Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Осиповой С.К.,

судей Арзамасовой Л.В., Плеханова А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной службы исполнения наказания России в лице УФСИН России по Удмуртской Республике на решение Увинского районного суда Удмуртской Республики от 02 декабря 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 01 марта 2021 г. по гражданскому делу N 2-380/2020 по иску Т.Д. и С. к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Арзамасовой Л.В., объяснения представителя Федеральной службы исполнения наказания России и УФСИН России по Удмуртской Республике - М. по соответствующим доверенностям от 31 января 2020 г. и от 10 марта 2021 г., возражения истцов Т.Д. и С., а также их представителя по устному заявлению Б., с использованием системы видеоконференц-связи на базе Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики, заключение прокурора Кушнирчук А.И., проверив материалы дела проверив материалы дела, судебная коллегия

Т.Д. и С. обратились в суд с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний (далее - ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 руб. каждому.

В обоснование иска указано, что Л. приходится им братом по матери - Т.А. и отбывал наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике с 25 марта 2011 г. по приговору Верховного Суда Удмуртской Республики.

14 сентября 2015 г. Л. скончался в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), полученного при пожаре, произошедшем 14 сентября 2015 г. в столярном цехе N 3 ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике. По факту пожара со смертельным исходом УФСИН России по Удмуртской Республике проведено служебное расследование. Из заключения о результатах служебной проверки от 30 сентября 2015 г. причинами происшествия явились ненадлежащее исполнение сотрудниками ФКУ ИК-7 своих должностных обязанностей, ненадлежащее осуществление контроля за выполнением в подчиненных службах требований приказов и указаний Минюста России, ФСИН России, УФСИН со стороны сотрудников ответчика, эксплуатация объектов с нарушением правил пожарной безопасности и производство электромонтажных работ с нарушением правил безопасности при эксплуатации.

Заключением государственного инспектора труда от 29 октября 2015 г. несчастный случай с Л. квалифицирован как несчастный случай, не связанный с производством, с оформлением акта произвольной формы, т.к. на момент смерти осужденный не являлся трудоустроенным, а посещал кружок художественного и прикладного творчества, созданного ответчиком 12 января 2015 г.

Постановлением следователя Завьяловского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Удмуртской Республике от 18 декабря 2015 г. в возбуждении уголовного дела по указанному факту отказано.

Прокурорской проверкой установлено, что в деятельности ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике допускаются нарушения установленного режима содержания, охраны и здоровья и безопасности осужденных, требований пожарной безопасности, а также трудового законодательства при организации труда в ЦТАО исправительного учреждения.

Вступившим в законную силу решением Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от 23 июня 2017 г. с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны РФ в пользу Т.А. (матери погибшего) взыскана компенсация морального вреда в размере 200000 руб.

Истцы ссылаются на то, что до отбывания наказания их погибший брат жил с ними одной семьей вместе с матерью, с которым они были близки духовно, участвовали в жизни друг друга, для младшего брата Дмитрия Константин заменил отца, во всем ему помогал, был опорой и поддержкой. Потеря близкого человека вызвала у истцов сильные душевные переживания, которые сказались на их физическом и нравственном состоянии.

Решением Увинского районного суда Удмуртской Республики от 02 декабря 2020 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 01 марта 2021 г. исковые требования Т.Д., С. к Российской Федерации в лице ФСИН удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу Т.Д., С. взыскана компенсация морального вреда в размере по 145000 рублей в пользу каждого. В удовлетворении остальных требований отказано.

В кассационной жалобе ФСИН России в лице УФСИН России по Удмуртской Республике ставит вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных актов, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права. Заявитель полагает об отсутствии глубоких нравственных страданий истцов в связи со смертью их брата, который отбывал наказание в учреждении ответчика, а также выражает несогласие с размером компенсации морального вреда, поскольку она носит субъективный характер и должна определяться индивидуально в отношении каждого из истцов, полагает ее размер завышенным.

В судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи на базе Первомайского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики представитель УФСИН России по Удмуртской Республике - М. поддержал доводы кассационной жалобы, истцы Т.Д. и С., а также их представитель Б., возражая относительно кассационной жалобы, полагали состоявшиеся по делу судебные акты законными и обоснованными, аналогичная позиция истцом изложена в письменных возражениях.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя Федеральной службы исполнения наказания России и УФСИН России по Удмуртской Республике - М., возражения истцов Т.Д. и С., а также их представителя Б., заключение прокурора, полагавшего состоявшиеся по делу судебные акты законными и обоснованными, обсудив доводы кассационной жалобы, письменные возражения, судебная коллегия не находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления.

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такого характера нарушений норм права не допущено.

Как установлено судами и следует из материалов дела, осужденный Л., <...> года рождения, отбывал наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике по приговору Верховного Суда Удмуртской Республики от 28 февраля 2011 г. за совершение преступлений, предусмотренных п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 15 лет с отбыванием наказания в колонии особого режима и с ограничением свободы на 2 года.

В период отбытия наказания 14 сентября 2015 г. Л. умер, смерть наступила в результате острого отравления окисью углерода (угарным газом), полученного при пожаре, произошедшем в 15 часов 00 минут 14 сентября 2015 г. в столярном цехе N 3 ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике.

