Второй кассационный суд общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи - Костиной О.М.,

при секретаре судебного заседания С.,

с участием прокурора Гулиева А.Г.,

осужденного М.В.,

адвоката Семина А.Г., представившего удостоверение N и ордер N Коллегии адвокатов <адрес>, осуществляющего защиту осужденного М.В. по соглашению,

рассмотрел в открытом судебном заседании в порядке сплошной кассации уголовное дело по кассационной жалобе осужденного М.В. на приговор Мучкапского районного суда Тамбовской области от 25 декабря 2023 года и апелляционное постановление Тамбовского областного суда от 29 февраля 2024 года.

Заслушав доклад судьи Костиной О.М., изложившей обстоятельства дела и содержание состоявшихся в отношении М.В. судебных решений, доводы кассационной жалобы осужденного М.В., выступление осужденного М.В. и адвоката Семина А.Г., поддержавших доводы кассационной жалобы и просивших об отмене состоявшихся судебных решений с возвращением уголовного дела прокурору, позицию прокурора Гулиева А.Г., полагавшего обжалуемые судебные решения подлежащими оставлению без изменения,

Приговором Мучкапского районного суда Тамбовской области от 25 декабря 2023 года

М.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ к наказанию в виде 2 лет лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 1 год, с возложением следующих обязанностей: один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении М.В. до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Постановлено взыскать с М.В. в пользу ФИО5 в счет возмещения причиненного материального ущерба 295 549 рублей.

Судом разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Апелляционным постановлением Тамбовского областного суда от 29 февраля 2024 года указанный приговор суда в отношении М.В. изменен:

- исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание суда, как на доказательства вины осужденного, протокол очной ставки между свидетелем ФИО6 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 135-138), протокол очной ставки между свидетелем ФИО9 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 139-142), протокол проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 154-157), рапорт оперативного дежурного ОП (<данные изъяты> ФИО7 (т. 1 л.д. 3);

- исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание суда о наличии квалифицирующего признака преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, "из хулиганских побуждений".

В остальной части приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Приговором суда М.В. признан виновным в совершении ДД.ММ.ГГГГ покушения на умышленное уничтожение имущества ФИО5, а именно <адрес> и находящегося в нем имущества, путем поджога, что повлекло причинение значительного ущерба, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено М.В. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный М.В. свою вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, поскольку на момент возгорания дома потерпевшей находился дома.

В кассационной жалобе осужденный М.В. не соглашается с постановленными в отношении него судебными решениями ввиду допущенных судом существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости приговора. В обоснование доводов жалобы указывает, что в нарушение ч. 5 ст. 172 УПК РФ при предъявлении обвинения следователь не разъяснил ему права обвиняемого, предусмотренные ч. 4 ст. 47 УПК РФ в действующей редакции. Кроме того, в нарушение ч. 1 ст. 217 УПК РФ материалы уголовного дела не пронумерованы должным образом, содержат пробелы в нумерации, из чего следует, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ данные материалы на ознакомление ему не предъявлялись, а именно протокол допроса свидетеля ФИО6 (т. 1 л.д. 111-112). Отмечает, что подписи свидетеля в протоколе данного допроса разнятся в способе выполнения. Находит недопустимой ссылку на непронумерованные листы дела.

Автор кассационной жалобы также полагает, что в нарушение ч. 1, п. 1, ч. 3 ст. 166, ч. 1 ст. 206 УПК РФ заключение эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшей не предъявлялось, так как в указанную в протоколе ознакомления с заключением эксперта дату ФИО5 находилась за пределами р.<адрес>, о чем последняя сообщила в судебном заседании. Кроме того, в указанную в протоколе дату и время проводились следственные действия с ним (М.В.).

Указывает, что в нарушение ст. 73 УПК РФ в материалах уголовного дела отсутствуют документы, подтверждающие сумму причиненного потерпевшей ущерба. Отсутствует договор купли-продажи дома, подтверждающий факт его приобретения и уплаченную за него сумму. Кроме того, потерпевшая ФИО5 в судебном заседании отказалась отвечать на вопросы стороны защиты о стоимости дома, равно как и отказалась представить договор купли-продажи.

