Обобщение судебной практики по применению законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования проведено в соответствии с планом работы Волгоградского областного суда на 1-ое полугодие 2015 года и направлено на формирование единообразной судебной практики, выявление типичных ошибок, допускаемых судами, и разрешение спорных вопросов, возникающих при рассмотрении уголовных дел указанной категории, а в конечном итоге - на повышение качества отправления правосудия.

В ходе обобщения изучены материалы уголовных дел, рассмотренных судами и мировыми судьями Волгоградской области за 2013 - 2014 годы.

Согласно Конституции Российской Федерации каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам (статья 58).

Гарантированное статьей 42 Конституции Российской Федерации право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением, а также реализация положений, предусмотренных частью 1 статьи 9, частью 2 статьи 36, статьей 58 Конституции Российской Федерации, обеспечивается в том числе путем правильного применения законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования.

Анализ судебной практики по уголовным делам об экологических преступлениях свидетельствует о том, что мировые судьи и суды при рассмотрении дел в основном правильно применяют положения уголовного закона. При этом руководствуются разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации:

от 18 октября 2012 г. N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования";

от 23 ноября 2010 г. N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ).

Ввиду того, что большая часть норм главы 26 УК РФ об ответственности за экологические преступления является бланкетными, эти нормы отсылают к иным нормативно-правовым актам, мировые судьи и суды при рассмотрении дел указанной категории также руководствуются положениями Земельного, Лесного, Водного кодексов Российской Федерации, Федерального закона от 10 января 2002 г. "Об охране окружающей среды", Федерального закона РФ от 20 декабря 2004 г. "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", Федеральным законом от 24 июля 2009 г. "Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Федерального закона РФ "О животном мире" от 24 апреля 1995 г., а также положениями Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 18.11.2014 N 453 (до ноября 2014 года - Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства от 13.01.2009 N 1), Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 1.08.2013 N 293, а до этого положениями Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства от 8.09.2008 N 149.

По статистическим данным Судебного департамента Волгоградской области и Комитета по обеспечению деятельности мировых судей Волгоградской области, в 2013 - 2014 г.г. мировыми судьями, районными и городскими судами Волгоградской области рассмотрено уголовных дел о преступлениях в области охраны окружающей среды и природопользования в отношении 1112 лиц. Большую часть из них составили дела о незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов. Так, по разным квалифицирующим признакам ч. 1 ст. 256 УК РФ рассмотрены дела в отношении 913 лиц, по ч. 3 ст. 256 - дела в отношении 154 лиц, что в общем составляет 96% от общего числа дел данной категории. О преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 260 УК РФ, разным квалифицирующим признакам ч. 2 ст. 260 УК РФ, преступлениях, предусмотренных ч. 3 ст. 260 УК РФ, рассмотрено дел в отношении 21 лица (1.9%). Единичны случаи рассмотрения дел о преступлениях, предусмотренных ст. 257, ч. 2 ст. 258, ч. 1 ст. 258.1, п. "б" ч. 1 ст. 258, п. "г" ч. 1 ст. 258 и ст. 262 УК РФ.

Следует отметить, что дел о преступлениях за наиболее разрушительные по своему воздействию на природу, здоровье и саму жизнь людей деяния, как загрязнение водоемов и атмосферы веществами, вредными для здоровья людей или для живых ресурсов, либо другими отходами и материалами, в Волгоградской области не имеется.

Отмечено, что в 2014 году количество поступивших в суды и мировым судьям дел об экологических преступлениях по лицам снизилось на 11%.

В подавляющем большинстве по результатам рассмотрения дел данной категории судами и мировыми судьями постановлены обвинительные приговоры, по одному делу постановлен оправдательный приговор, производство по 18 делам прекращено. Одно уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Изучение судебной практики уголовных дел о незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ) показало, что во всех случаях суды и мировые судьи правильно исходили из того, что для квалификации действия лица по ст. 256 УК РФ необходима совокупность двух обстоятельств:

- добыча (вылов) водных биологических ресурсов, то есть действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими, совершенные с нарушением норм экологического законодательства;

- наличие одного или нескольких признаков, указанных в пп. "а", "б", "в", "г" ч. 1 ст. 256 УК РФ, то есть причинение крупного ущерба, применение самоходного транспортного плавающего средства или взрывчатых и химических веществ, электротока либо иных способов массового истребления указанных водных животных и растений, осуществление добычи в местах нереста или на миграционных путях к ним, на особо охраняемых природных территориях либо в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации.

Отсутствие одной из этих составляющих влечет отсутствие состава данного преступления.

Нарушение правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов без квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 1 ст. 256 УК РФ, влечет административную ответственность по ч. 2 ст. 8.37 КоАП РФ или по ч. 2 ст. 8.17 УК РФ в зависимости от водоема, в котором осуществлялась незаконная добыча.

Диспозиция статьи 256 УК РФ не содержит признаков нарушения норм экологического законодательства, носит бланкетный характер. Поэтому в каждом случае суд обязан устанавливать и указывать в приговоре, нарушение каких норм, регулирующих порядок добычи водных биологических ресурсов, допущено подсудимым.

Во всех изученных приговорах и постановлениях суды и мировые судьи указали на нарушение конкретных экологических норм, в большинстве - на нарушение норм, установленных Правилами рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Федерального агентства по рыболовству от 13 января 2009 г. N 1, а также Правилами рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства от 08.09.2008 N 149, Правилами рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 01.08.2013 N 293.

Так, по уголовному делу по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного пп. "б", "в" ч. 1 ст. 256 УК РФ, в приговоре мировой судья судебного участка N 92 Волгоградской области от 16 июля 2013 года установила что подсудимый в нарушение п. "а" ст. 29 параграфа 5 Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Федерального агентства по рыболовству от 13 января 2009 г. N 1, осуществлял лов рыбы, используя запрещенное орудие лова - ставную сеть.

По уголовному делу по обвинению Р. в приговоре мировой судья судебного участка N 50 Волгоградской области установила, что подсудимый в нарушение п. "а" ст. 48.1 Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства от 08.09.2008 N 149, осуществлял лов рыбы, используя запрещенное орудие лова, и в нарушение ст. 47 указанных правил осуществлял лов рыбы "шемая", добыча которой запрещена.

В качестве иных примеров нарушения экологических норм можно привести добычу водных биологических ресурсов без полученного в установленном законом порядке разрешения, в нарушение положений, предусмотренных таким разрешением, в запрещенных районах, в запрещенное время.

