Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Лавник М.В.,

судей Кожевниковой Л.П., Андугановой О.С.

с участием прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово, г. Новосибирске, г. Челябинске) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-335/2022, УИД: 42RS0028-01-2022-000407-29 по иску Б. к Л. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

по кассационной жалобе общества с ограниченной ответственностью "Производственно - торговая компания Дело" на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 17 января 2023 г.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Лавник М.В., заслушав заключение прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово, г. Новосибирске, г. Челябинске) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации А., полагавшего кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению,

судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

Б. обратилась в суд с иском к Л., просила взыскать с Л. компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1200000 руб.

Требования мотивированы тем, что постановлением Чебулинского районного суда Кемеровской области по делу N 1-2/2022 от 7 июля 2022 г. уголовное дело в отношении ответчика, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 219 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту также УК РФ), прекращено в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также УПК РФ) за истечением срока давности уголовного преследования, то есть по не реабилитирующему основанию.

По уголовному делу она признана потерпевшей, установлено, что преступлением ей причинен тяжкий вред здоровью, моральный вред, связанный с обезображиванием лица и тела. В рамках уголовного дела ее гражданский иск о компенсации морального вреда оставлен без рассмотрения, разъяснено право на обращение с данными исковыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно заключению эксперта N от 10 ноября 2020 г. ей причинены <данные изъяты>. Данный <данные изъяты> образовался от теплового термического фактора (пламени), расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Решением Чебулинского районного суда Кемеровской области от 7 сентября 2022 г. постановлено:

Исковые требования Б. к Л. о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Л. в пользу Б. в счет компенсации морального вреда 400000 рублей 00 копеек.

Взыскать с Л. в доход бюджета Чебулинского муниципального округа Кемеровской области - Кузбасса государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек."

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 17 января 2023 г. постановлено:

"Решение Чебулинского районного суда Кемеровской области от 7 сентября 2022 г. отменить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Производственно-торговая компания Дело" в пользу Б. компенсацию морального вреда в размере 1000000 (один миллион рублей) руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Производственно-торговая компания Дело" в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.".

В кассационной жалобе представитель общества с ограниченной ответственностью "Производственно-торговая компания Дело" Л. просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 17 января 2023 г., как незаконное и необоснованное, с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе судей.

Относительно доводов кассационной жалобы прокуратурой Кемеровской области - Кузбасса принесены возражения.

В судебное заседание судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела (по сведениям почты России Б. получила судебное извещение 4 мая 2023 г., направленное в адрес общества с ограниченной ответственностью "Производственно-торговая компания Дело" судебное извещение возвращено по истечении срока хранения), не явились, о причинах неявки не сообщили.

На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений, заслушав заключение прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово, г. Новосибирске, г. Челябинске) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации А., полагавшего кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (статья 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Такого характера нарушений норм права судом апелляционной инстанции не допущено.

Настоящее дело рассмотрено судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует и установлено судом апелляционной инстанции, что по состоянию на 29 июня 2020 г. истец Б. состояла в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью "Производственно-торговая компания Дело" (далее по тексту также ООО "ПТК Дело"), несчастный случай с Б. произошел при исполнении ею обязанностей по трудовому договору.

29 июня 2020 г. в помещении котельной, расположенной на территории предприятия ООО "ПТК Дело" по адресу: <адрес>, от искр, вылетевших из топливника печи, находившегося без присмотра, произошло возгорание опилок, используемых в качестве топлива. В результате пожара Б. получила телесные повреждения.

На момент несчастного случая на производстве ответчик Л. являлась директором и единственным учредителем ООО "ПТК Дело".

Постановлением Чебулинского районного суда Кемеровской области от 7 июля 2022 г. прекращено уголовное дело в отношении Л., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 219 УК РФ, на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования. Гражданский иск Б. о взыскании компенсации морального вреда оставлен без рассмотрения, разъяснено право обращения с данными исковыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства.