Автор кассационной жалобы излагает собственный анализ приведенных в приговоре доказательств и иных материалов дела, приходя к выводу о том, что собранные в ходе предварительного следствия и представленные стороной защиты доказательства являются допустимыми, последовательными, логичными и свидетельствуют о невиновности М.В. в совершении инкриминируемого ему преступления.

Просит приговор и апелляционное постановление отменить, уголовное дело возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изучив доводы кассационной жалобы осужденного М.В., проверив материалы уголовного дела N 1-28/2023, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационной жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений закона по делу не допущено.

Исходя из содержания приведенных положений уголовно-процессуального закона, в компетенцию суда кассационной инстанции, рассматривающего жалобу в порядке главы 47.1 УПК РФ, не входит проверка приговора, вступившего в законную силу, по фактическим основаниям.

Анализ содержания обжалуемого приговора от 25 декабря 2023 года свидетельствует о том, что судом разрешены все вопросы, подлежащие в силу ст. 299 УПК РФ разрешению при постановлении обвинительного приговора в отношении осужденного М.В.

Во исполнение ст. 307 УПК РФ в обжалуемом приговоре содержится описание преступного деяния, признанного доказанным, детально изложены обстоятельства уголовного дела, установленные самим судом первой инстанции, также приведены другие доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного.

Тщательно и всесторонне исследовав материалы дела, дав им в совокупности надлежащую оценку, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно постановил обвинительный приговор.

Вывод суда первой инстанции о виновности М.В. в совершении инкриминируемого преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, и основан на исследованных судом доказательствах, приведенных в приговоре, получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. При этом в соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привел мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Так, виновность М.В. в совершении инкриминируемого преступления, соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела подтверждается:

показаниями потерпевшей ФИО5 о том, что со слов сестры ФИО8 ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ последняя вместе с ФИО6, ФИО9 и М.В. распивали спиртные напитки в принадлежащем ей (ФИО22) доме, в процессе которого между ними и М. произошел словесный конфликт, ФИО23 отправила М. домой принести арбуз, так как выпивать и общаться с ним уже никто не хотел, после чего М. несколько раз приходил в дом, но они пускать его не хотели, когда ФИО24 и ФИО25 пошли спать, их разбудила ФИО26, которая сообщила, что в коридоре дома кто-то ходит, она с ФИО27 решили посмотреть, что там происходит, выглянув в коридор, увидели, как М., находясь в коридоре дома, поджег спичку и от огня спички в помещении коридора вспыхнул огонь, после чего М. ушел, ФИО28 из дома выбралась через разбитое окно, а ФИО29 и ФИО30 выбраться из горящего дома помог сосед ФИО31; дом и находящееся в нем имущество сгорело полностью;

показаниями свидетеля ФИО6 о том, что в ходе распития спиртных напитков ДД.ММ.ГГГГ с ФИО8, ФИО9 и М., последний, в процессе разговора по телефону с ее (ФИО32 сыном, сообщил, что убьет ее, если дети за ней не приедут, показал ножик в чехле, сказал, что будет воспитывать; испугавшись действий М., ФИО33 попросила его принести арбуз, после чего Москов вышел и они закрыли за ним дверь; М. несколько раз возвращался в дом и стучал, на что она и ФИО8 говорили ему идти домой; в очередной раз Москов вновь вернулся, но они ему опять не открыли, сказав, что легли спать, затем она услышала, как М. сказал "держитесь, сейчас вам гореть здесь", когда в очередной раз Москов вернулся к дому, вход в который располагался со стороны веранды, вместе с ФИО8, приоткрыв дверь, они увидели, что М. что-то кинул, потом произошел взрыв и появился огонь, а Москов выбежал; затем она вылезла из дома через разбитое ею окно и побежала звать на помощь, затем сосед Носов помог из горящего дома выбраться ФИО34 и ФИО8;

