Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Колесниковой О.Г.,

судей Ивановой Т.С., Редозубовой Т.Л.,

при секретаре Б.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску Б.И. к федеральному государственному казенному учреждению "1 отряд Федеральной противопожарной службы по Свердловской области" о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности незаконным, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Березовского городского суда Свердловской области от 13.03.2018.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения истца, поддержавшего апелляционную жалобу, объяснения представителя ответчика С. (доверенность от 01.04.2016 сроком на три года), возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы истца, судебная коллегия

Б.И. обратился в суд с иском к ФГКУ "1 отряд Федеральной противопожарной службы по Свердловской области" (далее по тексту Учреждение) об оспаривании законности привлечения к дисциплинарной ответственности.

В обоснование исковых требований указал, что с 01.04.2016 проходит службу в органах федеральной противопожарной службы в должности командира отделения 62 пожарно-спасательной части Учреждения, приказом N 388 от 07.11.2017 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания в связи с нарушением служебной дисциплины, выразившемся в отсутствии на службе 03.10.2017 без документов, подтверждающих временную нетрудоспособность, а также невыполнении обязанности по своевременному уведомлению непосредственного руководителя о невозможности выполнения служебных обязанностей по причине болезни. Наложение дисциплинарного взыскания полагал незаконным, совершение вмененного ему в вину дисциплинарного проступка отрицал, ссылаясь на следующие обстоятельства. 03.10.2017 он должен был заступить на суточное дежурство, однако выйти на службу не смог по причине получения им 02.10.2017 травмы ноги, по поводу которой он в тот же день обратился в Березовскую ЦГБ, где ему поставили диагноз <...> и назначили лечение. В оформлении листа нетрудоспособности ему отказали со ссылкой на то, что он является сотрудником федеральной противопожарной службы и должен проходить лечение в ведомственном медицинском учреждении. Истец надеялся, что лечение поможет, и он сможет выйти на службу 03.10.2017, но боль в ноге не прошла. О причинах невозможности явиться на службу он поставил в известность коллегу Я., позвонившего ему 03.10.2017 в 11:30 по просьбе руководства Учреждения. Таким образом, с учетом времени начала служебной смены (09:00), истец полагает, что уведомил представителя нанимателя о своей нетрудоспособности в возможно короткий срок, как того требует п. 5 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту - Закон от 23.05.2016 N 141-ФЗ). С учетом изложенного, не оспаривая факт своего отсутствия по месту службы в спорный период, истец настаивал на том, что отсутствовал по месту службы по уважительной причине и с ведома руководства Учреждения. Указал, что незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности ему причинен моральный вред.

На основании изложенного, Б.И. просил признать незаконным приказ N 388 от 07.11.2017 "О привлечении к дисциплинарной ответственности", взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 14000 руб.

Представитель Учреждения С. иск не признала, указала, что факт нарушения истцом служебной дисциплины установлен и подтвержден материалами служебной проверки. Истец 03.10.2017 не заступил на дежурные сутки и не сообщил своему непосредственному руководителю о причинах неявки на службу, доводы истца об обратном являются несостоятельными. С учетом всех обстоятельств совершения Б.И. дисциплинарного проступка, личности сотрудника и его предшествующего отношения к службе к нему применено наиболее мягкое из возможных дисциплинарных взысканий, порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности не нарушен.

Решением Березовского городского суда Свердловской области от 13.03.2018 в удовлетворении исковых требований Б.И. отказано.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, просит решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении его требований. Настаивает на недоказанности ответчиком наличия оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности за нарушение служебной дисциплины. Указывает, что суд необоснованно не принял во внимание уважительность причин его невыхода на службу 03.10.2017, в связи с чем квалификация в оспариваемом приказе отсутствия его по месту службы как прогула затрагивает его честь и умаляет его чувство собственного достоинства. Полагает, что норма п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ сходна по своей правовой природе с ч. 4 ст. 214 Трудового кодекса РФ и не предполагает обязательного уведомления руководства о происшествиях, имевших место в нерабочие дни. В должностном регламенте не указано, в каких именно случаях сотрудник обязан сообщать своему непосредственному руководителю о наступлении временной нетрудоспособности. С учетом изложенного, а также своевременного, как полагает истец, уведомления им руководства о причинах невыхода на службу 03.10.2017, оснований для отказа в удовлетворении заявленного им иска у суда первой инстанции не имелось.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель Учреждения С. просит оставить решение суда без изменения, полагая несостоятельными доводы истца.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Согласно ч. 1 ст. 2 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ регулирование правоотношений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, осуществляется в соответствии с: Конституцией РФ; настоящим Федеральным законом; Федеральным законом от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности"; Федеральным законом от 30.12.2012 N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"; другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в федеральной противопожарной службе; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности.