Вышеуказанным постановлением Чебулинского районного суда Кемеровской области от 7 июля 2022 г. установлено, что ответчик Л., являясь директором ООО "ПТК Дело", то есть лицом, на котором лежала ответственность по соблюдению требований пожарной безопасности, относясь небрежно к последствиям своих действий, не предвидела возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, которые наступили вследствие допущенных нарушений требований пожарной безопасности - п. 83, 84 "Правил противопожарного режима в Российской Федерации", утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации N 390 от 25 апреля 2012 г.

Согласно приказу N от 11 июля 2018 г. ответственность за обеспечение пожарной безопасности в зданиях "Производственной базы", расположенной по адресу: <адрес>, возложена на директора по производству обособленного подразделения М., которому, в том числе, вменена обязанность по организации и выполнению контроля за рабочим персоналом в области соблюдения правил пожарной безопасности, а также выполнения ими инструкций о мерах пожарной безопасности.

Приказом N от 11 июля 2018 г. в целях обеспечения соблюдения требований охраны труда, осуществления контроля за их выполнением на директора по производству М. возложена обязанность специалиста по охране труда.

Несчастный случай на производстве с Б. работодателем ООО "ПТК Дело" расследован, составлен акт формы Н-1, установлены обстоятельства несчастного случая, что причиной пожара явилось возгорание горючих материалов в очаге пожара от источников зажигания, связанных с эксплуатацией печного отопления, а именно от искр, вылетевших через топочное отверстие отопительного котла.

В пункте 8.2. акта N о несчастном случае на производстве указано, что согласно медицинскому заключению ГБУЗ "Чебулинская районная больница" N от 29 июня 2020 г. Б. установлен диагноз <данные изъяты>

В пункте 9 акта указано, что выводы сделаны без учета результатов доследственной проверки проводимой отделом надзорной деятельности и профилактической работы Мариинского и Чебулинского районов УНДПР ГУ МЧС России по Кемеровской области. Неудовлетворительная организация работы, выразившаяся в допуске работника к выполнению работы без прохождения целевого инструктажа. Нарушение производственной дисциплины, покидание рабочего места в целях осуществления личного звонка. Неправильные действия работников при обнаружении пожара.

Из пункта 10 акта следует, что лица, допустившие нарушение требований охраны труда: М., директор по производству допустил к работе в котельной разнорабочего В. без проведения целевого инструктажа на рабочем месте, с фиксацией под роспись в журнале, нарушил пункт 2.10 должностной инструкции для директора по производству (статья 225 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту также (ТК РФ); разнорабочий В. покинул рабочее место, оставив работающий котел без присмотра, чем нарушил пункт 3.4 инструкции кочегара, статью 214 ТК РФ; Б. не покинула опасную зону в горящем здании и, не осознавая возникшую опасность, решила пройти через него, чем нарушила пункт 4.1 инструкции по пожарной безопасности.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что причинение истцу вреда здоровью произошло в рабочее время, на рабочем месте при исполнении работником обязанностей по трудовому договору, на территории предприятия ООО "ПТК Дело", данный случай признан несчастным случаем на производстве, причиной которой является необеспечение работодателем безопасных условий труда на производстве, неудовлетворительная организация производства работ и охраны труда со стороны работодателя, неосторожное поведение истца, допустившей нарушение пункта 4.1 Инструкции по пожарной безопасности.

Согласно расходно-кассовому ордеру N от 30 июня 2020 г. Б. в связи с несчастным случаем на производстве с Б. выданы 100000 руб. Согласно кассовому чеку от 13 июля 2020 г., платежного поручения N от 9 октября 2020 г. для истца Б. были приобретены лекарственный препарат <данные изъяты>

В постановлении Чебулинского районного суда Кемеровской области от 7 июля 2022 г. указано, что согласно заключению эксперта N от 10 ноября 2020 г. у Б. обнаружен <данные изъяты>. Данный <данные изъяты> образовался от <данные изъяты>, расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно выписке из истории болезни ГАУЗ ККБСМ N от 22 октября 2020 г. Б. находилась в ожоговом отделении ГАУЗ ККБСМ с 30 июня 2020 г. по 23 октября 2020 г. с диагнозом: <данные изъяты>.

