полный текст изготовлен 10.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Локтина А.А.,

судей Булгаковой М.В.,

Коршуновой Е.А.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-6346/2025 (УИД: 66RS0001-01-2025-005043-95) по иску М. к В. о возмещении ущерба, причиненного пожаром, взыскании денежных средств по договору аренды;

по апелляционной жалобе истца на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 16.12.2025.

Заслушав доклад судьи Локтина А.А., пояснения истца М. и его представителя Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы; возражения ответчика В., судебная коллегия

М., являющийся собственником квартиры с кадастровым номером <...>, площадью 33,4 кв. м, расположенной по адресу: <...> (далее - Квартира), обратился с иском к В., в котором, после уточнения исковых требований, указал, что 03.11.2024 года между истцом и ответчиком заключен договор аренды Квартиры со сроком действия с 04.11.2024 по 04.11.2025.

16.01.2025 года в Квартире, где проживала В. с П., произошел пожар. В возбуждении уголовного дела по факту пожара в Квартире отказано, в связи с отсутствием признаков преступления. После пожара ответчик прекратил исполнение своих обязательств по договору аренды, перестал вносить арендную плату. Ответчик 28.03.2025 направил истцу уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора аренды. При этом не были внесены платежи (арендные /22000 рублей в месяц/ и плата за коммунальные услуги /4000 рублей в месяц/) за февраль и март, в течение которых ответчик пользовался указанным жилым помещением, а также за апрель 2025 года, так как в п. 7.2 договора аренды предусмотрено условие о необходимости оплаты за 30-дневный срок с момента уведомления арендатором о досрочном расторжении договора аренды.

С учетом указанных обстоятельств, представляя заключение специалиста общества с ограниченной ответственностью "Уральская палата судебной экспертизы" О.А.О. N 345 от 06.06.2025, истец просил взыскать с ответчика:

- ущерб, причиненный пожаром, в общей сумме 1312411 рублей 88 копеек (стоимость восстановительного ремонта /1171378,33/ + стоимость поврежденного огнем движимого имущества /141033,55/);

- задолженность по арендной плате за февраль - апрель 2025 года - 66000 рублей (22000 x 3);

- задолженность по коммунальным платежам за февраль - апрель 2025 года в размере 12 000 рублей (4000 x 3);

Также истец просил взыскать с ответчика судебные расходы:

- расходы на представителя 13500 рублей;

- расходы по оплате государственной пошлины 13376 рублей.

Ответчик В. иск не признала. Указала, что при ее заселении в Квартиру за диваном имелась электрическая розетка, на которой отсутствовала накладка, то есть розетка представляла собой углубление в стене из которого торчали несколько проводов. Именно в таком состоянии Квартира была передана истцом в ее пользование. Указанной неисправной розеткой ответчик и третье лицо П. не пользовались. Очаг пожара, согласно результатам проверки и экспертному исследованию, находился именно в месте расположения данной неисправной розетки за диваном. Иных причин возгорания, кроме как короткое замыкание в данной розетке, экспертом не установлено. Ответственность за содержание внутриквартирной электросети несет истец, как собственник. О наличии неисправной розетки истец знал еще до передачи Квартиры в аренду, мер по надлежащему содержанию своего имущества не предпринимал. Вина ответчика в возникновении пожара в Квартире отсутствует. Уведомление о выезде из Квартиры ответчик направил истцу 31.01.2025. После получения от истца сведений о способе передачи ключей, ответчик передал их 28.03.2025, после чего пользоваться Квартирой не мог и арендную плату, а также плату за коммунальные услуги, вносить обязанности не имел.

Третье лицо П. доводы ответчика поддержал.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 16.12.2025 исковые требования удовлетворены частично:

- с В. в пользу М. взысканы денежные средства по договору аренды (арендные платежи и плата за коммунальные услуги за февраль и март 2025 года) в общем размере 30000 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска отказано.

С ответчика в пользу истца взысканы судебные расходы:

- расходы по оплате юридических услуг в размере 291 рубль 60 копеек;

- расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей.

В апелляционной жалобе, приводя доводы, аналогичные основаниям иска, истец М., ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; неправильное применение норм материального и процессуального права, просит решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 16.12.2025 отменить, принять по делу новое решение о полном удовлетворении иска.