В случаях, не урегулированных указанными нормативными правовыми актами, к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации (ч. 2 ст. 2 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ).

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ служебная дисциплина - соблюдение сотрудником федеральной противопожарной службы установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника федеральной противопожарной службы, контрактом, а также приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником федеральной противопожарной службы законодательства Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) или непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ сотрудник федеральной противопожарной службы обязан соблюдать внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности, подразделения, в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной нетрудоспособности и иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения сотрудником служебных обязанностей.

В силу положений ч. 1 ст. 49 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ на сотрудника федеральной противопожарной службы в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, могут налагаться дисциплинарные взыскания, в том числе, в виде замечания.

Исходя из приведенных нормативных положений, федеральная противопожарная служба является особым видом государственной службы и направлена на реализацию публичных интересов в области пожарной безопасности, гражданской обороны и задач по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, в том числе предполагающего для этой категории граждан особые требования к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные выполняемыми задачами и специфическим характером деятельности указанных лиц. При установлении факта совершения сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка на него может быть наложено дисциплинарное взыскание. Определение соразмерности применяемого дисциплинарного взыскания и тяжести совершенного сотрудником органов внутренних дел проступка относится к полномочиям руководителя, правомочного принимать решение о наложении дисциплинарного взыскания.

Из материалов дела (служебный контракт от 01.04.2016, приказ о назначении на должность - л. д. 7, 71, 72) следует, что Б.И. с 01.04.2016 проходит службу в органах федеральной противопожарной службы, замещает должность командира отделения 62 пожарно-спасательной части Учреждения.

Приказом от 07.11.2017 N 388 Б.И. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания в связи с нарушением служебной дисциплины, выразившемся в отсутствии по месту службы 03.10.2017 без документов, подтверждающих временную нетрудоспособность, а также невыполнении обязанности по своевременному уведомлению непосредственного руководителя об обстоятельствах, исключающих возможность выполнения служебных обязанностей (л. д. 49, 50).

Основанием для издания приказа послужило заключение от 03.11.2017, составленное по результатам служебной проверки, проведенной комиссионно сотрудниками Учреждения по факту отсутствия Б.И. по месту службы 03.10.2017 и неуведомления им непосредственного руководителя и руководства подразделения об обстоятельствах, исключающих возможность выполнения служебных обязанностей (л. д. 45 - 48).

Из заключения служебной проверки следует, что 03.10.2017 в 09:00 Б.И. должен был приступить к несению боевого дежурства в составе 4 караула, однако на службу не вышел, до начала служебной смены о причинах неявки на службу не сообщил, что подтверждается рапортами начальника 62 пожарно-спасательной части Учреждения В., начальника караула части С. и помощника начальника караула части Ч., а также актами об отсутствии работника на рабочем месте от 03.10.2017 и от 04.10.2017. Из рапорта радиотелефониста части Т. следует, что 03.10.2017 она по поручению начальника части неоднократно звонила Б.И., смогла дозвониться до него около 14 часов, сказала ему о необходимости связаться с руководством 62 ПСЧ и сообщить причины своего отсутствия на службе. После звонка Т. Б.И. перезвонил В. на сотовый телефон и пояснил, что не может выйти на службу по причине травмы, при этом лист освобождения от служебных обязанностей не оформлял и никого не предупреждал о причинах своего отсутствия на дежурных сутках. В период с 06.10.2017 по 11.10.2017 Б.И. был временно нетрудоспособен (что подтверждено соответствующими документами), 15.10.2017 приступил к исполнению служебных обязанностей, но документов, подтверждающих временную нетрудоспособность в период суточного дежурства с 03.10.2017 по 04.10.2017, не представил.