Согласно выписке из истории болезни ГАУЗ ККБСМП N, Б. находилась на лечении в ожоговом отделении ГАУЗ ККБСМП г. Кемерово с 15 марта 2021 г. по 5 апреля 2021 г. с диагнозом: <данные изъяты> Поступила в плановом порядке для проведения оперативного лечения. После обследования 18 марта 2021 г. проведена операция: <данные изъяты> Выписывается в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение по месту жительства.

Согласно выписке из истории болезни ГАУЗ ККБСМП <данные изъяты> от 22 июня 2021 г. Б. находилась в ожоговом отделении с 2 июня 2021 г. по 22 июня 2021 г. с диагнозом: <данные изъяты>

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, установив указанные обстоятельства, руководствуясь нормами права, регулирующими спорные правоотношения, пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

При этом поскольку произошедший с Б. несчастный случай в соответствии с актом формы Н-1 признан связанным с производством, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обязанность по возмещению причиненного истцу морального вреда не может быть возложена на ответчика Л. в силу положений пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции оснований не согласиться с приведенными выводами суда апелляционной инстанции не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами кассационной жалобы не опровергаются.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также ГК РФ) установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что судам при определении размера компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить степень вины и конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Учитывая приведенные нормы материального права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит правомерными выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Приняв во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, объем и тяжесть причиненного истцу вреда здоровью, длительность нетрудоспособности, индивидуальные особенности истца, характер и степень физических и нравственных страданий истца, принцип разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции определил размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца в 1000000 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает выводы суда апелляционной инстанции правильными, соответствующими установленным по делу доказательствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

Доводы кассационной жалобы о несогласии с взысканным судом размером компенсации морального вреда являются необоснованными, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, судом апелляционной инстанции соблюден баланс интересов сторон, учтено, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Тот факт, что директор ООО "ПТК Дело" Л. не привлечена к уголовной ответственности в связи с прекращением в отношении нее уголовного дела, а ответственным за обеспечение пожарной безопасности является директор производства М. не может служить основанием для освобождения работодателя от гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда.

Доводы кассационной жалобы о непринятии судом апелляционной инстанции во внимание факта добровольной выплаты в размере 100000 рублей супругу истца Б. в связи с несчастным случаем на производстве с Б., опровергаются апелляционным определением и подтверждаются расходно-кассовым ордером от 30 июня 2020 г. N.

Выводы суда апелляционной инстанции мотивированы, а доводы жалобы не содержат указания на какие-либо новые обстоятельства, не учтенные и не проверенные судом апелляционной инстанции, и не свидетельствуют о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела.

Судебная коллегия Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает, что вопреки доводам кассационной жалобы судом апелляционной инстанции все юридические значимые обстоятельства по делу определены верно, доводы участников процесса судом проверены с достаточной полнотой, выводы суда, изложенные в апелляционном определении соответствуют собранным по делу доказательствам, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что судом апелляционной инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение по делу и не дана надлежащая оценка представленным доказательствам, являются несостоятельными, поскольку из материалов дела усматривается, что, в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовал представленные сторонами по делу доказательства, дал им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в обжалуемом судебном акте.

В целом доводы кассационной жалобы повторяют правовую позицию кассатора, выраженную в суде апелляционной инстанции, были предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте и отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, выводы суда не опровергают, не содержат указаний на нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, в связи с чем не являются основанием для отмены судебных актов в соответствии с положениями статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой судом доказательств и установленными судом обстоятельствами не может служить основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Поскольку при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного судебного акта, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 17 января 2023 г. оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Производственно - торговая компания Дело" - без удовлетворения.