Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Волковой Я.Ю., судей Кокшарова Е.В., Федина К.А.

с участием прокурора Смольникова Е.В.

при секретаре М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к Сибирскому региональному центру МЧС России о признании приказов об увольнении недействительными, восстановлении на службе, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе Сибирского регионального центра МЧС России на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 08.06.2017.

Заслушав доклад судьи Волковой Я.Ю., объяснения представителя ответчика Н. (по доверенности от 27.03.2017), поддержавшего доводы жалобы, заключение прокурора Смольникова Е.В., полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

К. первоначально обратился в суд с иском к Уральскому региональному центру МЧС России и ликвидационной комиссии Уральского регионального центра МЧС России, впоследствии суд разрешал иск к Сибирскому региональному центру МЧС России, указав на замену ответчика (с учетом принятого МЧС России решения о прекращении деятельности и ликвидации Уральского регионального центра МЧС России с передачей прав и обязанностей Сибирскому региональному центру МЧС). В иске истец просил признать незаконным п. 1.4 приказа председателя ликвидационной комиссии Уральского регионального центра МЧС России от 01.03.2017 N 23-НС (по личному составу) в части его (истца) увольнения, восстановить на службе в Федеральной противопожарной службе, взыскать утраченный заработок за период вынужденного прогула с 21.03.2017 по день вынесения решения суда, взыскать компенсацию морального вреда в размере 15000 руб. В обоснование иска указал, что с 03.09.2012 проходил службу по контракту в Федеральной противопожарной службе в должности начальника физической подготовки и спора Уральского регионального центра МЧС России. По приказу МЧС России Уральский региональный центр МЧС России ликвидирован, его правопреемником назначен Сибирский региональный центр МЧС России. На основании приказа от 01.03.2017 N 23-НС (по личному составу) 20.03.2017 он (истец) уволен по п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ "О службе в Федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (сокращение должности в Федеральной противопожарной службе, замещаемой сотрудником). Ссылаясь на то, что в нарушение ст. ст. 30, 36, ч. 6 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ "О службе в Федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон N 141-ФЗ) ответчик, располагая данными о наличии свободных вакантных должностей, не предложил ему иные вакантные должности, истец указывал на незаконность увольнения.

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 08.06.2017 исковые требования К. удовлетворены частично: признаны незаконными п. 1.4 приказа председателя ликвидационной комиссии Уральского регионального центра МЧС России от 01.03.2017 N 23-НС (по личному составу), а также п. 2 приказа председателя ликвидационной комиссии Уральского регионального центра МЧС России от 16.03.2017 N 27-НС (по личному составу) в части увольнения капитана внутренней службы К.; капитан внутренней службы К. восстановлен в должности начальника физической подготовки и спора Уральского регионального центра МЧС России; с Сибирского регионального центра МЧС России в пользу К. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула в размере 21769 руб. 57 коп., компенсация морального вреда - 5000 руб.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Н. просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в иске, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, а также на неправильное применение норм материального и процессуального права.

В заседание суда апелляционной инстанции истец К., представитель третьего лица Уральского института Государственной противопожарной службы МЧС России не явились, о слушании дела истец и представитель третьего лица извещены почтой (исх. от 17.10.2017 N 33-19362/2017). Информация о времени и месте рассмотрения дела была заблаговременно размещена на сайте Свердловского областного суда.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. ч. 3, 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку участвующие в деле лица извещены о времени и месте судебного заседания за срок достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, не сообщили суду о причинах неявки, не ходатайствовали об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при данной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит решение подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что в соответствии с контрактом о службе с 03.09.2012 К. являлся сотрудником Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий в должности начальника физической подготовки и спорта Уральского регионального центра МЧС России, срок действия контракта определен до 05.04.2019 (л. д. 11, 12, 13, 35).

