Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Репринцевой Н.Ю.,

судей Кривошеевой Е.В., Благодатских Г.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи, обеспеченной Центральным районным судом г. Красноярска, гражданское дело N 2-191/2025 (24RS0006-01-2025-000009-74) по иску Л. к Б. о возмещении материального ущерба, причиненного пожаром,

по кассационной жалобе Б. на решение Боготольского районного суда Красноярского края от 11 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 15 сентября 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Репринцевой Н.Ю., выслушав объяснения представителя Б. - Г., поддержавшей кассационную жалобу, объяснения Л., его представителя - Щ., возражавших против удовлетворения кассационной жалобы,

Л. обратился в суд с иском к Б. о возмещении ущерба, причиненного пожаром, в размере 3025000 руб.

Требования мотивировал тем, что 10 августа 2024 г. в принадлежащем ответчику Б. доме произошел пожар, вследствие чего сгорел жилой дом и надворные постройки истца, а также его личные вещи и документы. Постановлением следователя СО МО МВД России "Боготольский" от 16 декабря 2024 г. в возбуждении уголовного дела в отношении Б. по ст. 167, ч. 2 ст. 219 УК РФ отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием состава преступления). Полагает, что возмещение причиненного истцу материального ущерба подлежит с ответчика Б., как собственника дома, где произошло возгорание.

Истец, с учетом уточнения требований, просил взыскать с Б. сумму материального ущерба 1 354 200 руб., убытки на оплату услуг эксперта - 60 000 руб., судебные расходы.

Решением Боготольского районного суда Красноярского края от 11 июня 2025 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 15 сентября 2025 г., исковые требования Л. удовлетворены, с Б. в пользу Л. взыскан материальный ущерб, причиненный пожаром, в размере 1354200 руб., расходы по оценке ущерба - 60000 руб., по оплате услуг представителя - 5000 руб., по уплате государственной пошлины - 28442 руб. Л. из местного бюджета возвращена государственная пошлина в размере 17153 руб.

В кассационной жалобе Б. просит отменить судебные акты, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы указала, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что пожар произошел по вине ответчика, поскольку местоположение очага возгорания не установлено. Кассатор выражает несогласие с выводами судов о том, что Б. не предприняла должных мер к содержанию своего имущества, а также обеспечению безопасного режима его использования. Указывает, что суды не учли наличие в действиях истца нарушения правил пожарной безопасности по содержанию принадлежащего имущества, а также вынесли судебные акты на основании показаний свидетелей, которые не обладают специальными познаниями.

Принимающая участие в суде кассационной инстанции посредством видеоконференц-связи представитель Б. - Г. поддержала кассационную жалобу.

Л. и его представителя - Щ., принимающие участие в суде кассационной инстанции посредством видеоконференц-связи, возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда, не явились.

На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, законность обжалуемых судебных постановлений в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Нарушений такого характера судами при рассмотрении настоящего дела не допущено.

Судебными инстанциями установлено и из материалов дела следует, что Л. является собственником жилого дома по адресу: <адрес>, а Б. на праве собственности принадлежит жилой дом, расположенный на смежном земельном участке по адресу: <адрес>.

Из содержания материала об отказе в возбуждении уголовного дела СО МО МВД России "Боготольский" следует, что 11 августа 2024 г. в <данные изъяты>. на пульт связи части 33 ПСЧ-2 ПСО ФПС ГПС ГУ МСЧ России по Красноярскому краю поступило сообщение о загорании дома по адресу: <адрес>. На момент прибытия пожарного расчета происходило горение двух жилых домов и хозяйственных построек на общей площади 316 кв. м.

Согласно постановлениям об отказе в возбуждении уголовного дела от 10 сентября 2024 г. и от 10 января 2025 г. в результате пожара пострадал жилой дом по адресу: <адрес>, а также расположенные на территории домовладения брусовая баня, шлакоблочный гараж, в котором находился легковой автомобиль TOYOTA CAMRY, 2010 г.в. Кроме того, пострадал дом, расположенный по адресу: <адрес> и расположенные на территории домовладения дощато-бревенчатые хозяйственные постройки (баня, стайка, дровяник, гараж) под общей кровлей.

