Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Ромасловской И.М.,

судей Рипка А.С., Назейкиной Н.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Д. на решение Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 31 июля 2025 года, апелляционное определение Верховного Суда Республики Татарстан от 30 октября 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению Министерства лесного хозяйства Республики Татарстан к Д., СНТ "Стоматолог" об устранении нарушений лесного законодательства

заслушав доклад судьи Рипка А.С., в отсутствии лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени проведения судебного заседания, проверив материалы дела, судебная коллегия

Министерство лесного хозяйства Республики Татарстан обратилось в суд с иском к Д. об обязании устранить нарушения лесного законодательства, привести в соответствие с действующим законодательством использование лесного участка с кадастровым номером N, предоставленного на основании договора аренды N 341 от 5 декабря 2011 года, расположенного в <адрес>, а именно, демонтировать и вывести с территории лесного фонда ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металлического листа протяженностью 11,9 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 28,6 м с воротами (3,2 м).

В ходе производства истец изменил требования, просил обязать Д., ДНТ "Стоматолог" устранить нарушения лесного законодательства, привести в соответствие с действующим законодательством использование лесного участка с кадастровым номером N, предоставленного на основании договора аренды N 341 от 5 декабря 2011 года, расположенного в <адрес>, а именно, демонтировать и вывести с территории лесного фонда ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 28,1 м с воротами (2,9 м).

Исковые требования мотивированны тем, ГКУ "Пригородное лесничество" в ходе проведения осмотра от 24.02.2025 установлен факт нарушения норм действующего законодательства РФ, условий договора аренды и проекта освоения лесов.

В частности, Д. предоставлен в аренду лесной участок с кадастровым номером N площадью 0,0557 га в <адрес> на основании договора аренды лесного участка N 341 от 5 декабря 2011 года.

Лесной участок предоставлен в целях осуществления рекреационной деятельности сроком на 49 лет.

На данный участок разработан проект освоения лесов, который утвержден приказом Министерства лесного хозяйства РТ.

В ходе проведения осмотра указанного участка установлено, что в части периметра территории лесного участка с кадастровым номером N в <адрес>, имеется ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 28,1 м с воротами (2,9 м).

Проектом освоения лесов возведение ограждения не предусматривается, ограждение возведено в нарушение норм статей 11, 41, 88 Лесного кодекса РФ, п. 7 Правил использования лесов для осуществления рекреационной деятельности, утвержденных Приказом Минприроды России от 09.11.2020 N 908, а также в нарушение условий договора аренды и проекта освоения лесов.

В адрес ответчика была направлена досудебная претензия о необходимости устранения выявленных нарушений. На дату обращения с исковым заявлением в суд спорное ограждение не демонтировано.

Решением Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 31 июля 2025 года исковые требования Министерства лесного хозяйства Республики Татарстан к Д. об устранении нарушений лесного законодательства удовлетворены.

Суд обязал Д., СНТ "Стоматолог" устранить нарушения лесного законодательства, привести в соответствие с действующим законодательством использование лесного участка с кадастровым номером N, предоставленного на основании договора аренды лесного участка N 341 от 05.12.2011 года, расположенного в <адрес>, а именно демонтировать и вывести с территории лесного фонда ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22.2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 24,9 м с воротами 2,9 м.

С Д. в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

С СНТ "Стоматолог" в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 20 000 рублей.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 30 октября 2025 года решение Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 31 июля 2025 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба Д. - без удовлетворения.

В кассационной жалобе Д. ставится вопрос об отмене судебных постановлений.

Лица, участвующие в деле, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия, руководствуясь частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, 5 декабря 2011 года между Министерством лесного хозяйства Республики Татарстан (арендодатель) и Д. (арендатором) заключен договор аренды лесного участка N 341, по условиям которого арендодатель, действующий в соответствии со статьями 72 и 74 Лесного кодекса Российской Федерации, предоставил арендатору во временное пользование лесной участок с кадастровым номером N, площадью 0,0557 га, местоположение: <адрес> (п. 2) для использования в целях и объемах согласно приложению N 2 (п. 1.4), с оплатой арендной платы в год - 1959,51 руб. (п. 5); срок действия договора установлен с 5 декабря 2011 года по 4 декабря 2060 года; арендатор обязался: использовать земельный участок по назначению в соответствии с лесным законодательством, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и данным договором, вносить арендную плату; в установленном порядке разработать и представить арендодателю проект освоения лесов с положительным заключением государственной экспертизы в течение 90 дней, согласно ст. 88 Лесного кодекса Российской Федерации; ежегодно в установленном порядке подавать лесную декларацию (п. 11) и ежеквартально отчет об использовании лесов, отчет об охране и защите лесов, а также отчет о воспроизводстве лесов и лесоразведении.