аналогичными показаниями свидетеля ФИО9 об обстоятельствах распития спиртных напитков в доме ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ совместно с ФИО35 и М., поскольку произошел конфликт с М., они не хотели с ним больше выпивать, его в дом не пускали, затем он с ФИО8 лег спать, проснулся, когда его будила ФИО8 Вся комната в доме была заполнена дымом, горели стены комнаты и потолок, ему помог выбраться из дома через окно ФИО36; впоследствии со слов ФИО37 и ФИО8 ему стало известно, что М. неоднократно приходил и стучался в дверь, говорил, что хочет продолжать выпивать, что принес спиртное, ругался, почему его не хотят пускать, и, придя в последний раз, примерно в 23 часа, вновь получив отказ, сказал, что сожжет дом, а после угрозы поджег стену на веранде дома;

показаниями свидетеля ФИО10, которой об обстоятельствах произошедшего поджога дома стало известно со слов матери- ФИО8, пожар произошел со стороны террасы дома, поджогом угрожал ФИО38; ее мать и Л. видели, как М., находясь в первом помещении веранды, поджег и бросил спичку, от огня спички в помещении веранды вспыхнул огонь, после чего М. ушел; выходить из дома через веранду уже было опасно, поэтому ФИО39 вылезла из дома через окно и побежала звать на помощь, прибежавший сосед ФИО40 помог ее матери и Попову выбраться из дома; перед смертью ее мама, вспоминая события произошедшего пожара, неоднократно ей говорила, что поджог дома совершил именно М.В.;

показаниями свидетеля ФИО11 об обстоятельствах поджога, ставшего ему известными со слов матери- ФИО11, а именно, что когда она была в гостях у ФИО41, у них с М. произошел конфликт, последний хотел заняться его (ФИО11) воспитанием и приносил с собой нож, мама с ФИО8 попросили М. уйти, но после ухода М. несколько раз возвращался; поскольку его в дом больше не впускали, он сначала угрожал, что сожжет дом, а затем его поджег, облив стену дома бензином, при этом дом сгорел почти полностью;

показаниями свидетеля ФИО12 о том, что ДД.ММ.ГГГГ Л. попросила его спасти мужа ФИО42 из горящего дома, принадлежащего ФИО5, дом горел со стороны террасы, поэтому он помог ФИО43 и ФИО8 выбраться из горящего дома через выбитое окно; впоследствии со слов ФИО8 и ФИО6 ему стало известно, что те распивали в доме спиртное с М., с которым потом произошел конфликт, ФИО21 сказал, что сожжет дом, а потом, находясь в помещении дома, поджег стену;

показаниями свидетеля ФИО13 о том, что от ФИО6 и ФИО8 ей стало известно о произошедшем в ходе распития спиртного конфликта с М., который сперва высказывал угрозу, а затем поджег дом;

показаниями свидетеля ФИО14, выезжавшего в составе подразделения пожарной охраны на место происшествия, пожар произошел со стороны крыльца дома, где была зона наибольших термических повреждений, в этом месте полностью сгорела крыша, со слов ФИО6 и ФИО44 ему стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ последние распивали спиртное в доме совместно с ФИО45 и М.В., в ходе распития спиртного между ними произошел конфликт, после которого М. попросили уйти, после ухода М. несколько раз возвращался, желая продолжить распивать спиртное, но получив отказ, высказал угрозу о поджоге дома, после чего совершил поджог;

показаниями свидетеля ФИО15, сообщившей суду аналогичные обстоятельства поджога дома, ставшие ей известными со слов ФИО8 и ФИО6