В рапорте от 12.10.2017 и объяснении от 15.10.2017 Б.И., не отрицая факта отсутствия по месту службы в спорный период времени, указал, что 02.10.2017 во время пробежки подвернул правую ногу, в этот же день обратился за медицинской помощью в Березовскую ЦГБ. Врач-травматолог диагностировал у него <...> и назначил лечение. 03.10.2017 он на службу не вышел, так как болела нога. О невозможности явиться на службу он предупредил руководство пожарно-спасательной части 03.10.2017 около 12 часов, до этого сообщить о временной нетрудоспособности не представилось возможным. 06.10.2017, когда боль в ноге утихла, он вновь обратился к травматологу Березовской ЦГБ для дальнейшего лечения, но в медицинском обслуживании ему было отказано. В этот же день он обратился в ФКУЗ "Медико-санитарная часть МВД России по Свердловской области", где ему был выдан листок освобождения от служебных обязанностей на период с 06.10.2017 по 11.10.2017 (л. д. 36, 39, 40).

По результатам служебной проверки комиссия пришла к выводу о том, что в нарушение служебного распорядка Б.И. отсутствовал на службе в период суточного дежурства с 03.10.2017 по 04.10.2017 без документов, подтверждающих временную нетрудоспособность, а также нарушил положения п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ, не выполнив обязанность по своевременному сообщению непосредственному руководителю об обстоятельствах, исключающих возможность выполнения служебных обязанностей.

Выводы служебной проверки судебная коллегия полагает обоснованными, надлежащих доказательств, опровергающих данные выводы, истцом не представлено.

То обстоятельство, что Б.И. должен был приступить к несению боевого дежурства в составе 4 караула 03.10.2017 в 09:00, подтверждается выписками из приказа по личному составу N 232-не от 28.08.2017 и N 258-не от 29.09.2017 (л. д. 134, 135), нарядом на службу 4-го караула от 03.10.2017 (л. д. 68), истцом в ходе рассмотрения дела не отрицалось.

Как следует из материалов дела, в том числе, наряда на службу 4-го караула от 03.10.2017 (л. д. 68), табеля учета использования рабочего времени (л. д. 69), рапортов начальника 62 пожарно-спасательной части Учреждения В., начальника караула части С. и помощника начальника караула части Ч., актов об отсутствии работника на рабочем месте от 03.10.2017 и от 04.10.2017, справки ГБУЗ СО Березовская ЦГБ от 06.10.2017, ответов медицинских учреждений на судебные запросы (л. д. 30, 31, 33, 34, 37, 126, 127), утром 03.10.2017 Б.И. на дежурство не заступил, в период с 03 по 05 октября 2017 г. листок освобождения от служебных обязанностей не оформлял, а о невозможности явки на службу сообщил своему руководителю В. лишь после 14 часов 03.10.2017 и только после того, как до него дозвонилась радиотелефонист части Т., что не может расцениваться как надлежащее исполнение обязанности, возложенной на него п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ. До 14 часов 03.10.2017 никаких мер к уведомлению руководства о причинах невыхода на службу истец не предпринимал, надлежащие доказательства обратного (равно как и доказательства наличия обстоятельств, которые бы объективно препятствовали это сделать) им не представлены, а потому его доводы в жалобе о том, что он своевременно сообщил представителю нанимателя о невозможности выхода на службу по причине травмы, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела нашли свое подтверждение факт отсутствия Б.И. по месту службы в период суточного дежурства с 03.10.2017 по 04.10.2017 без документов, подтверждающих временную нетрудоспособность (в силу ч. 1 ст. 66 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ таким документом является только листок освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности), а также факт несвоевременного сообщения непосредственному руководителю об обстоятельствах, препятствующих выполнению служебных обязанностей, что является нарушением установленной п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ обязанности соблюдать внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности, подразделения, а также в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю об обстоятельствах, препятствующих выполнению служебных обязанностей, в связи с чем данные проступки правомерно квалифицированы ответчиком в качестве нарушений служебной дисциплины и предоставляли ответчику право на применение к истцу дисциплинарного взыскания.

Нарушений требований закона, регулирующих порядок проведения служебной проверки и привлечения истца к дисциплинарной ответственности, судом в ходе рассмотрения дела не установлено, на наличие таких нарушений истец в жалобе не ссылается.

