Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Душкова С.Н.,

судей Дудусова Д.А., Тришканевой И.Н.,

при секретаре - помощнике судьи Таскиной Л.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО1 на решение Орджоникидзевского районного суда Республики Хакасия от 11 декабря 2024 года, которым удовлетворены исковые требования К.А.Б. к ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате пожара.

Заслушав доклад председательствующего,

К.А.Б. обратился в суд с иском к ФИО1, в котором просил взыскать ущерб, причиненный в результате пожара, мотивировав требования тем, что вечером 25 апреля 2024 года от брошенной ответчиком незатушенной сигареты произошло возгорание избушки, вследствие чего избушка и имущество, находящееся в ней, уничтожены. Просил взыскать с ФИО1 в возмещение ущерба 420 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 000 руб.

В судебном заседании ответчик ФИО1 и его представитель Я. возражали против удовлетворения иска, причастность к возникновению пожара стороной ответчика не оспаривалась.

Представитель истца К.А.А. исковые требования поддержал.

Истец К.А.Б. в судебное заседание не явился, суд рассмотрел дело в его отсутствие.

Суд постановил решение, которым удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным решением, как незаконным и необоснованным, ответчик обратился в Верховный Суд Республики Хакасия с апелляционной жалобой, в которой просит судебную коллегию решение суда отменить. По мнению автора жалобы, размер ущерба, заявленный К.А.Б. и взысканный судом, ничем не подтвержден. Судом не принят во внимание тот факт, что истец не является собственником сгоревшей чабанской избушки, построенной в 1990 году. Она передана ему Администрацией Орджоникидзевского района в пользование вместе с земельным участком на основании договора аренды. На момент начала пользования К.А.Б. находилась в полуразрушенном состоянии, письменных доказательств в подтверждение произведенного ремонта избушки суду не представлено. В связи с изложенным полагает, что К.А.Б. не имел права обращаться в суд с указанным требованием. Критикуя расчет стоимости ущерба в размере 420 00 руб., представленный истцом и принятый судом, указывает, что ущерб подлежал возвещению в реальном размере, а не в размере стоимости нового объекта строительства. Считает, что судом необоснованно не принято во внимание заключение товароведческой экспертизы, проведенной в ходе проверки в порядке ст. 144 - 145 УПК РФ, а также его имущественное положение, отсутствие у него умысла на причинение ущерба. С учетом изложенного просит снизить размер возмещения ущерба до его стоимости, рассчитанной с учетом износа избушки на момент пожара.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец К.А.Б. просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

27 февраля 2025 года ответчик ФИО1 умер.

Определением судебной коллегии от 2 декабря 2025 года произведено процессуальное правопреемство, ответчик ФИО1 заменен на Межрегиональное территориальное Федеральное агентство по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва (далее - МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва).

В заседание судебной коллегии истец К.А.Б., представитель ответчика МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва не явились, о времени и месте разбирательства по делу извещались надлежащим образом. В связи с этим судебная коллегия на основании положений ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (абзац 1 п. 2).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац 1 п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Возложение ответственности на основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает доказанность факта противоправного поведения, вины лица, причинившего ущерб, величины ущерба, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями лица и наступившими последствиями.

Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу принципа распределения бремени доказывания по делам о возмещении ущерба истец должен доказать основание возникновения ответственности в виде возмещения убытков, причинную связь между фактом, послужившим основанием для наступления ответственности в виде возмещения убытков и причиненными убытками, размер убытков, ответчик должен доказать отсутствие вины, непринятие истцом мер по предотвращению или снижению размера понесенных убытков.

Как видно из материалов дела, что К.А.Б. предоставлен в аренду сроком с 19 августа 2011 года по 18 августа 2060 года земельный участок, площадью <данные изъяты> кв. м, из земель сельскохозяйственного назначения по адресу: <адрес>, кадастровый N.

На вышеуказанном земельном участке находилось в полуразрушенном состоянии строение (сторожка), построенное в 1990 году, которое истцом было восстановлено, использовалось при осуществлении своей деятельности по выпасу сельскохозяйственных животных.

