Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Балакиревой Е.М.,

судей Трух Е.В., Юровой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Я.А. на решение Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 30.04.2019 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 4.07.2019 по гражданскому делу по иску Я.А. к Я.Р., С., Я.Т.А. о признании бани самовольной постройкой и обязании произвести снос самовольной постройки; встречному исковому заявлению Я.Т.А. к Я.А. об обязании сноса хозяйственной постройки и приведении жилого дома в состояние, предшествующее его реконструкции,

заслушав доклад судьи Балакиревой Е.М., объяснения представителя Я.А. - Я.П., проверив материалы дела, судебная коллегия

Я.А. обратился с исковым заявлением к Я.Р., С., Я.Т.Н. с иском о признании бани самовольной постройкой и возложении обязанности по ее сносу.

Решением Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 30.04.2019, оставленное без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РТ от 04.07.2019 исковое заявление Я.А. к Я.Р., С., Я.Т.Н. удовлетворены. Суд признал баню, возведенную на земельном участке с кадастровым номером N, расположенном по адресу: <адрес>, Высокогорский муниципальный район, <адрес>, самовольной постройкой, обязал Я.Р., С., Я.Т.Н. произвести за счет собственных средств снос самовольно возведенной бани, находящейся на земельном участке.

Встречные исковые требования Я.Т.Н. к Я.А. удовлетворены, суд обязал Я.А. привести жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в состояние, предшествующее его реконструкции, путем сноса части крыши (со стороны земельного участка с кадастровым номером N) и сноса части хозяйственной постройки на расстояние не менее 3 метров до границы участков N.

С Я.А. в пользу федерального бюджетного учреждения "Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации" взысканы расходы за производство судебной экспертизы в размере 50 370 рублей.

С Я.Р., С., Я.Т.Н. в пользу федерального бюджетного учреждения "Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации" взысканы расходы за производство судебной экспертизы в общем размере 50 370 рублей, по 16 790 рублей с каждого.

В кассационной жалобе Я.А. просит отменить апелляционное определение от 04.07.2019 г. и решение суда от 30.04.2019 г. в части удовлетворения встречных требований Я.Т.Н. к Я.А. об обязании Я.А. привести жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в состояние, предшествующее его реконструкции, путем сноса части крыши (со стороны земельного участка с кадастровым номером N) и сноса части хозяйственной постройки на расстояние не менее 3 метров до границы участков N. и передать дело на новое рассмотрение.

В обоснование доводов жалобы заявитель указал, что судами неправильно применены нормы материального и процессуального права. Истец полагает, что в данном случае не имеется правовых оснований для удовлетворения встречного иска, поскольку суды не приняли во внимание, что на тот момент хозяйственная постройка и жилой дом не были под одной крышей и не представляли единое здание, так как хозяйственная постройка и жилой дом были объединены только в 2011 году.

Представитель Я.А. в судебном заседании суда кассационной инстанции доводы жалобы поддержал и просил ее удовлетворить.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. Руководствуясь положениями ч. 5 ст. 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и усматривается из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 21 сентября 2007 года, Я.А. является собственником земельного участка с кадастровым номером N и жилого дома с пристроем, по адресу: <адрес> А. Земельный участок с кадастровым номером N по адресу: <адрес>, на праве общей долевой собственности принадлежит Я.Р., С., Я.Т.Н., по 1/3 доле каждому.

Земельные участки с кадастровыми номерами N являются смежными, местоположение смежной границы между указанными земельными участками установлена на основании решения Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2016 года.