Оснований не доверять показаниям вышеуказанных потерпевшей и свидетелей у суда не имелось, поскольку они являются последовательными, не противоречивыми, согласуются как между собой и с материалами уголовного дела, а именно с протоколами осмотра места происшествия, протоколами осмотра предметов, заключениями судебных строительно-технической и пожарно-технической экспертиз, согласно выводам которых очаг пожара (возгорания) располагался посередине внутреннего пространства первой половины помещения N (пристройки дома), ближе к стене, причиной возникновения пожара являлось воспламенение привнесенного в очаг пожара интенсификатора горения (наиболее вероятно бензина) от термического источника зажигания в виде открытого огня (например, спички, зажигалки и т.д.), при этом возникновение пожара в жилой комнате (кухне) от не затушенной сигареты, а также от не выключенной электроплитки не усматривается, возникновение пожара в помещении коридора от тлеющего табачного изделия или искр от него также не усматривается; заключениями судебных товароведческих экспертиз о рыночной стоимости одноэтажного деревянного дома, составляющего 355 265 рублей 38 копеек, рыночной стоимости восстановительного ремонта после пожара указанного домовладения по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, составляющего сумму 295 549 рублей, а также с иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Доказательства, на которые суд сослался в приговоре в обоснование своего вывода о виновности М.В. в совершении преступления, проверены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и признаны допустимыми, сомнений в достоверности не вызывают.

Оценка доказательств судом дана в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, то есть по внутреннему убеждению, каждое доказательство оценено с точки зрения допустимости и достоверности, а все имеющиеся доказательства оценены в совокупности, поэтому выводы суда являются обоснованными. В приговоре приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Ссылки защитника в суде кассационной инстанции на объяснения ФИО6 и ФИО8, которые они давали в день происшествия сотруднику пожарного надзора, где они не указывали на причастность М. к совершению поджога дома, являются несостоятельными, поскольку объяснения не является допустимыми доказательствами, не исследовались в ходе судебного разбирательства. Свидетели и потерпевшая были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показания потерпевшей и свидетелей, на которые суд сослался в обоснование выводов о виновности осужденного М.В. в преступлении, правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора. О правильности оценки этих показаний свидетельствует и то, что они согласуются как между собой, так и с другими приведенными в приговоре доказательствами. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии оснований для оговора М. со стороны допрошенных по делу лиц, чьи показания положены в основу приговора, в материалах дела не содержится и судом не установлено.

Доводы осужденного М.В. о своей непричастности к совершению преступления, проверялись судами обеих инстанций и обоснованно отклонены как не имеющие объективного подтверждения, что нашло отражение в судебных решениях.

В ходе предварительного и судебного следствия существенных нарушений требований УПК РФ допущено не было. Предусмотренные законом процессуальные права участников процесса на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.

Существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного в содеянном, суд кассационной инстанции не усматривает. Оснований для оговора осужденного свидетелями и потерпевшей судом не установлено.

Судом достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, около 23 часов 00 минут, М.В., имея преступный умысел, направленный на полное уничтожение <адрес> и имущества, хранящегося в указанном доме, принадлежащего ФИО5, с причинением значительного ущерба, в связи со сложившимися неприязненными отношениями с находившимися в доме ФИО6, ФИО8 и проживавшем там ФИО9, прибыл к указанному дому с емкостью, содержащей бензин, и спичками. Войдя в помещение коридора дома через незапертую входную дверь, беспрепятственно прошел к двери, ведущей в кухню дома, и стал стучать, прося его впустить. Получив отказ, М.В. высказал свое намерение совершить поджог дома. Затем, реализуя свой преступный умысел, облил имеющимся при нем бензином деревянные конструкции помещения коридора дома ближе к стене дома и имеющимися при нем спичками поджег бензин. Увидев пламя, посчитав, что этого достаточно для распространения пламени на все домовладение и имущество в доме, М.В., не предпринимая никаких мер по ликвидации очага пожара, убыл домой. От действий М.В. пламя распространилось на деревянные конструкции помещений дома и имущество, находящееся в нем. При этом, преступление не было доведено до конца по независящим от М.В. обстоятельствам, так как пожар был ликвидирован прибывшими на место сотрудниками пожарно-спасательной части, вызванными очевидцами произошедшего.

