Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Гусева Д.А.,

судей Раужина Е.Н., Пальцева Д.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1581/2025 (УИД 54RS0004-01-2025-001030-53) по иску федерального казенного учреждения "Исправительная колония N 8 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области" к С. о взыскании неосновательного обогащения,

по кассационной жалобе федерального казенного учреждения "Исправительная колония N 8 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области" на решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 23 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 28 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Гусева Д.А., объяснения представителя федерального казенного учреждения "Исправительная колония N 8 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области" ФИО5, поддержавшего доводы и требования кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

федеральное казенное учреждение "Исправительная колония N 8 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области" (далее по тексту - ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области, истец) обратилось в суд с иском к С. (далее по тексту - С., ответчик) о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Требования мотивированы тем, что С. проходил службу в ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области с 28 апреля 2018 г. по 7 ноября 2024 г. В период времени с 16 сентября 2024 г. по 31 октября 2024 г. в ходе личной беседы по телефону С. утверждал, что он находится <данные изъяты> в связи с временной нетрудоспособностью, на основании чего в табелях учета рабочего времени ему вносились соответствующие отметки, ему было выплачено денежное довольствие за данный период в размере 79312,25 рублей, однако впоследующем дни в период с 1 ноября 2024 г. по 5 ноября 2024 г. были признаны прогулами по причине отсутствия оправдательных документов и не оплачивались С., 6 ноября 2024 г. ответчик приступил к исполнению своих служебных обязанностей, однако документы о своей временной нетрудоспособности не представил.

С учетом изложенного, истец просил суд взыскать с ответчика в пользу истца сумму неосновательного обогащения в размере 79312,25 рублей.

Решением Калининского районного суда г. Новосибирска от 23 июня 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 28 октября 2025 г. решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 23 июня 2025 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области просит отменить решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 23 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 28 октября 2025 г.

Относительно доводов кассационной жалобы письменных возражений не представлено.

В судебном заседании судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции представитель ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области ФИО5, действующий на основании доверенности от 14 мая 2025 г., доводы и требования кассационной жалобы поддержал, просил кассационную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, своевременно и надлежащим образом извещенные о дне, времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, в судебное заседание не явились, сведений об уважительных причинах неявки суду не сообщили.

На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает кассационную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции таких нарушений по настоящему делу не усматривает и в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, не находит оснований для признания выводов судов первой и апелляционной инстанций незаконными.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, С. проходил службу по контракту в ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области в период с 28 апреля 2018 г. по 7 ноября 2024 г.

Согласно табелям учета использования рабочего времени за сентябрь и октябрь 2024 года ответчик с 16 сентября 2024 г. по 30 октября 2024 г. не работал.

ФКУ ИК-8 ГУФСИН России по Новосибирской области за указанный период выплачено денежной довольствие в размере 79312,25 рублей.

Указанную сумму денежного довольствия истец считает неосновательным обогащением С., так как он не предоставил документы, подтверждающие факт временной нетрудоспособности за данный период.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований, поскольку признаки недобросовестности при получении денежного довольствия, требуемого к возврату, со стороны С. отсутствуют, при этом выплата указанной суммы не является счетной ошибкой.

Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность принятого по делу решения, согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Оснований не соглашаться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемых судебных актах, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суды дали оценку в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой.

Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17), соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Отношения, связанные с поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника, регулируются Федеральным законом от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" регулируются отношения, связанные с денежным довольствием сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы.

Согласно частям 1, 3 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" денежное довольствие сотрудников является основным средством их материального обеспечения и стимулирования выполнения ими служебных обязанностей. Денежное довольствие сотрудников состоит из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью (далее также - должностной оклад) и месячного оклада в соответствии с присвоенным специальным званием (далее - оклад по специальному званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания (далее - оклад денежного содержания), ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Порядок обеспечения сотрудников денежным довольствием определяется в соответствии с законодательством Российской Федерации руководителем федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники (часть 18 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Приказом Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации от 16 августа 2021 г. N 01 утвержден Порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее по тексту - Порядок).

Пунктом 11 Порядка предусмотрено, что на основании приказа руководителя (начальника) за время отсутствия по месту службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного служебного времени денежное довольствие сотруднику не выплачивается (удерживается).

Выплаченное денежное довольствие удерживается (взыскивается) в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации (пункт 10 Порядка).

Отношения по удержанию из денежного довольствия при увольнении сотрудника органов уголовно-исполнительной системы для погашения его задолженности перед федеральным органом исполнительной власти в сфере органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации за оплаченные неотработанные дни положениями специального законодательства не урегулированы, следовательно, к ним применяются нормы трудового законодательства.

Частью 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев, в том числе, если это связано с неправомерными действиями работника, установленными судом.

Нормативные положения части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации согласуются с подпунктом 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, которым установлены ограничения для возврата в виде неосновательного обогащения заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, пособий, стипендий, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Вопреки доводов кассационной жалобы суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку не установлена недобросовестность со стороны ответчика, вследствие которой ему было начислено денежное довольствие за указанный период, тогда как факт осведомленности истца о невыходе ответчика на службу в спорный период не оспаривался, однако начисление и выплата денежного довольствия не были приостановлены, каких-либо доказательств проверки сведений о нахождении в этот период ответчика на листке нетрудоспособности не представлено.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судами первой и апелляционной инстанций и имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов, либо опровергали выводы судов первой и апелляционной инстанций, являются процессуальной позицией заявителя кассационной жалобы, не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций были допущены нарушения, влекущие отмену обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке.

Фактически доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, что в силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым в суде кассационной инстанции, в силу своей компетенции кассационный суд общей юрисдикции исходит из признанных установленными судом первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судебными инстанциями. Правом переоценки доказательств и правом устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судебными инстанциями кассационный суд общей юрисдикции не наделен.

Положения статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями главы 41 данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных постановлений право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, подменяя тем самым суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства.

На недопустимость судом кассационной инстанции устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства указано в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 17 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции".

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 17 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", производство в суде кассационной инстанции предназначено для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений, установления правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судебными инстанциями в ходе предшествующего рассмотрения дела.

Восьмой кассационный суд общей юрисдикции считает, что юридические значимые обстоятельства по делу судами первой и апелляционной инстанций определены верно, изложенные выводы соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам гражданского дела.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 23 июня 2025 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 28 октября 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу федерального казенного учреждения "Исправительная колония N 8 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области" - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 17 марта 2026 г.