Согласно подпункту "г" пункта 11 договора, арендатор обязан в установленном порядке разработать и предоставить арендодателю проект освоения лесов с положительным заключением экспертизы.

Д. в Министерство лесного хозяйства Республики Татарстан представлен проект освоения лесов на арендуемый лесной участок со сроком действия до 2029 года, до истечения срока действия лесохозяйственного регламента Пригородного лесничества (утвержденного приказом Министерства лесного хозяйства РТ от 19.02.2019 N 112-осн) до 01.04.2029. Данный проект утвержден приказом Министерства лесного хозяйства Республики Татарстан от 30.04.2019 N 411осн.

Исходя из п. 10 договора, земельный участок предоставлен в целях осуществления рекреационной деятельности, лесной участок возможно использовать в целях организации отдыха, туризма, физкультурно-оздоровительной и спортивной деятельности лиц, использующие леса, а также организовать туристические станции, туристические тропы и трассы, проведение культурно-массовых мероприятий, пешеходные, велосипедные и лыжные прогулки, конные прогулки, занятия изобразительным искусством и другие виды рекреационной деятельности.

Согласно условиям данного договора, арендатор имеет право на лесном участке в установленном порядке возводить временные постройки (беседки, пункты хранения инвентаря) и осуществлять благоустройство лесных участков (размещение дорожно-тропиночной сети), осуществлять возведение физкультурных, спортивных сооружений на лесном участке, в границах которых предусматривается строительство, реконструкция и эксплуатация объектов для осуществления рекреационной деятельности в соответствии с определенным лесным планом зонами планируемого освоения лесов и размещать временные постройки в местах, определенных в проекте освоения лесов.

Государственная регистрация права по договору произведена 02.07.2014.

По акту приема-передачи лесной участок передан Д. в целях осуществления рекреационной деятельности.

В результате контрольного мероприятия, проведенного участковым лесничества и мастерами леса, на основании приказа от 04.02.2025, поручения Министерства лесного хозяйства РТ от 04.02.2025 в рамках условий договора аренды проведено обследование лесного участка с кадастровым номером N на предмет нарушений лесного законодательства, в результате чего установлено, что на арендуемом участке имеется ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 24,9 м с воротами (2,9 м).

При совместном акте обследования, проведенного 28 мая 2025 года установлено, что на участке имеется забор из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 24,9 м с воротами (2,9 м).

Ответчик в акте пояснил, что забор СНТ обладает огнезащитным свойством, ограждение 22,2 м является защитой от падения снега, забор из кирпича протяженностью 24,9 м является шумоизоляционным ограждением.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь частью 1 статьи 67, статьи 72 Конституции Российской Федерации, пунктом 2 статьи 3, статьями 7, 9, пунктами 4, 5, 6, 8 статьи 11, статьями 12, 24, 25, 88, 89 Лесного кодекса Российской Федерации, статьями 304, 309, 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 27 приказа Министерства природы России от 16 ноября 2021 года N 864 "Об утверждении Состава проекта освоения лесов, порядка его разработки и внесения в него изменений, требований к формату проекта освоения лесов в форме электронного документа" исковые требования удовлетворил, поскольку размещение на лесном участке спорных ограждений нарушает требования действующего лесного законодательства, договора аренды лесного участка для осуществления рекреационной деятельности, и не предусмотрено проектом освоения лесов.

С выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.

У суда кассационной инстанции отсутствуют основания не согласится с выводами судов первой и апелляционной инстанций по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на правильном применении норм права, выводы, сделанные судами, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что лесной фонд ввиду его жизненно важной многофункциональной роли и значимости для общества в целом, необходимости обеспечения сбалансированного развития экономики и улучшения состояния окружающей природной среды в условиях возрастания глобального экологического значения лесов России и выполнения международных обязательств, а также рационального использования этого природного ресурса в интересах Российской Федерации и ее субъектов представляет собой публичное достояние многонационального народа России и как таковой является федеральной собственностью особого рода и имеет специальный правовой режим (постановления от 09.01.1998 N 1-П и от 07.06.2000 N 10-П; определение от 27.06.2000 N 92-О).

Правовое регулирование отношений, связанных с использованием лесных ресурсов, основывается на принципе приоритета публичных интересов и предполагает, в частности, обеспечение сохранности лесного фонда, его рациональное использование и эффективное воспроизводство, ответственность субъектов хозяйственной деятельности, связанной с использованием лесов, за соблюдение установленного лесным законодательством правопорядка и их публичные обязательства по восполнению части лесного фонда, утраченной в результате хозяйственной деятельности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.02.2010 N 238-О-О).

