Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Карпинской А.А.,

Мартыновой Я.Н.,

Майоровой Н.В.

при ведении протокола помощником судьи Черных Н.Ю., рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску П. к Ш. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате пожара,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 21.08.2019.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения ответчика Ш., ее представителя Б., настаивающих на отмене обжалуемого решения по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, объяснения представителя истца Т., действующей на основании ордера N 6753 от 19.11.2019, напротив, согласной, с постановленным судом решением, судебная коллегия

П. обратился в суд с иском к Ш. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате пожара. В обоснование требований указал, что 08.08.2017 на участке истца сгорела кровля и второй этаж садового дома, очаг возгорания, согласно проведенным экспертным исследованиям, находился в районе надворных построек на участке N 277, принадлежащем ответчику. По факту пожара возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неизвестного лица, впоследствии прекращено.

Согласно отчету об оценке N 19/10/2017-7У от 26.12.2017, рыночная стоимость поврежденного имущества составила 961000 руб., за услуги по оценке уплачено 18000 руб. Истец просил взыскать с ответчика причиненный в результате пожара ущерб в размере 961000 руб., расходы в связи с проведением оценки 18000 руб.

Решением Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 21.08.2019 иск П. удовлетворен, с Ш. взыскан ущерба в размере 961000 рублей.

Ответчик с таким решением не согласилась, обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просила решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований. Полагает, что не доказано, что пожар возник в результате ее противоправного поведения и нарушения правил пожарной безопасности, то есть отсутствует причинно-следственная связь, что подтверждает заключение эксперта МНЭО ООО "Независимая экспертиза", согласно которому очаг пожара возник в пространстве гаража участка N 279, принадлежащего истцу. Считает, что экспертные заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области и ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по г. Санкт Петербургу являются ненадлежащими доказательствами, как полученные с нарушением требований действующего законодательства. Не согласилась с выводами суда о том, что <...>7 не сертифицирован как судебный эксперт.

В возражениях на апелляционную жалобу истец, напротив, считает решение суда законным и обоснованным.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения.

Законодателем в ч. 1 ст. 3 ГПК РФ закреплено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Аналогичное правило по судебной защите именно нарушенных или оспоренных гражданских прав прописано и в ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами, в частности, путем возмещения убытков.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 2 указанной нормы права лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда N 14 от 05.06.2002 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" и в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Из положений ст. 15 и ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Судом установлено, что П. является собственником земельного участка N 279 по адресу <...>, <...>

Ш. является собственником соседнего земельного участка N 277.

08.08.2017 в утреннее время произошло возгорание на участке N 277 <...> сгорел садовый дом и надворные постройки, принадлежащие Ш., частично сгорел садовый дом истца - кровля, второй этаж на площади 120 кв. м, что подтверждается актом о пожаре.

Согласно пожарно-техническому исследованию пожара, проведенного ООО "Независимая экспертиза" <...>7 по инициативе ответчика, следует, что очаг возникновения пожара расположен в пространстве гаража, размещенного на территории крытого двора садового участка N 279. Причиной могла быть одна из следующих: причастность к возникновению пожара малокалорийного источника зажигания (тлеющее табачное изделие), аварийный режим работы электропроводки либо электрооборудования, газового оборудования, поджог.

Согласно заключению экспертов N 185 от 31.05.2018, выполненного ФГБУ СЭУ ИПЛ по г. Санкт-Петербургу, очаговая зона пожара расположена на участке N 277 в месте расположения бани, гаража и надворных построек, более точно локализовать место расположения очаговой зоны не представилось возможным. Наиболее вероятной причиной пожара послужило тепловое самовозгорание деревянных конструкции бани на участке N 277 в результате аварийного режима работы системы печного отопления.

Согласно заключению судебной повторной пожарно-технической экспертизе N Э/25-18 от 30.10.2018, выполненного СПбУ ГПС МЧС России, зона очага пожара находится в районе расположения надворных построек на участке N 277 предположительно в районе бани. Эксперты не смогли сделать категоричный вывод о месте расположения точного (локального) очага пожара по представленным материалам, непосредственной (технической) причине пожара, механизме возникновения пожара.

Постановлением о прекращении уголовного дела от 20.12.2018 уголовное дело в отношении неизвестного лица прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, ввиду отсутствия события преступления. Из постановления следует, что место возникновения пожара надворные постройки участка N 277, предположительно в районе бани, непосредственная (техническая) причина пожара не установлена.

Суд проанализировав представленные доказательства: постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, материалы уголовного дела, возбужденного 11.07.2018 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекс Российской Федерации, экспертные заключения, представленные сторонами, а также иные письменные документы, пришел к верному выводу, что очаг пожара возник в районе расположения надворных построек на участке N 277 предположительно в районе бани, в связи с чем именно ответчик Ш. несет ответственность за вред, причиненный имуществу истца.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что ущерб истцу причинен вследствие ненадлежащего осуществления Ш. обязанности по содержанию и контролю за принадлежащим ей имуществом.

Ответчик, являясь собственником загоревшегося имущества, в силу приведенных выше положений закона обязана осуществлять заботу о принадлежащем ей помещении, поддерживать в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, в связи с чем именно она в силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации несет деликтную ответственность перед третьими лицами за пожар, произошедший на принадлежащей ей территории и имуществе.

Как правильно указал суд, возгорание имущества ответчика само по себе свидетельствует о том, что она как собственник не приняла необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации, осуществляла ненадлежащий контроль за своей собственностью и ее безопасной эксплуатацией.

В соответствии с положениями ст. 37 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности. Ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества (ст. 38 Федерального закона "О пожарной безопасности").