Следует отметить, что устанавливая нарушение экологических норм при добыче (вылове) водных биологических ресурсов, суды и мировые судьи не всегда точно в приговоре указывают название нормативно-правового акта, содержащего нарушенную норму, а также иногда не указывают признаков запрещенного орудия лова в случае, когда это необходимо. Например, в соответствии с п. "а" ст. 48.1 Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Росрыболовства от 08.09.2008 N 149 и действовавших до 28 ноября 2013 года, черпак не всегда является запретным орудием лова, а только в случае, если таких орудий лова более одной штуки у одного гражданина, и размер этого орудия (длина, ширина, высота) более 100 см, размер (шаг) ячеи более 10 мм, используется оно не для отлова живца (наживки). Поэтому, когда орудие лова является запретным только при определенных условиях и характеристиках, в приговоре эти условия и характеристики следует приводить.

Приказом Росрыболовства от 08.09.2008 N 149 утверждены не Правила любительского и спортивного рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, как иногда указывают судьи в приговорах, а Правила рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна. Наименование нормативно-правового акта, содержащего нарушенную экологическую норму, а также пункт и статью этой нормы в приговоре следует приводить точно.

К предмету незаконной добычи водных биоресурсов по ч. 1 ст. 256 УК РФ статья 1 Федерального закона РФ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" относит рыб, водных беспозвоночных, водных млекопитающих, водоросли, других водных животных и растений, находящихся в состоянии естественной среды. Водоплавающая птица, речные бобры и выдры к предмету данного преступления не относятся.

По всем делам, рассмотренным судами и мировыми судьями Волгоградской области в 2013 - 2014 годах, предметом преступления, предусмотренного ст. 256 УК РФ, являлась рыба.

Для квалификации действий лица по ст. 256 УК РФ не имеет значения, были ли фактически добыты рыба, иные водные животные или морские промысловые растения либо нет. Состав преступления формальный, оно считается оконченным с момента начала добычи (вылова) водных биологических ресурсов. Исключение составляет незаконная добыча водных животных и растений, повлекшая причинение крупного ущерба (п. "а" ч. 1 ст. 256 УК РФ). Здесь состав преступления материальный, в этих случаях суд во всех исследованных приговорах между действием и его последствиями устанавливал причинную связь.

При этом, согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда РФ в Постановлении от 23 ноября 2010 г. "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ)" критериями оценки выступали как количество и стоимость добытого, так и иной нанесенный добычей ущерб водным биологическим ресурсам, в том числе вылов рыб, занесенных в Красную книгу Российской Федерации.

Так, по приговору мирового судьи судебного участка N 127 Волгоградской области от 11 июня 2013 года Ю. был осужден по п."а" ч. 1 ст. 256 УК РФ за то, что он, используя запрещенное орудие лова, выловил из реки Дон два экземпляра рыбы вида "азово-черноморская шемая". Судья обоснованно признала, что деянием государству был причинен крупный ущерб, так как этот вид рыб занесен в Красную Книгу Российской Федерации.

Причиненный ущерб следует рассматривать как крупный также в случаях, когда незаконная добыча водных биологических ресурсов повлекла гибель большого числа неполовозрелых рыб (мальков), уничтожение мест нереста, зимовальных ям, нагульных площадей, ухудшение качества среды обитания водных биологических ресурсов и нарушение процесса их воспроизводства.

Размер ущерба в денежном выражении правильно определяется на основании такс, установленных Постановлением Правительства РФ от 25 мая 1994 г. N 515 "Об утверждении такс для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный уничтожением, незаконным выловом или добычей водных биологических ресурсов", а если в результате преступления были добыты водные биологические ресурсы, занесенные в Красную книгу Российской Федерации, - на основании такс, установленных Постановлением Правительства РФ от 26.09.2000 N 724 "Об изменении такс для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам".

В Волгоградской области в части, не урегулированной указанными выше нормативно-правовыми актами, действуют таксы, утвержденные постановлением Главы Администрации Волгоградской области от 5 марта 2001 г. N 171 "О таксах для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам Волгоградской области", а также таксы, утвержденные Постановлением Главы Администрации Волгоградской области от 13 марта 2007 г. N 326 "Об утверждении такс для исчисления размера взыскания за ущерб, причиненный незаконным добыванием, уничтожением объектов животного мира, занесенных в Красную Книгу Волгоградской области".

Отмечено, что по всем изученным делам видовой состав добытой рыбы, ее ценность, материальный ущерб органами предварительного следствия и судами обоснованно определялся на основании заключений специалиста-ихтиолога или заключений соответствующих экспертиз, поскольку для установления этих обстоятельств необходимы специальные познания в области ихтиологии, которыми не обладают ни сотрудники полиции, выявляющие данные преступления, ни дознаватели и следователи, осуществляющие расследование уголовного дела, ни судьи, разрешающие уголовные дела по существу.

Также специалист-ихтиолог по делам данной категории обоснованно привлекается для разрешения вопроса о том, является ли примененный лицом способ добычи способом массового истребления животных и растений (п. "б" ч. 1 ст. 256 УК РФ).

Ст. 256 УК РФ не содержит исчерпывающего перечня способов массового истребления водных животных и растений. Кроме указанных в законе применения самоходного транспортного плавающего средства, применения взрывчатых и химических веществ, электротока, в качестве таковых следует рассматривать прекращение доступа кислорода в водный объект посредством уничтожения или перекрытия источников его водоснабжения, спуск воды из водных объектов, перегораживание водоема (например, реки, озера) орудиями лова более чем на две трети его ширины, применение крючковой снасти типа перемета, лов рыбы гоном, багрение, использование запруд, применение огнестрельного оружия, колющих орудий, то есть действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания. При этом при решении вопроса о том, является ли примененный способ добычи способом массового истребления, следует исходить из правил рыболовства, установленных нормативно-правовыми актами и регламентирующими порядок добычи водных биоресурсов и устанавливающими запреты, в том числе относящиеся к орудиям лова, способам, местам вылова и т.д. Необходимо учитывать не только то, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия.

Применение самоходного транспортного плавающего средства только тогда может быть признан способом массового истребления, когда при помощи этого средства осуществлялась именно добыча водных животных и растений (например, самоходное средство использовалось для установки или снятия рыболовной сети, осуществления лова троллинговым способом и т.п.). В случае же когда самоходные транспортные средства использовались только для доставления виновных лиц к месту незаконной добычи водных животных (растений) либо для транспортировки добычи, они не могут быть признаны средствами совершения преступления и не влекут квалификации преступного деяния по п. "б" ч. 1 ст. 256 УК РФ.

Судами и мировыми судьями Волгоградской области в изучаемый период действия виновных были квалифицированы по признаку применения иных способов массового истребления водных животных и растений, в большинстве случаев, когда устанавливались ставные сети, перегораживая более 2\3 части водоема, осуществлялся лов сетью в нерестовый период, а по признаку применения самоходного транспортного плавающего средства - при использовании виновным такового для установки сети в водоем.