25 апреля 2024 года произошло возгорание сторожки в <адрес>, представляющей из себя постройку брусовую, размером 4x4 м, 5 степени огнестойкости, с печным отоплением, отсутствием освещения, деревянным потолочным перекрытием, крышей из шифера на деревянной обрешетке.

В результате пожара крыша, потолочное перекрытие, стены и предметы вещной обстановки сторожки полностью уничтожены огнем, сохранились лишь четыре нижних бревна восточной стены строения, которые полностью обуглены с потерей сечения материала. Штукатурное покрытие печи и дымовой трубы частично отслоились, кирпичная кладка частично потрескалась, металлические элементы печи деформированы.

Возгорание сторожки произошло по вине ФИО1, который бросил в месте ее расположения непотушенный окурок сигареты.

Постановлением дознавателя отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Ширинскому и Орджоникидзевский районам Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного Управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Хакасия от 25 июля 2024 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по факту данного пожара по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации.

К.А.Б., заявившим требование о взыскании 420 000 руб. с ФИО1, в качестве доказательства размера причиненного ущерба представлен локальный сметный расчет, подготовленный Строительно-производственным кооперативом "Вариант", согласно которому рыночная стоимость затрат на восстановление строения составляет 428 099,03 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, основываясь на положениях вышеприведенных норм, а также Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", руководящими разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходил из того, что К.А.Б. доказано наличие оснований для привлечения ФИО1 к деликтной ответственности, поскольку имеется противоправность его поведения в виде несоблюдения им меры пожарной безопасности, предписывающей не бросать горящие окурки, которая находится в причинно-следственной связи с причинением истцу материального ущерба в размере стоимости уничтоженного огнем имущества, доказательств своей невиновности в причинении ему вреда он не представил, напротив, не оспаривал вину.

При определении размера ущерба суд первой инстанции принял в качестве допустимого и достоверного доказательства локальный сметный расчет Строительно-производственного кооператива "Вариант".

Основания не согласиться с взысканным судом первой инстанции с ФИО1 в пользу К.А.Б. размером ущерба в сумме 420 000 руб. на основании представленного им локального сметного расчета Строительно-производственного кооператива "Вариант" по доводам апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с обозначенным размером ущерба не опровергается надлежащими доказательствами.

Как и суд первой инстанции, судебная коллегия принимает во внимание то, что ФИО1 процессуальным правом заявить ходатайство о проведении судебной экспертизы при рассмотрении дела не воспользовался.

Локальный сметный расчет произведен на основании установочных сведений о возведении на существующем фундаменте деревянного строения, размером 4x4 м, с двумя оконными проемами и одним дверным проемом, двухскатной шиферной кровлей. Высота стен строения при расчете учитывалась 3 м, что фактически для внутреннего помещения строения составляет 2,5 м от пола и до потолка.

Локальный сметный расчет выполнен на объем и количество строительных материалов, изделий и конструкций, необходимых для возведения сторожки, аналогичной уничтоженной огнем, с использованием федеральных сборников базисных цен на строительные материалы и государственных элементарных сметных норм.

Локальный сметный расчет содержит полный и развернутый перечень необходимых работ, перечень материалов, необходимых для восстановления поврежденного имущества, а также расчет стоимости работ и материалов.

Подкреплен локальный сметный расчет пояснениями допрошенного в судебном заседании председателя Строительно-производственного кооператива "Вариант" ФИО2, которым он был осуществлен.

Доказательств, опровергающих выводы, содержащиеся в локальном сметном расчете Строительно-производственного кооператива "Вариант", со стороны ФИО1 не представлено.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобу у суда апелляционной инстанции не имеется оснований считать, что уничтоженное огнем имущество не принадлежало К.А.Б.

Вместе с тем судебная коллегия находит решение суда первой инстанции подлежащим изменению по следующим основаниям.

27 февраля 2025 года ФИО1 умер.

В соответствии с п. 1 ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В силу ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследственные вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" в состав наследства входит принадлежащие наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

П. 2 ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается смертью кредитора, если исполнение предназначено лично для кредитора либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью кредитора.