В суде апелляционной инстанции истец и его представитель Б. доводы апелляционной жалобы поддержали. Просили приобщить к материалам дела заключение специалиста С.Г.А. N 58пти-25 от 06.01.2026 опровергающее выводы эксперта. О проведении по делу повторной экспертизы не ходатайствовали, ходатайство о вызове и допросе С.Г.А. сняли.

Ответчик В. просила решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 16.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

Третье лицо П., надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явился, об уважительных причинах неявки не сообщил, об отложении судебного разбирательства не просил. В соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации", информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно размещалась на интернет-сайте Свердловского областного суда. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при указанной явке.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения явившихся лиц, исследовав дополнительные доказательства, предоставление которых признано судом апелляционной инстанции необходимым в силу положений ч. 2 ст. 56, абз. 2 ч. 1 ст. 327.1, п. п. 1, 2 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в п. п. 43, 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения, исходя из нижеследующего.

Из представленных материалов следует, что суд правильно определил характер спорного правоотношения между сторонами, применил закон, подлежащий применению: ст. ст. 15, 209, 210, 309, 606, 607, 609, 614, 1064, 1082, Гражданского кодекса Российской Федерации; ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации; ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Закон о пожарной безопасности); ст. 38 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике"; учел разъяснения, изложенные в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" (далее - ППВС 14); п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - ППВС N 1 от 26.01.2010); п. п. 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - ППВС 25), и верно установил круг обстоятельств, имеющих значение для объективного и всестороннего рассмотрения данного гражданского дела.

Истец М. с 10.11.2017 является собственником квартиры с кадастровым номером <...>, площадью 33,4 кв. м, расположенной по адресу: <...> (л. д. 11 - 14).

03.11.2024 М. передал Квартиру в пользование В. по договору аренды (л. д. 20 - 24).

16.01.2025 в Квартире произошел пожар, в результате которого повреждена внутренняя отделка и часть движимого имущества истца, находящегося в данном жилом помещении.

Согласно заключению специалиста ООО "Уральская палата судебной экспертизы" О.А.О. N 345 от 06.06.2025 (л. д. 48 - 76) стоимость ремонтно-восстановительных работ в Квартире составляет 1171378 рублей 33 копейки; стоимость движимого имущества, поврежденного пожаром, - 141033 рубля 55 копеек. Итоговая сумма 1312411 рублей 88 копеек (1171378,33 + 141033,55).

По факту пожара проведена проверка, в возбуждении уголовного дела отказано, ввиду отсутствия события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 219 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно имеющемуся в материалах проверки заключению эксперта ФГБУ "СЭУ ФПС "ИПЛ" по Свердловской области Ш.М.П. N 40.1 от 30.01.2025 очаг пожара находился в месте расположения дивана, в области северо-западного угла помещения кухни. Причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного режима работы электрической сети или электрооборудования на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара. Другие причины пожара в ходе проведенной проверки исключены.

Свои выводы эксперт Ш.М.П. подтвердил в суде первой инстанции (л. д. 165 - 166)

Свидетель М.С.П. (соседка истца из <...>) пояснила, что о пожаре сообщила ей в ночное время арендатор Квартиры В. Пожар потушен до приезда пожарных. При тушении пожара специфических запахов свидетель М.С.П. не чувствовала, проживающих в Квартире лиц характеризует положительно (л. д. 166 - 167).

Доводы апелляционной жалобы о том, что арендатор, в силу п. 3.3 договора аренды, обязан был нести полную ответственность за причиненный истцу (арендодателю) ущерб, а также о том, что причиной пожара являются либо действия арендатора по использованию неисправными электроприборами, либо возгорание от углей кальяна, обнаруженного в квартире при осмотре места происшествия, уже являлись предметом оценки суда первой инстанции.

В силу ч. 4 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с ч. 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения обязан поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилым помещением, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В силу ст. 38 Закона о пожарной безопасности ответственность за нарушение требований пожарной безопасности несут собственники имущества.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бремя содержания принадлежащего ему имущества несет собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества.

Распоряжаясь жилым помещением по своему усмотрению, допуская нахождение и проживание в нем третьих лиц, использование ими оборудования квартиры, собственник имущества несет также и ответственность за соблюдение требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований.