В рамках проведения проверки по факту пожара следователем получены объяснения очевидцев и свидетелей пожара.

Из пояснений Б. следует, что в вечернее время 10 августа 2024 г. она находилась дома совместно со своими друзьями по адресу: <адрес>. Они топили баню, распивали спиртные напитки. Примерно в <данные изъяты> 11 августа 2024 г. гости разошлись, Б. прибралась в доме, проверила баню, огня в печке уже не было, закрыла баню, выключила в доме все электронные приборы и свет. Легла спать примерно в <данные изъяты>. Во сне она услышала, что кто-то стучится в окно, подошла к окну и увидела там соседского мальчика, который кричал ей, чтобы та выбегала из дома, потому что дом горит. Б. выпрыгнула на улицу через окно, после чего побежала к заднему входу дома и увидела, как там разгорается огонь и на ее глазах начала разгораться баня.

ФИО22 проживающая по адресу: <адрес> находившаяся 10-11 августа 2024 г. у нее в гостях ФИО24 пояснили, что 10 августа 2024 г. у соседки Б. в ограде дома отдыхала компания, играла музыка, на летней в кухне дома светилась уличная гирлянда. 11 августа 2024 г. около <данные изъяты> часов ФИО25. она услышала громкий стук в окно, племянник ее супруга - ФИО26 закричал, что горит Б. ФИО27. включила везде свет, и закричала, чтобы кто-нибудь вызвал пожарных. Сразу же она выбежала на улицу, открыла ворота и побежала в сторону дома Б., дом еще в пламени не был, видела просто белый дым. ФИО28. вызвала пожарных, после чего вышла в огород и увидела, что пристройка или летняя кухня была Б. полностью охвачена огнем. С момента ее звонка до приезда сотрудников пожарных частей прошло более 15 минут. Пожар тушили до утра, и ФИО29 не помнит, в какой момент пожар перекинулся на соседний дом N, до или после приезда пожарных.

Кроме того, ФИО23 пояснила, что с того момента, как они переехали в дом N, кто-либо в дом N не приезжал, но она знает, что дом принадлежал какому-то мужчине. Огород в данном доме был запущен, под дачу дом также не использовался. Дом N был обшит сайдингом, в доме имелись пластиковые окна. Пояснила, что в доме у Б. находился котел, кирпичной печи отопления не было.

Опрошенные сотрудники ОНД и ПР по Тюхтетскому МО и Боготольскому району, прибывшие на место пожара, ФИО30 и ФИО31. пояснили, при осмотре места после того, как пожар был потушен, был установлен очаг возгорания, и он находился в углу котельной дома N по <адрес> (согласно плана схемы), в данном месте наблюдались наиболее выраженные термические повреждения. Считают, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара явился аварийный режим работы электропроводки или электрооборудования в месте очага возгорания. На месте пожара проводилась видеофиксация.

Согласно заключению пожарно-технической экспертизы от 19 декабря 2024 г. N, проведенной в рамках проверки, установить местоположение очага пожара (очаговой зоны), пути распространения горения экспертным путем не представилось возможным, поскольку экспертным путем не установлено местоположение очага пожара или очаговой зоны, и кроме того, отсутствуют сведения о состоянии возможных тепловых источников непосредственно перед происшествием, данные об особенностях допожарной обстановки на объектах, а также информация, касающаяся периода, предшествовавшего возгоранию, и информации о событиях предвосхищавших и сопровождающих пожар, которые могли иметь с ним связь. Ответить на вопрос о причине возникновения пожара в домовладениях N и N по <адрес> экспертным путем не представилось возможным, поскольку не установлено местоположение очага пожара, отсутствуют иные необходимые исходные данные.

Допрошенные в суде первой инстанции свидетели ФИО33 пояснили, что в доме N по <адрес> долгое время никто не проживал, огород не обслуживался. До 2023 г. ФИО34 окашивал траву около дома, после 2023 г. траву окашивал ФИО35. и его сосед, чтобы предотвратить возникновение пожара. ФИО36 предположил, что пожар начался с дома Б.

