Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Мирсаяпова А.И.,

судей Данилина Е.М., Якимовой О.Н.,

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело N 2-3930/2023 по иску Г.В. ФИО27 к С. ФИО28, С. ФИО29 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

по кассационной жалобе С. ФИО30 на решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 26 июля 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 8 ноября 2023 г.

Заслушав доклад судьи Данилина Е.М., представителя ответчиков Ш., поддержавшую доводы кассационной жалобы, судебная коллегия

Г.В. обратился в суд с иском к С.А., С.О., о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, произошедшего 19 июля 2020 г., которым уничтожены принадлежащие ему посевы озимой ржи на общей площади 65 гектаров. В ходе проверки, проведенной по факту пожара, установлено, что причиной пожара послужило возгорание травы (соломы) от источника зажигания малой мощности, вероятнее всего, от раскаленной искры, вылетевшей из выхлопной трубы транспортного средства <данные изъяты> принадлежащего С.О., которым в нарушение подпункта "г" пункта 220 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, управлял С.А., без искрогасителя. Истец просил суд взыскать с ответчиков в свою пользу стоимость урожая озимой ржи в размере 2 234 367,01 руб., затраты на посев и выращивание урожая озимой ржи в размере 210 040,35 руб., судебные расходы по оценке в размере 3 500 руб., по предоставлению сведений из ЕГРН в размере 2 630 руб., по уплате государственной пошлины в размере 20 442,04 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация МО Кардаиловский Сельсовет Илекского района Оренбургской области, Главное управление МЧС России по Оренбургской области.

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 29 июня 2022 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 5 октября 2022 г., в удовлетворении исковых требований Г.В. к С.А., С.О. о возмещении ущерба, причиненного пожаром, отказано.

ИП З. возмещены расходы на проведение судебной экспертизы путем перечисления со счета по учету средств во временном распоряжении Управления Судебного департамента в Оренбургской области на расчетный счет ИП З. денежных средств, внесенных С.О., за производство экспертизы, в размере 60 000 руб.

С Г.В. взысканы в пользу С.О. расходы за производство судебной экспертизы в размере 60 000 руб. и в пользу ООО "Южно-уральская оценочная компания" расходы за производство судебной экспертизы в размере 15 000 руб.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 22.02.2023 г. решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 29 июня 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 5 октября 2022 г. - отменены, направлено дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 26 июля 2023 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 8 ноября 2023 г., исковые требования Г.В. ФИО31 к С. ФИО32 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, удовлетворены частично.

Взысканы с С. ФИО34 в пользу Г.В. ФИО33 в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, сумма в размере 1 528 289 руб., расходы на проведение оценки в размере 3 500 руб., расходы по оплате за предоставление сведений из ЕГРН в сумме 2 630 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 841,44 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований к С. ФИО35, а также в удовлетворении всех исковых требований Г.В. ФИО36 к С. ФИО37 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, отказано.

В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене судебных постановлений, как незаконных. Приведены доводы о несогласии с выводами суда по результатам оценки доказательств, а также необоснованном отказе в назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судами при новом рассмотрении дела не допущено.

Судами установлено, что Г.В., являясь главой крестьянского фермерского хозяйства "Г.В.", осуществляет сельскохозяйственную деятельность на земельном участке, площадью 100 га, с кадастровым номером N, почтовый адрес ориентира: <адрес>, принадлежащем Г.В. на праве аренды на основании договора от 27 февраля 2015 г., заключенного с администрацией Илекского района Оренбургской области.

19 июля 2020 г. на вышеуказанном земельном участке произошел пожар.

Постановлением начальника отделения ОНД и ПР по Ташлинскому и Илекскому районам УНД и ПР Главного управления МЧС России по Оренбургской области (далее - Отдел МЧС) от 15 апреля 2021 г. установлено, что 19 июля 2020 г. С.А. в 12-13 км юго-западнее п. Дмитровский Илекского района на землях сельскохозяйственного назначения допустил эксплуатацию транспортного средства - трактора <данные изъяты>, принадлежащего С.О., без искрогасителя. Однако, с учетом размера причиненного ущерба, являющегося обязательным признаком состава преступления, предусмотренного статьей 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в связи с отсутствием последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, являющихся обязательным признаком состава преступления, предусмотренного статьей 219 Уголовного кодекса Российской Федерации, в возбуждении уголовного дела отказано.

