений пожарного ПСЧ-124 ФГКУ "5 ОФПС по Красноярскому краю" - инженера по специальности "электрификация и автоматизация сельского хозяйства" ФИО9 от 14 февраля 2025 г. следует, что при осмотре представленных фрагментов электрических проводов видны оплавления каплевидной формы, характерные для токов короткого замыкания, токоведущие жилы спаяны между собой. Аппараты защиты от токов короткого замыкания и перегрузок, установленные в распределительном щите, с маркировкой "Ввод" находятся в положении "ВЫКЛ", из чего можно сделать вывод о наличии аварийных режимов работы в электрической сети жилого дома непосредственно на вводе.

14 февраля 2019 г. старшим дознавателем ОНД и ПР по г. Ачинску и Ачинскому району по результатам проверки сообщения по факту пожара в жилом доме по адресу: <адрес> вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что причиной пожара указано нарушение правил монтажа электрооборудования, виновное лицо не усматривается.

По информации ПАО "Россети Сибирь" - филиал МРС Сибири Красноярскэнерго, предоставленной ОНД и ПР по г. Ачинску, Ачинскому и Большеулуйскому районам, в период с 14 часов до 15-30 часов 4 февраля 2019 г. на ТП 54-1-6 и отходящей ВЛ-0,4 кВ Л-4, питающей жилой <адрес>, технологических нарушений, отклонений зафиксировано не было.

В оперативном журнале Красноярскэнерго ПО ЗЭС Ачинский за 4 февраля 2019 г. обращений от потребителей, запитанных от ТП 54-1-6, не поступало, за исключением обращения о возгорании жилого дома истцов, сведений о проведении каких-либо ремонтных работ в данный период времени оперативный журнал не содержит.

5 февраля 2019 г. при осмотре места происшествия в протоколе старший дознаватель ОНД и ПР по г. Ачинску, Ачинскому и Большеулуйскому районам отразил, что в районе очаговой зоны пожара обнаружены провода с отсутствующей изоляцией с медными токоведущими жилами. На указанных проводах наблюдаются оплавления каплевидной формы, характерные для токов короткого замыкания. При осмотре электрощитка в помещении котельной видно, что аппараты защиты с маркировкой "Ввод" находятся в положении "ВЫКЛ", а все остальные в положении "ВКЛ".

По заключению эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Красноярскому краю N, на представленных для исследования объектах (фрагментах электропроводки) следов короткого замыкания не имеется. Так как следов короткого замыкания, признаков других пожароопасных аварийных режимов работы электрооборудования, как перегрузка и большое переходное сопротивление, не имеется, отключению автоматических трехполюсных аппаратов защиты, находящихся в металлическом ящике (электрощите), могло послужить механическое воздействие на рычаг управления, а также в результате таких аварийных режимов в электросети как перегрузка и короткое замыкание; методом металлографического исследования установлено, что оплавления, обнаруженные на проводниках из упаковки N, имеют признаки токовой перегрузки.

По ходатайству истцов с целью установления причины возгорания 4 февраля 2019 г. по делу назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, производство которой было поручено федеральному государственному бюджетному учреждению "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Новосибирской области.

Из заключения экспертов ФГБУ "Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы "Испытательная пожарная лаборатория" по Новосибирской области N, следует, что очаг пожара, произошедшего 4 февраля 2019 г. в жилом доме по адресу: <адрес>, находился в южной части кровли, откуда в результате возгорания горючих материалов в кровельном пространстве (утеплитель, изоляция эл. проводов и т.д.), действия тепловых конвекционных потоков, кондуктивной передачи тепла и тепловой радиации горение распространялось по сгораемым материалам в пространстве между кровлей и потолочным перекрытием дома, по достижении строительных конструкций потолочного перекрытия происходило их обрушение в помещения дома.

Кроме того, эксперт принял во внимание объяснения К.А. от 5 февраля 2019 г., пожарного ФИО10 и счел, что на участке цепи, где ранее (до возникновения пожара) проводились работы по ремонту электросети, могли образоваться сопротивления участка электрической цепи в месте соединения отдельных элементов цепи, с последующим образованием пожароопасного аварийного режима работы, сверхтоки которого образовали обнаруженные исследованием следы токовой перегрузки. Следовательно, аварийные пожароопасные режимы работы электросети могли происходить на участке от ввода до распределительного щита, установленного в котельной, автоматический выключатель которого мог сработать при токовой перегрузке, возникшей как за счет неправильного подсоединения, перемены нуля и фазы в электрощите или отсоединения нуля и возникающего "перекоса фаз", так и в ходе пожара за счет теплового воздействия на элементы электросети, если электросеть своевременно не была обесточена.

Поскольку в результате визуального осмотра электрооборудования были обнаружены признаки работы электрооборудования в аварийных режимах, а также факт срабатывания вводного автоматического выключателя, эксперт указал на наличие признаков протекания аварийного режима работы и, учитывая отсутствие фактов, указывающих на возможность возникновения пожара по каким-либо другим причинам, сделал вывод, что причиной пожара в данном случае явилось возгорание горючих материалов (в первую очередь изоляции электропроводов) от теплового воздействия, образованного в результате аварийного режима работы электросети (электрооборудования).

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исследовав материалы дела и все представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, проанализировав обстоятельства дела, руководствуясь положениями статей 15, 209, 210, 539, 541, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), установив, что возгорание жилого дома истцов произошло в результате короткого замыкания либо перегрузки электросети внутри жилого дома в зоне эксплуатационной ответственности истцов, пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика стоимости причиненного ущерба.