Так, по приговору Волжского городского суда Волгоградской области 10 июня 2014 года К. и Ш. осуждены по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 256 УК РФ за то, что 21 февраля 2014 года они с целью незаконного вылова водных биологических ресурсов, на оснащенной мотором резиновой лодке прибыли к приплотинной зоне Волжской ГЭС в нижний бьеф (бьеф - это часть водоема, примыкающая к гидротехническому сооружению), эта зона водоема является миграционным путем к местам нереста для осетровых видов рыб и белорыбицы и круглогодично является запретной для всякого вида рыболовства, и там попытались выставить в воду запрещенное орудие лова - рыболовную сеть, но были задержаны сотрудниками полиции.

По приговору мирового судьи судебного участка N 138 Волгоградской области от 8 июля 2013 года А. осужден по пп. "б", "в" ч. 1 ст. 256 УК РФ за то, что 1 июня 2013 года он в озере О. на территории острова Сарпинский в Кировском районе г. Волгограда в запретный нерестовый период установил в воду озера, являющегося миграционным путем к местам нереста промысловых рыб р.Волга, рыболовную сеть. Лов рыбы в нерестовый период с применением рыболовных сетей является способом массового истребления водных животных.

По приговору мирового судьи судебного участка N 86 Волгоградской области от 4 июня 2013 года Ч. осужден по п. "б" ч. 1 ст. 256 УК РФ за то, что он 11 апреля 2013 года в затоне "П." в месте сужения водоема установил запрещенное орудие лова - рыболовную сеть, перекрыв при этом более 2\3 ширины русла водоема, что является способом массового истребления водных животных.

Пунктом "в" части 1 статьи 256 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за незаконную добычу водных биоресурсов в местах нереста или на миграционных путях к ним.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 23 ноября 2010 г. N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (статьи 253, 256 УК РФ) разъясняет, что местом нереста следует признавать, например, море, реку, водоем или часть водоема, где рыба мечет икру, а под миграционным путем к нему - проходы, по которым рыба идет к месту нереста. Если водный объект имеет небольшие размеры (например, озеро, пруд, запруда) и нерест происходит по всему водоему, он с учетом установленных фактических обстоятельств может быть признан местом нереста.

Квалификация незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов по признаку совершения деяния в местах нереста или на миграционных путях к ним возможна лишь при условии совершения этих действий в период нереста или миграции к местам нереста. Совершение такого деяния вне этих сроков или с помощью орудий лова, применение которых не причиняет вред нерестящимся особям, не подлежит признанию преступным по данному признаку.

Ограничения на добычу водных биологических ресурсов, в том числе в местах и в периоды нереста, на миграционных путях к местам нереста в Волгоградской области установлены Правилами рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Минсельхоза России от 18.11.2014 N 453 (до ноября 2014 года - Правилами рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Росрыболовства от 13.01.2009 N 1), а также Правилами рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Минсельхоза России от 1.08.2013 N 293, а до этого Правилами рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Росрыболовства от 8.09.2008 N 149, поэтому вопрос о наличии в действиях лица п. "в" ч. 1 ст. 256 УК РФ должен разрешаться судами с учетом этих нормативно-правовых актов, а также заключений специалистов-ихтиологов, экспертов-ихтиологов.

В соответствии с Федеральным законом РФ "Об особо охраняемых природных территориях" от 14.03.1995 к особо охраняемым природным территориям относятся участки земли, водной поверхности и воздушного пространства над ними, где располагаются природные комплексы и объекты, которые имеют особое природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное значение, которые изъяты решениями органов государственной власти полностью или частично из хозяйственного использования и для которых установлен режим особой охраны.

В Волгоградской области к ним относятся природные парки "Нижнехоперский", "Донской", "Усть-Медведицкий", "Эльтонский", "Волго-Ахтубинская пойма", "Щербаковский", "Цимлянские пески", заказники "Дрофиный", "Чернополянский", "Задонский", "Куланинский", "Ольховский", "Кумылженский" и другие.

В судебной практике Волгоградской области за 2013 -2014 годы имеются случаи осуждения лиц за незаконную добычу водных биологических ресурсов на особо охраняемых территориях.

Так, по приговору мирового судьи судебного участка N 30 Волгоградской области от 23 июня 2014 г. Н. осужден по пп. "б", "в", "г" ч. 1 ст. 256 УК РФ за то, что 5 мая 2014 г. он прибыл на р. Х. в место под названием "С.", расположенное в 1,5 км восточнее ст. Б. Кумылженского района Волгоградской области, которое в соответствии с п. 47.6 Правилам рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными Приказом Министерства Сельского хозяйства РФ от 1 августа 2013 г. является местом нереста водных биоресурсов и миграционным путем к нему и в соответствии с Законом Волгоградской области "О создании природного парка "Нижнехоперский" является особо охраняемой территорией, присоединил лодочный мотор к баркасу, прикрепил к задней части баркаса наплывную сеть, которая в соответствии с п. 48.1 тех же Правил рыболовства является запретным орудием для любительского и спортивного лова, выплыл на воду указанного водоема и выловил указанным орудием лова 4 экземпляра рыбы вида "карась".

В исследуемый период в суды и мировым судьям Волгоградской области уголовных дел о незаконной добыче водных биоресурсов в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации не поступало.

Дел о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 256 УК РФ (незаконная добыча котиков, морских бобров или иных морских млекопитающих в открытом море или в запретных зонах)в судебной практике Волгоградской области не имеется.

По ч. 3 ст. 256 УК РФ за исследуемый период в Волгоградской области судами рассмотрено 144 дела по квалифицирующим признакам совершения преступления группой лиц по предварительному сговору и организованной группой.

По каждому изученному в ходе обобщения делу судом устанавливались обстоятельства, свидетельствующие о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, как то предварительная договоренность на совершение преступления, выполнение соучастниками объективной стороны преступления (чаще совместная установка и снятие сетей), распределение ролей. По делам о совершении преступления организованной группой - устанавливались устойчивость группы, наличие в ее составе организатора (руководителя), планирование одного или нескольких преступлений, распределением функций между членами группы, длительность существования группы.

Так, по приговору Калачевского районного суда Волгоградской области от 25 декабря 2013 года Т. и Л. осуждены по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 256 УК РФ за покушение на незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением самоходного транспортного плавающего средства, способом массового истребления водных животных на миграционных путях к местам нереста, группой лиц по предварительному сговору. В приговоре суд установил, что 6 апреля 2013 года, реализуя совместный умысел на незаконный лов рыбы способом массового истребления водных животных, они приготовили плавную рыболовную сеть, состоящую из пяти связанных между собой плавных сетей, перенесли ее в лодку "Крым" с подвесным мотором "Вихрь-20", на ней проследовали в акваторию реки Д., примерно в 2 км выше по течению от х. Н. Калачевского района Волгоградской области, при этом распределили между собой роли в совершении преступления. Л., выполняя отведенную ему роль, устанавливал сеть, а Т. при помощи весел управлял лодкой. Таким образом Т. и Л., в нарушение Федеральных законов "О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов", "Об охране окружающей среды" и Правил рыболовства Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, в месте, являющимся миграционным путем к местам нереста промысловых рыб, в том числе редких, занесенных в Красные книги России, Международного союза охраны природы и Волгоградской области, попытались осуществить незаконную добычу рыбы с применением самоходного плавающего средства путем постановки сети в воду. Довести свой преступный умысел до конца Т. и Л. не смогли по независящим от них обстоятельствам, поскольку в момент установки сети в воду были задержаны, рыбы ими выловлено не было.

