Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего судьи Черепановой А.М., судей Рябчикова А.Н. и Лузянина В.Н., при ведении протокола секретарем Ч., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску О. к Администрации Верх-Исетского района г. Екатеринбурга, Администрации г. Екатеринбурга о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

поступившее по апелляционной жалобе истца О. на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017.

Заслушав доклад судьи Лузянина В.Н.; объяснения истца, его представителя Л. (по устному ходатайству истца), представителей ответчиков Администрации г. Екатеринбурга - М. (доверенность от 28.12.2016 сроком действия по 31.12.2017), Администрации Верх-Исетского района г. Екатеринбурга - Р.Т. (доверенность от 23.05.2017 сроком действия по 20.06.2018), судебная коллегия

истец О. обратился в суд с указанным иском в обоснование которого указывал, что является собственником комнаты, расположенной в трехкомнатной квартире <...>, является инвалидом второй группы.

29.01.2016 в нижерасположенной <...> произошел пожар. Многоквартирный <...> в <...> имеет деревянные перекрытия, для тушения очага возгорания, жилому помещению истца был причинен ущерб, а именно, выбита входная дверь, вскрыт пол в коридоре и в комнате истца, выбиты окна, вся квартира покрыта копотью.

Согласно независимой оценки стоимость восстановительных работ в принадлежащем истцу жилом помещении составляет 154 682 руб. 48 коп. Факт возгорания в квартире, находящей в муниципальной собственности, установлен заключением эксперта N 51 ФЕБУ СЭУ ФПС.

В ходе судебного разбирательства уточнил требования, просил взыскать с ответчика 117602 руб., в том числе работы: демонтаж покрытия пола в коридоре, площадью 7 кв. м, демонтаж оконных блоков в кухне и ванной, окраска на два раза покрытия пола в жилом помещении, площадью 16 кв. м, монтаж оконного и балконного блока в помещении, очистка стен и потолка от старого покрытия; грунтование поверхностей стен и потолка; шпатлевание поверхности стен и потолка; подготовка поверхностей стен под покраску; окраска стен и потолка на два раза; монтаж напольного плинтуса в жилом помещении; установка межкомнатной двери; монтаж тепло - звукоизоляции в коридоре; устройство покрытия пола коридоре; монтаж напольного плинтуса в коридоре; и расходы на материалы: краска для пола; грунтовка; плинтус напольный; шпатлевка; краска водоэмульсионная для стен и потолка; межкомнатная дверь; оконные ПВХ конструкции; а также транспортные расходы и вывоз мусора.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 исковые требования О. оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец, в свое апелляционной жалобе просит отменить вынести новое решение об удовлетворении исковых требований.

Полагает, судом неверно применены нормы материального права, в частности ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая возлагает на собственника бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Согласно ч. 1 ст. 38 Федерального закона от <...> N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в частности, собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

В силу п. 10 Правил пожарной безопасности, собственники имущества, лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, должны обеспечивать своевременное выполнение требований пожарной безопасности.

Таким образом, ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд должен был руководствоваться, в том числе ч. 1 ст. 14 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой к полномочиям органов местного самоуправления в области жилищных отношений относятся, в том числе, осуществление контроля за использованием и сохранностью муниципального жилого фонда, соответствием жилых помещений данного фонда установленным санитарным и техническим правилам и нормам.

Стороной ответчиков не предоставлено доказательств законного распоряжения квартирой N по <...>, в которой произошел пожар, равно как доказательств, предпринимаемых мер по исключению пожара.

При таких обстоятельствах выводы суда о предъявлении иска к ненадлежащему ответчику противоречат нормам материального права.

В заседании суда апелляционной инстанции истец, его представитель доводы апелляционной жалобы поддержали. Представители ответчиков возражали против удовлетворения апелляционной жалобы истца, указывая на отсутствие правовых оснований.