Заключение собственником договора с третьими лицами по поводу пользования жилым помещением не означает, что он перестает быть собственником этого имущества, и само по себе не освобождает его от обязанности по надлежащему содержанию своего имущества и соблюдению приведенных выше требований жилищного и гражданского законодательства.

С учетом приведенных норм материального права, обстоятельств дела, заключения эксперта, которое в суде первой инстанции истец не опроверг, суд правильно исходил из того, что в данном конкретном случае отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между каким-либо действиями (бездействием) ответчика и возникшим пожаром.

Причиной пожара, согласно заключению эксперта Ш.М.П. является аварийный режим работы электротока в районе очага пожара. При этом в очаге пожара находилась неисправная розетка, не имеющая накладки и представляющая собой углубление в стене, из которого торчали несколько проводов.

Квартира, как правильно установлено судом, и не опровергнуто истцом, передавалась ответчику с наличием такой неисправной розетки, о чем арендодатель знал, но данный недостаток при передаче своего имущества не исправлял, действуя на свой страх и риск.

При таких обстоятельствах неприменим п. 3.3 договора аренды, поскольку он предусматривает ответственность арендатора только при наличии его вины.

Суд, исходя из данных обстоятельств, правильно указал, что подлежит применению п. 2.2 договора аренды, из которого следует, что именно на арендодателе (истце) лежит обязанность осуществлять техобслуживание квартиры и оборудования, не находящегося в ведении органов ЖКХ.

Электрическая розетка, как элемент внутриквартирной электросети к такому оборудованию относится.

Само по себе несогласие истца с заключением эксперта Ш.М.П., не является основанием для того, чтобы данное заключение подвергать сомнению.

Допрос данного эксперта судом первой инстанции не выявил обстоятельств, указывающих на то, что его заключение не может быть принято в качестве объективного, допустимого и достоверного.

Соблюдая равенство сторон и принцип законности, суд первой инстанции поставил на обсуждение вопрос о проведении по делу экспертизы. Однако истец о проведении экспертизы не ходатайствовал, никаких доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлял.

Приобщенное судом апелляционной инстанции к материалам дела заключение специалиста С.Г.А. N 58пти-25 от 06.01.2026 (л. д. 191 - 217) не может быть признано судом апелляционной инстанции доказательством, опровергающим выводы эксперта Ш.М.П. и указывающим на наличие вины ответчика в причинении истцу ущерба.

Имея возможность представить подобное заключение в суде первой инстанции и на его основании ходатайствовать о проведении экспертизы, истец в суде первой инстанции, такие действия не совершал, подготовку такого заключения поручил специалисту уже после принятия судом первой инстанции обжалуемого решения.

При этом, материалы, на которых основано заключение специалиста С.Г.А., представлены ему заинтересованной в исходе дела стороной, создающей новые доказательства уже после того, как судом принято решение.

О проведении, после принятия судом первой инстанции решения, каких-либо исследований по поручению истца, ответчик не уведомлялся. Исследование Квартиры специалистом С.Г.А. не проводилось. Выводы данного специалиста о том, что причиной пожара является неосторожное обращение ответчика с огнем, противоречат материалам проверки, осмотру места происшествия, показаниям свидетеля, заключению эксперта Ш.М.П., переписке спорящих сторон (л. д. 28 - 40). Более того, противоречат они и доводам апелляционной жалобы, в которой истец одновременно указывает на две взаимоисключающие причины возникновения пожара: ввиду неправильного пользования ответчиком электроприборами и ввиду разжигания ответчиком углей для кальяна в районе очага пожара.

При этом установлено, что кальян и табак (а не угли) обнаружены в Квартире в месте, не имеющем никакого отношения к очагу возгорания и возможность возникновения пожара из-за неосторожного обращения с огнем экспертом Ш.М.П. исключена.