По приговору Калачевского районного суда Волгоградской области от 24 сентября 2014 года Г.Ж. и А. признаны виновными в совершении трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 256 УК РФ, Г. также признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 1 ст. 256 УК РФ.

В приговоре суд установил, что Г., имея навыки ловли рыбы с постановкой рыболовных сетей и имея в пользовании одну металлическую лодку кустарного производства с двумя веслами, а также одну металлическую лодку кустарного производства с подвесным лодочным мотором "Нептун-23", рыболовные сети, решил создать устойчивую организованную преступную группу с целью систематического незаконного вылова водных биологических ресурсов в реке Д. Для этих целей он привлек имеющих навык ловли рыбы с постановкой рыболовных сетей Ж. и А. Вылов рыбы Г. планировал для последующей продажи, каждому участнику преступной группы планировал выплачивать денежное вознаграждение в размере одной третьей части от выручки. В соответствии с преступным замыслом Г., роли в организованной им преступной группе были распределены следующим образом: Г., являясь организатором и руководителем преступной группы, принимал непосредственное участие в вылове рыбы, определял время и место постановки рыболовных сетей, а также время их проверки на наличие улова, их снятие; предоставлял моторную лодку кустарного производства с подвесным лодочным мотором "Нептун-23", которая является самоходным транспортным плавающим средством, с целью использования ее в процессе добычи водных биологических ресурсов, предоставлял рыболовные сети для незаконного вылова рыбы, определял количество и размер рыболовных сетей подлежащих постановке в р. Д. для незаконного вылова рыбы, предоставлял ГСМ для моторной лодки и автотранспорта, приобретаемого за счет выручки от продажи незаконно выловленной рыбы, определял место сбыта незаконно выловленной рыбы и самостоятельно осуществлял ее реализацию, распределял преступный доход между участниками организованной преступной группы. Ж. и А. должны были осуществлять постановку рыболовных сетей в р.Д., их проверку на наличие улова и их снятие с уловом; осуществлять переборку сетей и подготовку их к дальнейшей постановке; осуществлять сортировку рыбы для дальнейшей ее реализации.

Создав организованную преступную группу, характеризующуюся устойчивостью, то есть длительностью существования, стабильностью состава, взаимным доверием, сплоченностью действий, а также планированием преступной деятельности на каждом из этапов преступлений, предварительной подготовкой преступлений, технической оснащенностью (моторная лодка, рыболовные сети), организованностью, единым умыслом на совершение умышленных преступлений, распределением преступных ролей, Г., Ж. и А. приступили к выполнению своего преступного плана.

16 - 17 апреля 2014 года Г., Ж. и А. действуя в составе организованной группы, выполняя каждый свою роль в преступлении, с применением иных способов массового истребления водных животных и растений осуществили незаконный вылов двух экземпляров рыбы в реке Д. При этом согласно заранее распределенным ролям в преступлении Г. и Ж. осуществили установку ставных рыболовных сетей, а А. совместно с Г. сняли сети из водоема.

17 апреля 2014 г. Г. с Ж. на металлической лодке кустарного производства с подвесным лодочным мотором "Нептун-23", являющейся самоходным транспортным плавающим средством, вышли на водоем реки Д. в 7 км ниже по течению от ст. К.Г. района Волгоградской области. В то же время, по указанию Г. на металлической лодке на веслах на водоем реки Д. на расстояние 100 метров от них вышел А. В нарушение раздела 4 ст. 48.1 п. "А" "Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна", утвержденных Приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 1 августа 2013 г., а также Федерального закона от 20.12.2004 года N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов", и Федерального закона РФ "О животном мире" от 24.04.1995 года N 52-ФЗ, привязав оба конца плавной рыболовной капроновой сети обеим лодкам, они опустили плавную сеть в водоем и на веслах прошли вниз по течению 500 - 600 м, осуществляя лов рыбы с использованием способа массового истребления водных животных. Сетью были пойманы 2 экземпляра рыб.

25 июня 2014 г. Г., Ж., и А., действуя в составе организованной группы, на металлической лодке кустарного производства с подвесным мотором "Сузуки-15", являющейся самоходным транспортным плавающим средством, вышли на водоем реки Д. на 7 км ниже по течению от ст. Г. Калачевского района Волгоградской области, где в нарушении раздела 4 ст. 48.1 п. "А" "Правил рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна", утвержденных Приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 1 августа 2013 г., а также Федерального закона от 20.12.2004 года N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов", и Федерального закона РФ "О животном мире" от 24.04.1995 года N 52-ФЗ, установили две рыболовные капроновые сети, то есть стали осуществлять лов рыбы с применением иных способов массового истребления водных животных. После установки сетей Г., Ж., и А. были задержаны сотрудниками полиции.

При таких обстоятельствах обоснованность выводов суда о квалификации действий виновных по признаку совершения преступления организованной группой сомнений не вызывает.

Фактов осуждения по ч. 3 ст. 256 УК РФ по признаку использования своего служебного положения не установлено. Однако при рассмотрении дел о таких преступлениях следует руководствоваться разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 г. "Об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" о том, что к лицам, использующим свое служебное положение при совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 256, частью 2 статьи 258 и пунктом "в" части 2 статьи 260 УК РФ, следует относить как должностных лиц, так и государственных служащих и служащих органов местного самоуправления, не относящихся к числу должностных лиц, а также лиц, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в коммерческой организации независимо от формы собственности или в некоммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным учреждением. Использование служебного положения выражается не только в умышленном использовании указанными выше лицами своих служебных полномочий, но и в оказании влияния исходя из значимости и авторитета занимаемой ими должности на других лиц в целях совершения ими незаконных добычи (вылова) водных биологических ресурсов, охоты или рубки лесных насаждений.

В судебной практике отмечен случай осуждения по ч. 3 ст. 256 УК РФ по признаку использования своего служебного положения директора ООО, который превысил объем выделенной квоты на добычу (вылов) водных биоресурсов в одной из рек Магаданской области путем систематического внесения в промысловую документацию искаженных в сторону занижения данных о фактической добыче (вылове) водных биоресурсов, в результате незаконно добыл рыбу вида горбуша и кета.

Также представляет интерес случай осуждения по этому признаку капитана судна, который с применением самоходного транспортного плавающего средства, с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору совершил незаконную добычу (вылов) нескольких экземпляров камчатского краба.