В статье 11 Лесного кодекса РФ закреплено как право граждан свободно и бесплатно пребывать в лесах (часть 1), так и гарантии реализации этого права, путем установления запрета лицам, которым предоставлены лесные участки, препятствовать доступу граждан на эти лесные участки, а также огораживать их, за исключением случаев, предусмотренных законодательством.

Одним из видов использования лесов согласно пункту 8 части 1 статьи 25 Лесного кодекса Российской Федерации является использование лесов в целях осуществления рекреационной деятельности.

В соответствии со статьей 41 Лесного кодекса Российской Федерации леса могут использоваться для осуществления рекреационной деятельности в целях организации отдыха, туризма, физкультурно-оздоровительной и спортивной деятельности.

Как следует из части 2 статьи 41 Лесного кодекса Российской Федерации, пп. "в" п. 7 Правил использования лесов для осуществления рекреационной деятельности, утвержденных приказом Минприроды России от 9 ноября 2020 года N 908, при осуществлении рекреационной деятельности в лесах допускается также возведение, эксплуатация и демонтаж некапитальных строений, сооружений, предусмотренных перечнем объектов капитального строительства, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, и перечнем некапитальных строений, сооружений, не связанных с созданием лесной инфраструктуры.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 114 Лесного кодекса Российской Федерации к лесам, выполняющим функции защиты природных и иных объектов, относятся леса, расположенные в лесопарковых зонах (леса, расположенные на землях лесного фонда и землях иных категорий, используемые в целях организации отдыха населения, сохранения санитарно-гигиенической, оздоровительной функций и эстетической ценности природных ландшафтов).

Согласно части 3 статьи 114 Лесного кодекса Российской Федерации в целях охраны лесов, расположенных в лесопарковых зонах, допускается возведение ограждений на землях, на которых располагаются такие леса.

По смыслу части 8 статьи 11 Лесного кодекса Российской Федерации доступ граждан на лесные участки, переданные в аренду, не может быть ограничен ограждением, за исключением лесов, расположенных в лесопарковых зонах в целях их охраны.

Согласно п. 9 Правил использования лесов для осуществления рекреационной деятельности, утвержденных приказом Минприроды России от 9 ноября 2020 года N 908, лица, использующие леса для осуществления рекреационной деятельности, обязаны: составлять проект освоения лесов в соответствии с частью 1 статьи 88 Лесного кодекса Российской Федерации; осуществлять использование лесов в соответствии с проектом освоения лесов, а также выполнять другие обязанности, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

Статья 88 Лесного кодекса Российской Федерации устанавливает, что лица, которым лесные участки предоставлены в постоянное (бессрочное) пользование или в аренду, составляют проект освоения лесов в соответствии со статьей 12 Лесного кодекса Российской Федерации. Состав проекта освоения лесов и порядок его разработки устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно части 1 статьи 89 Лесного кодекса Российской Федерации проект освоения лесов подлежит государственной или муниципальной экспертизе в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, лесным законодательством предусмотрено использование лесов только на основании проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной экспертизы.

Приказом Минприроды России от 16 ноября 2021 года N 864 "Об утверждении Состава проекта освоения лесов, порядка его разработки и внесения в него изменений, требований к формату проекта освоения лесов в форме электронного документа" установлены требования к содержанию проекта освоения лесов, который должен включать в себя сведения о разрешенных лесохозяйственным регламентом лесничества видах и проектируемых объемах использования лесов, мероприятиях по охране, защите и воспроизводству лесов, по созданию и эксплуатации объектов лесной и лесоперерабатывающей инфраструктуры, по охране объектов животного мира и водных объектов, а также в случаях, предусмотренных частями 1 и 2 статьи 21 Лесного кодекса Российской Федерации, сведения о строительстве, реконструкции, капитальном ремонте, вводе в эксплуатацию и выводе из эксплуатации, сносе, ликвидации и консервации объектов капитального строительства, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, сведения о возведении и эксплуатации некапитальных строений, сооружений, не связанных с созданием лесной инфраструктуры.

Судами установлено и следует из материалов дела, земельный участок с кадастровым номером N относится к землям лесного фонда, из проекта освоения лесов, разработанного на данный участок, следует, что он предоставлен для осуществления рекреационной деятельности.

