Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Шабалдиной Н.В.,

судей Кориновской О.Л., Захаровой О.А.,

при секретаре П.Т.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело N 2а-914/2019 по административным исковым заявлениям Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Центральная медико-санитарная часть N 31 Федерального медико-биологического агентства" о признании незаконными предписаний государственных инспекторов Федерального государственного казенного учреждения "Специальное управление Федеральной противопожарной службы N 5" по пожарному надзору об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности от 12 апреля 2019 года

по апелляционной жалобе административного истца Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Центральная медико-санитарная часть N 31 Федерального медико-биологического агентства" на решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 28 июня 2019 года.

Заслушав доклад судьи Шабалдиной Н.В., судебная коллегия

Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения "Центральная медико-санитарная часть N 31 Федерального медико-биологического агентства" (далее по тексту - ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России") обратилось в суд с административными исками об оспаривании предписаний государственных инспекторов Федерального государственного казенного учреждения "Специальное управление Федеральной противопожарной службы N 5" по пожарному надзору (далее по тексту - ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору) об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности NN 20/1/1, N 25/1/1, N 18/1/1, N 23/1/1, N 24/1/1, N 26/1/1, N 27/1/1 от 12 апреля 2019 года.

Определением Новоуральского городского суда Свердловской области от 10 июня 2019 года административные дела: NN 2а-914/2019, 2а-915/2019, 2а-916/2019, 2а-917/2019, 2а-918/2019, 2а-919/2019, 2а-920/2019 по исковыми заявлениям ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" об оспаривании предписаний государственных инспекторов ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности NN 20/1/1, N 25/1/1, N 18/1/1, N 23/1/1, N 24/1/1, N 26/1/1, N 27/1/1 от 12 апреля 2019 года, объединены в одно производство, присвоен N 2а-914/2019.

В обосновании исков административным истцом указано, что Отделом федерального государственного пожарного надзора ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по результатам выездной внеплановой проверки в отношении объектов защиты: здания хирургического корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/21 в городе Новоуральск Свердловской области, здания противотуберкулезного диспансера, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/35 в городе Новоуральск Свердловской области, здания роддома, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/38 в городе Новоуральск Свердловской области, здания терапевтического корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/20 в городе Новоуральск Свердловской области, здания детской больницы (детское отделение), расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/32 в городе Новоуральск Свердловской области, здания стационара (старый роддом), расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/34 в городе Новоуральск Свердловской области, здания инфекционного корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/36 в городе Новоуральск Свердловской области 12 апреля 2019 года ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России выданы предписания N 20/1/1, N 25/1/1, N 27/1/1, N 18/1/1, N 23/1/1, N 24/1/1, N 26/1/1 об устранении требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности.

Административный истец полагает, что нарушения, указанные в пунктах 1 предписаний N 20/1/1, N 25/1/1, N 27/1/1, N 18/1/1, N 23/1/1, N 24/1/1, N 26/1/1 включены необоснованно и подлежат исключению, поскольку в настоящий момент в здании хирургического корпуса, противотуберкулезного диспансера, роддома, терапевтического корпуса, детской больницы (детское отделение), стационара (старый роддом), инфекционного корпуса установлена система передачи извещений о пожаре, технически не предусматривающая возможности использования персональных устройств со световым, звуковым и с вибрационным сигналами оповещения, по этой причине исполнение указанных пунктов предписаний технически не осуществимо. Для соблюдения указанных пунктов предписаний потребуется полная замена системы передачи извещений о пожаре. Однако, административный истец не имеет технической и финансовой возможности осуществить мероприятия по устранению указанных нарушений, учитывая, что финансирование ФГБУЗ ЦМСЧ N 31 ФМБА России до 2021 года на цели проведения противопожарных мероприятий не предусмотрено, срок устранения нарушений "01 мая 2020 года" является неисполнимым.