Из объяснений С.А., полученных в ходе проведения проверки следует, что 19 июля 2020 г. он, совместно с Д., осуществляли прессование соломы при помощи трактора <данные изъяты>, и прицепного пресс-сборщика <данные изъяты> в 12-13 юго-западнее п. Димитровский на территории земель сельскохозяйственного назначения, владельцем которых является К.А. При осуществлении проверки пресс-подборщика он увидел, что в 100 метрах восточнее от трактора и 10 метрах севернее полевой дороги по движению на запад, на территории, которую он проезжал около 30 минут назад, происходило горение стерни на площади около 150 кв. м. Он (С.А.) совместно с Д. пытались затушить возгорание своими силами при помощи подручных средств, но в результате порывистого ветра огонь быстро распространялся в юго-восточном направлении на поле, находящемся через полевую дорогу и далее через разделяющую лесополосу перекинулся на поле озимой ржи, принадлежащее Г.В. С.А. считал, что предположительной причиной пожара является вылетевшая искра из выхлопной трубы трактора, на котором он в это время осуществлял работу. Других людей, техники на поле в момент обнаружения пожара он не видел.

Собственником трактора <данные изъяты> является С.О.

Постановлением государственного инспектора Отдела МЧС от 20 июля 2020 г. С.А. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 20.4 КоАП РФ.

Из заключения пожарно-технической экспертизы ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Оренбургской области N от 12 августа 2020 г., произведенной в рамках проверки по факту пожара, очаг (очаговая зона) пожара располагался в северо-западной части пройденной огнем территории (к северо-западу от полевой дороги). Вероятной причиной пожара послужило загорание травы (соломы) от источника зажигания малой мощности, вероятнее всего от раскаленной искры, вылетевшей из выхлопной системы транспортного средства, под управлением С.А. С целью установления возможности разлета искр (окалин) из искрогасителя (глушителя) заводского исполнения, при работе трактора Беларус 82.1, на котором он был установлен, был изъят объект - искрогаситель (глушитель) заводского исполнения и направлен на автотехническую экспертизу.

Согласно заключению эксперта ООО "Кротон" С.Д. N от 28 июля 2020 г. металлическая конструкция представляет собой глушитель и не является искрогасителем и при работе двигателя трактора, без дополнительного искрогасителя, вылет искр из исследованной металлической конструкции возможен.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела эксперт С.Д. подтвердил, что конструкторские данные металлической конструкции, установленной на тракторе, изменены вследствие среза верхнего патрубка, что, по его мнению, является единственным и достаточным основанием для вывода о том, что металлическая конструкция не является искрогасителем. Обстоятельство изменения конструкции свидетельствует о том, что изделие не может соответствовать техническим характеристикам. С.Д. допустил возможность возникновения пожара от иных причин, например от увеличительного стекла, находящегося в поле.

Стороной ответчика была представлена справка начальника УКЭР-1 ОАО "Минский тракторный завод", согласно которой все трактора марки <данные изъяты>, выпускаемые ОАО "Минский тракторный завод", соответствуют требованиям безопасности по ГОСТ 12.2.019, предъявляемым к сельскохозяйственным и лесным колесным тракторам. В частности, на тракторах <данные изъяты> устанавливается глушитель 60-1205015-01, конструкция которого имеет встроенный искрогаситель динамического типа. В закрученном двумя завихрителями потоке отработанных газов, под действием центробежных сил, тяжелые частицы продуктов сгорания отбрасываются в периферийные зоны корпуса глушителя, где они в результате трения о металлические поверхности измельчаются и остывают. Измельченные и остывшие остатки продуктов сгорания далее попадают в выпускную трубу, которая отводит выхлопные газы в направлении, исключающем вред для здоровья.