Так, на основании рапорта начальника 62 пожарно-спасательной части Учреждения В. от 03.10.2017 начальником Учреждения 04.10.2017 назначено проведение служебной проверки по факту отсутствия Б.И. на службе в период суточного дежурства с 03.10.2017 по 04.10.2017. 15.10.2017 от истца получены письменные объяснения, данные им на имя начальника Учреждения И., приобщенные к материалам служебной проверки. Служебная проверка проведена с соблюдением срока, установленного ч. 4 ст. 53 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ (с учетом периода временной нетрудоспособности истца с 06.10.2017 по 11.10.2017), приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения издан уполномоченным лицом (начальником Учреждения И.) с соблюдением установленного ч. 6 ст. 51 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ срока наложения дисциплинарного взыскания. С приказом о наложении дисциплинарного взыскания истец ознакомлен 09.11.2017 (л. д. 50).

Поскольку в ходе рассмотрения дела вмененные истцу в вину факты дисциплинарных проступков нашли свое подтверждение, порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности нарушен не был, примененное к истцу дисциплинарное взыскание соответствует тяжести совершенных им проступков (применено наименее суровое взыскание из всех возможных), суд пришел к правильному выводу о правомерности издания Учреждением приказа N 388 от 07.11.2017 "О привлечении к дисциплинарной ответственности", в связи с чем вынес законное и обоснованное решение об отказе в удовлетворении требования Б.И. о признании данного приказа незаконным и производного требования о взыскании компенсации морального вреда.

Ссылка истца в апелляционной жалобе на положения ч. 4 ст. 214 Трудового кодекса РФ, которая, по его мнению, схожа по правовой природе с нормой п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ и не устанавливает обязанности работника как можно скорее сообщать о происшествиях в нерабочие выходные дни, не может быть признана обоснованной, поскольку спорные правоотношения регулируются специальным законодательством, при том, что в силу ч. 2 ст. 2 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ нормы трудового законодательства Российской Федерации применяются только в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами о прохождении службы в федеральной противопожарной службе. При оценке судом законности наложения на истца дисциплинарного взыскания в виде замечания суд правильно руководствовался нормами названного Закона, а утверждение апеллянта о необходимости применения в споре ч. 4 ст. 214 Трудового кодекса РФ является ошибочным.

Доводы истца в жалобе о том, что в его должностном регламенте не указаны конкретные случаи, при наступлении которых он обязан сообщать руководителю о наступлении временной нетрудоспособности, не могут повлечь отмены обжалуемого решения, поскольку оспариваемым приказом истцу не вменялось нарушение каких-либо положений его должностного регламента, с которым истец, к тому же, был ознакомлен только <...>, т.е. уже после совершения вмененных ему в вину дисциплинарных проступков (в этой связи судебная коллегия полагает необоснованной ссылку суда в решении на указанный локальный нормативный акт). Истцу вменено в вину неисполнение обязанностей, возложенных на него п. 5 ч. 1 ст. 12 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ (в силу п. 5.2 контракта от 01.04.2016 истец взял на себя обязанность соблюдать требования, установленные законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в Государственной противопожарной службе МЧС России). Факт неисполнения указанных обязанностей достоверно установлен и истцом не опровергнут.

Доводы истца в жалобе о том, что суд не учел уважительность причины его отсутствия на службе в спорный период, что исключает возможность применения к сложившейся ситуации понятия "прогул", использование данного термина в оспариваемом приказе умаляет его чувство собственного достоинства и честь, так как коллеги считают его прогульщиком, также не свидетельствуют о наличии оснований к отмене обжалуемого судебного акта.

Приказом N 388 от 07.11.2017 совершение прогула (отсутствие на службе без уважительных причин) истцу в вину не вменялось, а вмененное истцу в вину отсутствие на службе без документов, подтверждающих временную нетрудоспособность (таким документом в силу ч. 1 ст. 66 Закона от 23.05.2016 N 141-ФЗ является только листок освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности), не равнозначно понятию "прогул". Пункты 2 и 3 приказа, согласно которым время суточного дежурства 03.10.2017 необходимо считать прогулом, а главному бухгалтеру произвести удержание из денежного довольствия истца за время прогула, адресованы для исполнения бухгалтерии и прав истца никак не нарушают, поскольку термин "прогул" в данном случае использован исключительно с целью определения периода отсутствия истца на службе без документов, дающих право на освобождение от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью, как периода, не подлежащего оплате, что закону не противоречит, так как служебных обязанностей в спорный период истец не исполнял, а листок освобождения от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью, который в силу ч. 24 ст. 2 Федерального закона от 30.12.2012 N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" дает право на получение денежного довольствия в полном объеме за весь период временной нетрудоспособности, истцом в отношении спорного периода не представлен.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

решение Березовского городского суда Свердловской области от 13.03.2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.