Кроме того, административный истец полагает, что нарушения, указанные в пункте 5 предписания N 20/1/1, пункте 3 предписания N 25/1/1, пункте 6 предписания N 18/1/1, пункте 4 предписания N 23/1/1 и пункте 7 предписания N 24/1/1 включены в предписания необоснованно, и как следствие подлежат исключению, поскольку согласно пункту 135 раздела VIII "Лечебные учреждения" Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 апреля 2012 года N 390 "О противопожарном режиме" (в редакции от 25 апреля 2012 года), которым ранее было предусмотрено, что руководитель организации обеспечивает наличие на объектах здравоохранения (больницы, лечебницы и др.), в которых находятся больные, не способные передвигаться самостоятельно, носилок из расчета 1 носилки на 5 больных (инвалидов); палаты для тяжелобольных взрослых и детей следует размещать на первых этажах зданий, однако в действующей редакции предусматривающей размещение палат для пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания, а также детей на первых этажах зданий, не подлежат применению, поскольку здания введены в эксплуатацию до вступления в силу указанных правил. В соответствии с требованиями части 4 статьи 4 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (далее по тексту - Закон N 123-ФЗ), если положениями названного Закона устанавливаются более высокие требования пожарной безопасности, чем требования, действовавшие до дня его вступления в силу, применяются ранее действовавшие требования. К нормативным правовым актам Российской Федерации по пожарной безопасности относятся технические регламенты, принятые в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, устанавливающие обязательные для исполнения требования пожарной безопасности (статья 4 пункт 2 Закона N 123-ФЗ). Учитывая вышеуказанные положения закона, а также разъяснения, изложенные в письме МЧС России от 02 августа 2013 года N 19-3-1-3216 "О применении нормативных документов" требования пункта 135 раздела VIII "Лечебные учреждения" Правил противопожарного режима, не распространяются на здание хирургического корпуса, введенное в эксплуатацию в 1966 году, реконструированное в 2004 году.; здание противотуберкулезного диспансера, введенное в эксплуатацию в 1971 году; здание терапевтического корпуса, введенное в эксплуатацию в 1999 году; здание детской больницы (детское отделение), введенное в эксплуатацию 29 июня 2004 года; здание стационара (старый роддом), введенное в эксплуатацию 26 декабря 1975 года, то есть до появления указанных требований, а, следовательно, нарушения, в указанных выше пунктах предписаний, вменено ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" необоснованно. В связи с чем оспариваемые предписания государственных инспекторов ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности в данной части являются недействительными и указанные пункты подлежат исключению. Также просил изменить срок исполнения предписаний и установить новый, взыскать с административного ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей, уплаченной за каждое поданное административное исковое заявление.

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 28 июня 2019 года административные исковые требования ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, административный истец ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, ссылаясь на то, что судом не дана оценка всем фактическим обстоятельствам дела. Повторяя доводы административного искового заявления, указывает на то, что им были представлены доказательства невозможности размещения пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания на первых этажах здания, поскольку на первых этажах отсутствуют площади, необходимые для их размещения, что подтверждается представленными техническими паспортами, оценка которым судом не была дана.

Представители административного истца ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России", административных ответчиков ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России", ГУ МЧС России по Свердловской области, государственные инспекторы по пожарному надзору ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" Д., П.К. в судебное заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, электронной почтой 29 августа 2019 года, в том числе посредством публикации информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда.

Учитывая изложенное, руководствуясь положениями части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражения административного ответчика ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России", проверив законность и обоснованность решения суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации организация может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены ее права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению ее прав, свобод и реализации законных интересов или на нее незаконно возложены какие-либо обязанности.