Кроме того, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ, оценивая доводы представителей ответчика ПАО "Россети Сибирь" и третьего лица ПАО "Красноярскэнергосбыт" о пропуске истцами срока исковой давности, пришел к выводу, что истцы обратились в суд с иском спустя более трех лет после дня, когда произошел пожар, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Проверяя законность решения суда в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его отмены, так как согласился с выводами суда первой инстанции, ввиду чего судебная коллегия по мотивам, изложенным в апелляционном определении, оставила решение суда без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что вопреки доводам кассационной жалобы, выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных постановлениях, являются законными и обоснованными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и нормам материального права, регулирующим спорные отношения сторон.

В силу статей статьей 210, 211 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии со статьей 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Закон о пожарной безопасности) ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

В силу прямого указания закона собственник помещения обязан осуществлять заботу о принадлежащем ему имуществе, поддерживать его в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в помещении, а также контролировать действия находящихся в помещении с его ведома третьих лиц, в связи с чем именно собственник имущества несет деликтную ответственность.

Граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством (абзац 3 статьи 34 Закона о пожарной безопасности).

Указанные положения учтены судами первой и апелляционной инстанций в полном объеме, каких-либо нарушений применения норм материального или процессуального права не установлено.

Поскольку судами установлено и следует из материалов дела, при осмотре места происшествия старшим дознавателем ОНД и ПР по г. Ачинску, Ачинскому и Большеулуйскому районам в районе очаговой зоны пожара были обнаружены провода с отсутствующей изоляцией с медными токоведущими жилами, на которых наблюдаются оплавления каплевидной формы, характерные для токов короткого замыкания, при осмотре электрощитка в помещении котельной аппарат защиты с маркировкой "Ввод" находился в положении "ВЫКЛ", а все остальные в положении "ВКЛ", по заключениям судебных экспертиз очаг пожара, произошедшего 4 февраля 2019 г. в жилом доме истцов, находился в южной части кровли на участке электрической цепи от ввода до распределительного щита, установленного в котельной, на котором ранее (до возникновения пожара) проводились работы по ремонту электросети, т.е. в зоне эксплуатационной ответственности истцов, причиной пожара в данном случае явилось возгорание горючих материалов (в первую очередь изоляции электропроводов) от теплового воздействия, образованного в результате аварийного режима работы электросети (электрооборудования), суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению истцам материального ущерба, причиненного в результате пожара, не имеется.

Вопреки доводам кассационной жалобы всем доказательствам судами первой и апелляционной инстанции дана оценка по правилам статьи 67 ГПК РФ с точки зрения их относимости и допустимости, а в совокупности они были признаны достаточными для рассмотрения дела.

Несогласие заявителя жалобы с оценкой доказательств и установленными судами обстоятельствами не может служить основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

При разрешении доводов кассационной жалобы, направленных на оспаривание приведенных выше выводов судов, судебная коллегия кассационного суда учитывает, что по смыслу указанной нормы суд кассационной инстанции, в силу его компетенции, при рассмотрении жалобы должен исходить из признанных установленными судом первой и второй инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судами первой и второй инстанций, тогда как правом переоценки доказательств он не наделен.

Аргументы кассатора о необоснованном отказе в восстановлении пропущенного истцами срока исковой давности, судом кассационной инстанции отклоняются как несостоятельные, поскольку не могут повлечь отмену правильных по существу судебных постановлений в кассационном порядке.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 14 февраля 2019 г. постановлением старшего дознавателя ОНДиПР по г. Ачинску и Ачинскому району ФИО11 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о преступлении, предусмотренном статьей 168 УК РФ на основании пункта 1 статьи 24 УПК РФ ввиду отсутствия события преступления.

Копия данного постановления направлена заинтересованным лицам 14 февраля 2019 г. Вместе с тем, К.Л. обратилась в суд с настоящим иском 4 июня 2024 г., то есть с пропуском срока исковой давности.

Вопреки положениям статьи 56 ГПК РФ истцом К.Л. не представлены в материалы дела доказательства наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности, объективно препятствовавших своевременному обращению в суд с настоящими требованиями.

При установленных обстоятельствах суд кассационной инстанции находит правильными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении исковых требований законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права, с установлением всех обстоятельств по делу, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора по существу.

Как указывалось выше, оценка доказательств не относится к компетенции суда кассационной инстанции, а несогласие с оценкой доказательств судами первой или апелляционной инстанций и с их выводами об установленных на основе оценки доказательств обстоятельствах дела не является основанием для кассационного пересмотра судебных постановлений.

Нарушений норм материального права, которые повлияли на исход дела, не допущено, доводы кассационной жалобы выражают несогласие с выводами судов по фактическим обстоятельствам настоящего спора, направлены на переоценку установленных обстоятельств, в связи с чем не могут служить основанием к отмене обжалуемых судебных актов.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, сводятся к несогласию с ними, направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств, не подтверждают нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые могли повлиять на исход дела.

Иные обстоятельства, указанные заявителем в качестве доводов кассационной жалобы, также были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций, не подтверждают нарушений судом норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела, поэтому они не могут служить основанием для кассационного пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Ачинского городского суда Красноярского края от 11 июля 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 26 ноября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу К.Л. - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 1 июня 2026 г.