Указанные обстоятельства, установленные на основании исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, в том числе показаний свидетелей обвинения, свидетельствуют о том, что М.В. совершил покушение на умышленное уничтожение имущества ФИО5, а именно <адрес> и находящегося в нем имущества, путем поджога, что повлекло причинение значительного ущерба, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Таким образом, установленные судом обстоятельства с достоверностью указывают на умышленный и противоправный характер действий осужденного.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка доводам стороны защиты о невиновности М.В. в совершении инкриминируемого ему преступления, с приведением в приговоре убедительных мотивов, по которым суд признал указанные доводы несостоятельными, не согласиться с которыми оснований у суда кассационной инстанции не имеется.

Вопреки доводам кассационной жалобы, противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного М.В., квалификацию его действий и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется.

Суд обоснованно отверг показания М.В. о непричастности к совершении преступления и наличии у свидетеля ФИО6 мотива на поджог дома, а также показания свидетеля ФИО16 об оказании давления со стороны ФИО6 на свидетеля ФИО9, указав к тому мотивы, оснований не согласиться с данным решением суда не имеется. Версия осужденного о том, что дом могла поджечь и ФИО8, которая плохо обращалась с сигаретами и кидала окурки в разные стороны, а также, что поджог дома мог произойти от замыкания холодильника, была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций и мотивированно отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих позицию осужденного и его защитника, исходя, в том числе и выводов судебных экспертиз.

Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, основаны на надлежащем их анализе, убедительно аргументированы и не вызывают сомнений в своей правильности.

Заключения экспертов получили оценку суда и признаны как допустимые доказательства, поскольку экспертизы были назначены и проведены с соблюдением требований главы 27 УПК РФ, компетентными экспертами, заключения соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Данные заключения оценивались судом в совокупности с другими доказательствами, что дало суду основание прийти к выводу о совершении осужденным инкриминированного ему деяния.

Суд обоснованно, с приведением в приговоре мотивов принятого решения, не принял в качестве доказательства заключение специалиста о результатах психофизиологического исследования М.В. с использованием полиграфа, поскольку они носят вероятностный характер, сводятся к оценке доказательств, что относится к компетенции суда.

Вопреки доводам кассационной жалобы, на основании исследованных доказательств судом первой инстанции (с учетом изменений, внесенных в приговор судом апелляционной инстанции) правильно установлены юридически значимые фактические обстоятельства, в том числе принадлежность поврежденного имущества потерпевшей, характер и размер причиненного ущерба, значительность ущерба для потерпевшей, повреждение имущества путем поджога.

Вывод суда о том, что ущерб, причиненный потерпевшей ФИО5 действиями осужденного М.В. является значительным, обоснован, в достаточной степени мотивирован, подтверждается собранными по делу доказательствами.

С учетом установленных судом фактических обстоятельств действия М.В. правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, что не противоречит положениям п. 6 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", регламентирующему, что если в результате указанных действий предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба должно рассматриваться как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества (ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 167 УК РФ). По данному уголовному делу пожар предотвращен, поскольку был замечен гражданами, вызвавшими пожарную службу.

Судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного и направленности его умысла. Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и, вопреки доводам жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

На основании полно и объективно исследованных в судебном заседании доказательств судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности М.В. в совершении преступления, за которое он осужден.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного М.В., которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его вины, по делу отсутствуют.

То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой безусловную отмену приговора, которые путем лишения и ограничения, гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным образом повлияли бы на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, судом не допущено.

Расследование уголовного дела в отношении М.В. проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Сведений об искусственном создании органом предварительного расследования доказательств по делу, о фальсификации доказательств в материалах дела не имеется.

Доводы кассационной жалобы о том, что при предъявлении обвинения М.В. не были разъяснены права обвиняемого, предусмотренные ч. 4 ст. 47 УПК РФ, суд кассационной инстанции находит несостоятельными, поскольку из постановления о привлечении в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 77-79) следует, что предусмотренные ч. 4 ст. 47 УПК РФ права при предъявлении обвинения М.В. были разъяснены следователем в присутствии защитника, вместе с тем, обвиняемый отказался от подписи, о чем свидетельствует соответствующая запись в постановлении, заверенная следователем ФИО18 и защитником обвиняемого - адвокатом ФИО17

Кроме того, допрошенная судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО18 пояснила, что обвинение М.В. предъявлялось в соответствии с требованиями ст. 172 УПК РФ, в присутствии адвоката, обвиняемому были разъяснены его права в действующей редакции закона.