По смыслу закона необходимым условием для признания решения, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными является установление нарушений прав и интересов заявителя оспариваемым решением, действием (бездействием), а также несоответствие оспариваемого решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту (пункт 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Обязанность доказывания нарушения прав и законных интересов возлагается на административного истца (пункт 1 части 9, часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, распоряжениями заместителя начальника ОФГПН, заместителя главного государственного инспектора ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору П.А. о проведении внеплановой выездной проверки юридического лица - ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" от 06 марта 2019 года NN 20, 25, 27, 18, 23, 24, 26, утверждено проведение проверки объектов защиты: здания хирургического корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/21 в городе Новоуральск Свердловской области; здания противотуберкулезного диспансера, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/35 в городе Новоуральск Свердловской области; здания роддома, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/38 в городе Новоуральск Свердловской области; здания терапевтического корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/20 в городе Новоуральск Свердловской области; здания детской больницы (детское отделение), расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/32 в городе Новоуральск Свердловской области; здания стационара (старый роддом), расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/34 в городе Новоуральск Свердловской области; здания инфекционного корпуса, расположенного по адресу: улица Мичурина, дом 15/36 в городе Новоуральск Свердловской области.

Старшим инспектором отделения организации и осуществления федерального государственного пожарного надзора отдела ФГПН, государственным инспектором ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору Д., инспектором отделения организации и осуществления федерального государственного пожарного надзора отдела ФГПН, государственным инспектором ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору П.К. на основании вышеуказанных Распоряжений была проведена внеплановая проверка указанных объектов, о чем составлены Акты проверки соблюдения требований пожарной безопасности NN 20, 25, 27, 18, 23, 24, 26.

По результатам проверки 12 апреля 2019 года старшим инспектором отделения организации и осуществления федерального государственного пожарного надзора отдела ФГПН, государственным инспектором ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору Д., инспектором отделения организации и осуществления федерального государственного пожарного надзора отдела ФГПН, государственным инспектором ФГКУ "Специальное управление ФПС N 5 МЧС России" по пожарному надзору П.К. выданы предписания NN 20/1/1, N 25/1/1, N 27/1/1, N 18/1/1, N 23/1/1, N 24/1/1, N 26/1/1.

Согласно данным предписаниям ФГБУЗ "Центральная МСЧ N 31 ФМБА России" обязано устранить в срок до 01 мая 2020 года следующие выявленные оспариваемые нарушения, указанные в пункте 1 предписаний - нарушения требований части 12 статьи 84 Закона N 123-ФЗ, а именно: здание хирургического корпуса с пребыванием людей на стационарном лечении с учетом индивидуальных способностей людей к восприятию сигналов оповещения дополнительно не оборудовано (не оснащено) системами (средствами) оповещения о пожаре, в том числе с использованием персональных устройств со световым, звуковым и с вибрационным сигналами оповещения. Такие системы (средства) оповещения должны обеспечивать информирование дежурного персонала о передаче сигнала оповещения и подтверждение его получения каждым (часть 12 статьи 84 Закона N 123-ФЗ); а также указанные в пункте 5 предписания N 20/1/1, пункте 3 предписания N 25/1/1, пункте 6 предписания N 18/1/1, пункте 4 предписания N 23/1/1, пункте 7 предписания N 24/1/1 - нарушения требований статей 1, 6 Федерального закона от 27 декабря 2002 года N 184-ФЗ "О техническом регулировании"; статей 2, 4, 5, 6, 51, 52, 53, 89 Закона N 123-ФЗ; пункта 135 Правил N 390; раздел 6 СНиП 21-01-97* "Пожарная безопасность зданий и сооружений", а именно: тяжелобольные пациенты с тяжелыми проявлениями заболевания (не способные передвигаться самостоятельно), дети (малолетние и несовершеннолетние стационарные больные) размещены в палатах для пациентов на 2-ом, 3-ем, вышележащих этажах зданий стационаров с ночным пребыванием.

Полагая, что данные пункты предписаний являются незаконными, административный истец обратился в суд с указанными административными исками.