Доводы о несогласии с выводами эксперта Ш.М.П. сводятся к тому, что истец оспаривает причину возгорания. Однако, само по себе несогласие с причиной возникновения пожара не является основанием для проведения повторной экспертизы. Положения ст. ст. 2, 5, 6, 6.1, 8, 12, 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их взаимосвязи, указывают на то, что суд, в целях соблюдения разумных сроков рассмотрения спора и рационального подхода к расходам на судопроизводство, не обязан по любому требованию одной из спорящих сторон проводить повторную или дополнительную экспертизу, если к этому нет объективных оснований и (или) имеются признаки недобросовестного процессуального поведения, запрещенного ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом о проведении повторной экспертизы сторона истца в суде апелляционной инстанции заявлять не стала, считая достаточным заключение специалиста С.Г.А., суть которого сводится к переоценке выводов эксперта Ш.М.П., как допустимого, объективного и достоверного доказательства.

Рецензия, как критический отзыв одного специалиста (эксперта) о заключении другого специалиста (эксперта), является оценкой письменного доказательства по гражданскому делу.

Согласно положениям ст. ст. 2, 5, 8, 67, 71, 79, 84 - 86, 188, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в их взаимосвязи, оценка доказательств по гражданскому делу относится к исключительной компетенции суда, а не специалиста (эксперта), в обязанность которого входит проведение исследований и ответы на вопросы, требующие специальных познаний.

Также уже являлись предметом исследования суда первой инстанции доводы апелляционной жалобы о неправильном определении судом обстоятельств неисполнения обязательств по договору аренды и размера платы, подлежащей взысканию в счет исполнения обязательств по нему.

Статьей 614 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. Арендная плата устанавливается за все арендуемое имущество в целом или отдельно по каждой из его составных частей в виде определенных в твердой сумме платежей, вносимых периодически или единовременно.

Пунктом 6.1 договора аренды от 03.11.2024 установлен срок договора по 04.11.2025.

В соответствии с п. 5.2 договора аренды плата за пользование квартирой составляет 22 000 рублей в месяц.

В п. 3.10 договора аренды предусмотрена обязанность арендатора оплачивать все коммунальные услуги в период аренды в размере 4000 рублей ежемесячно.

Предусмотренный договором аренды (п. 5.4) залог в размере 22000 рублей, правильно учтен судом при расчетах платы, так как при форс-мажорных обстоятельствах, к которым относится пожар в Квартире, такой залог подлежит возврату (п. 7.4 договора аренды)

Ключи от Квартиры ответчиком истцу сданы 26.03.2025, после чего, как правильно указал суд первой инстанции, объект аренды выбыл из пользования арендатора и обязанность внесения платы за него отпала.

Соответственно, с учетом подлежащей возврату суммы залога (22000 рублей) с ответчика в пользу истца за два неоплаченных месяца 2025 года (февраль и март) подлежали взысканию 30000 рублей: (22000 x 2) + (4000 x 2) - 22000 = 30000. При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд не удержал сумму залога повторно, а зачел ее в счет оплаты по договору.

Довод истца о необходимости считать датой получения уведомления об одностороннем отказе от договора 28.03.2025, судом правильно отклонен, так как уведомление об отказе от аренды Квартиры, ввиду пожара в ней, получено истцом 31.01.2025, после чего именно им выбран способ передачи ключей по почте, которая ответчиком ему отправлена 26.03.2025

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что п. 7.2 договора аренды о том, что при досрочном расторжении договора арендатор должен внести плату за 30 дней, указывает на необходимость внесения платы за апрель, не основана на законе и обстоятельствах дела. Уведомление ответчиком истцу направлено 30.01.2025, ключи сданы 26.03.2025, вследствие чего законных оснований для взимания платы за апрель не имеется.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы ответчика направлены исключительно на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой не имеется, поскольку обжалуемое решение постановлено с соблюдением положений ст. ст. 2, 5, 8, 10, 12, 56, 59, 60, 67, 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в п. п. 1 - 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" (далее ППВС N 23).

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, способных повлиять на законность и обоснованность обжалуемого решения, судебная коллегия не усматривает.

Правильно применяя положения ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следуя разъяснениям, изложенным в п. п. 1, 10, 11, 12, 13, 20, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", учитывая пропорцию в отношении требований имущественного характера, подлежащих оценке, суд первой инстанции произвел верный расчет судебных расходов.

Ссылок на обстоятельства, указывающие на наличие объективных оснований для изменения размера судебных расходов апелляционная жалоба не содержит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 327.1, п. 1 ст. 328 и ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 16.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.