Мотивированное определение изготовлено 27.11.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Родиной А.К.,

судей Храмцовой О.Н., Коренева А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело N 2-84/2023 по иску И. к Б.В., Б.Е., Б.С., М. о возложении обязанности по сносу самовольной постройки, установлении водоотводов и снегозадерживающих устройств, по встречному иску Б.В., Б.Е., М., Б.С. к И. о возложении на Б.В., Б.Е., М., Б.С. обязанности устранить недостатки,

по кассационной жалобе Б.В., Б.Е., М., Б.С. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 07.07.2023.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Храмцовой О.Н., выслушав объяснения ответчика Б.В. и его представителя (по доверенности) - Ч., поддержавших доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

И. обратился в суд с иском к Б.В., Б.Е., Б.С., М. о возложении на ответчиков обязанности снести хозяйственную постройку с кадастровым номером (далее - КН) <данные изъяты>, расположенную на земельном участке по адресу: <данные изъяты>; установить организованные водоотводы с кровель, в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017 и СП 30.13330.2020, снегозадерживающие устройства на кровле хозяйственных построек с КН <данные изъяты>, расположенных на земельном участке с КН <данные изъяты>

В обоснование исковых требований указано, что И. является собственником жилого дома и земельного участка с КН <данные изъяты>, расположенных по адресу: <данные изъяты>. Собственниками смежного земельного участка с КН <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты> являются ответчики. На земельном участке ответчиками возведены хозяйственные постройки с нарушением градостроительных, санитарных и противопожарных норм и правил. Нежилые здания с КН <данные изъяты> были возведены ответчиками в 1999 году, а здание с КН <данные изъяты> является объектом незавершенного строительства, возведено в 2022 году, является самовольным строением, так как не соответствует установленным нормам и правилам, создает угрозу жизни и здоровью граждан, в связи с чем подлежит сносу.

Ответчики Б.В., Б.Е., М., Б.С. с исковыми требованиями И. не согласились, предъявили встречные исковые требования к И. о возложении на себя солидарной обязанности произвести в срок до 01.10.2023 в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017 переустройство кровли объекта с КН <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты>, путем организации ската указанной кровли в сторону своего земельного участка с КН <данные изъяты> (в любое направление, за исключением стороны, смежной с земельным участком с КН <данные изъяты>), с возложением на себя расходов в размере, соразмерном размеру принадлежащих им долей в праве общей собственности на указанные объекты, посредством выполнения работ и использования материалов, указанных в заключении эксперта; возложении на Б.В., Б.Е., М. и Б.С. солидарной обязанности произвести в срок до 01.10.2023 в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017 и СП 30.13330.2020 установку организованных водоотводов и снегозадерживающих устройств на скате крыш построек с КН <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, направленных в сторону смежного земельного участка с КН <данные изъяты>, с возложением на указанных лиц расходов соразмерно принадлежащих им долей в праве на указанные объекты, посредством выполнения работ и использования материалов, указанных в заключении эксперта.

Встречные исковые требования мотивированы тем, что ответчики являются собственниками объектов недвижимости с КН <данные изъяты>, расположенных в границах земельного участка с КН <данные изъяты>, данные объекты не имеют заступов на участки, принадлежащие иным лицам, соответствуют строительным нормам и правилам в части технического состояния конструкций, требованиям противопожарных норм и правил. Указанные объекты не соответствуют градостроительным нормам и правилам в части отступа от границ земельного участка истца, расстояния до жилого дома истца и процента застройки. Вместе с тем, данные нарушения являются незначительными, не несут угрозы жизни и здоровью граждан. Надлежащим способом защиты права в данном случае будет являться выполнение работ по установке снегозадерживающих устройств на кровле объектов с КН <данные изъяты> и изменению ската кровли объекта с КН <данные изъяты>, выполнению объема работ, указанных в заключении эксперта, что приведет к устранению нарушений и исключению соответствующих угроз и рисков.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 11.04.2023 исковые требования И. к Б.В., Б.Е., Б.С., М. в части возложения обязанности установить водоотводы и снегозадерживающие устройства удовлетворены. На Б.В., Б.Е., М., Б.С. возложена обязанность установить организованные водоотводы с кровель в соответствии с требованиями СП 17.13330.2017 и СП 30.13330.2020 и снегозадерживающие устройства на кровли хозяйственных построек с КН <данные изъяты>, расположенных на земельном участке с КН <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, в течение трех месяцев после вступления решения в законную силу. Этим же решением И. отказано в удовлетворении исковых требований к Б.В., Б.Е., Б.С., М. о возложении обязанности снести самовольную постройку. С Б.В., Б.Е., Б.С., М. в пользу И. взысканы расходы по госпошлине в размере 300 руб., в равных долях, по 75 руб. с каждого, а также по оплате экспертизы в размере 35 000 руб., в равных долях, по 8 750 руб. с каждого. В удовлетворении встречного иска Б.В., Б.Е., М., Б.С. к И. о возложении обязанности устранить недостатки отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 07.07.2023 указанное решение суда в части отказа И. в удовлетворении исковых требований к Б.В., Б.Е., Б.С., М. о возложении обязанности снести самовольную постройку отменено. В отмененной части принято новое решение, которым на Б.В., Б.Е., Б.С., М. возложена обязанность снести нежилое здание с КН <данные изъяты>, расположенное по адресу: <данные изъяты>, на земельном участке с КН <данные изъяты> в течение трех месяцев с даты вступления решения суда в законную силу. В остальной части указанное решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе (с учетом дополнений) заявители Б.В., Б.Е., М., Б.С. просят отменить апелляционное определение, ссылаясь на существенные нарушения норм материального и процессуального права.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены. Информация о рассмотрении дела была заблаговременно размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, в связи с чем, на основании статей 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав объяснения ответчика и его представителя, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает необходимым отменить апелляционное определение как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права.