Отказывая в удовлетворении требований административного истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 4, 6 Закона N 123-ФЗ, пункта 135 раздела VIII "Лечебные учреждения" Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 апреля 2012 года N 390 "О противопожарном режиме" (далее по тексту - Правила N 390), пункта 39 "Инструкции о порядке разработки органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления и организациями нормативных документов по пожарной безопасности, введения их в действие и применения", утвержденной приказом МЧС России от 16 марта 2007 года N 140 (далее по тексту - Инструкция), исходил из того, что административным истцом не представлены надлежащие доказательства, позволяющие установить, что на момент вынесения предписаний им был выполнен весь комплекс необходимых инженерно-технических и организационных мероприятий по обеспечению пожарной безопасности, при котором расчетом по оценке пожарного риска подтверждалось бы выполнение условий соответствия объекта защиты требованиям пожарной безопасности. При этом суд указал, что дальнейшая эксплуатация объектов защиты приводит к недопустимому риску для безопасности жизни или здоровья людей, в том числе несовершеннолетних детей.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на нормах действующего законодательства, регулирующих возникшие правоотношения, сделаны на основании всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в совокупности с обстоятельствами настоящего административного дела по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к вышеуказанным выводам, подробно со ссылкой на установленные судом обстоятельства и нормы права изложены в оспариваемом решении, и их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

Вместе с тем, с доводами апелляционной жалобы административного истца судебная коллегия согласиться не может, поскольку они основаны на неверном понимании норм действующего законодательства.

Отношения в области пожарной безопасности регулируются нормами Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Закон N 69-ФЗ).

Согласно статье 1 Закона N 69-ФЗ под требованиями пожарной безопасности понимаются специальные условия социального и (или) технического характера, установленные в целях обеспечения пожарной безопасности федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также нормативными документами по пожарной безопасности; нормативные документы по пожарной безопасности - национальные стандарты Российской Федерации, своды правил, содержащие требования пожарной безопасности, а также иные документы, содержащие требования пожарной безопасности.

В силу статей 37 и 38 Закона N 69-ФЗ руководители организаций обязаны соблюдать требования пожарной безопасности, а также выполнять предписания, постановления и иные законные требования должностных лиц пожарной охраны. Ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, согласно действующему законодательству, несут собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Согласно части 4 статьи 4 Закона N 123-ФЗ в случае, если положениями данного Закона (за исключением положений статьи 64, части 1 статьи 82, части 7 статьи 83, части 12 статьи 84, частей 1.1 и 1.2 статьи 97 этого Закона) устанавливаются более высокие требования пожарной безопасности, чем требования, действовавшие до дня вступления в силу соответствующих положений настоящего Закона, в отношении объектов защиты, которые были введены в эксплуатацию, либо проектная документация на которые была направлена на экспертизу до дня вступления в силу соответствующих положений настоящего Закона, применяются ранее действовавшие требования. При этом в отношении объектов защиты, на которых были проведены капитальный ремонт, реконструкция или техническое перевооружение, требования настоящего Закона применяются в части, соответствующей объему работ по капитальному ремонту, реконструкции или техническому перевооружению.

Требования пожарной безопасности, устанавливающие правила поведения людей, порядок организации производства и (или) содержания территорий, зданий, сооружений, помещений организаций и других объектов защиты в целях обеспечения пожарной безопасности закреплены в Правилах N 390, вступивших в законную силу 15 мая 2012 года.

В силу пункта 135 Правил N 390 руководитель организации обеспечивает наличие в зданиях и сооружениях организации, в которых находятся пациенты, не способные передвигаться самостоятельно, носилок из расчета 1 носилки на 5 пациентов (инвалидов). Палаты для пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания, а также детей следует размещать на первых этажах зданий.

Из материалов дела следует, что в качестве доводов незаконности оспариваемых пунктов предписаний административный истец указывает на отсутствие финансирования и необоснованное указание нарушений требований пункта 135 Правил N 390.

Вместе с тем данные доводы административного истца являются несостоятельными, они были предметом исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка.