В заседание суда апелляционной инстанции третьи лица без самостоятельных требований Р.О., Ш.Е.Ф. не явились, о слушании дела извещены исх. от 05.10.2017 N 33-18741/2017), в том числе посредством размещения информации о времени и месте рассмотрения дела на сайте Свердловского областного суда.

Основания, поименованные в ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для назначения адвоката Ш.Е.Ф. отсутствуют.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что указанные лица, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из положений абз. 3 ст. 34, ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

В соответствии с разъяснениями п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из смысла данной нормы следует, что бремя содержания имущества может быть выражено не только в необходимости несения расходов, связанных с обладанием имуществом, но и в обязании субъекта собственности совершать в отношении такого имущества те или иные действия. Так, несение бремени содержания имущества может предусматривать необходимость совершения действий по обеспечению сохранности имущества; соблюдению прав и законных интересов других граждан, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства.

Судом установлено и подтверждено материалами дела:

комната, площадью 16,1 кв. м, расположенная в <...> в <...> в которой находился очаг возгорания находится в муниципальной собственности. Третье лицо Ш.Е.Ф. зарегистрирована и проживает в данной комнате с 07.09.1964;

согласно справке ОДН г. Екатеринбурга ГУ МЧС России по Свердловской области от 04.02.2016, 29.01.2016 зарегистрирован пожар в <...>, которым повреждена <...> в г. Екатеринбурге;

стоимость восстановительных работ в комнате истца и помещениях <...>, с учетом стоимости материалов, составила 154 682 руб. 48 коп. (заключение специалиста МНЭО ООО "Независимая экспертиза" от 20.12.2016 N 3/979и-16);

Администрацией г. Екатеринбурга в целях создания безопасных условий проживания проведены работы: по частичному ремонту перекрытий квартир N <...> <...>; ремонту балок перекрытий в квартирах N; ремонту мест общего пользования в <...>; ремонт комнаты, находящейся в муниципальной собственности, в <...>. Также в <...> заменены полы, перегородка 12.12.2016.

Разрешая спор, исходя из вышеприведенных норм материального права, исследовав и оценив представленные доказательства, а также заключение ФГБУ СЭУФПС СО "Испытательная пожарная лаборатория" от 04.02.2016 N 51 в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии виновных действий ответчиков находящихся в причинно-следственной связи с возгоранием имущества истца, а, следовательно, ответчики не являются причинителями вреда истцу.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда, поскольку он не противоречит фактическим обстоятельствам и подтверждается материалами дела.

Доводы апелляционной жалобы о том, администрация г. Екатеринбурга как собственник помещения в котором произошло возгорание, не предприняла должной заботливости и осмотрительности, что способствовало возникновению ущерба подлежат отклонению.

В соответствии с ч. 2 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.

Из определения договора социального найма жилого помещения, установленного ч. 1 ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации, следует, что собственник жилого помещения, от имени которого стороной в договоре выступает уполномоченное органом местного самоуправления лицо, является наймодателем жилого помещения.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 Жилищного кодекса Российской Федерации наймодатель жилого помещения обязан: принимать участие в надлежащем содержании и в ремонте общего имущества в многоквартирном доме, в котором находится сданное в наем жилое помещение, осуществлять капитальный ремонт жилого помещения.

Часть 3 ст. 67 Жилищного кодекса Российской Федерации, п. 10 Правил пользования жилыми помещениями, утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.01.2006 N 25, возлагают на нанимателя жилого помещения обязанность по обеспечению сохранности жилого помещения, не допускать действий приводящих к его порче.

Из абз. 2 п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что виной в гражданском праве следует признавать непринятие правонарушителем всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий своего поведения, необходимых при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру лежащих на нем обязанностей и конкретным условиям.