По общему правилу смерть гражданина - стороны в обязательстве влечет не прекращение правоотношения, а изменение его субъектного состава - замену умершего лица его правопреемником (наследником или иным лицом, указанным в законе).

В соответствии с ч. 1 ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" разъяснено, что в случаях, указанных в статье 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции разрешает вопросы о процессуальном правопреемстве.

26 марта 2025 года судебной коллегий производство по апелляционной жалобе ФИО1 было приостановлено до определения его наследников

По истечении срока, установленного для принятия наследства, сведений о наследниках принявших наследство по закону или завещанию судебной коллегией не было установлено.

На день смерти у ФИО1 суд апелляционной инстанции выявил только наличие имущество в виде денежных средств на счете N, открытом в Публичном акционерном обществе "Сбербанк России" (далее - ПАО Сбербанк), в размере 35,49 руб.

Как ранее указано, определением судебной коллегии от 2 декабря 2025 года произведено процессуальное правопреемство, ответчик ФИО1 заменен на МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва.

Согласно п. 1 ст. 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

Из разъяснений, содержащихся в п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", следует, что ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на территории Российской Федерации жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга (выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения) в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации.

Переход выморочного имущества к государству закреплен императивно, от государства не требуется выражение волеизъявления на принятие наследства.

Возникновение права собственности на наследственное имущество не связано с получением свидетельства, а также с государственной регистрацией права наследника на имущество.

Воля государства на принятие выморочного имущества выражена изначально путем закрепления в законодательстве правила о переходе к нему этого имущества, у государства отсутствует возможность отказаться от принятия наследства (пункт 1 статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для Российской Федерации в лице соответствующих органов, как и для других наследников, наследственное правопреемство является универсальным, то есть к ней переходят все права и обязанности наследодателя, включенные в наследственную массу, в этой связи Российская Федерация как наследник отвечает перед кредиторами наследодателя (статья 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

П. 5.35 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июня 2008 года N 432, предусмотрено, что Федеральное агентство по управлению государственным имуществом принимает в установленном порядке выморочное имущество, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации переходит в порядке наследования в собственность Российской Федерации.

Таким образом, полномочия собственника в сфере управления имуществом Российской Федерации возложены на Федеральное агентство по управлению государственным имуществом и его территориальные органы. Территориальные органы и само Федеральное агентство по управлению государственным имуществом образуют единую систему органов государственной власти по осуществлению полномочий в сфере управления государственным имуществом.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что имущество, оставшееся после смерти ФИО1 в виде денежных средств на счете N, открытом в ПАО Сбербанк, в размере 35,49 руб. является выморочным имуществом, в силу закона перешло в собственность Российской Федерации, в связи с чем ей в лице МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва надлежит отвечать по долгам наследодателя в пределах стоимости наследственного имущества.

Вследствие этого суд апелляционной инстанции считает необходимым удовлетворить исковое заявление К.А.Б. к МТУ Росимущества в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва. Взыскать с Российской Федерации в лице названного территориального органа Федерального агентства по управлению государственным имуществом в пользу него имущественный вред, причиненный в результате пожара, в размере 420 000 руб. в пределах стоимости перешедшего наследственного (выморочного) имущества, оставшегося после смерти ФИО1, путем обращения взыскания на наследственное (выморочное) имущество в виде денежных средств, находящихся на счете N, открытом на имя последнего в ПАО Сбербанк, в размере 35,49 руб.

Руководствуясь ст. ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Решение Орджоникидзевского районного суда Республики Хакасия от 11 декабря 2024 года по настоящему делу изменить, резолютивную часть решения изложить в следующей редакции:

Исковое заявление К.А.Б. к Межрегиональному территориальному Федеральному агентству по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате пожара, - удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Межрегионального территориального Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва в пользу К.А.Б. имущественный вред, причиненный в результате пожара, в размере 420 000 рублей в пределах стоимости перешедшего наследственного (выморочного) имущества, оставшегося после смерти ФИО1, путем обращения взыскания на наследственное (выморочное) имущество в виде денежных средств, находящихся на счете N, открытом на имя последнего в Публичном акционерном обществе "Сбербанк России", в размере 35 рублей 49 копеек.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 января 2026 года