Судом первой инстанции по делу назначена экспертиза с целью определения размера ущерба, причиненного имуществу истца, производство которой поручено ФБУ Красноярская ЛСЭ Минюста России.

Согласно заключению судебной оценочной экспертизы от 5 мая 2025 г. N стоимость ущерба, причиненного истцу, в виде среднерыночной стоимости поврежденного имущества, не подлежащего восстановлению, по состоянию на 11 августа 2024 г. и 27 декабря 2024 г. составляет 1 354 200 руб.

Ответчиком результаты проведенной по делу судебной экспертизы не оспаривались, ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы не заявлялось.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 201, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", учитывая, что очаг пожара находился на территории домовладения Б., принимая во внимание обязанность собственника по надлежащему содержанию своего имущества, установил наличие оснований для вывода о том, что Б. не приняла достаточных мер к исключению пожароопасной ситуации, а ее бездействие находится в прямой причинно-следственной связи с причинением ущерба истцу, с учетом заключения судебной оценочной экспертизы, определил к взысканию с ответчика Б. в пользу истца в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, 1 354 200 руб., применив положения статей 88, 94. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскал судебные расходы.

Проверяя законность и обоснованность решения суда в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции согласился с такими выводами суда первой инстанции, указав, что они соответствуют требованиям материального закона и обстоятельствам конкретного дела, правила оценки доказательств судом первой инстанции соблюдены.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов отвечают требованиям законодательства, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы кассационной жалобы о том, что судом не установлены причины возгорания, а вывод о виновности ответчика Б. сделан на основании косвенных доказательств и предположений, показаний свидетелей были проверены и отклонены апелляционной инстанцией.

В силу положений ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что действия собственника по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом не должны нарушать права и интересы других лиц.

В силу абзаца второго части первой статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" собственник несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством.

Из приведенных норм права следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества. Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

Суд первой и апелляционной инстанции исходили из того, что очаг возникновения пожара находился в помещении по адресу: <адрес>, принадлежащем ответчику, что подтверждается план-схемой, показаниями сотрудников ОНД и ПР по Тюхтетскому МО и Боготольскому району, очевидцев пожара, указывавших на то, что огонь с участка Б. перекинулся на жилой дом по <адрес>, принадлежащий истцу.

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что поскольку очаг пожара располагался внутри помещения, принадлежащего на праве собственности ответчику, а в силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации именно собственник несет бремя содержания своего имущества, следовательно, собственник признается причинителем вреда, если вред возник в результате вредоносного действия объекта собственности. При этом, вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, доказательств принятия ответчиком всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от собственника по характеру лежащих на нем обязанностей, ответчиком в нарушение требования статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Нарушения требований статей 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке судами доказательств допущено не было.

Доводы кассационной жалобы ответчика о том, что истец не проживал в доме N по <адрес>, использовал двор для складирования строительных материалов, являлись предметом проверки суда первой и апелляционной инстанции и мотивированно отклонены, поскольку не состоят в причинно-следственной связи между возникшим пожаром и причинением ущерба истцу.

Судом апелляционной инстанции обоснованно указано, что истец не отказывался от своего права собственности на дом, следил за ним, что подтвердили допрошенные свидетели, указавшие на то, что по заданию истца следили за домом, что свидетельствует о соблюдении истцом мер противопожарного режима. Фактов привлечения истца к административной и иным видам ответственности за нарушение противопожарных норм и правил, материалы дела не содержат.

Выводы судов признаются судебной коллегией соответствующими установленным фактическим обстоятельствам настоящего спора, постановлены при правильном применении норм материального права на основе полного, всестороннего исследования и оценки имеющихся в материалах дела доказательств, включая заключение эксперта.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств и установленных судом первой и апелляционной инстанции обстоятельств по настоящему делу, а потому не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами судов не свидетельствует о судебной ошибке.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в силу статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных постановлений, не установлено.

Таким образом, судебные постановления являются законными, обоснованными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Боготольского районного суда Красноярского края от 11 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 15 сентября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Б. - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 24 марта 2026 г.