Судами установлено, что истец И. с 24.09.2018 является собственником жилого дома с КН <данные изъяты> общей площадью 244 кв. м и земельного участка с КН <данные изъяты> площадью 880 кв. м, расположенных по адресу: <данные изъяты> Граница земельного участка с КН <данные изъяты> в соответствии с требованиями земельного законодательства не установлена.

Ответчики Б.В., Б.Е. на основании договора купли-продажи от 18.05.2009 являются собственниками по 1/3 доли каждый земельного участка с КН <данные изъяты> общей площадью 873 кв. м, расположенного по адресу: <данные изъяты>. Б.В. на основании договора купли-продажи от 12.12.2014 приобрел в собственность 1/3 долю в праве общей собственности на вышеуказанный земельный участок. На основании договоров дарения от 12.12.2014, заключенных с Б.В., М. и Б.С. приобрели в собственность каждый по 1/24 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с КН <данные изъяты> и расположенный на нем жилой дом с КН <данные изъяты> общей площадью 222.1 кв. м. Соответственно, Б.В. в результате заключения договоров дарения является собственником 7/12 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с КН <данные изъяты>. Ответчики также являются собственниками на праве общей долевой собственности жилого дома с КН <данные изъяты> Границы земельного участка с КН <данные изъяты> установлены в 2008 году, местоположение смежной границы было согласовано с И.

Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости в пределах границ земельного участка с КН <данные изъяты> расположены: жилой дом с КН <данные изъяты>, нежилые здания с КН <данные изъяты>, <данные изъяты>. При этом нежилое здание - хозблок площадью 10,8 кв. м с КН <данные изъяты>, нежилое здание - хозблок площадью 34,4 кв. м с КН <данные изъяты>, возведенные в 1999 году, нежилое здание площадью 25,9 кв. м с КН <данные изъяты>, возведенное в 2022 году, были поставлены на государственный кадастровый учет в ноябре 2022 года, с одновременной регистрацией права общей долевой собственности ответчиков на данные здания в долях, соответствующих долям в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок.

Земельные участки с КН <данные изъяты> являются смежными. По данным технического паспорта на жилой дом, расположенный по адресу: <данные изъяты> <данные изъяты>, по состоянию на 13.04.2009 вдоль смежной границы на земельном участке с КН <данные изъяты> были расположены только следующие вспомогательные строения - времянка площадью 34,2 кв. м и холодный пристрой площадью 5,9 кв. м, обозначенные на плане строения литерами Г, Г1 соответственно. Хозяйственные постройки с КН <данные изъяты> были возведены на участке ответчиков в 1999 году.

