Судебная коллегия по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Дегтярева А.Ф.,

судей Гагариной Л.В., Автономова С.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Стенюшкиной Е.С.,

с участием прокурора отдела Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масалимова Р.Р.,

осужденных П. и Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по кассационным жалобам осужденных П. и Р. о пересмотре приговора Миасского городского суда Челябинской области от 16 июля 2021 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Челябинского областного суда от 21 сентября 2021 года, в соответствии с которыми

П., родившийся <данные изъяты>, судимый:

14 августа 2017 года Миасским городским судом Челябинской области (с учетом апелляционного постановления Челябинского областного суда от 19 октября 2017 года) по ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 166 УК РФ на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам 11 месяцам лишения свободы, освобожденный 10 марта 2020 года по отбытии наказания,

осужден к лишению свободы по п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ на срок 2 года, ч. 1 ст. 158 УК РФ - 1 год, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 УК РФ - 2 года, ч. 3 ст. 30. п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ - 3 года, ч. 2 ст. 213 УК РФ - 3 года, ч. 2 ст. 167 УК РФ (2 преступления) - 3 года за каждое преступление, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - 10 лет, ч. 4 ст. 111 УК РФ - 10 лет, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к 18 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

Р., родившийся <данные изъяты>, судимый:

28 сентября 2015 года Миасским городским судом по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 (5 преступлений), п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы,

2 сентября 2016 года мировым судьей судебного участка N 1 г. Миасса по п. "в" ч. 2 ст. 115 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 21 декабря 2018 года по постановлению Калининского районного суда г. Челябинска от 10 декабря 2018 года условно-досрочно на 1 год 2 месяца 11 дней,

29 марта 2019 года Миасским городским судом по пп. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, который продлен на 1 месяц постановлением этого же суда от 14 августа 2019 года,

осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166 УК РФ на срок 2 года, ч. 1 ст. 158 УК РФ - 1 год, ч. 1 ст. 166 УК РФ - 2 года 6 месяцев, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ - 3 года, ч. 2 ст. 213 УК РФ - 3 года, ч. 2 ст. 167 УК РФ (3 преступления) - 3 года за каждое преступление, п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ - 5 лет, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 10 годам лишения свободы,

на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 29 марта 2019 года и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по указанному приговору от 29 марта 2019 года окончательно назначено 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Гагариной Л.В., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание обжалуемых судебных решений, доводы кассационных жалоб, выступления осужденных П. и Р., поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Масалимова Р.Р. об отсутствии оснований для отмены и изменения судебных решений, судебная коллегия

П. и Р. признаны виновными в:

покушении на угон автомобиля <данные изъяты> группой лиц по предварительному сговору, умышленных уничтожениях и повреждениях имущества <данные изъяты> из хулиганских побуждений, путем поджога, иным общеопасным способом, с причинением значительного ущерба потерпевшим, хулиганстве, совершенном с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того П. осужден за кражу имущества <данные изъяты> совершенную из одежды, находившейся при потерпевшем; а также за кражу имущества <данные изъяты> покушение на угон автомобиля <данные изъяты> умышленное уничтожение и повреждение имущества <данные изъяты> из хулиганских побуждений, путем поджога, иным общеопасным способом, с причинением значительного ущерба потерпевшему; умышленное причинение <данные изъяты> тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего; разбой, то есть нападение на <данные изъяты> в целях хищения его имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с причинением тяжкого вреда здоровью.