Поскольку в ч. 3 ст. 256, ч. 2 ст. 258, п. "в" ч. 2 ст. 260 УК РФ специально предусмотрена ответственность за деяния, совершенные с использованием служебного положения, содеянное квалифицируется только по этим нормам без совокупности с преступлениями, предусмотренными статьями 201 или 285, 286 УК РФ. В случаях, когда названные лица совершают иные экологические преступления, они должны нести ответственность по соответствующим статьям главы 26 УК РФ, а при наличии в их действиях признаков злоупотребления должностными полномочиями или полномочиями лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, либо превышения должностных полномочий содеянное квалифицируется по совокупности с преступлениями, предусмотренными статьями 201 или 285, 286 УК РФ.

Изучением поступивших на обобщение уголовных дел установлены факты осуждения лиц за покушение на незаконную добычу водных биологических ресурсов, когда виновное лицо было задержано сотрудниками правоохранительных органов при установке сети и ввиду этого не смогло довести преступление до конца по независящим от него обстоятельствам (один из примеров приведен выше).

Судам необходимо обращать внимание на то, каким образом сформулирована объективная сторона деяния при покушении на незаконную добычу, не содержится ли признаков не покушения, а приготовления к незаконной добыче водных биоресурсов, поскольку согласно ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность за приготовление к совершению преступления наступает только по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, к которым преступление, предусмотренное ст. 256 УК РФ, не относится.

За незаконную охоту в 2013 - 2014 годах судами Волгоградской области осуждено 14 лиц, из них 11 - по ч. 2 ст. 258 УК РФ.

По конструкции состава преступление аналогично составу незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК) - для квалификации действий лица необходимо установить нарушение конкретных правил охоты, закрепленных в соответствующих нормативно-правовых актах, а также наличие одного или нескольких квалифицирующих признаков, указанных в ч. 1 ст. 258 УК РФ.

Отношения в данной сфере регулируются Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 209 "Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также Правилами охоты, утвержденными Приказом Минприроды России от 16.11.2010 N 512. Нарушение правил охоты, установленных этими нормативно-правовыми актами, суд обязан установить в приговоре. На это прямо указывает Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" п. 1. И соблюдение этого требования не зависит от того, в особом или общем порядке рассматривалось уголовное дело.

Однако это требование судами и мировыми судьями соблюдается не всегда.

Так, по приговору мирового судьи судебного участка N 59 Волгоградской области З. осужден по п. "г" ч. 1 ст. 258 УК РФ. Описывая преступное деяние, мировой судья не указала, в чем выразилось нарушение правил охоты, установленных вышеуказанными нормативно-правовыми актами.

Не содержалось указания на нарушенные нормы и правила охоты и в обвинительном акте по данному уголовному делу.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" при рассмотрении дел об экологических правонарушениях судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились их нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья). При отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте таких данных, восполнить которые в судебном заседании не представляется возможным, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В следующем примере - приговоре Ленинского районного суда Волгоградской области от 22 апреля 2014 года преступное деяние описано верно.

Суд установил, что К. совместно с А. 21 ноября 2013 года прибыли на территорию охотничьего хозяйства "З.", расположенного в 7-ми км южнее с. З. Ленинского района Волгоградской области с охотничьим огнестрельным оружием "Сайга-12" и "Remington 597". Там, следуя на автомобиле, увидев в свете фар пробегавшую лисицу, вступили в преступный сговор на незаконную ночную охоту на пушного зверя. Реализуя задуманное, выполняя каждый свою роль в преступлении, не имея соответствующего разрешения, вопреки специальному запрету на охоту, стали выслеживать зверей. При этом А. управлял автомобилем, а К. расчехлил указанное оружие и приготовил его к стрельбе. В нарушение Правил охоты, утвержденных Приказом Минприроды России от 16.11.2010, а именно п. 3.2 (при осуществлении охоты охотник обязан иметь при себе: а) охотничий билет; б) в случае осуществления охоты с охотничьим огнестрельным оружием разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии", г) в случае осуществления охоты в закрепленных охотничьих угодьях разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке, и путевку, в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ", п. п. 52.14.1 (при отлове и (или) отстреле охотничьих животных запрещается применение механических транспортных средств и любых летательных аппаратов), п. п. 53.1 (запрещается нахождение в охотничьих угодьях в (на) механических транспортных средствах, летательных аппаратах, а также плавательных средствах с включенным мотором, в том числе не прекративших движение по инерции после выключения мотора, с расчехленным или заряженным или имеющим патроны (снаряды) в магазине охотничьим огнестрельным (пневматическим) оружием), К. и А. произвели отстрел двух особей лисицы, одной особи зайца и одной особи енотовидной собаки.

Содержание квалифицирующих признаков частей 1 и 2 статьи 258 УК РФ аналогично содержанию соответствующих признаков частей 1 и 3 статьи 256 УК РФ.

Материальный ущерб, причиненный незаконной охотой, определяется по таксам, установленным Приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 8.12.2011 N 948 "Об утверждении методики и счисления размера вреда, причиненного охотничьим ресурсам". Из исследованных приговоров видно, что трудностей по определению размера причиненного вреда у судов не возникает.

Вместе с тем, следует отметить, что, устанавливая факт причинения ущерба, в приговорах суды часто некорректно указывают, что вред причинен Министерству природных ресурсов и экологии Волгоградской области.

В соответствии со ст. 4 Закона РФ "О животном мире" от 24 апреля 1995 г. животный мир в пределах территории Российской Федерации является государственной собственностью, а не собственностью органов исполнительной власти, уполномоченных осуществлять государственное управление в области охраны, воспроизводства, использования объектов животного мира. В связи с этим представляется, что правильнее в приговорах устанавливать факт причинения вреда охотничьим ресурсам Российской Федерации.

Такие же неточности судами и мировыми судьями допускаются и по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 256 УК РФ. В соответствии со ст. 10 Закона РФ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" водные биологические ресурсы находятся в федеральной собственности, за исключением водных биоресурсов, обитающих в прудах, обводненных карьерах, которые могут находиться как в федеральной собственности, так и собственности субъектов Российской Федерации, муниципальной и частной собственности. В связи с этим вред от преступлений причиняется водным биологическим ресурсам Российской Федерации.

Фактов осуждения лиц по ч. 2 ст. 258 УК РФ по признаку использования ими своего служебного положения в практике судов Волгоградской области за 2013 и 2014 годы не имелось.

Ответственность за незаконную добычу особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, предусмотрена специальной по отношению к ст. 256 и ст. 258 УК РФ нормой - статьей 258.1 УК РФ. Предметом данного преступления выступают не все занесенные в Красную Книгу РФ и (или) охраняемые международными договорами РФ организмы, а только некоторые виды диких животных и водных биологических ресурсов, перечень которых установлен Постановлением Правительства РФ от 31.10.2013 N 978 "Об утверждении перечня особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, для целей статей 226.1 и 258.1 Уголовного кодекса Российской Федерации", это животные и водные биологические ресурсы, которые находятся на грани исчезновения.

Также предметом данного преступления выступают части этих организмов (например, лапы, рога, части туловища) и производные (например, шкуры, икра рыб, раковины моллюсков, молоко и шерсть животных).