Также суд кассационной инстанции находит несостоятельными доводы осужденного о том, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ он не был ознакомлен в полном объеме с протоколом допроса свидетеля ФИО6, на одном из листов которого отсутствует нумерация, поскольку, как следует из показаний свидетеля ФИО18 отсутствие номера листа дела на одной из страниц протокола допроса свидетеля ФИО6 является технической ошибкой, допущенной при нумерации листов уголовного дела, непронумерованный лист находился в материалах уголовного дела при ознакомлении с ним М.В. и его защитника в порядке ст. 217 УПК РФ. Кроме того, обвиняемым и его защитником была получена копия данного протокола допроса.

Вопреки доводам кассационной жалобы, никаких достоверных данных, свидетельствующих о фальсификации уголовного дела, в том числе протокола допроса свидетеля ФИО6, не имеется.

Доводы жалобы об отсутствии в приговоре указания на листы дела, содержащие протокол допроса свидетеля ФИО6, не могут быть приняты во внимание, поскольку в основу приговора положены показания данного свидетеля, данные ею в ходе судебного заседания.

Доводы кассационной жалобы о том, что потерпевшей ФИО5 не предъявлялось на ознакомление заключение эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ опровергаются показаниями свидетеля ФИО18, которая пояснила, что данное следственное действие проводилось ею ДД.ММ.ГГГГ, в протоколе предъявления потерпевшей на ознакомление заключения эксперта ею допущена опечатка, ошибочно указано 23 января. Данные обстоятельства также подтвердила потерпевшая ФИО5

Вопреки доводам кассационной жалобы об отсутствии в материалах дела документов, подтверждающих сумму причиненного ущерба, стоимость дома, поджог которого осуществил М.В., установлена судом в размере 355 265 рублей 38 копеек на основании заключения эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ. Стоимость восстановительного ремонта дома в размере 295 549 рублей установлена на основании заключения эксперта N от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы кассационной жалобы осужденного, в которых приводится собственная оценка доказательств в обоснование несогласия с выводами суда о совершении ФИО1 преступления, за которое он осужден, не могут быть приняты во внимание при пересмотре судебных решений в порядке гл. 47.1 УПК РФ, поскольку суд кассационной инстанции не исследует обстоятельства и не переоценивает какие-либо доказательства, в связи с чем исходит из признанных установленными судом первой инстанции фактических обстоятельств дела, проверяя в процессе кассационного производства лишь правильность применения и толкования нижестоящими судебными инстанциями норм материального и процессуального закона. Приведенный в жалобе собственный анализ доказательств, не свидетельствует об их недостоверности, не опровергает выводы судов о виновности осужденного М.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Судами первой и апелляционной инстанции исследованные доказательства правильно рассмотрены и оценены во всей их совокупности, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется, поэтому доводы кассационной жалобы в этой части также не состоятельны.

Судом первой инстанции обоснованно не установлено как обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, так и нарушений на стадии досудебного производства по уголовному делу норм уголовно-процессуального закона, неполноты предварительного следствия и стеснения прав осужденного, а потому, оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда первой инстанции, вопреки доводам жалобы, не имелось, не усматривает таковых и суд кассационной инстанции.

Уголовное дело в отношении М.В. судом первой инстанции рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного объективного исследования обстоятельств дела, при этом судьей, председательствующим по делу, сторонам созданы все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Каких-либо оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости суда и наличии обстоятельств, исключающих участие судьи в производстве по данному уголовному делу в соответствии со ст. ст. 61, 63 УПК РФ, не установлено.