В целях определения выполнения установленной на тракторе ответчика конструкции функций искрогасителя, а также возможности вылета искр, иных продуктов сгорания, способных вызвать возгорание, судом первой инстанции по делу была назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению экспертов Г.С.А., З. N от 8 февраля 2022 г. металлическая конструкция, изъятая из трактора <данные изъяты>, вероятнее всего, выполняла функции искрогасителя в полном объеме. Вылет искр и иных продуктов горения из металлической конструкции глушителя, изъятого из трактора МТЗ-82.1, способных вызвать возгорание - маловероятен. Установка дополнительного оборудования для искрогашения при условии исправности агрегата транспортного средства трактора <данные изъяты> в данном случае не требовалась. Причастность глушителя, установленного на тракторе, к причине пожара, произошедшего на поле с сельскохозяйственными культурами 19 июля 2020 г., маловероятна.

Эксперты Г.С.А., З. суду пояснили, что категорично ответить на вопрос о соответствии техническим характеристикам завода-изготовителя металлической конструкции, установленной на тракторе ответчиков, не представляется возможным, поскольку сам срезанный глушитель не представлен для исследования, т.к. утрачен сотрудникам пожднадзора. На основании имеющихся в материалах дела изображений искрогасителя сделан вывод о том, что металлическая конструкция искрогасителя не имеет внешних повреждений в виде вмятин на корпусе, разгерметизации металлического основания корпуса, коррозийных повреждений. Из имеющегося в материалах дела по факту пожара письма ОАО "Минский тракторный завод" можно сделать вывод о том, что отсутствие выпускной трубы, на корпусе глушителя трактора <данные изъяты> никак бы не сказалась на функциях искрогасителя. Срезанная часть глушителя отводит выхлопные газы от водителя трактора, на функции искрогасителя не влияет.

Из описательной части заключения следует, что в план-схеме места пожара к протоколу осмотра места происшествия схематично указаны: направление сторон света, зона повреждений, расположение трактора. План-схема полностью соответствует описательной части протокола осмотра. Проанализировав описательную часть и схематичные изображения, экспертами сделан вывод, что полевая дорога разделяет зону, пройденную огнем. Трактор расположен на полевой дороге. Пересечение фронта огня дороги возможно лишь при сильном порывистом ветре. В материалах, представленных на экспертизу, имеется справка с метеорологическими данными, подтверждающая порывистый ветер северо-западного направления 14 м/с. Из описательной части протокола усматривается, что трактор, расположенный на полевой дороге, двигался с запада на восток. Глушитель на тракторе МТЗ-82.1 расположен с правой стороны (по ходу движения). Учитывая направление ветра (порывистого) можно было бы говорить о том, что при возникновении горения на поле от глушителя (искрогасителя), установленного на тракторе, произошло бы с правой стороны (по ходу его движения), то есть в южной стороне дороги. И огонь распространялся бы от дороги в южном направлении и никак бы не пересек дорогу против ветра. Обстоятельство возникновения горения с левой стороны по ходу движения трактора (в северной стороне от дороги) подтверждено документами из представленных материалов N по факту пожара, произошедшего 19 июля 2020 г., а именно: заключением эксперта N, объяснениями И., объяснением С.А. от 20 июля 2020 года.

Согласно представленного при новом рассмотрении дела заключения эксперта Н. N от 13.12.2022 г. очаг (очаговая зона) пожара располагался в северо-восточной части поля К.А., примерно на расстоянии 10 метров от полевой дороги, проходящей рядом с лесопосадкой. Причиной данного пожара послужило загорание травы (соломы) от источника зажигания малой мощности от раскаленных искр, вылетевших из выхлопной системы транспортного средства <данные изъяты> при проведении работ по прессованию соломы.

Из исследовательской части заключения Н. следует, что основными источниками информации для определения очага пожара послужили протокол осмотра места происшествия от 20.07.2020 г., план-схема места пожара, видео с цифрового носителя. При выявлении очага природного пожара и путей его развития, экспертом учитывались метеоусловия (направление ветра, температура), время года.