Приказом МЧС России от 15.12.2016 N 24с "О совершенствовании структуры и развития сил и средств Сибирского регионального центра МЧС России" принято решение о ликвидации Уральского регионального центра МЧС России в срок до 20.03.2017, правопреемником назначен Сибирский региональный центр МЧС России (л. д. 70).

Из данных ЕГРЮЛ от 16.10.2017 следует, что Уральский региональный центр МЧС России прекратил существование и был ликвидирован 07.09.2017.

20.12.2016 К. вручено уведомление об увольнении со службы на основании п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона "О службе в Федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в связи с сокращением должности в Федеральной противопожарной службе, замещаемой сотрудником (л. д. 36).

Приказом от 01.03.2017 N 23-НС К. 20.03.2017 уволен со службы на основании п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ (л. д. 40 - 41).

В силу ч. 4 ст. 36, п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона N 141-ФЗ контракт может быть расторгнут и сотрудник Федеральной противопожарной службы может быть уволен со службы в Федеральной противопожарной службе в связи с сокращением должности в Федеральной противопожарной службе, замещаемой сотрудником.

В соответствии с ч. 6 ст. 83 названного Закона расторжение контракта по основанию, предусмотренному пунктом 8, 11 или 12 части 2 настоящей статьи, осуществляется по инициативе одной из сторон контракта. При этом расторжение контракта по инициативе руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченного руководителя допускается только в случае невозможности перевода или отказа сотрудника Федеральной противопожарной службы от перевода на иную должность в Федеральной противопожарной службе.

Согласно п. 1 ст. 36 Федерального закона N 141-ФЗ при сокращении должностей в Федеральной противопожарной службе правоотношения с сотрудником Федеральной противопожарной службы, замещающим сокращаемую должность, продолжаются в случае:

1) предоставления сотруднику с учетом уровня его квалификации, образования и стажа службы в Федеральной противопожарной службе (выслуги лет) или стажа (опыта) работы по специальности возможности замещения иной должности в Федеральной противопожарной службе;

2) направления сотрудника на обучение по дополнительным профессиональным программам.

При упразднении (ликвидации) подразделения или сокращении замещаемой сотрудником должности руководитель федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченный руководитель уведомляет в письменной форме сотрудника Федеральной противопожарной службы о предстоящем увольнении со службы в Федеральной противопожарной службе не позднее чем за два месяца до его увольнения.

В течение срока, указанного в части 5 настоящей статьи, в федеральном органе исполнительной власти в области пожарной безопасности или подразделении проводится внеочередная аттестация сотрудников Федеральной противопожарной службы в соответствии со статьей 33 настоящего Федерального закона. По результатам внеочередной аттестации сотрудникам могут быть предложены для замещения в порядке перевода иные должности (ч. ч. 5, 6 ст. 36 Федерального закона N 141-ФЗ).

Согласно ст. 75 Федерального закона N 141-ФЗ сотрудник Федеральной противопожарной службы, признанный в установленном порядке незаконно уволенным со службы в Федеральной противопожарной службе, освобожденным, отстраненным от должности или переведенным на другую должность в Федеральной противопожарной службе либо незаконно лишенным специального звания, подлежит восстановлению в прежней должности и (или) специальном звании.

Поскольку ответчиками не представлено доказательств соблюдения указанных нормативных требований при принятии оспариваемого решения об увольнении истца, в частности, невозможности перевода или отказа истца от перевода на иную должность в Федеральной противопожарной службе, доказательств проведения в отношении истца внеочередной аттестации с принятием по ее результатам одного из указанных в статье 33 Федерального закона N 141-ФЗ решений, оснований для отказа в удовлетворении исковых требований истца у суда первой инстанции не имелось, истец правомерно восстановлен судом в ранее замещаемой должности.

Ссылка ответчика на то, что закон не обязывает при сокращении сотрудника предлагать ему вакансии, основана на неправильном толковании закона, т.к. нормой ч. 6 ст. 83 Федерального закона N 141-ФЗ предусмотрена возможность увольнения в связи с сокращением должности только в случае невозможности перевода или отказа сотрудника Федеральной противопожарной службы от перевода на иную должность в Федеральной противопожарной службе.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно на ответчика возложена обязанность по представлению доказательств, подтверждающих соблюдение им порядка и процедуры увольнения истца на основании п. 11 ч. 2 ст. 83 Федерального закона N 141-ФЗ.