Согласно заключению о результатах служебной проверки от 30 сентября 2015 г., проведенной УФСИН России по Удмуртской Республике по факту пожара со смертельным исходом, причинами происшествия явились ненадлежащее исполнение сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН своих должностных обязанностей, ненадлежащее осуществление контроля за выполнением в подчиненных службах требований приказов и указаний Минюста России, ФСИН России, УФСИН со стороны сотрудников ФКУ ИК-7. эксплуатация объектов ЦТАО ФКУ ИК-7 с нарушением правил пожарной безопасности и производство электромонтажных работ с нарушением Межотраслевых правил безопасности при эксплуатации электроустановок для производства работ.

Постановлением следователя Завьяловского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Удмуртской Республике от 18 декабря 2015 г. в возбуждении уголовного дела по ч. 2 ст. 219 УК РФ - за нарушение требований пожарной безопасности, совершенное лицом, на котором лежала обязанность по их соблюдению, если это повлекло по неосторожности смерть человека, а также по ч. 2 ст. 143 УК РФ, ч. 2 ст. 293 УК РФ в отношении сотрудников ФКУ ИК-7 и по ч. 1 ст. 109 УК РФ в отношении осужденного отказано на основании пункта 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ввиду отсутствия в их действиях состава преступления.

Вступившим в законную силу решением Завьяловского районного суда от 23 июня 2017 г. с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу Т.А. (матери Л.) взыскана компенсация морального вреда в размере 200000 руб. и материальный ущерб в размере 24990 руб.

Судом установлено, что погибший Л. являлся братом С., <...> года рождения, и Т.Д.,<...> года рождения, по линии матери Т.А.

Удовлетворяя частично заявленные истцами требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1069, 1083, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", установив, что смерть Л. наступила вследствие ненадлежащего исполнения сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике своих должностных обязанностей, установив обстоятельства и причину смерти осужденного Л., пришел к выводу о наличии деликтной ответственности ответчика, как причинителя вреда, чьи действия, выражающиеся в ненадлежащем исполнении своих должностных обязанностей сотрудниками ФКУ ИК-7 УФСИН России по Удмуртской Республике, состоят в причинно-следственной связи со смертью Л.

При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывая положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из обстоятельств перенесенных истцами нравственных страданий в связи со смертью родного брата по линии матери, а также степень причинения нравственных страданий, индивидуальные особенности каждого из истцов, характер и степень близости родственных отношений каждого истца и погибшего Л., который был неоднократно судим и длительное время находился в местах лишения свободы, и с учетом принципов разумности и справедливости установил сумму компенсации морального вреда в размере по 145000 рублей каждому истцу.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами суда первой инстанции согласился, оснований для снижения размера компенсации морального вреда, определенного судом первой инстанции, не усмотрел.

Суд первой инстанции правильно определил юридически значимые по делу обстоятельства и надлежащим образом руководствовался при рассмотрении дела приведенными выше нормами законодательства, регулирующими возникшие между сторонами правоотношения, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, которым в соответствии со статьями 60, 67, 71, 79 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дана надлежащая оценка.

Выводы суда первой инстанции, с которыми обоснованно согласился суд апелляционной инстанции, соответствуют требованиям закона и обстоятельствам дела.

Доводы кассационной жалобы, в том числе о противоправном поведении самого осужденного Л., о субъективном характере компенсации морального вреда, о наличии оснований для снижения размера компенсации морального вреда, были предметом проверки суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, в соответствии с действующим законодательством, которая нашла свое отражение в состоявшемся постановлении суда апелляционной инстанции.

Иных доводов, по которым состоявшиеся по делу судебные акты могли бы быть отменены или изменены, а также ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильных по существу судебных постановлений, кассационная жалоба не содержит.

Обстоятельства, на которые ссылается заявитель кассационной жалобы, были предметом рассмотрения в судах нижестоящих инстанции, получили надлежащую правовую оценку, при этом выводов суда не опровергают, а сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных обстоятельств.

Материальный закон при рассмотрении настоящего дела применен верно, указаний на нарушения норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием к отмене обжалуемых судебных актов, кассационная жалоба не содержит. Правом дать иную оценку собранным по делу доказательствам, а также обстоятельствам, на которые заявитель ссылается в своей кассационной жалобе в обоснование позиции, суд кассационной инстанции не наделен в силу императивного запрета, содержащегося в части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Приведенные в кассационной жалобе доводы проверены в полном объеме и признаются судебной коллегией необоснованными, так как своего правового и документального обоснования в материалах дела не нашли, выводов судов первой и апелляционной инстанций не опровергли.

Доводы лица, подавшего кассационную жалобу, не свидетельствуют о нарушениях норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически сводятся к установлению новых обстоятельств дела и оценке доказательств, поэтому они не могут служить основанием для отмены или изменения состоявшихся по делу судебных постановлений.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы ФСИН России в лице УФСИН России по Удмуртской Республике.

В связи с завершением производства по кассационной жалобе подлежит отмене приостановление решения Увинского районного суда Удмуртской Республики от 02 декабря 2020 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 01 марта 2021 г., принятое определением от 23 апреля 2021 г.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

решение Увинского районного суда Удмуртской Республики от 02 декабря 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 01 марта 2021 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной службы исполнения наказания России в лице УФСИН России по Удмуртской Республике - без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения решения Увинского районного суда Удмуртской Республики от 02 декабря 2020 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 01 марта 2021 г. по гражданскому делу N 2-380/2020.

Постановление 09.06.2021.