Как следует из материалов дела, на земельном участке с кадастровым номером N расположен двухэтажный жилой дом и хозяйственные постройки, которые находятся под одной крышей.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы N от ДД.ММ.ГГГГ, наружная стена указанного здания, выполненная из естественного камня, находится на расстоянии 0,40 м от границы земельного участка с кадастровым номером N край свеса кровли здания жилого <адрес> А, находится над границей земельного участка с кадастровым номером N, поэтому дождевые и талые воды с кровельного покрытия здания жилого <адрес>, стекают на земельный участок с кадастровым номером N; кровельное покрытие здания жилого <адрес> со стороны земельного участка с кадастровым номером N не имеет снегозадерживающего устройства, поэтому снег с кровельного покрытия здания жилого <адрес> сползает на земельный участок с кадастровым номером N. Также экспертом установлено, что стена строения здания жилого <адрес>, примыкающая к земельному участку с кадастровым номером N, находится в аварийном состоянии (61 - 70% физического износа), имеет массовые разрушения, одной из причин которых является кладка стены из естественных камней без использования раствора; создает угрозу жизни и здоровью граждан, оказавшихся вблизи стены, поскольку стена может внезапно обрушиться и могут пострадать граждане, находящиеся на земельном участке с кадастровым номером N и в жилом <адрес>; нахождение стены здания жилого <адрес> в аварийном состоянии препятствует безопасному использованию земельного участка с кадастровым номером N по назначению; при сохранении стены здания жилого <адрес> в существующем виде создает угрозу жизни и здоровью - нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, в связи с этим подлежит демонтажу и переносу на расстояние не менее чем 3 м от границы, разделяющей соседние земельные участки с кадастровыми номерами N.

Обстоятельства, установленные экспертом, также подтверждаются ответом исполнительного комитета Высокогорского муниципального района Республики Татарстан от 26 мая 2017 года N 01/3307 на обращение Я.Т.Н., из которого следует, что жилой дом и хозяйственная постройка Я.А. находятся под одной крышей. На части крыши со скатом на земельный участок Я-вых с площадью более 360 кв. м не имеется снегозадерживающего и водосточных устройств. Ежегодно на двор жилого <адрес> А сходит с крыши до 151 куб. м снега и дождевых вод; жилой дом и хозяйственная постройка находятся под одной крышей и представляют единое здание; хозяйственная постройка в этом случае рассматривается как часть жилого дома, и, соответственно, расстояние до соседнего участка должно составлять на менее 3 м. Стены хозяйственной постройки находятся в аварийном состоянии; аварийный сарай представляет опасность жизни и здоровью членам семьи Я-вых. Я.А. предложено в срок до 1 июля 2017 года снести аварийный сарай, расположенный в нарушение строительных правил и представляющий опасность проживающим в <адрес>.

Также из материалов дела следует, что на земельном участке с кадастровым номером N, Я.Р., С. и Я.Т.Н. возведено нежилое строение - баня, которая, согласно заключению судебной экспертизы N 510/07-2 от 26 марта 2019 года, расположена от границы земельного участка на 0,18 м ближе предусмотренного нормами расстояния; на земельный участок с кадастровым N попадает часть снежной массы, сползающей с кровельного покрытия бани; расположенная на земельном участке с кадастровым номером N баня, не создает угрозу жизни и здоровья людей, находящихся на соседнем земельном участке с кадастровым номером N; при сохранении бани на месте расположения на земельном участке с кадастровым номером N для предотвращения падения с кровельного покрытия указанной бани снега на соседний земельный участок с кадастровым номером N необходимо устроить на кровельном покрытии бани снегозадерживающее ограждение.

Согласно материалам дела, представитель Я.А. - Я.П. обратился с заявлением в отделение надзорной деятельности и профилактической работы по Высокогорскому муниципальному району Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Республике Татарстан о проверке соответствия бани, находящейся на земельном участке ответчиков, требованиям пожарной безопасности.

Из ответа начальника отделения надзорной деятельности и профилактической работы по Высокогорскому муниципальному району Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Республике Татарстан от 19 июля 2018 года исх. N 32-2-21-26 следует, что баня, расположенная на земельном участке N, расположена на расстоянии 0,9 м от жилого дома, принадлежащего Я.А., что не соответствуют требованиям пожарной безопасности; исходя из степени огнестойкости зданий и класса конструктивной пожарной опасности минимальное расстояние между жилым домом, расположенном на земельном участке с кадастровым номером N, и баней, расположенной на земельному участке с кадастровым номером N должно составлять не менее 12 м.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь абзацем 3 статьи 12, пунктами 1, 2 статьи 222, пунктом 1 статьи 263, статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 45, 46 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", оценив представленные доказательства, в том числе заключение судебной строительно-технической экспертизы, в их совокупности, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований Я.А., а также встречных требований Я.Т.Н.