Объективную сторону преступления, кроме незаконной добычи, образуют также содержание, приобретение, хранение, перевозка, пересылка и продажа этих животных и биологических ресурсов.

Ответственность по статье 258.1 УК РФ строже, чем ответственность по соответствующим квалифицирующим признакам статей 256 и 258 УК РФ.

В Волгоградской области по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 258.1 УК РФ в 2014 году осуждены 7 лиц. Все приговоры вынесены по фактам незаконного приобретения, хранения, перевозки и сбыта производных особо ценных водных биологических ресурсов (икры белуги, икры и частей русского осетра, туши и икры севрюги). Приговоров по факту добычи особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов в Волгоградской области не выносилось.

При рассмотрении дел о данных преступлениях судьи в основном правильно исходили из того, что приобретением является получение предмета преступления любым способом: покупка, находка, обмен и др., хранение - временное удержание животного, его частей или производных для последующего отчуждения или употребления в пищу, использования иным образом, продажа предполагает возмездную передачу виновным предмета преступления другим лицам, перевозка - это перемещение предмета преступления из одного населенного пункта в другой любым транспортным средством.

Между тем, по приговору и.о. мирового судьи судебного участка N 101 Волгоградской области от 5 августа 2014 года М. осуждена по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ за незаконные приобретение, перевозку и хранение особо ценных водных биологических ресурсов. Судья в приговоре установила, что М. на продуктовом рынке, расположенном в Ворошиловском районе г. Волгограда, приобрела два куска свежемороженой рыбы вида русский осетр и в тот же день на своем автомобиле перевезла их в свое домовладение, расположенное в Краснооктябрьском районе г. Волгограда, там поместила их в морозильную камеру.

В каждом случае суду следует тщательно проверять наличие в действиях виновного каждого из вмененных органом следствия признаков преступления.

О преступлениях, предусмотренных различными частями ст. 260 УК РФ в Волгоградской области, рассмотренных в 2013 - 2014 годах, в ходе обобщения изучены дела в отношении 21 лица. При рассмотрении дел о таких преступлениях суды верно исходили из того, что предметом данного преступления, являются лесные насаждения, то есть деревья, кустарники и лианы, произрастающие в лесах, а также деревья, кустарники и лианы, произрастающие вне лесов (например, насаждения в парках, аллеях, отдельно высаженные в черте города деревья, насаждения в полосах отвода железнодорожных магистралей и автомобильных дорог или каналов). При этом не имеет значения, высажены ли лесные насаждения или не отнесенные к лесным насаждениям деревья, кустарники, лианы искусственно либо они произросли без целенаправленных усилий человека.

Не относятся к предмету указанных преступлений деревья, кустарники и лианы, произрастающие на землях сельскохозяйственного назначения (за исключением лесных насаждений, предназначенных для обеспечения защиты земель от воздействия негативных (вредных) природных, антропогенных и техногенных явлений), на приусадебных земельных участках, на земельных участках, предоставленных для индивидуального жилищного, гаражного строительства, ведения личного подсобного и дачного хозяйства, садоводства, животноводства и огородничества, в лесопитомниках, питомниках плодовых, ягодных, декоративных и иных культур, а также ветровальные, буреломные, сухостойные деревья, если иное не предусмотрено специальными нормативными правовыми актами.

Рубка лесных насаждений с целью завладения искусственно выращенными фруктовыми и декоративными деревьями и кустарниками в лесопитомниках, фруктовых питомниках и тому подобных местах квалифицируется как хищение, поскольку здесь деревья и кустарники являются продукцией товарного производства, производятся для продажи и выполняют экономические, а не экологические функции.

Под рубкой лесных насаждений или не отнесенных к лесным насаждениям деревьев понимается их спиливание, срубание или срезание, то есть отделение различным способом ствола дерева, стебля кустарника и лианы от корня. Незаконной является рубка указанных насаждений с нарушением требований законодательства, например рубка лесных насаждений без оформления необходимых документов (в частности, договора аренды, решения о предоставлении лесного участка, проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы, договора купли-продажи лесных насаждений, государственного или муниципального контракта на выполнение работ по охране, защите, воспроизводству лесов), либо в объеме, превышающем разрешенный, либо с нарушением породного или возрастного состава, либо за пределами лесосеки. Виды рубок, виды допустимых к порубке насаждений определяются статьями 16 и 17 Лесного Кодекса РФ. Порядок осуществления рубок лесных насаждений определяется правилами заготовки древесины, правилами санитарной и пожарной безопасности в лесах, правилами ухода за лесами (ч. 2 ст. 16 ЛК).

К повреждениям до степени прекращения роста относятся такие повреждения, которые необратимо нарушают способность насаждений к продолжению роста (например, слом ствола дерева, ошмыг кроны, обдир коры).

Основными критериями разграничения уголовно наказуемой незаконной рубки лесных насаждений и незаконной рубки лесных насаждений, за которую ответственность предусмотрена статьей 8.28 КоАП РФ, является значительный размер ущерба, причиненного посягательством, который должен превышать пять тысяч рублей (примечание к статье 260 УК РФ), а также степень повреждения лесных насаждений. Если повреждение насаждений не привело к прекращению их роста, содеянное влечет административную ответственность по статье 8.28 КоАП РФ.

При определении размера материального ущерба суды руководствуются Постановлением Правительства РФ от 08.05.2007 N 273 "Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства" (вместе с "Методикой исчисления размера вреда, причиненного лесам, в том числе лесным насаждениям, или не отнесенным к лесным насаждениям деревьям, кустарникам и лианам вследствие нарушения лесного законодательства")

Уголовная ответственность по пунктам "а" (группой лиц) и "в" (лицом с использованием своего служебного положения) части 2 статьи 260 УК РФ наступает вне зависимости от того, совершена ли незаконная рубка лесных насаждений или не относящихся к лесным насаждениям деревьев, кустарников и лиан в значительном размере.

Лес понимается как экологическая система или как природный ресурс. Леса располагаются на землях лесного фонда и землях иных категорий. В Соответствии со ст. 8 Лесного Кодекса РФ лесные участки в составе земель лесного фонда находятся в федеральной собственности. Формы собственности на лесные участки в составе земель иных категорий определяются в соответствии с земельным законодательством.

В лесной фонд не включается древесно-кустарниковая растительность, расположенная на землях транспорта (полосы отвода), землях населенных пунктов, в том числе предоставленных для дачного, жилищного и иного строительства (за исключением городских лесов); землях водного фонда (полосах отвода каналов); землях иных категорий (ст. 11 ЛК).

Ввиду этого преступлением, предусмотренным ст. 260 УК РФ, вред может быть причинен как государственным лесным запасам Российской федерации, так и конкретным лицам.