Из объяснений Ш.Е.Ф. от 29.01.2016 приведенных в заключении эксперта ФГБУ СЭУФПС СО "Испытательная пожарная лаборатория" от 04.02.2016 N 51 установлено, что 08 час. 00 мин. 29.01.2016 она проснулась и покурила в своей комнате, после чего положила окурок в пластиковую тару и поставила ее на стол, рядом с креслом, расположенной в центральной части северной стены комнаты N 3. Через некоторое время Ш.Е.Ф. увидела дым, а затем огонь в кресле, расположенном в центральной части северной стены комнаты N 3. В ходе осмотра места пожара, в месте расположения очага пожара и на прилегающих участках электротехнических приборов, устройств, питающих 9 розеток не выявлено.

Учитывая месторасположение очага пожара, отсутствие других источников зажигания, способных инициировать возникновение горения, эксперты пришли к выводу, что причиной пожара послужило тепловое воздействие малокалорийного источника зажигания (тлеющего табачного изделия) на сгораемые конструкции в районе установленного очага пожара - обивки и наполнителя кресла.

Принимая во внимание последнее, исполнение обязанностей собственника: по принятию участия в надлежащем содержании и ремонте общего имущества в многоквартирном доме, в котором находится сданное в наем жилое помещение; по осуществлению капитального ремонта комнаты не находится в прямой причинно-следственной связи с возгоранием <...> в <...>, равно как с причиненным истцу ущербом. Указанные обстоятельства исключают, возможность привлечения ответчиков к материальной ответственности, поскольку не образуют состав деликтного обязательства.

По этим же основаниям подлежат отклонению доводы жалобы о не осуществлении ответчиками контроля за сохранностью жилого фонда.

Согласно п. 8 ст. 2 Жилищного кодекса Российской Федерации органы государственной власти и органы местного самоуправления осуществляют в соответствии со своей компетенцией государственный жилищный надзор и муниципальный жилищный контроль.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 14 Жилищного кодекса Российской Федерации к полномочиям органов местного самоуправления в области жилищных отношений относится осуществление муниципального жилищного контроля.

Пунктом 6 ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" также установлено, что к вопросам местного значения поселения относится осуществление муниципального жилищного контроля, а также иных полномочий органов местного самоуправления в соответствии с жилищным законодательством.

Под муниципальным жилищным контролем в соответствии с ч. 1.1 ст. 20 Жилищного кодекса Российской Федерации понимается деятельность органов местного самоуправления, уполномоченных на организацию и проведение на территории муниципального образования проверок соблюдения юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями и гражданами обязательных требований жилищного законодательства в отношении жилищного фонда, находящегося в частной собственности.

Доказательств обращения жильцов <...> в г. Екатеринбурге к ответчикам по фактам неадекватного поведения Ш.Е.Ф., угрожающего сохранности дома материалы дела не содержат, ответчиками таковые обстоятельства отрицаются. В связи с чем, основания для принятия ответчиками, как органом местного самоуправления, мер реагирования (выдача предписания, возбуждение дела об административном правонарушении) отсутствовали.

Более того из смысла п. п. "б, в" ч. 4 ст. 23, ст. 25 Закона Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантий прав граждан при ее оказании" ответчики не наделены правом решения вопроса направления гражданина на недобровольное психиатрическое освидетельствование.

Факт постоянной регистрации Ш.Е.Ф. на дату пожара (29.01.2016) по адресу: <...> с 07.09.1964 подтвержден материалами дела (л. д. 57), обоснованность ее вселения в указанное жилое не является предметом спора. В связи с этим доводы апелляционной жалобы о не предоставлении ответчиками доказательств законного проживания Ш.Е.Ф. в <...> по вышеуказанному адресу, правового значения для разрешения заявленного спора не имеют.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы жалобы не содержат новых доводов и правовых оснований к отмене решения суда, которые не были исследованы судом первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оснований для которой не имеется, а поэтому подлежат отклонению.

Иных доводов и обстоятельств, способных повлиять на существо принятого по делу решения, апелляционная жалоба содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 13.07.2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.