Судом апелляционной инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, при этом существенных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, повлиявших на исход дела и влекущих безусловную отмену или изменение апелляционного постановления, по делу допущено не было.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке судом были проверены все доводы апелляционной жалобы защитника осужденного - адвоката ФИО4, в том числе аналогичные доводам, приведенным в кассационной жалобе осужденного М.В., при этом суд апелляционной инстанции изменил состоявшийся в отношении М.В. приговор, исключив из описательно-мотивировочной части приговора указание суда, как на доказательства вины осужденного, протокол очной ставки между свидетелем ФИО6 и М.В. от ДД.ММ.ГГГГ, протокол очной ставки между свидетелем ФИО9 и М.В. от ДД.ММ.ГГГГ, протокол проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, которые согласно ч. 3 ст. 240 УПК РФ, судом не исследовались, а также рапорт оперативного дежурного ОП (р.<адрес>) МОМВД России "Уваровский" ФИО7; как не отвечающий требованиям ст. 74 УПК РФ, придя к обоснованному выводу о том, что исключение этих доказательств не влияет на доказанность вины осужденного, которая подтверждается другими доказательствами, обоснованно признанными относимыми, допустимыми, а их совокупность - достаточной для разрешения по существу уголовного дела, а также исключил из описательно-мотивировочной части приговора указание суда о наличии квалифицирующего признака преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ, "из хулиганских побуждений", который органами предварительного следствия осужденному вменен не был, в остальной части приговор оставил без изменения, указав в апелляционном постановлении мотивы принятого решения, оснований не согласиться с которыми суд кассационной инстанции не усматривает.

Содержание апелляционного постановления соответствует требованиям ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ. Выводы суда мотивированы и не вызывают сомнений в своей обоснованности.

Несогласие стороны защиты с выводами суда апелляционной инстанции по результатам проверки доводов жалоб защитника осужденного на законность апелляционного постановления не влияет.

Таким образом, все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, были выполнены.

Все обстоятельства, влияющие на избрание справедливого наказания осужденному М.В. учтены судом в полном объеме и получили надлежащую оценку в приговоре при решении вопроса о виде и размере наказания.

Как следует из материалов уголовного дела, наказание осужденному М.В. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60, ч. 3 ст. 66 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, фактических обстоятельств содеянного, влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого и иные предусмотренные законом цели наказания, данных о личности М.В., его возраст, наличие регистрации по месту жительства, что М. на учете у врача психиатра и нарколога не состоит, проживает с женой М.Т., имеет личное подсобное хозяйство, женат, имеет трех взрослых детей, является пенсионером, не судим, жалоб на него в орган местного самоуправления не поступало, а также с учетом наличия смягчающего наказания обстоятельства, каковым судом в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признан положительно характеризующий материал в отношении М.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом обоснованно не установлено.

Назначенное М.В. наказание в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ является справедливым, законным и соразмерным содеянному, соответствующим требованиям как ст. 6 УК РФ, так и ст. 43 УК РФ.

При этом в приговоре приведены мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания, включая неприменение правил, предусмотренных ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Иных, заслуживающих внимание обстоятельств, влияющих на решение суда при избрании наказания, не нашедших свое отражение в приговоре по данному делу не имеется.

Таким образом, при назначении наказания учтены все обстоятельства дела, имеющие принципиальное значение при определении вида и размера наказания. Оно полностью соответствует тяжести содеянного и личности виновного, отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Гражданский иск потерпевшей ФИО5 о взыскании с осужденного М.В. причиненного материального ущерба разрешен по правилам ст. 1064 ГК РФ и в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела.

Поскольку каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, повлиявших на исход дела, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, и которые в силу ст. 401.15 УПК РФ являлись бы основаниями для отмены либо изменения в кассационном порядке приговора и апелляционного постановления судами первой и апелляционной инстанций не допущено, оснований для удовлетворения кассационной жалобы осужденного М.В. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.13, 401.14 ч. 1 п. 1 УПК РФ, суд кассационной инстанции

Приговор Мучкапского районного суда Тамбовской области от 25 декабря 2023 года и апелляционное постановление Тамбовского областного суда от 29 февраля 2024 года в отношении М.В. оставить без изменения, а кассационную жалобу осужденного М.В. без удовлетворения.