Судами установлено и следует из материалов дела, спорный лесной участок имеет ограждение в виде забора из сетки рабица на металлическом основании протяженностью 22,2 м, металла протяженностью 9,2 м и красного кирпича на ленточном фундаменте протяженностью 28,1 м с воротами (2,9 м), при этом доступ на лесной участок невозможен, поскольку со стороны дороги на всем протяжении ДНТ "Стоматолог" установлено ограждение в виде единого забора, который одновременно является ограждением земельных участков, переданных в аренду физическим лицам, что сторонами по делу не оспаривалось.

Судами установлено, ограждение, о демонтаже которого заявлено истцом, отсутствует в проекте освоения лесов, утвержденного Министерством лесного хозяйства Республики Татарстан от 21 февраля 2020 года N 163-осн.

Доводы о том, что ограждение было установлено до утверждения проекта освоения лесов и договора аренды лесного участка, существовало с момента создания ДНТ "Стоматолог" и является частью ограждения ДНТ, были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций и аргументированно отклонены на основании следующего.

Согласно пояснениям ответчиков, существующее на местности ограждение построено в 2005 году взамен ветхого деревянного забора, на основании решения общего собрания дачного некоммерческого образования от 23 июля 2005 года.

В опровержение данных пояснений ответчиков, истцом представлены пояснения к акту обследования от 3 июля 2025 года в части идентичности существующих ограждений протоколу собрания членов ДНТ "Стоматолог" от 23 июля 2005 года.

В отношении земельного участка с кадастровым номером N установлено несоответствие в части высоты ограждения, материала исполнения (л.д. 86-87 т. 1), при этом, как указано судами, ответчиками доказательств существования ограждения в том виде, в котором оно имеется в настоящее время до принятия Лесного кодекса Российской Федерации представлено не было.

Судом апелляционной инстанции дана оценка доводам о существовании ограждения до введения в действие Лесного кодекса Российской Федерации, отклоняя данные доводы суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из положений части 1 статьи 4 Федерального закона от 04.12.2006 N 201-ФЗ "О введении в действие Лесного кодекса Российской Федерации" согласно которой договоры аренды участков лесного фонда и договоры безвозмездного пользования участками лесного фонда должны быть приведены в соответствие с Лесным кодексом Российской Федерации до 1 января 2009 года, следовательно на арендаторов возложена обязанность привести в соответствие с новым лесным законодательством договоры аренды участков лесного фонда путем их переоформления, при этом ограждение лесных участков, представленных в целях рекреационной деятельности, в соответствии с действующим лесным законодательством, не предусмотрено.

Судом апелляционной инстанции правомерно отмечено, что ограждение из красного кирпича с воротами не подпадают под некапитальные объекты, возведение которых предусмотрено на лесных земельных участках, используемых для рекреационных целей, поскольку имеет прочную связь с землей, выстроено на ленточном фундаменте, что было установлено при обследовании данного участка и отражено в соответствующем акте от 24 февраля 2025 года (л.д. 7-9 т. 1).

Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно исходили из того, что спорное ограждение, о демонтаже которого заявлено истцом, не соответствует целям использования лесного участка для рекреационных целей, которые должны обеспечивать свободный доступ граждан к лесным ресурсам и не создавать огороженные территории, ограничивающие такой доступ.

Отказ в назначении судебной экспертизы не свидетельствует о незаконности обжалуемого постановления, поскольку по правилам статьи 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворение ходатайства стороны является правом, а не обязанностью суда, в связи с чем, несогласие с результатами рассмотрения судом заявленного ходатайства само по себе, применительно к обстоятельствам данного дела, не свидетельствует о нарушении процессуальных норм.

Достаточность доказательств определяется судом первой и апелляционной инстанции, которые в силу положений статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определяют какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Доводы кассационной жалобы о необоснованном отказе в применении срока исковой давности отклоняется судом кассационной инстанции, отказывая в применении срока исковой давности, суды руководствовались положениями статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, применив разъяснения, данные в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" и исходили из негаторного характера заявленных требований, к которым срок исковой давности не применяется.

Положенные в основу кассационной жалобы доводы проверены судом кассационной инстанции, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, установленных судами ранее, соответственно, не влияют на законность принятого судебного акта.

При вынесении обжалуемого решения суды первой и апелляционной инстанций всесторонне, полно и объективно исследовали материалы дела, дали им надлежащую оценку и правильно применили нормы права.

Доводы заявителя кассационной жалобы не подтверждают нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела, поэтому они не могут служить основанием для кассационного пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы Д.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Лаишевского районного суда Республики Татарстан от 31 июля 2025 года, апелляционное определение Верховного Суда Республики Татарстан от 30 октября 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу Д. - без удовлетворения.

Мотивированное кассационное определение изготовлено 27 марта 2026 года.