Вопреки доводам апелляционной жалобы наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика как собственника по бремени содержания своего имущества и причинении в результате этого вреда имуществу истца имеется. Наличие вины ответчика в причинении ущерба ввиду этого презюмируется, и ей не представлено совокупности достоверных, допустимых и достаточных доказательств того, что пожар возник по вине иных лиц либо вследствие обстоятельств непреодолимой силы.

Ко всему прочему, судебная коллегия обращает внимания на то, что из показаний свидетеля <...>8, данных начальнику ОАПиД ОНД г. Нижний Тагил и ГГО УНД и ПР ГУ МЧС России по Свердловской области следует, что около 07:45 его жена вышла на веранду и услышала крики Ш., он сразу вышел на веранду и увидел, что горит участок N 277, в точности дворовая постройка. Изначально шел густой дым, дым шел изнутри надворных построек, через некоторое время, примерно через 2 минуты появилось пламя внутри надворных построек, впоследствии через некоторое время огонь перекинулся на гараж участка N 279. Указывает о том, что когда помогали Ш. спасать вещи, участок N 279 не горел совсем: ни гараж, ни дом, ни постройки. Когда приехали пожарные загорелась крыша дома на участке N 279, когда приехал П. его дом уже горел, газовый баллон с летней кухни участка N 279 выносили при пожарных, он был целый, взрывов и хлопков не было (уголовное дело, том N 3, л. д. 38 - 45).

Из показаний свидетеля <...>9, данных начальнику ОАПиД ОНД г. Нижний Тагил и ГГО УНД и ПР ГУ МЧС России по Свердловской области следует, что когда он вышел из дома, увидел дым между участками N 277 и N 279, открытого горения не видел. Дым шел со стороны леса из построек участка N 277, ближе к лесу, но изнутри. Он побежал на место пожара к дому N 277, когда подбежал, то увидел, что идет дым построек участка N 277, с задней стороны изнутри. Дым шел из одного определенного места, не по всем постройкам. Потом в районе построек участка N 277 вырвалось пламя, именно там где было скопление дыма, скорее всего там находилась баня, так как была печная труба. Гараж участка N 279 вспыхнул сразу минут через несколько. Также указывает, что П. вытащил из кухни газовый баллон (кухня еще не горела), баллон был целый (уголовное дело, том N 3, л. д. 46 - 52).

Таким образом, показания свидетелей, не заинтересованных в исходе рассмотрела дела, данных ими при допросах в рамках уголовного дела, также свидетельствуют о том, что возгорание произошло на участке N 277, принадлежащего ответчику, что позволяет еще раз удостовериться, что Ш. как собственник имущества, не приняла необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение возгорания, и не осуществляла надлежащий контроль за своей собственностью, что прямо предусмотрено ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данные показания очевидцев были учтены и экспертом при проведении повторного экспертного исследования N Э/25-18 от 30.10.2018, выполненного СПбУ ГПС МЧС.

Доводы о том, что экспертные заключения N 426 от 08.09.2017 ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области и N 185 от 31.05.2018 ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по г. Санкт-Петербургу являются ненадлежащими и недопустимым доказательствами судебная коллегия полагает несостоятельными.

В силу Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд оценил все экспертные заключения в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ и пришел к выводу о том, что экспертные заключения ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области и экспертов ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по г. Санкт-Петербург могут быть приняты в качестве относимых и допустимых доказательства, поскольку они в полном объеме отвечают требованиям действующего законодательства, регулирующего вопросы экспертной деятельности, содержат подробное описание произведенных исследований, выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основываются на исходных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе. Указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы свои выводы относительно эксперта <...>7 суд подробным образом мотивировал и верно указал, что экспертное заключение, выполненное данным экспертом, является одним из доказательств по делу, однако не является заключением пожарно-технической экспертизы, поскольку <...>7 не сертифицирован как судебный эксперт, при этом вправе проводить исследования технологических, технических, организационных и иных причин, условий возникновения, характера протекания пожара и его последствий. К тому же, эксперт подробные обстоятельства пожара у всех очевидцев данного происшествия не выяснял, в его распоряжении, в отличие от экспертов при проведении повторного экспертного исследования N Э/25-18 от 30.10.2018, выполненного СПбУ ГПС МЧС, отсутствовали все добытые по уголовному делу доказательства, которые в совокупности подтверждают заявленные истцом обстоятельства, случившегося пожара.

Данные доводы уже были предметом рассмотрения суда первой инстанции, на что судом дан полный мотивированный ответ, почему им были приняты во внимание одни доказательства и он критически отнесся к другим. Судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они следуют из анализа приведенных доказательства и правовых норм, оснований усомниться в их обоснованности не имеется.

Судом исследована совокупность всех доказательств, представленных в материалы дела сторонами, в том числе, и заключение, проведенной по делу повторной пожарно-техническая экспертизы в исследовательском центре экспертизы пожаров СПбУ ГПС МЧС России.

Доводы апелляционной жалобы были предметом исследования суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств, оснований для которой не имеется. Новых обстоятельств, влияющих на правильность решения, в жалобе не приведено. Доводы об иной причине пожара не подтверждены совокупностью допустимых и достоверных доказательств, эти доводы противоречат материалам дела и предоставленным суду доказательствам, которые тщательным образом были исследованы судом в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ и им дана надлежащая оценка. Соответствующих достоверных и достаточных доказательств, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, ответчиком не представлено.

По присужденному судом размеру ущерба решение суда не оспаривается.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих за собой отмену решения суда в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 320, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 21.08.2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Ш. - без удовлетворения.