При производстве экспертизы экспертом была изучена план-схема к протоколу осмотра места происшествия от 19.07.2020 г., на которой указано место расположения техники и площадь, пройденная огнем пожара. Из данной план-схемы эксперту не представилось возможным определить принадлежность полей, где поле скошено, со стерней, где производились работы, а где поле с зерновыми культурами. На план - схеме перепутаны стороны света, то есть "роза ветров", в связи с чем, полагал данную план-схему не информативной.

По запросу эксперта, Отделом МЧС предоставлена дополнительная план-схема места происшествия, на которой отражены границы полей К.А. и Г.В. Данные поля расположены примерно на расстоянии 11 км по прямой в юго-западном направлении от п. Димитровский Илекского района. Данные поля имеют правильную квадратную форму. Между вышеуказанными полями расположена лесополоса шириной примерно 10-15 м (указано в протоколе осмотра места происшествия).

Из данной план-схемы эксперт сделал вывод, что первоначальное горение возникло на поле, на котором производились работы по прессованию соломы, то есть на поле К.А. Горение распространялось по валкам с соломой и по стерне по направлению превалирующего северо-западного ветра. Следовательно, горению подверглась и лесополоса, через которую огонь по направлению ветра перешел на рядом расположенное поле, принадлежащее Г.В. Также экспертом была просмотрена видеозапись с цифрового носителя к протоколу осмотра места происшествия.

Рассмотрев выше перечисленные очаговые признаки, а более точно место расположение полей и техники на поле до пожара, выгорание растительности до пеплообразного состояния и принимая во внимание погодные условия, а именно засушливую погоду, без осадков, наличие (преобладание) северо-западного ветра, эксперт сделал вывод, что очаг (очаговая зона) пожара, располагался в северо-восточной части поля К.А., примерно на рассеянии 10 метров от полевой дороги, проходящей рядом с лесопосадкой.

Согласно пояснениям специалиста Н., данным в ходе рассмотрения дела, причиной пожара является возгорание сухой травы из-за вылетевшей из выхлопной трубы транспортного средства (трактора) искры. К такому выводу он пришел на основании представленных материалов проверки по факту пожара с видеозаписью объяснений водителя трактора. Очаг пожара определен по термическим повреждениям согласно протоколу осмотра места происшествия. При проведении экспертизы на место возгорания он не выезжал. Вторую экспертизу проводил на основании постановления дознавателя. Непосредственно сам глушитель он не исследовал, поскольку не имеет познаний в данной области, имеет иную специальность. Пояснил, что возгорание от стекла, находящегося на поле, в том числе от бутылки, фактически невозможно, поскольку для возникновения пожара при таких обстоятельствах необходим ряд условий. Предположительно, пожар мог произойти от таких источников возгорания как линия электропередач, железная дорога, заготовки на лесополосе, но в материалах проверки сведения о них отсутствуют. Полагал, что единственным источником возникновения пожара в рассматриваемом случае является трактор, который не проходил технического обслуживания. Допустил возможность возгорания от непотушенной сигареты.

Из карточки учета транспортного средства следует, что трактор колесный марки <данные изъяты>, принадлежащий С.О., 2013 года выпуска, подлежал ежегодному техническому осмотру органами гостехнадзора.

Согласно ответу Министерства сельского хозяйства, торговли, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области от 16.06.2023 г. на запрос суда, трактор колесный <данные изъяты> зарегистрированный в гостехнадзоре Оренбургской области за С.О., был представлен для технического осмотра 25.07.2016 г. После указанной даты трактор на осмотр не представлялся.

При этом стороной ответчика в подтверждение своих доводов о прохождении трактором технического осмотра после 25.07.2016 г. никаких доказательств не представлено.

В подтверждение размера причиненного пожаром ущерба истцом представлен отчет ИП Г.А. N от 04.03.2021 г., согласно которому рыночная стоимость урожая зерна в результате пожара от 19.07.2020 г. составляет 2 234 367, 01 руб., а также дополнительное заключение эксперта С.Д. N от 15.01.2020 г., согласно которому стоимость затрат в результате пожара от 19.07.2020 г. урожая зерновых культур (ржи) на площади 65 га составляет 210 040,35 руб.