В период судебного разбирательства 18.04.2023 земельный участок с КН <данные изъяты> по заявлению ответчиков был снят с кадастрового учета; 25.01.2023 на государственный кадастровый учет поставлен земельный участок площадью 881 кв. м с КН <данные изъяты>, расположенный по адресу: <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта от 20.03.2023 объекты исследования с КН <данные изъяты> являются хозяйственными постройками вспомогательного назначения, представляют собой отдельно стоящие нежилые здания, предназначенные для бытовых целей, деятельности и временного пребывания в них людей, кроме постоянного проживания; при этом здание с КН <данные изъяты> представляет собой объект незавершенного строительства, так как его эксплуатация в существующем на момент исследования состоянии невозможна. Эксперт <данные изъяты> пришла к выводу, что здание с КН <данные изъяты> по своим характеристикам является летней кухней, а здание с КН <данные изъяты> - хозяйственным блоком. Хозяйственные постройки полностью расположены в пределах границ земельного участка с КН <данные изъяты>, не имеют заступов на территорию соседних участков и на земли общего пользования, в части технического состояния конструкций соответствуют требованиям строительных норм и правил, но не соответствуют строительным нормам в части устройства наружного организованного водоотвода и системы снегозадержания, установленных пунктом 21 СП 17.13330.2017 "Кровли". Данные нарушения являются устранимыми, способом устранения будет являться установка организованных водоотводов с кровель и установка снегозадерживающих устройств на кровли хозяйственных построек с КН <данные изъяты>. Устранением нарушений для объекта исследования с КН <данные изъяты> будет являться изменение ската крыши.

Оценив представленные доказательства (в том числе заключение судебной строительно-технической экспертизы, не установившей при размещении ответчиками строений нарушений требований противопожарных норм и правил), принимая во внимание, что снос объекта является крайней мерой гражданской ответственности, применяется только при существенности допущенных нарушений градостроительных и строительных норм и правил, суд первой инстанции пришел к выводу, что избранный истцом способ защиты нарушенного права в виде сноса хозяйственной постройки с КН <данные изъяты> является несоразмерным допущенному ответчиками нарушению, в связи с чем отказал И. в удовлетворении исковых требований в данной части, удовлетворил исковые требования И. в части восстановления нарушенных прав путем возложения на ответчиков обязанности устранить допущенные нарушения строительных норм и правил в отношении хозяйственных построек с КН <данные изъяты>

Суд апелляционной инстанции, оценив заключение судебной экспертизы, руководствуясь положениями статей 263, 304 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что нежилое здание с КН <данные изъяты> расположено в границах земельного участка с КН <данные изъяты> с нарушениями требуемого противопожарного расстояния между зданиями, расположенными на смежных земельных участках, критически отнесся к выводам эксперта об отсутствии нарушений требований противопожарных норм и правил при возведении данного нежилого здания. Признав недобросовестными действия ответчиков по постановке спорных хозяйственных построек на кадастровый учет и регистрации права собственности в период рассмотрения спора, учитывая, что здание с КН <данные изъяты> является новым строением, при его строительстве ответчиками не были соблюдены действующие противопожарные нормы и правила, отметив, что устранение данного нарушения путем изменения ската кровли не приведет к обеспечению нераспространения пожара, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований И. о сносе спорной хозяйственной постройки, отменив решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении данных исковых требований.

С такими выводами суда апелляционной инстанции судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции не может согласиться, поскольку они сделаны при неправильном применении норм материального права, с нарушением норм процессуального права, а сделанные судом выводы не соответствуют установленным обстоятельствам дела.

В силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями пунктов 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

На основании части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не является для суда обязательным и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Оценивая заключение судебной строительно-технической экспертизы, проведенной экспертом <данные изъяты>., судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда не согласилась с выводами эксперта о соблюдении требований противопожарных норм и правил размещением хозяйственной постройки с КН <данные изъяты>, мотивированными тем, что согласно абзацу 8 пункта 4.13 СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" для домов, хозяйственных построек, размещенных без противопожарных разрывов, суммарная площадь застройки, включая незастроенную площадь между ними, не должна превышать значения допустимой площади этажа в пределах пожарного отсека жилого здания по СП 2.13130, исходя из наихудших значений степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности дома или постройки. Суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что вышеприведенные положения абзаца 8 пункта 4.13 СП 4.13130.2013 не отменяют необходимости соблюдения при строительстве требований абзаца 3 данного пункта.

На основании абзаца 3 пункта 4.13 СП 4.13130.20 противопожарные расстояния от хозяйственных построек на одном земельном участке до домов на соседних земельных участках, а также между домами соседних участков следует принимать в соответствии с таблицей 1 и с учетом требований подраздела 5.3 при малоэтажной застройке. Противопожарные расстояния между хозяйственными постройками на соседних участках не нормируются.

В то же время, судом апелляционной инстанции не учтено, что на основании статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником имущества, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. При рассмотрении исков об устранении нарушений права путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, указанных норм может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (пункты 45, 46).