Сам факт отсутствия финансирования не свидетельствует о незаконности пункта 1 оспариваемых предписаний и не освобождает административного истца от соблюдения требований, установленных в части 12 статьи 84 Закона N 123-ФЗ.

Кроме того, вопреки утверждениям административного истца, предписание в данной части является исполнимым. Ранее (в 2015 году) в адрес административного истца были вынесены аналогичные предписания, при этом мер по их устранению последним предпринято не было, в связи с чем судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что административными ответчиками предоставлен разумный срок для их устранения. Кроме того, судебная коллегия отмечает, что административный истец не лишен возможности в установленном законом порядке обратиться в контролирующий орган с заявлением о продлении срока устранения выявленных нарушений.

Оценивая иные доводы апелляционной жалобы, в том числе о предоставлении административным истцом достоверных доказательств невозможности исполнения требований о размещении пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания на первых этажах здания, в связи с отсутствием технической возможности, судебная коллегия приходит к выводу об их несостоятельности. Данные доводы административного истца материалами дела не подтверждены, при этом представленные копии технических планов не свидетельствуют об отсутствии технической возможности размещения на первых этажах указанных палат, поскольку из них невозможно достоверно установить какие помещения находятся на первых этажах зданий, возможно ли их размещение на верхних этажах. Каких-либо технических расчетов, свидетельствующих о невозможности размещения палат для пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания на первых этажах здания, административным истцом не представлено.

Как и не представлено иных допустимых и достоверных доказательств размещения на первых этажах специализированного медицинского оборудования, отделений и невозможность их перемещения на верхние этажи, а также об отсутствии площадей для размещения палат для пациентов с тяжелыми проявлениями заболевания и детей.

Кроме того, отсутствие на первом этаже здания площадей, достаточных в соответствии с нормами санитарно-эпидемиологического законодательства для размещения отделений, предполагающих нахождение в них тяжелобольных пациентов и детей, а также использующих оборудование, перемещение которого на верхние этажи затруднительно, не освобождают учреждение от обязанности обеспечить выполнение требований пожарной безопасности и не являются обстоятельствами, свидетельствующими о неисполнимости оспариваемых предписаний.

Указанное также согласуется с требованиями пункта 39 Инструкции N 140, согласно которому принятие указанных выше норм и правил после введения спорного здания в эксплуатацию не освобождает организацию от соблюдения и обязанности принятия мер, направленных на приведение здания в соответствие с установленными требованиями, поскольку в результате соблюдения последних обеспечивается безопасность жизни и здоровья людей в случае возникновения пожара.

Учитывая, что дальнейшая эксплуатация объектов защиты приводит к недопустимому риску для безопасности жизни или здоровья тяжелобольных пациентов и несовершеннолетних детей, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о законности оспариваемых предписаний в данной части.

Оспариваемые предписания вынесены уполномоченным лицом, в пределах предоставленной компетенции.

В нарушение положений части 11, пункта 1 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административным истцом доказательств нарушения его прав, свобод и законных интересов оспариваемыми предписаниями, несмотря на установленную законодательством обязанность, не представлено, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Доводы жалобы не содержат оснований, влекущих отмену решения суда. Сама по себе иная оценка административным истцом представленных доказательств и норм действующего законодательства не может служить основанием к отмене правильного по существу решения суда.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом первой инстанции не допущено. В связи с этим, оснований для отмены или изменения правильного по существу решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьями 114 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, пунктами 9, 3 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с административного истца подлежит довзысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, которая им не была уплачена в полном объеме при подаче апелляционной жалобы, в размере 2000 рублей.

Руководствуясь статьями 308, 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

решение Новоуральского городского суда Свердловской области от 28 июня 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административного истца Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Центральная медико-санитарная часть N 31 Федерального медико-биологического агентства" - без удовлетворения.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Центральная медико-санитарная часть N 31 Федерального медико-биологического агентства" в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 2 000 рублей.