В материалы гражданского дела ответчиком представлены сведения по наименованию, количеству и штатно-должностным категориям вакантных должностей военнослужащих, сотрудников и работников ФПС, федеральных государственных гражданских служащих и гражданского персонала, содержащихся в штатах и штатных расписаниях территориальных органов и учреждений МЧС России, согласно которым по состоянию на 01.02.2017 имелось 59 вакантных должностей военнослужащих, 28 вакантных должностей гражданского персонала (л. д. 50 - 51). Также представлены сведения о том, что с момента предупреждения истца о предстоящем увольнении и до момента его увольнения вакантной была и должность старшего инспектора отделения кадровой и воспитательной работы ФКУ "ЦУКС Главного управления МЧС России по Свердловской области", которую истец мог занимать с учетом его квалификации, уровня образования, срока службы. Данных о вакансиях или об отсутствии таковых на дату издания приказа об увольнении истца, на дату увольнения истца ответчик суду не представил, а потому не доказал факт отсутствия таких вакансий, которые могли быть предложены истцу.

Как следует из материалов гражданского дела, не оспаривалось ответчиком, в ходе проведенной 10.01.2017 с истцом беседы последнему сообщено об отсутствии у работодателя должности, соответствующей уровню образования и стажу службы истца (л. д. 37). Таким образом, ни одна из вакансий, имевшихся до момента увольнения истца, истцу предложена не была.

Доводы ответчика о том, что истец не мог быть назначен на вакантные должности из-за отсутствия профильного образования и необходимости такового по решению, принятому 21.02.2017 на совещании при министре МЧС России, отклоняются судебной коллегией. Эти доводы противоречат норме п. 1 ст. 36 Федерального закона N 141-ФЗ, согласно которой новая должность должна соответствовать уровню квалификации, образования и стажу службы в Федеральной противопожарной службе или стажу (опыту) работы по специальности сотрудника. Решение, принятое на совещании министра, не может противоречить федеральному закону, который такого ограничение как возможность назначения на должности только сотрудников, имеющих исключительно профильное образование, не содержит. У истца два высших образования - музыкальное и по специальности "Государственное и муниципальное управление" Уральской академии госслужбы, стаж службы - более 8 лет. Из должностной инструкции старшего инспектора отделения кадровой и воспитательной работы ФКУ "ЦУКС Главного управления МЧС России по Свердловской области" (л. д. 54 - 57) следует, что для занятия этой должности требуется высшее образование по специальности юриспруденция, государственное и муниципальное управление, управление персоналом, пожарная безопасность, защита в ЧС или образование, считающееся равнозначным, при условии стажа работы в системе МЧС России не менее 3 лет и прохождения переподготовки (повышения квалификации) по занимаемой должности. Таким образом, уровень образования истца и стаж его службы соответствовали требованиям для замещения этой должности. Данных о том, что эта должность была вышестоящей по отношению к той должности, с которой был уволен истец, ответчик суду не представил.

Также ответчик, в нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил и доказательств того, что из представленного суду перечня вакансий в органах МЧС на 01.02.2017 (л. д. 50, 51), отсутствовала иная равнозначная или нижестоящая должность, которую истец мог занимать с учетом уровня его квалификации, образования и стажа службы, при том, что в списке поименованы должности со званием, как у истца (капитан внутренней службы) и ниже.