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.11.2022, разъяснено, что снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности. С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении строения нарушение градостроительных и строительных норм и правил, не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом незначительным и не препятствующим возможности сохранения самовольной постройки. Поскольку требования истца в указанной части являются негаторными, то есть направленными на защиту прав собственника от всяких нарушений, не связанных с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), именно такая защита является надлежащим правовым средством устранения фактических препятствий в осуществлении правомочий пользования. При этом выбор конкретных формы и способа устранения таких нарушений относится к компетенции суда, который не связан в этой части требованиями истца, указывающего на необходимость применения тех или иных способа или формы устранения фактического препятствия или угрозы.

Согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ "О техническом регулировании" со дня вступления данного Закона в силу и до принятия соответствующих технических регламентов требования к зданиям и сооружениям подлежат обязательному исполнению в части, соответствующей целям, в том числе, защиты жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц.

На основании части 1 статьи 69 Федерального закона от 22.07.2008 N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Конкретные противопожарные расстояния, ранее содержавшиеся в таблице 11 Федерального закона N 123-ФЗ, воспроизведены в Своде правил "СП 4.13130.2013. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям".

По смыслу пункта 4 статьи 16.1 Федерального закона "О техническом регулировании" допускается несоблюдение сводов правил, которые применяются на добровольной основе, только в том случае, если выполнение требований технического регламента подтверждено другим способом.

В силу приведенных положений и разъяснений, с учетом предмета и оснований заявленных И. исковых требований юридически значимыми для разрешения спора являлись обстоятельства того, влекут ли допущенные при возведении спорного объекта, требование о сносе которого заявлено, нарушения градостроительных норм и правил, противопожарных норм и правил (в части несоблюдения противопожарных расстояний) угрозу жизни и здоровью граждан, нарушение прав и интересов третьих лиц, а также способы устранения нарушений.

Указанные обстоятельства судом апелляционной инстанции с должной степенью достоверности, на основании относимых, допустимых доказательств не установлены.

На основании статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.

Удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из несоблюдения ответчиками при строительстве в 2022 году хозяйственной постройки с КН <данные изъяты> противопожарных нормативов, однако не учел, что экспертом в заключении определены противопожарные расстояния до жилого дома истца только от одного объекта, обозначенного как летняя кухня (согласно заключению эксперта летняя кухня представляет объект с КН <данные изъяты>, 1999 года строительства), противопожарные расстояния до двух других объектов, в том числе обозначенного как объект незавершенного строительства, экспертом не определялись; также экспертом не устанавливались конструктивные элементы дома истца (для определения необходимого противопожарного расстояния в соответствии с таблицей 1 пункта 4.3 СП 4.13130.20).

Судом апелляционной инстанции также не учтено, что отсутствие требуемых противопожарных расстояний само по себе не свидетельствует о существующей угрозе для жизни и здоровья людей, так как нормами и правилами допускается возможность уменьшения их расстояния, несоблюдение требований пожарной безопасности (расстояния между постройками) является устранимым при реализации мер согласно пунктам 4.11 и 4.13 СП 4.13130.2013. Между тем, вопрос о возможности уменьшения противопожарных расстояний путем проведения противопожарных мероприятий перед экспертом также не ставился.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания.

Между тем, судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда, отклоняя заключение эксперта о соответствии хозяйственных построек ответчиков противопожарным нормам и правилам, не установила конкретное противопожарное расстояние от жилого дома истца до спорной хозяйственной постройки с КН <данные изъяты>, каким должно быть данное расстояние с учетом степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности жилого дома истца, возможно ли уменьшение противопожарных расстояний путем проведения противопожарных мероприятий; данные обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения спора, судом апелляционной инстанции должным образом не установлены, не предложено сторонам представить дополнительные доказательств в обоснование требований (возражений), в том числе не разъяснено право заявления ходатайства о назначении по делу дополнительной экспертизы.

Учитывая изложенное, обжалуемое апелляционное определение подлежит отмене по основаниям, установленным частями 1 - 3 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело в указанной части - направлению на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции необходимо устранить допущенные нарушения, разрешить спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Определением судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.10.2023 исполнение определения судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 07.07.2023 приостановлено до окончания производства в суде кассационной инстанции.

В связи с принятием судом кассационной инстанции постановления по результатам рассмотрения кассационной жалобы, приостановление исполнения указанного судебного постановления на основании части 3 статьи 379.3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 379.5, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 07.07.2023 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Отменить приостановление исполнения указанного судебного акта.