При этом, удовлетворяя требования Я.А., суд первой инстанции исходил из того, что баня, возведенная на земельном участке с кадастровым номером N, по отношению к хозяйственной постройке Я.А., являющейся единым зданием - одноэтажным жилым домом, не соответствует требованиям пожарным нормам и правилам, в связи с этим спорное строение обоснованно признано самовольной постройки и на Я.Р., С. и Я.Т.Н. возложена обязанность по ее сносу.

С этими выводами согласился суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены вынесенных судебных постановлений по доводам кассационной жалобы заявителя.

Как усматривается из материалов дела, суды пришли к выводу о том, что наличие нарушений правил пожарной безопасности при строительстве спорной бани на земельном участке с кадастровым номером N являются существенными, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 69 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Противопожарным разрывом (противопожарным расстоянием), в соответствии с пунктом 36 статьи 2 указанного Федерального закона, является нормированное расстояние между зданиями, строениями, устанавливаемое для предотвращения распространения пожара. В данном случае, судами установлено, что при возведении бани нарушено требование о расстоянии между строениями на соседних участках по противопожарной безопасности (СП 4.13130.2013 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям"), а также требованиям пункта 7.1 СП 42.13330.2011 "Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений".

С учетом вышеизложенного, доводы об отсутствии реальной угрозы возникновения пожара от бани и, соответственно, отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Я.А., отклонены судами, поскольку меры противопожарной безопасности, в том числе, в части соблюдения требований о расстоянии между строениями на соседних участках, направлены на предотвращение возникновения пожаров, а также на нераспространение пожара на соседние здания, сооружения, в случае их возникновения.

Удовлетворяя встречные требования, суды исходили из того, что хозяйственная постройка в виде пристроя к жилому дому N а по <адрес>, которая является единым зданием жилого дома, возведена с нарушением градостроительным норм и правил, нарушает законные права и интересы собственников земельного участка с кадастровым номером N, создает угрозу безопасности жизни и здоровью, а также возможность причинения ущерба имуществу.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия также соглашается и считает их правильными, поскольку в ходе рассмотрения дела нашел подтверждение факт расположения спорного сарая с нарушением градостроительных норм и правил, а также аварийности строения, которое представляет опасность для жизни и здоровья членов семьи Я.Т.Н.

Доводы заявителя в кассационной жалобе о том, что хозяйственные постройки и жилой дом это раздельно стоящие здания, отклоняются, поскольку судами установлено, что перечисленные объекты объединены единой крышей.

Доводы Я.А. о несогласии с заключением судебной строительно-технической экспертизы в части аварийности хозяйственной постройки и предложением о переносе стены, правомерно отклонены судами, поскольку надлежащих (относимых и допустимых) доказательств, указывающих на недостоверность либо ставящих под сомнение выводы эксперта, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлены. С ходатайством о назначении и проведении повторной либо дополнительной экспертизы не обращался. Представленные в суд кассационной инстанции фотографии и дополнительные документы таковыми доказательствами не являются и не могут быть приняты во внимание.

При таких обстоятельства, учитывая вышеизложенное, установив, что хозяйственная постройка в виде пристроя к жилому дому N а по <адрес>, которая является единым зданием жилого дома, возведена с нарушением градостроительным норм и правил, нарушает законные права и интересы собственников земельного участка с кадастровым номером N, создает угрозу безопасности жизни и здоровью, а также возможность причинения ущерба имуществу, суды обоснованно удовлетворили встречные требования.

Доводы ответчика о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях рассмотрены судебной коллегией и не нашли своего подтверждения.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления.

Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела (часть 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя кассационной жалобы не подтверждают нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела, поэтому они не могут служить основанием для кассационного пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы заявителя.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 30.04.2019 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 4.07.2019 оставить без изменения, кассационную жалобу Я.А. - без удовлетворения.