Р. также осужден за покушение на угон автомобиля <данные изъяты> кражу имущества <данные изъяты> угон транспортного средства <данные изъяты> умышленное уничтожение имущества <данные изъяты> путем поджога, причинившее значительный ущерб потерпевшему; умышленное уничтожение имущества <данные изъяты> из хулиганских побуждений, путем поджога, повлекшее причинение значительного ущерба потерпевшему; а также за открытое хищение имущества <данные изъяты> совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В кассационной жалобе осужденный П. считает судебные решения несправедливыми и необоснованными. Обращает внимание на то обстоятельство, что расследование особо тяжких преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, ч. 4 ст. 162 УК РФ окончено в кратчайшие сроки, при этом все обвинение построено на показаниях Р. и свидетелей, которые не являлись очевидцами преступлений. Не согласен с изложенными в заключении судебно-психиатрической экспертизы сведениями о том, что он не состоял на учете и не наблюдался у психиатра. На предварительном следствии проигнорированы его ходатайства, указывающие на невиновность, следственный эксперимент проведен только с участием Р. Его же показания фиксировались не в полном объеме, хотя он указал на место, где Р. оставил похищенные у <данные изъяты> нож и аэрозольный пистолет, однако данное обстоятельство не учтено. Также суд не принял во внимание, что показания свидетелей <данные изъяты> которые являются подругами, идентичные, что свидетельствует о сговоре данных лиц при даче показаний против него. Полагает, что указанные им нарушения лишили его возможности доказать свою невиновность. В то же время допускает, что от одного удара камнем, который он нанес по голове потерпевшего <данные изъяты> могла наступить его смерть. Просит учесть раскаяние в содеянном, ухудшение состояния здоровья, наличие родственницы, которая нуждается в уходе, и с учетом данных обстоятельств смягчить назначенное наказание.

В кассационной жалобе осужденный Р. считает приговор и апелляционное определение чрезмерно суровыми. Указывает на то, что при определении размера наказания суд фактически не принял во внимание смягчающие обстоятельства, определил срок лишения свободы за каждое из преступлений не в минимальном размере, по совокупности преступлений назначил лишение свободы в размер, близком к максимальному. Обращает внимание на то, что назначенное наказание существенно усугубило положение его семьи и матери, которая является пенсионером, нуждается в помощи, а также на положительное поведение в период нахождения под стражей, ухудшение состояния здоровья, намерение возместить потерпевшим ущерб. В целом полагает, что по своему размеру назначенное наказание не отвечает требованиям справедливости.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит апелляционное определение подлежащим отмене на основании ст. 401.15 УПК РФ, в связи с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона.

По смыслу ст. ст. 299, 307 УПК РФ выводы суда о квалификации содеянного должны соответствовать изложенному в приговоре описанию преступления и установленным судом обстоятельствам его совершения.

Положения ст. 389.9 УПК РФ обязывают суд апелляционной инстанции вне зависимости от доводов жалобы или представления проверить, имеются ли предусмотренные ст. 389.15 УПК РФ основания отмены или изменения судебного решения, не влекущие ухудшение положения осужденного (оправданного), и при установлении таких оснований в силу положений ч. ч. 1, 2 ст. 389.19 УПК РФ отменить или изменить судебное решение в отношении всех осужденных, которых касаются допущенные нарушения, независимо от того, кто из них подал жалобу и в отношении кого принесены апелляционные жалоба или представление.

Указанные положения уголовно-процессуального закона не соблюдены судами первой и апелляционной инстанций, поскольку квалификация действий осужденных по ряду преступлений не соответствует описанию преступлений и установленным судом обстоятельствам их совершения, допущенные нарушения не устранены судом апелляционной инстанции.

По смыслу ч. 2 ст. 167 УК РФ уголовная ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ наступает за умышленное уничтожение либо повреждение имущества путем поджога в тех случаях, когда применение огня является общеопасным способом совершения преступления.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, подлежит квалификации по ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Как видно из приговора по событиям в отношении имущества потерпевшего <данные изъяты> суд квалифицировал действия Р. по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Однако описание преступления не содержит сведений о том, что избранный Р. способ уничтожения мотоцикла <данные изъяты> создавал угрозу распространения огня на другие объекты либо угрозу причинения вреда жизни и здоровью людей. Не приведены такие данные и в доказательствах, которые изложены в приговоре.

Кроме того, суд квалифицировал действия П. в отношении имущества <данные изъяты> а также действия П. и Р. в отношении имущества <данные изъяты> по ч. 2 ст. 167 УК РФ по квалифицирующему признаку совершения преступления иным общеопасным способом. Вместе с тем данный способ совершения преступлений не описан в приговоре, из обстоятельств преступлений, как они изложены в приговоре, не ясно, какой иной общеопасный способ, кроме поджога, использовался при совершении преступлений.

Указанные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, суд апелляционной инстанции оставил без внимания и оценки, вследствие чего апелляционное определение не может быть признано законным, оно подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 401.13, 401.15, 401.16, п. 3 ч. 1 ст. 401.14 УПК РФ, судебная коллегия

апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Челябинского областного суда от 21 сентября 2021 года в отношении П. и Р. отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции в ином составе суда.