Отсутствие доказательств размера незаконной рубки - необходимого признака для квалификации действий лица по ст. 260 УК РФ (при отсутствии квалифицирующих признаков группы лиц и использования своего служебного положения) - явилось основанием к вынесению оправдательного приговора.

Так, органом предварительного следствия Д. обвинялся в организации незаконной рубки кустарников до степени прекращения роста, совершенной в особо крупном размере, а именно в том, что он в период со второй половины июня 2011 г. до 06 июля 2011 г., организуя прокладку водовода к строящемуся объекту на земельном участке, выделенном его брату - индивидуальному предпринимателю Д., дал указание привлеченным им лицам на ведение земляных работ по разрытию траншеи от участка строительства к колодцу, напрямую, через расположенную рядом с выделенным земельным участком зеленую зону общего пользования, на которой произрастали кустарники можжевельника казацкого, принадлежащие г. Волгограду. Выполняя указание Д., неустановленные лица произвели разрытие траншеи напрямую через зеленую зону, сопровождая земляные работы незаконной вырубкой путем отделения стебля кустарника от корня произрастающих на зеленой зоне кустов можжевельника казацкого. В результате были незаконно вырублены 27 единиц кустарников можжевельника казацкого стоимостью 39100 рублей за один куст, на общую сумму 1055700 рублей, что является особо крупным размером.

При рассмотрении дела Тракторозаводской районный суд г. Волгограда установил, что Д. действительно организовал незаконную рубку произрастающих на зеленой зоне кустарников можжевельника казацкого, принадлежащих г. Волгограду и включенных в Красную Книгу Волгоградской области, однако доказательств незаконной рубки в особо крупном, крупном или значительном размере стороной обвинения суду представлено не было. Проведенные по уголовному делу и представленные стороной обвинения в качестве доказательств заключения ботанической и дополнительной ботанической судебных экспертиз обоснованно судом приняты не были, поскольку они основаны на предположительных данных о количестве вырубленных кустарников, а исчисленный в них ущерб противоречил утвержденным Правительством Российской Федерации таксам. Кроме того, расчет ущерба был исчислен, исходя из 9-летнего возраста вырубленных насаждений, тогда как на основании иных допустимых доказательств судом было установлено, что возраст вырубленных насаждений от 2-х до 22 лет, а не с момента принятия насаждений на обслуживание МУ ЖКХ Тракторозаводского района (с 2002 - по 2011 г.г.), возраст же уничтоженных растений имеет первостепенное значение для подсчета суммы ущерба.

О практике назначения наказания за экологические преступления.

Большинство преступлений из главы 26 УК РФ, дела о которых рассматривались судами и мировыми судьями Волгоградской области в 2013 - 2014 годах, являются преступлениями небольшой тяжести (части 1 и 3 статьи 256 УК РФ, части 1 и 2 статьи 258 УК РФ, ст. 257 УК РФ, ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, части 1 и 2 ст. 260 УК РФ, ст. 262 УК РФ). Исключения составляют преступления, предусмотренные ст. 246 УК РФ и ч. 3 ст. 260 УК РФ, которые относятся к категории преступлений средней тяжести и тяжких соответственно.

Поэтому, решая вопрос о назначении наказания следует помнить положения ч. 1 ст. 56 УК РФ, согласно которой наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных статьей 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных частью первой статьи 228, частью первой статьи 231 и статьей 233 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания, чего по делам об экологических преступлениях не встречается.

Нарушение этого требования закона послужило причиной изменения в апелляционном порядке приговора Краснослободского районного суда Волгоградской области от 22 января 2013 года, по которому К. и М. осуждены по ч. 3 ст. 256 УК РФ, каждому назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год, в течение испытательного срока на каждого осужденного возложены обязанности. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 14 марта 2013 года приговор изменен ввиду того, что суд неверно определил категорию преступления (ч. 3 ст. 256 УК РФ предусматривает наказание до 2 лет лишения свободы, потому в силу ч. 2 ст. 15 УК РФ является преступлением небольшой тяжести, а суд указал, что К. и М. совершено преступление средней тяжести) и в нарушение ч. 1 ст. 56 УК РФ при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств осужденным, впервые совершившим преступление, назначил наказание в виде лишения свободы. Кроме этого, в нарушение п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд не учел добровольное возмещение имущественного ущерба.

В подавляющем большинстве случаев по делам об экологических преступлениях судами назначалось наказание в виде штрафа, а также с применением ст. 64 УК РФ:

- из изученных дел в отношении 637-ми осужденных по разным квалифицирующим признакам ч. 1 ст. 256 УК РФ штраф назначен 360-ти осужденным (56,5%), из них в 217-ти случаях (34%) - с применением ст. 64 УК РФ;

- из изученных в ходе обобщения дел в отношении 144-ех осужденных по ч. 3 ст. 256 УК РФ штраф назначен 124-ем осужденным (86%), из них в 66-ти случаях (46%) - с применением ст. 64 УК РФ;

- из 11-ти осужденных лиц по ч. 2 ст. 258 УК РФ штраф назначен 10-ти осужденным (91%), из них в 7-ми случаях с применением ст. 64 УК РФ (65%).

Применяя при назначении наказания правила, предусмотренные ст. 64 УК РФ, чаще всего суды признавали исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного лицом преступления, признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, раскаяние в содеянном, отсутствие в результате преступления ущерба, либо возмещение причиненного преступлением материального ущерба, наличие у виновного малолетних детей.

Вопросы освобождения от уголовной ответственности и наказания.

Наряду с вынесением обвинительных приговоров судами области за исследуемый период вынесено 18 постановлений о прекращении уголовного дела, что составляет 1,6% от общего количества рассмотренных дел (по лицам) данной категории.

По 8 уголовным делам производство прекращено в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ), по 3 делам - за примирением сторон (ст. 76 УК РФ), в остальных случаях в связи с применением акта об амнистии, в связи со смертью подсудимого.

При принятии решений о прекращении дел на основании ст. 28 УПК РФ судами учитывались полное возмещение вреда, причиненного преступлением, наличие явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Совокупность данных обстоятельств позволяла суду прийти к выводу, что подсудимые вследствие деятельного раскаяния перестали быть общественно опасными, и принимать мотивированные решения о прекращении уголовных дел на основании ст. 28 УПК РФ.

Так, по постановлению мирового судьи судебного участка N 42 Волгоградской области от 24 мая 2013 года на основании ст. 28 УПК РФ прекращено уголовное дело по обвинению Г. в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 1 ст. 256 УК РФ. К выводу о деятельном раскаянии подсудимого суд пришел ввиду того, что он вину в совершении преступления признал, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, раскаялся в содеянном, возместил причиненный ущерб, впервые совершил преступление небольшой тяжести, трудоустроен, имеет на иждивении малолетнего ребенка.

Случаев прекращения судами за примирением с потерпевшим уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 256 и 258 УК РФ, за 2013 - 2014 годы не имеется. Это и недопустимо, поскольку в результате таких преступлений вред причиняется водным биологическим и охотничьим запасам Российской Федерации. Органам исполнительной власти, которые часто признаются потерпевшими по таким уголовным делам ни материальный вред, ни вред их деловой репутации не причиняется.