Кроме того, факт причинения убытков подтвержден протоколом испытаний N от 31.07.2020 г., выполненных ООО "ЕвраЦИЗ", актом контрольного обмолота озимой ржи 65 га на земельном участке с кадастровым номером N КФХ "Г.В." от 20.07.2020 г., сведениями об итогах сева под урожай за 2020 г. и сведениями о соборе урожая сельскохозяйственных культур по состоянию на 01.10.2020 г., справкой, выданной КФХ "Г.В." начальником Илекского межрайонного отдела филиала ФГБУ "Россельхозцентр" по Оренбургской области о том, что хозяйством оказаны услуги по обработке сельскохозяйственных угодий на площади 73 га озимой ржи с приложением акта выполненных работ от 25.04.2020 г., справкой, составленной главным инженером управления сельского хозяйства администрации Илекского района Оренбургской области, из содержания которой следует, что рабочей группой в составе главного инженера управления - Г.С.П., ведущего специалиста по работе с крестьянско-фермерскими хозяйствами управления - М., инспектора Гостехнадзора по Илекскому району - Б.Ю. в присутствии комбайнера Б.А. и тракториста К.С. 20.07.2020 г. проведен контрольный обмолот озимой ржи с уцелевшей части сгоревшего поля, принадлежащего фермеру Г.В., площадь которой соответствует 0,28 га.

Согласно заключению эксперта ООО "Южно-Уральская оценочная компания" Б.С. N от 29.03.2022 г., размер ущерба, причиненного Г.В., в результате пожара, произошедшего 19.07.2020 г., составляет 1 528 289 руб.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что С.О. как собственник источника повышенной опасности является ответственным за причиненный его транспортным средством вред и надлежащим ответчиком по спору. При этом, суд пришел к выводу, что материалами дела достоверно подтверждается как место очага пожара, так и его причины, причинение ущерба именно указанным ответчиком своими действиями Г.В., что выразилось в эксплуатации технически не исправного (не проходившего обязательное ТО) трактора с глушителем, в который внесены механические не предусмотренные заводом-изготовителем изменения, повлекшие неисполнение им функций искрогасителя, вследствие чего вылетевшая искра явилась причиной пожара, уничтожившего поле истца. Суд удовлетворил заявленные истцом требования, положив в основу судебное экспертное заключение о размере ущерба (N от 29.03.2022 г.).

Указанные выводы являются правильными.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно абз. второму ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

В соответствии с пп. "г" п. 220 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 г. N 390, действующих на дату пожара (утратили силу с 01.01.2021 г.), в период уборки зерновых культур и заготовки кормов запрещается использовать в работе уборочные агрегаты и автомобили (моторную технику) без искрогасителей, за исключением случаев применения системы нейтрализации отработанных газов, а также без первичных средств пожаротушения.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.

Вопреки доводам кассационной жалобы, на ответчике лежит бремя доказывания отсутствия его вины, соответствующих доказательств не представлено и как установлено судами, совокупностью исследованных доказательств установлено наличие причинно-следственной связи между действиями С.О., допустившего к управлению принадлежащим ему трактором, в отношении которого не подтверждено надлежащее техническое состояние, С.А., не имеющего действующего права управления транспортным средством, с причинением ущерба истцу вследствие появления и распространения пожара.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлениями дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Указанные требования закона судами выполнены, результаты оценки доказательств отражены в судебных актах, приведены мотивы, по которым доказательства приняты (не приняты) в качестве средств обоснования выводов суда, дана оценка доводам сторон.

Несогласие заявителя с установленными судами обстоятельствами, в силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сами по себе не могут служить основанием для отмены вступивших в силу судебных постановлений, а суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку обстоятельств дела, не содержат ссылок на нарушения судами норм материального или процессуального права, являющиеся основаниями для отмены или изменения судебных актов.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 26 июля 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 8 ноября 2023 г. оставить без изменения, кассационную жалобу С. ФИО38 - без удовлетворения.