Ссылки заявителя апелляционной жалобы на содержащийся в п. 13 Приказа МЧС России от 15.12.2016 N 24с прямой запрет на переназначение сотрудников без решения Центральной аттестационной комиссии МЧС России, не свидетельствует о законности увольнения истца. В силу ч. 6 ст. 36 Федерального закона N 141-ФЗ внеочередная аттестация сотрудников Федеральной противопожарной службы в соответствии со статьей 33 настоящего Федерального закона в течение срока предупреждения о предстоящем увольнении является обязательной. Тот факт, что такая аттестация не была проведена, подтверждает нарушение процедуры увольнения истца.

В ходе судебного разбирательства ответчиком не были представлены доказательства, свидетельствующие о рассмотрении кандидатуры К. центральной аттестационной комиссией МЧС России (далее - ЦАК МЧС России), а также подтверждающие принятие аттестационной комиссией до момента увольнения истца решения об отказе в рекомендации истца к назначению на иную должность.

Из протокола N 4 заседания ЦАК МЧС России от 22.03.2017 не следует, что на заседании комиссии рассматривался вопрос о возможности прохождения истцом дальнейшей службы и по результатам рассмотрения данного вопроса комиссией принято решение о невозможности продолжения истцом службы путем перевода на вакантную должность (должности). Кроме того, указанное заседание ЦАК МЧС России состоялось 22.03.2017, тогда как решение об увольнении истца с 20.03.2017 принято уже 01.03.2017. Таким образом, на момент издания оспариваемых приказов у ответчиков не имелось оснований полагать, что истца невозможно перевести на иную должность, и он подлежит увольнению со службы. С учетом изложенного, увольнение истца по п. 11 ч. 2 ст. 83 Закона от 01.03.2016 N 141-ФЗ обоснованно признано судом незаконным в связи с нарушением процедуры увольнения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на должность старшего инспектора отделения кадровой и воспитательной работы ФКУ "ЦУКС Главного управления МЧС России по Свердловской области аттестационной комиссией МЧС России" была рекомендована <...>6, имеющая преимущественное право на замещение должности в Федеральной противопожарной службе (беременная женщина), не могут быть приняты во внимание, т.к. никаких доказательств своих доводов ответчик суду не представил, данных о беременности этого сотрудника в деле нет, из содержания решения ЦАК МЧС России от 22.03.2017 о рекомендации этого сотрудника, относящегося к социально-защищенной категории, к назначению на должность не следует данное обстоятельство. Таким образом, доводы о невозможности предложения истцу этой должности не доказаны стороной ответчика. Более того, рекомендация <...>6 к назначению на должность осуществлена ЦАК МЧС России лишь 22.03.2017, т.е. после увольнения истца, до даты увольнения истца такой рекомендации иным сотрудником не было получено.

Ссылка в жалобе на то, что из содержания листа беседы от 10.01.2017 следует факт согласия истца с увольнением, а также указание на то, что истец рапорта о продолжении службы не подавал, безосновательны, т.к. в листе беседы данных о согласии истца с увольнением нет (л. д. 37), сам ответчик указал в листе беседы от 10.01.2017 на отсутствие вакантных должностей, которые могли бы быть предложены истцу, вследствие чего истец и не мог подать рапорт о назначении его на иную должность.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда отклоняются.

Согласно абз. 2 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 Трудового кодекса РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Установив факт нарушения трудовых прав истца, что выразилось в незаконном увольнении, чем истцу, безусловно, причинен моральный вред в виде нравственных страданий, суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу с Сибирского центра и МЧС России компенсации морального вреда.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер допущенного нарушения трудовых прав истца, длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень причиненных истцу нравственных страданий, а также учитывая требования разумности и справедливости, судебная коллегия не находит оснований не соглашаться с размером компенсации морального вреда, который определен судом в сумме 5 000 руб. При этом обязанность по выплате компенсации морального вреда обоснованно возложена судом на Сибирский центр как правопреемника (по приказу МЧС России) ликвидированного (расформированного) Уральского центра, с чем судебная коллегия соглашается, учитывая к тому же, что к моменту апелляционного рассмотрения дела в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации Уральского центра.

Иных доводов жалоба не содержит.

Предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения суда по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 320, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 08.06.2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.