Вместе с тем мировыми судьями судебных участков Волгоградской области за 2013 - 2014 годы на основании ст. 25 УК РФ (за примирением с потерпевшим) прекращено производство по трем уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 260 УК РФ.

Несмотря на то, что в результате преступления вред может быть причинен не только лесным запасам Российской Федерации, объектом преступления, предусмотренного ст. 260 УК РФ являются общественные отношения по охране и рациональному использованию лесных насаждений, то есть публичные интересы, а не только частные интересы собственников земельных участков, на которых произошла незаконная рубка лесных насаждений. Поэтому законность таких постановлений о прекращении производства по уголовному делу не бесспорна.

Так, по постановлению мирового судьи судебного участка N 26 Волгоградской области от 22 ноября 2013 года прекращено производство по делу по обвинению Л. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 260 УК РФ ввиду примирения с потерпевшим. В этом постановлении суд установил, что обвиняемый совершил незаконную рубку деревьев, являющихся лесными насаждениями (лесные участки в составе земель лесного фонда находятся в федеральной собственности), и вместе с тем принял и удовлетворил заявление о примирении представителя ГКУ ВО "Котовское лесничество", которое собственником этих лесных насаждений не является, основным видом деятельности этого учреждения является лесоводство.

Вопросы разрешения судьбы вещественных доказательств.

Исходя из положений ст. 81 УПК РФ, а также п. "г" ч. 1 ст. 104.1 и ст. 104.2 УК РФ, признанные в установленном законом порядке вещественными доказательствами орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, в том числе самоходные транспортные плавающие средства, с помощью которых и совершалась незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов, оружие, с использованием которого осуществлялась незаконная охота, могут быть конфискованы. При этом конфискации подлежат только те орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, которые принадлежат обвиняемому и не являются для виновного основным законным источником средств к существованию.

Однако в судебной практике Волгоградской области имелись случаи, когда при рассмотрении уголовных дел данной категории суды в нарушение вышеуказанных положений уголовного и уголовно-процессуального закона орудия, оборудование и иные средства совершения преступления необоснованно возвращали по принадлежности осужденным, являющимся собственниками указанного имущества.

Так, 30 июня 2014 года Тракторозаводским районным судом г. Волгограда Б. был осужден по пп. "б", "в" ч. 1 ст. 256 УК РФ, по данному приговору вещественные доказательства - ПВХ лодка "Нева-1", два весла, лавка - возвращены Б.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 20 августа 2014 года приговор Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 30 июня 2014 года изменен: вещественное доказательство ПВХ лодка "Нева-1" и два весла конфискованы в доход государства. Судом апелляционной инстанции, признанные по уголовному делу вещественными доказательствами и использовавшиеся Б. при совершении преступления лодка и весла являются орудиями преступления и принадлежат Б. на праве собственности, не являются для виновного основным законным источником средств к существованию.

По постановлению Старополтавского районного суда Волгоградской области от 1 августа 2014 г. прекращено уголовное дело в отношении С., С., Б., обвинявшихся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Вещественные доказательства: ружье МР-153 N 1015336276, ружье ТОЗ-34Р N 18511, ружье ИЖ-26 N Т06364, ружье ИЖ-58 N В0640, ружье ТОЗ-34 ЕР N 31139, ружье ИЖ-58 N А03580 возвращены законным владельцам, две гильзы "РЕТТЕК" уничтожены.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 1 октября 2014 г. данное постановление в части разрешения вопроса о судьбе вещественных доказательств изменено: ружье МР-153 N 1015336276; ружье ТОЗ-34Р N 18511, ружье ИЖ-26 N Т06364; ружье ИЖ-58 N В0640 и ружье ТОЗ-34 ЕР N 31139, ружье ИЖ-58 N А03580, 2 гильзы "РЕТТЕК", ввиду того, что они являются орудиями незаконной охоты, конфискованы и переданы их в ГУ МВД по Волгоградской области для решения дальнейшей судьбы.

Это не единственные примеры неправильного разрешения в приговорах судьбы вещественных доказательств по делам об экологических преступлениях.

Причины изменения судебных решений в апелляционном порядке.

Причинами изменения судебных решений по изучаемой категории дел в апелляционном порядке явились не сложности в применении ст. ст. 256, 257, 258, 258.1, 260, 262 УК РФ, а нарушение требований Общей части Уголовного кодекса РФ, существенное нарушение требований УПК РФ, а также описки в приговорах.

Так, по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 18 июля 2014 года Б. и Г. осуждены по ч. 3 ст. 256 УК РФ. Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда Волгоградской области от 27 октября 2014 года приговор в отношении Г. изменен: из описательно-мотивировочной части исключено указание на наличие рецидива преступлений и признание рецидива обстоятельством, отягчающим наказание.

По приговору Ленинского районного суда Волгоградской области от 24 апреля 2014 г. В. и М. осуждены по ч. 1 ст. 258 УК РФ с применением ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации к штрафу в размере 7000 рублей каждый.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 16 июля 2014 г. приговор изменен ввиду того, что, квалифицировав действия В. и М. в описательно-мотивировочной части приговора по ч. 2 ст. 258 УК РФ, в нарушение ст. 308 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части приговора суд ошибочно указал, что В. и М. признаны виновными по ч. 1 ст. 258 УК РФ.

По приговору Михайловского районного суда Волгоградской области от 10 декабря 2014 г. Р., М., З.Я. осуждены по ч. 2 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 200000 рублей каждый. От назначенного наказания Р., М., З. и Я. освобождены ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. Суд апелляционной инстанции по данному уголовному делу установил, что в нарушение ст. 156 УПК РФ уголовное дело было возбуждено только в отношении Р., М., З., в отношении Я. либо неустановленных лиц, по факту совершении данного преступления уголовного дела не возбуждалось. Кроме того, в нарушение ч. 3 ст. 209 УК РФ предъявление обвинения и составление обвинительного заключения по уголовному делу произведено в период, когда производство по делу было приостановлено, то есть вне рамок предварительного следствия. Эти существенные нарушения требований УПК РФ послужили основанием к отмене приговора и возвращению уголовного дела прокурору в соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Проведенное обобщение показало, что в целом судами и мировыми судьями судебных участков Волгоградской области правильно применяются нормы об ответственности за экологические преступления. Вместе с тем, следует учесть все изложенные в настоящем обобщении недостатки, особо обратить внимание на необходимость установления и указания в приговорах, постановлениях по делам о незаконной охоте нарушений конкретных норм и правил с пунктами, статьями и точными названиями нормативно-правовых актов, а при рассмотрении ходатайств о прекращении производства по делу в связи с применением с потерпевшим тщательно проверять, кому преступлением причинен вред, верно устанавливать объект преступления.